Проклятый шаринган

После визита Копирующего и его расспросов, Наката ещё пару дней провела в госпитале, старательно притворяясь спокойной пациенткой. Но план побега давно уже был готов. Слишком недооценивали юную куноичи и её жажду свободы. Очень ранним утром, с первыми лучами рассветного солнца, в окно палаты светловолосой прилетел маленький камушек, от чего стекло звонко зазвенело, а внутри у Учихи всё перевернулось от радости. Наконец она попадет на свободу и проведет несколько часов в своё удовольствие прежде, чем получит нагоняй от наставников. Резво вскочив с постели, Наката незамедлительно распахнула окно третьего этажа, под которым уже стояли две девушки, через секунду оказавшиеся уже в палате. — Микари! Свада! Что так долго?! Я заждалась уже! — куноичи поочередно обняла подруг. — Тихо ты, мелкая! Всю больницу перебудишь, — Савада шикнула на светловолосую, отвешивая ей легкий подзатыльник. — Должны же мы были разведать обстановку и посмотреть кто и когда к тебе ходит, — Сарутоби воровато огляделась, прислушиваясь ко всем шорохам. — Ко мне никто не приходит, а сенсей был всего один раз. Узнавал про мои техники, — Учиха скривилась, когда Микари применила дзюцу. — Ты чего творишь? Больно же, мастер фууиндзюцу, блин. — Прости. Это не обычная техника запечатывания чакры. Эта печать крепче, чем ставят обычным пациентам, — Такахаши убрала руки со спины подруги, продолжая взглядом изучать запечатывающие символы. — Что ты сделала, чтобы её на тебя наложили? — Микари приложила ладони к центру печати и направила чакру для распечатывания. — Факка. Ничего особенного. Попыталась свалить отсюда сразу, — куноичи поморщилась, передернув плечами, когда неприятное электричество пробежало под кожей. — Вот балда. А подождать не судьба? — Савада грозно склонилась над девушкой, а в глазах её полыхал огонь ярости. Острая боль пронзила спину Накаты. Сложилось впечатление, будто в позвоночник воткнули острый клинок, пропитанный сильнейшей чакрой. На глазах навернулись слёзы, а светловолосая согнулась, прикрыв рот руками, чтобы эти душераздирающие крики не разбудили других пациентов или врачей. Длилось мучение не больше минуты, но для девушки она тянулась, словно дни в легендарном цукиеми. Подруги поддерживали её, чтобы ни один звук не проник за пределы палаты. Но скривившееся в мучениях тело не могло не вызвать сочувствующих взглядов и стывшую в жилах кровь. В глазах куноичи плескался ужас. — Микари, — Сарутрби озадаченно посмотрела на подругу, — а точно всё в порядке? После снятия таких печатей же не корчатся от боли. Или я не права? — Это неправильно, — прошептала вторая девушка, со страхом оглядывая подруг взглядом, где уже блестела пленка из слез. — Но это медицинская печать. Может поэтому так произошло? У меня нет чакры ирьенина, чтобы снять её. Это не очень сильное дзюцу, но основано на особой чакре, которая перекрывает чакроток. Если такую печать попробуешь наложить ты, то получится, что просто обрубишь поток на некоторое время. И человек будет валяться без сознания, — Савада с облегчением выдохнула, когда заметила, что влага от глаз Микари отступала, пока та рассказывала про природу техники. — Вы о чем? — хрусталь ещё блестел в глазах Накаты, однако она старалась успокоиться, скрывая проступающую в голосе дрожь. Кости пока ломило, но светловолосая уже смогла самостоятельно подняться и даже размять затекшие мышцы. — Микари рассказывала про печать, которую на тебя наложили. Как оказалось, это не обычное фууиндзюцу, а медицинское. Похожее используют в тюремных госпиталях, но там идет полная блокировка чакры. Да, Микари? — Сарутоби посмотрела на подругу, ища в ее взгляде подтверждение своих слов. Микари только энергично кивнула, а хвостик замельтешил перед глазами. — Значит, моя чакра полностью восстановлена? — Учиха аккуратно пошевелила конечностями, «прислушиваясь» к реакциям тела. Когда боль больше не пронзала, куноичи сделала несколько наклонов и приседаний, чтобы точно убедиться в своем состоянии. К ее счастью, ничего не болело, а неприятные ощущения были остатками чакры мастера фууиндзюцу. — Да, должно быть так, — Такахаши с немым восторгом смотрела на подругу, поражаясь, как та, всего минуту назад корчившаяся от боли, уже выполняет упражнения. — Хорошо. Тогда попробуем, — плавным движением Наката опустила на пол руки, аккуратно перенося на них вес и отрывая от твердой поверхности босые ступни. Пять секунд. И девушка уже стоит на руках, делая первые шаги. — Хм, чакры для тайдзюцу теперь хватает. Тогда попробуем другой тип, — нефритовые глаза полыхнули адским пламенем, окрасивший их в кроваво-красный. Рядом стоящие девушки в ужасе отшатнулись от подруги. Микари забилась в мелкой дрожи, от страха пряча лицо на груди подруги. Савада смотрела на сенсорика взглядом, на дне которого плескался страх, а на лице застыло выражение глубоко шока. — Н-Наката, как ты это объяснишь? — наконец Сарутоби отмерла и была в состоянии задавать вопросы. — Вы ещё не поняли? — на лице светловолосой заиграла загадочная ухмылка. — Мой отец — великий глава клана Учиха. А я унаследовала его глаза. — Значит, то, что мы нашли в тайных записях клана Яманака — правда. Когда ты об этом узнала? — Во время той миссии пробудились глаза. И в тот же день пробудилось второе томоэ, когда я узнала о своем происхождении, — голос девушки был наполнен мрачной грустью. Рано или поздно, бывшие сокомандницы и подруги по совместительству должны были узнать об этом. — Что вы теперь будете делать? Бросите меня и расскажите всей деревне? — Нет. Мы не будем выдавать твои секреты. Ты — наша подруга. Мы тебя никогда не бросим. — Спасибо, девочки, — Наката облегченно улыбнулась, поправляя упавшую прядь. — Ну что, теперь к сенсею Асами? Она должна была проснуться уже. — Ещё спрашиваешь. Конечно. Бесшумно, как это полагалось ниндзя, три куноичи легко выпорхнули в окно, оставляя за собой пустую палату, залитую утренним светом, развевающиеся занавески и аккуратно сложенную больничную пижаму.

***

Асами Окада — в прошлом шпион Деревни Скрытой в Листве, работавшая в АНБУ. Во время Третьей Мировой Войны Шиноби доставала ценные сведения о работе вражеских отрядов. Но молодая женщина не выдержала кошмаров столь масштабных сражений. До этого её схватки были короткими и всегда под прикрытием мастеров разных дистанций. Покинуть поле боя запрещал кодекс ниндзя. Этот поступок мог быть трактован, как предательство. Однако в первый же день после Победы Асами покинула службу. И всё же, любовь к деревне превысила. Спустя два года появилась академия куноичи, где их учили быть аристократками для разведывательных целей. В курс входили танцы, этикет, стихосложение и ещё множество дисциплин. К выпуску девушка проходила обучение не хуже, чем у гейш в самых лучших окия. Редко кто из воспитанниц радовался, что вместо веселых игр им придется постигать науки, необязательные для шиноби, но необходимые для куноичи. Команда пять, которая тогда были только маленькими Накатой Яманака, Савадой Сарутоби и Макари Такахаши отличались от общей массы. Эта троица с удовольствием ходила в академию, познавая азы культуры гражданских. С первых занятий каждая из них загорелась одним и тем же — танцы. Наката часами пропадала в классе, оттачивая движения под строгим надзором Асами-сенсея. Светловолосая восхищалась наставницей, с блеском в глазах смотря, как она легко кружится в танце, перебрасывая веер или ловко обращаясь с длинными рукавами. Со временем, когда начались настоящие тренировки ниндзя, девушка проводила абсолютно всё время то совершенствуя ниндзюцу, то оттачивая движения танца с Асами. С каждым годом Наката глубже погружалась в это искусство. И к четырнадцати годам стала использовать его, как прикрытие на миссиях. Как только Конохе требовалось что-то выяснить, на вражескую территорию приезжала прекрасная Юки Химе — лучшая исполнительница народных танцев. Её движения гипнотизировали, будто сковывая в сильнейшее гендзюцу. Все знали её приметы — длинные белоснежные волосы; голубые, как озера, глаза; нежный смех. Но никто не мог точно описать, как выглядит эта девушка. Каждое её появление было, словно в пелене. В течении недели после приезда артистки, всегда пропадали ценные данные. Однако никто и не подозревал красавицу, которая была не так проста. Вот и в этот раз команда шпионов постучала в окно спальни сенсея. Они знали, что в четыре утра Асами не спит. Женщина вела весьма необычный режим дня, отправляясь в постель в семь вечера и покидая её в три часа ночи. Уже как час Окада бодрствовала, разбирая документы. Настойчивый стук в окно оторвал её от занятия, а увидев воспитанниц, удивилась ещё больше. — Девочки? Вы что тут делаете? Наката, ты же должна быть в больнице? — Асами строго посмотрела на учениц, стушевавшихся под тяжелым взглядом. — Ну мы это, — светловолосая завела диалог, — я сбежала из больницы и хочу, чтобы вы показали мне новый танец! Вот. Выслушав её, женщина тяжело вздохнула, закрывая глаза рукой. — Я так понимаю, ты от меня не отвяжешься, если я этого не сделаю? — Именно так! — куноичи энергично закивала головой, шагнув вперёд. — Ладно, выбора то у меня всё равно нет, — усмехнувшись, Асами вылезла в окно и спрыгнула с крыши, направляясь в сторону тренировочного зала.

***

Со звонком будильника Какаши поднялся. Сегодня его ждал весьма непростой день. Экзамен на джонина, тренировка, отчёты. Рутинная обыденность шиноби, однако слежка за новой подопечной стала очень интересной. Каждый раз она выкидывала новые фокусы, чем вызывала недоумение и отчаяние Копирующего. Ему же ещё работать с этим неугомонным комком энергии. Тяжело вздохнув, Хатаке скинул с себя одеяло, спуская босые ноги на холодный пол, обжигающий разогретые ступни. Вздрогнув, мужчина резким движением встал, вновь поежившись от пробежавшего сквозняка. И спустя час уже стоял у стойки регистрации, дожидаясь Учиху. — Какаши-сан, мы сожалеем, но Наката сбежала из госпиталя через окно, — хрупкая мед сестра сообщила неприятную новость, боясь даже посмотреть на ниндзя. — Вот же, проблема на мою голову, — тот лишь покачал головой. — Спасибо за помощь. «Пусть её вещи полежат здесь», —сказав это, он использовал шуншин, покидая больницу.

***

Наката наконец вернулась в родную среду, готовая к репетициям. Её кипенное ханьфу, словно светилось на фоне утренних лучей, а его длинные рукава идеально разложились на полу. Часть светлых волос собрана на макушке в тугую петлю. Любимый веер был наготове. Сияние нефритовых глаз говорило лишь об одном — не хватает только музыки. Девушка изящно присела, дожидаясь нужного момента. Грянула традиционная музыка, на губах Учихи проскользнула довольная улыбка. Небольшой проигрыш, похожий на утреннюю зарю, первую росу и пение птиц. Под звуки просыпающейся природы, Наката повела плечами в такт музыки, поднимаясь, словно расцветающая сакура. Идеальное подчеркивающие движение рукой к подбородку. Плавный уход назад, на ноги, но сразу же изящный подъём, уходящий в изгиб спины. Со стороны казалось, будто это танцует не человек, а тонкое дерево цветущей вишни изгибается под мощными потоками ветра. Едва заметный шаг в сторону и соблазнительное движение бёдрами. Извилистое движение всем телом, взмах длинными рукавами и поворот, заметаемый всё теми же рукавами. Как самая развращённая танцовщица, Наката двигала бёдрами идеально в такт музыки, приковывая взгляд ко всему своему существу. Её руки походили на морские волны, а струящаяся ткань ханьфу придавала всему танцу пластики, которая не могла укрыться от глаза настоящего профи. «Чёрт, эта девочка превзошла все мои ожидания. Никто за такой короткий срок не мог выучить «Сакуру» — Асами с неподдельным интересом наблюдала за воспитанницей. В это время та всё глубже погружалась в танец. Вот уже часть, где девушка танцует спиной, изображая податливость ветру. Размашистые, но точно контролируемые движения рукавами, наклон назад, изгиб шеей. Импульсивные взмахи руками, выпускающие воздушную ткань, наконец коснувшуюся пола. Чувственный поворот, когда рукава закрывают хрупкое тело, словно защищая от опасности. Лёгкая игра с костюмом. Он беспрекословно слушался Накату, играя роль её реквизита и одежды одновременно. Резкий наклон с выбрасыванием рук и контрастно плавное поднятие, когда ткань стеной закрывает счастливое лицо. Раскрытие, повиновение музыке. Всё смотрится так, будто исполнительница поддалась моментальному наплыву чувств, отразив его в танце. Игривые движения, словно не репетированные несколько раз. И вновь резкие движения, разбивающие идеальную картину, но при этом легкие повороты, заставляющие белоснежное ханьфу развиваться. Перемена. Опасность. Музыка меняется, как и движения танца. Они жёсткие, угловатые, однако не лишённые грации. И светловолосая меняет историю нежной сакуры на война, защищающего то, что дорого ему. Лёгкие рукава становятся спасительными плетями, ограждающими от беды. Но даже в минуты борьбы найдется место женской красоте. Девушка демонстрирует изящество своей фигуры, встряхивая несколько раз грудью. Энергичные повороты и вращение лишь одним рукавом. Невысокий прыжок, вновь статичная позиция. Но опасность медленно минует, оставляя после себя только тяжелые капли крови. Однако всеобщая грусть перерастает в радость, от чего движения опять становятся плавнее и изящнее. Кружение в счастливом танце, сопровождается озорными вращениями рукавов. Будто солнце поднялось после сильного ливня. Движения приобретают прыгучесть вместе с игривостью. И Наката уже беззаботно взмахивает лёгкой тканью, отходя немного в сторону. Её движения становятся откровенно радостными. Прыжок за прыжком, улыбка за улыбкой. Весёлая походка. Как праздник, сейчас выглядит танец. Уход на колено, но резкий подъём вместе с волнами рук. Последовательность вращений, последний раз демонстрирующих всё великолепие танцовщицы. — Наката! Ты просто превосходна! С утра, как ты ко мне пришла, прошло всего семь часов, но ты уже едва ли не в совершенстве освоила этот танец! — Ну, сенсей, спасибо Вам. Я… — Да не перебивай ты меня, — женщина, прервала речь восходящей звезды, недовольно наморщив нос. — Да, как я уже сказала, ты великолепна. Но всё-таки есть моменты, над которыми надо поработать, — сально улыбнувшись, Асами похлопала Учиху по плечу, щурясь на яркое солнце. — Вот вечно Вы так. Всегда в бочку меда надо ложку дёгтя добавить, — девушка закатила глаза, недовольная тем, что её минуту славы прервали глупыми замечаниями. — Ой, да не бурчи ты. Пока есть время, можешь потренировать растяжку. Она у тебя в последнее время очень просела, — Окада просто отмахнулась на попытки критики в свою сторону. — Ну спасибо, большей похвалы я и ждать не могла, — куноичи возмущённо фыркнула, скрываясь за дверьми раздевалки, чтобы переодеться в более подходящую форму для тренировок. Через пару минут светловолосая вновь вошла в зал, усаживаясь в его середине, чтобы хорошо видеть себя со стороны. Будучи увлеченной растяжкой, и не заметила, как начала напевать когда-то увиденную песню. Время уже близилось к полудню, а Какаши с интересом наблюдал за ученицей, растворившейся в танце. Даже его, бывалого шиноби, очаровали эти лёгкость и невинность. — Сенсей, выходите. Думаете, я не заметила Вас сразу? — Наката подняла голову с любопытством оглядывая наставника. — Ты меня раскусила, — Хатаке хмыкнул, выходя из укрытия. — Что за мелодия, которую ты напевала? Она очень приятная в твоем исполнении. — А, ну, это старая песня, текст которой я нашла в одной из книг, — девушка слега покрылась румянцем, опуская взгляд. — Споешь её? — Копирующий нашёл в этом что-то очаровательное, будто чувствовал свой авторитет перед подопечной. Он стоял под солнцем так, что можно было разглядеть веселящееся выражение лица с прищуренными глазами. — Эм, ну хорошо, — Учиха глубоко вдохнула, готовясь к пению. — Мальчик, а че ты такой скромный. Позови на хату, подлей мне алкоголя. Я вижу, ты же хочешь, вцепиться в мои губы, разорвать рубашку, поставить на колени, быть со мною грубым. Заставишь быть прислугой, свяжешь мои руки, заплетешь мне хвостик, разденешь меня до гола, будешь мне приказывать, а я тебя слушаться, быть покорной девочкой. Ухмылка за ухмылкой, взгляд за взглядом, тело к телу, удар за ударом. Делаешь мне больно, а себе приятно. Ты — верх эгоизма, от тебя я не отстану. Мальчик, а че ты такой скромный. Позови на хату, подлей мне алкоголя. Я вижу, ты же хочешь, вцепиться в мои губы, разорвать рубашку, поставить на колени, быть со мною грубым. Заставишь быть прислугой, свяжешь мои руки, заплетешь мне хвостик, разденешь меня догола, будешь мне приказывать, а я тебя слушаться, быть покорной девочкой. Ухмылка за ухмылкой, взгляд за взглядом, тело к телу, удар за ударом. Делаешь мне больно, а себе приятно. Ты — верх эгоизма, от тебя я не отстану. Чашка чаю, бокал винишка. А ты все ближе, создаешь интрижку. Мальчик скромный, тянешь руку, ждешь касаний, ты хочешь эту суку. А я тебя целую, бросаю на кроватку, снимаю с себя блузку и строю стесняшку. Дую мило губки, а тебя заводит. Мило улыбаюсь, а ножки все колотит. Ты казался скромным, но как я ошибалась. Сжал мои запястья, градус повышая. Целуешь ты все ниже, я на взводе. Ты наполнен властью, ограничил мне свободу, — пропев последние слова, светловолосая сильно согнулась, пряча горевшие щёки. А выражение лица Какаши из веселящегося, с каждым словом всё больше вытягивалось в удивлённое. К концу песни он слегка покраснел. Ситуация стала весьма неловкой, и мужчина постарался её разрядить. — К-хм, а ты помнишь, что у тебя сегодня экзамен на джонина и тренировка шарингана? — он неловко почесывал затылок, рассматривая запыленные сандалии. — А? Что?! Он сегодня?! — девушка мгновенно вскочила, забывая о смущении. — Я быстро! — она одним броском скрылась в раздевалке, приводя себя в порядок. Судя по грохоту, периодически оттуда доносившемуся, шиноби предположил, что в помещении проходит настоящая война. Однако Наката появилась оттуда спустя всего три минуты, натягивая сетчатую перчатку. — Всё. Я готова. Идём? — Учиха ожидающе посмотрела на сенсея, будто несколькими минутами раньше не мечтала провалиться сквозь землю. — Да, идем, — Хатаке бросил оценивающий взгляд, уловивший некоторые изменения в куноичи. — Мне кажется, что три минуты ты выглядела немного по-другому. Сначала та ничего не поняла, но быстро сообразила, о чем говорил наставник. — А, Вы об этом. Да, я затянула грудь, чтобы во время тренировки и экзамена не мешала, — обескураженный взгляд заставил дать пояснения. — При активных действиях она приходит в движение, привлекает внимание и цепляется. Поэтому я ношу эластичные бинты под формой. Мне так удобнее, — девушка пожала плечами, выскакивая в окно к наставнику. — Ладно. Мне то всё равно, — бросив фразу, мужчина резко сорвался с места, направляясь по крышам в сторону тренировочного полигона.

***

На поляне, окружённой плотной стеной деревьев, два члена АНБУ уже поджидали опаздывающую парочку ниндзя. — Семпаи, прошу прощение за опоздание, хе-хе, — Какаши неловко почесал затылок. — Ничего страшного, Какаши. Мы и не рассчитывали на своевременное прибытие, — высокий капитан хрипло засмеялся, снимая с лица привычную маску и приказывая сопровождавшему его парню сделать то же самое. — Наката, — он обратился к девушке, — меня зовут Харуки Акио. А его, — Акио кивнул в сторону невысокого блондина, — Маюки Коичи. Мы будем твоими экзаменаторами и соперниками в экзамене на джонина. Обычно для него выделяется только один человек, но нам показали твою анкету. Она очень хороша даже для АНБУ, а тем более для шиноби ранга чуунин. И ещё, что более удивительно, для куноичи. — А, о. Да нет про… Подожди! Что ты сказал?! — Учиха начала наступать на Акио, едва ли не утыкаясь пальцем в грудь молодого человека. — Говоришь, что куноичи — слабое звено нашего мира?! Не может быть на таком же уровне, как шиноби?! — светлые волосы начали развеваться, выказывая весь гнев девушки. — Э-э-э, нет, я вовсе не это хотел сказать, — обескураженный Харуки стал отступать в сторону напарника, пытаясь хоть как-то закрыться от разъярённого ребёнка. — Семпай, вы зря это сказали, — Коичи впервые подал голос, безразлично взирая на разворачивавшуюся картину. — Теперь с ней будет скучно сражаться. Всю чакру потратит сейчас, а потом будет молить о пощаде, — Маюки лениво зевнул, засовывая руки в карманы брюк. — Так когда начнем? — он обернулся на Акио, который всеми силами пытался присесть, чтобы его не было видно. — А, да хоть сейчас, — капитан поднялся, стряхивая с колен прилипшие травинки. — Наката? Ты как, готова? — парень с интересом взглянул на экзаменуемую. — Коне… — она не успевает договорить, как Какаши дёргает ее за руку, закрывая собой. — Семпаи, я буквально на пару слов заберу её, — даже сквозь маску виднеется фальшивая улыбка и прищуренный взгляд. И не дожидаясь ответа, оттащил светловолосую в сторону и начал шептать. — Наката, эти двое не простые шиноби, случайно попавшие в АНБУ. Они в семь лет закончили академию ниндзя, за три года до меня. И с тех пор всегда работают вместе. Коичи — мастер молнии и нападает первым. Акио в это время анализирует стиль боя врага. Он — сенсор. Поэтому в считанные секунды продумывает стратегию и передает её напарнику. К тому же, он, как и ты — полукровка. Его отец из клана Нара, погибший на войне. От него Акио передались клановые дзюцу управления тенями. А мать — из клана Яманака. Они вместе состояли во фракции Ино-Шика-Чо. Второй также владеет стихией воды и умеет совмещать техники… — Сенсей, пожалуйста, не беспокойтесь за меня, — куноичи очаровательно улыбнулась. Эта улыбка заставила Хатаке вздохнуть с облегчением. Беззаботный тон девушки внушал доверие, будто кричал: «Она справится. Просто поверь». И мужчина поверил. — Хорошо. Я доверяю тебе. Будь осторожнее, — последний раз взглянув на ученицу, Копирующий положил ей на плечо руку, в знак поддержки. — Удачи, — последние слова и шиноби скрывается в листве ближайших деревьев. — Спасибо, — тихо прошептала Наката, направляясь к экзаменаторам. Заранее собирая светлые пряди в высокий хвост. — Готова? — Да. — Тогда начнем! — в эту же секунду Коичи бросился на Учиху, концентрируя на кончиках пальцев зелёную молнию. — Ха! — девушка сделала сальто назад, уклоняясь от атаки. — Слишком слабо! — тут же в АНБУ полетели кунаи и сюрикены. Парни, немного не ожидавшие, что на такую сложную технику в них бросят куски металла, замешкались. И один из сюрикенов, сбившийся с траектории, задел плечо Акио. — Чёртова девчонка, — прошипел мужчина, начиная передавать напарнику указания. «Она нас проверяет. И судя по всему, пока не собирается пока атаковать. Исходя из данных, её можно загонять, тогда она применит выматывающие техники. Но это запасной вариант. Сейчас я активирую дзюцу теней, а ты накроешь волной. Для провала этого хватит». — «Хорошо. Понял. Будет исполнено» — пока ему передавался сигнал, Коичи совершал ложные атаки, направленные на изматывание противника. Но он не знал, что с первых же секунд знакомства Наката нарочно спровоцировала потасовку, сканируя Харуки и настраиваясь на его частоту передачи информации. Теперь тактика стала ей известна. «Что же. Раз я знаю, как они собираются действовать, то можно немного поиграться» — хмыкнув, девушка высоко подпрыгнула и сделала сальто в воздухе, приземляясь на руки. Она успевала внимательно наблюдать за медленно ползущей тенью и раздражённым лицом ее пользователя, который не мог понять принцип действия светловолосой. А Учиха продолжала провокацию, крутя сальто с руками так, что только белые волосы мелькали. «Коичи! Мать её! Что она творит?! В анкете не было ничего об использовании акробатики! Она меня бесит! Атакуем вместе! Сейчас же!» — Акио буквально кричал, мысленно передавая сигналы напарнику. Куноичи хмыкнула. Похоже, веселье начинается. Пока девушка мечтала об интересном бое, АНБУ одновременно набросились на неё. Зона поражения каждого была достаточно большой, чтобы любой маневр девушки грозил смертью. «Факка! Я не смогу уклониться обычным способом». Скользнув взглядом по обоим шиноби, она подскочила, садясь в воздушный шпагат. Но это стало ошибкой. Скорость куноичи была недостаточной для уклонения от повторных атак. «Фун!» — Наката начала волноваться. Похоже, всё-таки недооценила соперников, решив поразвлечься. Однако взгляд упал на светлую голову Коичи. «Была не была! Хуже уже не будет». Переместив центр тяжести, Учиха изменила траекторию приземления на правую ногу, которая уперлась в макушку Маюки. Всего на секунду. Но этого хватило, чтобы светловолосая оттолкнулась, и, придав ускорение телу, сделала любимое сальто, приземлившись теперь на обе ноги. — А теперь, можно начать настоящий бой, — девушка встала в боевую позу. Взгляд нефритовых глаз мгновенно стал жестким. А руки оказались сжаты в кулаки, которые подсвечивались зеленоватой чакрой. — Ха! — куночи бросилась вперед, замахиваясь на Акио. За атакой проследовал хвост из чакры. Этот маневр поставил Учиху в опасное положение, оставив второго АНБУ за спиной. Однако ложное нападение, после которого она сразу же наклонилась, немного исправило ситуацию. Коичи едва остановил молнию, которую направлял в шею светловолосой. Мгновения промедления мужчин дали Накате преимущество. Она вновь успела отойти на безопасное расстояние, чтобы обдумать тактику. «Действительно опасаться стоит именно Коичи. Значит, первым стоит ликвидировать именно его. Акио слабее и не обладает таким количеством чакры. Главное — не попасться в его тени» — в этот момент куноичи не пожалела, что взяла меч. Выхватив клинок, девушка начала концентрировать чакру в его рукояти. Ей пока не удавалось применять «поток чакры» в первоначальном варианте. Однако того времени, что она тратила на разбег, вполне хватало на использование «Огненного веера». Всё же, Накату смутило, что АНБУ не отступили для перегруппировки, а спокойно остались стоять на месте. Проведя взглядом вокруг себя, Учиха заметила тончайшую тень, тянущуюся от Акио, усиливавшуюся тенью Коичи. «Факка! Если их тень нагонит мою, то это проигрыш. Ладно, придется прибегнуть к другому способу». Нефритовые глаза мгновенно стали красными. Это очень удивило шиноби, от которых скрыли этот нюанс. И это сыграло на руку куноичи, заточив мужчин в гендзюцу. Однако они едва ли не сразу поняли план, разбив иллюзию. Но было поздно. Наката успела обжечь Коичи «Огненным веером», на время выведя его из сражения. Харуки грязно улыбнулся. — Зря ты недооценила нас, девочка. Огненные иглы! — в девушку полетели тысячи длинных искр, оставляющих болезненные ожоги. Неприятные ощущения привели Учиху в ярость. Её голос стал тихим и одновременно дрожащим от злости. — Ты мне надоел, — куноичи отскочила назад, концентрируя чакру на раскрытых ладонях. — Ты первый, кто увидит эту секретную технику нашего клана, — сначала невидимая, но ощутимо теплая сила стала собираться в пылающие огненные шары. — Шары смерти божественного клана, — с этими словами Наката рванула вперед, дополнительно увеличивая скорость ирьениндзюцу. Наблюдавший за боем Какаши, удивленно уставился на происходящее. Ему казалось, что в секретном докладе к Хокаге были указаны все техники. Однако эта куноичи хранила несколько тузов в рукавах. Девушка постепенно теряла контроль над собой. Но в последний момент отменила технику чудовищной силы, становясь лицом к лицу с врагом. За это время Коичи успел прийти в норму и бросился на помощь товарищу. Его позиция была выигрышной, ведь он нападал со спины. Но всё пошло не так. Светловолосая успела уклониться, чтобы удар пришелся на лицо капитана. Хотя этого тоже не случилось, она оказалась зажата меж двух огней. Рывком ей удалось спастись. И требовалось немного времени для обдумывания новой стратегии. «Драться с двумя сразу — самоубийство. Но они не отходят друг от друга, особенно теперь. И я больше не смогу их разделить. Придётся действовать по-другому». Хмурившись, Наката уходила от преследователей, которые пытались её загонять. И в один момент она оказалась достаточно далеко, чтобы выполнить намеченное. — Великий огненный шар! — легендарная техника Учих заставила дуэт разойтись по разным сторонам. А умело воспользовавшаяся этим куноичи, продолжала сыпать техниками одна за одной. — Кромешная тьма! — одно из гендзюцу клана позволило ослепить противников. Остатков их чакры было недостаточно для развеивания иллюзии, чем девушка и воспользовалась. — Теневое клонирование! — в это же мгновение появился светловолосый клон, который направился к одному из обездвиженных шиноби. Одновременно с двойником, Учиха приставила кунай к шее противника. — Развейся.

***

— Мы поздравляем тебя, Наката. Ты успешно прошла экзамен, уложив двух АНБУ, — Акио засмеялся, потирая ушибленную руку, пока победительница залечивала раны Коичи, нанесённые ею же. — Не хочешь присоединиться к нашей организации? — О, я… — Учиха не успела договорить, как ее прервал возникший, словно из ниоткуда Какаши. — Нет. Она войдет в ряды АНБУ, — он сурово посмотрел на всех присутствующих, слегка загораживая девушку. — Почему, сенсей? — она недовольно насупилась, глядя на наставника. — Я не хочу, чтобы кто-то из моих учеников страдал. После этих слов светловолосая сразу же согласилась. — Ладно. Двое бойцов растерянно переглянулись между собой, несколько раз моргнув. — Ну, нам приятно было принимать у тебя экзамен. Отчет уже к вечеру будет у Хокаге. До скорого! — махнув руками, парни тут же исчезли. — Сенсей, а какие у нас сегодня планы? — девушка с любопытством посмотрела на мужчину. — Ну, — он перевел взгляд на небо, — если верить солнцу, сейчас два часа дня. Через два часа я жду тебя на этом же месте. У нас будет тренировка.

***

Ненависть Учихи к опозданиям была столь же велика, как и к собственным слабостям. Именно поэтому, уже через полтора часа светловолосая вновь стояла на полигоне. Благо за неделю накопились дела по тренировкам. Как всегда припозднившийся Какаши, застал ученицу в ярости метающую кунаи, с вздыбленными волосами и покровом голубой чакры. — Хей, Наката, ты в порядке? — он с интересом разглядывал происходящее, не решаясь подойти ближе. — Меня бесят эти печати! — очередной кунай воткнулся в белый лист с таинственными знаками, пригвождённый к дереву. — Они у меня не получаются! Агхр, — девушка издала рык, готовясь нанести ещё одно увечье бедному растению. — А теперь объясни всё спокойно и без попыток что-то уничтожить, — мужчина захлопнул любимую книгу, бросая строгий взгляд на девушку. Под натиском темных глаз она сдалась. Голубой покров постепенно стал сходить, светлые пряди медленно опускаться. Наката шумно выдохнула, подходя к наставнику. — Микари показала мне несколько техник фууиндзюцу. И пока я вас ждала, решила их попрактиковать, но у меня ничего не получилось. А, и ещё, сенсей, я нашла договор призывного животного. Мне стоит заключать с ним контракт? — Если ты планируешь продолжать карьеру шиноби, то да. Большинство джонинов Скрытого Листа владеют призывом. — Ура! Сенсей, покажите печати, пожалуйста, — нефритовые глаза засветились от восторга, а свиток в тот же момент оказался расстелен на земле. — Не так быстро, — Копирующий хмыкнул. — Ты знаешь, как заключать контракт? — он посмотрел на девушку. — Ну, только примерно. Расстилаешь свиток, пишешь своё имя, ставишь подпись кровью, а дальше тренируешь призывать. Верно? — Имя тоже пишешь кровью, — мужчина медленно кивает. — Техника призыва — это пространственно-временная техника С-ранга, а размер и количество животных зависит от количества чакры, которое ты вложишь. А теперь внимательно следи, — приняв боевую стойку, Хатаке начал быстро показывать печати. — Кабан, собака, птица, обезьяна, баран. Призыв! --как только рука с окровавленным пальцем оказалась на земле, из образовавшегося облака пыли появился симпатичный пёс. — Йоу, Какаши. Зачем звал? — Привет, Паккун. Показываю технику призыва новой ученице, — Копирующий кивнул в сторону куноичи. — Эм, добрый день, Паккун-сан, — Наката приветливо улыбнулась животному, помахав ему рукой. — И это всё? Я пойду тогда? — пёс с подозрением обнюхал нового человека в окружении хозяина и вопросительно посмотрел на него. — Да, спасибо за помощь. Можешь идти. — Тогда бывай, — в этот же момент пёс исчез, скрываясь в таком же облаке пыли. — Вау! Сенсей, это так круто! Тоже так хочу, — Наката сразу же стала серьёзна. Под чутким руководством Хатаке, она выполнила все шаги, но замялась на исполнении печатей. Какаши выгнул бровь. — Трусишь? — А? Что? Ну, нет, — куноичи принялась складывать печати. — Призыв! — вспыхнуло привычное облачко пыли, из которого появилась белоснежная ласка. — Ммм, Ичиго, какого чёрта? — юркое животное ещё некоторое время щурилось и принюхивалось, но неожиданно громко заверещало. — Ты кто? — ласка в один прыжок взобралась на Копирующего, прячась в его густых волосах. — Эээ, здравствуйте. Меня зовут Уч… к-хм, Яманака Наката. Я — дочь Ичиго. К сожалению, мама недавно погибла — девушка грустно вздохнула. — Теперь этим призывом пользуюсь я, — она улыбнулась, стараясь скрыть печаль. — Ох, милочка, мне так жаль, — зверёк также легко слез с Какаши, как и залез. — Моё имя — Мио. Я призыв ласки. Нас используют для слежки и незаметных нападений. Мои большие сёстры могут стать сильными союзниками на поле боя. У нас острые зубы и хороший нюх, — Мио подошла к светловолосой и потерлась о ее ноги. — А теперь пойду. Мы познакомились, вызывай, когда будем нужны. Пока, — взмахнув хвостом, животное исчезло. — Это что, у меня теперь есть призыв ласки? — светловолосая немного растерянно посмотрела на наставника. — Да, ты им владеешь, — Копирующий утвердительно кивнул, убирая книгу в поясную сумку. — Теперь начинаем тренировку, — он отпрыгнул назад, снимая повязку с глаза.

***

— А теперь активируй глаза и нападай на меня огненными шарами, — запыхавшийся Хатаке стоял напротив такой же запыхавшейся ученицы. Наката кивнула, а глаза ее снова блеснули красным. — Сейчас, как на упражнении перед этим. Представь, что на тебя сыпется дождь из кунаев. Твоя задача — увернуться от всех, не дав себя ранить, а потом ударить в мое Чидори. Чтобы пока было легче, мой клон призовет миллион кунаев и запустит в тебя. — Хорошо, я поняла, — как только клон отошёл за оригинал, а глаза светловолосой среагировали на атаку, она бросилась вперед, громко крича. Как только соперники столкнулись, их отбросило на много метров, но ни одному лезвию так и не удалось ранить Учиху. Девушка шумно задышала, утирая со лба пот. И взглянув на наставника, поняла, что он в ещё худшем состоянии. Еле стоящий на ногах, кое-где прорезана одежда, растрепанные волосы, весь пыльный. — Сенсей, Вы порядке? — Наката с сомнением оглядывала мужчину. — Да, только немного устал, — Копирующий махнул рукой, а сквозь маску проглядывалась улыбка. — Я помогу вам. Это не обсуждается, — юрким движение девушка поднырнула под руку Копирующего, укладывая ту на себе. — А теперь говорите, куда идти. — Я сам смогу дойти, — шиноби попытался убрать руку, но та была крепко зафиксирована. — А я сказала, что помогу и точка! — Взялась же на мою голову, — ниндзя хмыкнул, прекращая сопротивляться. — Квартал джонинов. Дом на окраине, второй этаж. — Будет сделано! Всю дорогу до места Наката щебетала о всякой ерунде. Сначала это раздражало мужчину, однако через время он с удивлением понял, что девушку очень интересно слушать, да и голос весьма приятный. И ещё через несколько минут у них завязался интересный разговор, продолжившийся и за чаем. Несмотря на все протесты Какаши, девушка всё же помогла ему с отчетами по тренировкам для Хокаге. — Спокойной ночи, сенсей! — бросила светловолосая, покидая квартиру наставника через окно. — Да, да. Спокойной, — уже в полудреме ответил он, с головой накрываясь легкой простыней.