Эйва

Это было… В ночь перед боем, кажется. После побега нервишки знатно так шалили. Не знаю, что меня торкнуло пойти туда: страх или ещё что-то. Тяжело признавать, что ты боишься тех, с кем всё это время работал. Тяжело признавать, что ты можешь умереть сейчас, через несколько часов, завтра… Конечно, я осознавала это, я ведь солдат. Но это ведь не какая-нибудь отдельная раса или что-то в этом роде. Я ведь всё ещё человек. Оставшись в моей стрекозке я никак не могла уснуть. Решила выбраться, чтобы подышать… Говорят, помогает. Темно, хоть глаз коли. Взяла большой фонарь, огляделась вокруг. Вроде бы тихо, но постоянное шевеление из леса никак не помогало успокоиться. Тут, в голову забралась навязчивая мысль.

к дереву

Не знаю, как я дошла в целости и сохранности. У меня был только кортик и фонарь. Шла я очень долго: постоянно оглядывалась, останавливалась, прислушивалась. В эти моменты казалось, что биение моего сердца было настолько громким, что его слышали все: и кто в небе, и кто в лесу. Изредка что-то свистело над головой. Может, Икраны, а может и ещё какая-нибудь живность на подобии. Тогда единственной вещью, которая придавала мне каплю уверенности, была почва. Ну, не только она. Всё, чего я касалась, отзывалось в ответ. Земля, трава, деревья, эти огромные растения — всё подсвечивалось и как будто отдавало что-то. Ребята много говорили об этом, но я не верила им, думая, что они с ума сошли, закопавшись в своей науке. Я много думала о том, почему решила пойти с ними. Наверное потому, что в мою голову ударило осознание того, что мир Пандоры совершеннее нашего. «Насилие порождает насилие» Не помню, кто это сказал, но именно эти слова возникли тогда в моей голове и заставили из-под носа командования увести вертолёт. Эйва. Так, кажется, они зовут своё божество. Красиво… Я дошла до святого древа. Ощущение какого-то спокойствия наполнило каждую мою клеточку. Уже не пугало свечение, исходящее от него, не пугали эти странные семена, летающие в воздухе. Сознание полностью отчистилось, все мысли притихли, замолчали. «Ты ведь для них типа… Святыня всех святынь? — задала я вопрос и коснулась тонкой ветви, — так чего ты не поможешь им? Ты ведь не хочешь сказать, что боишься? Видишь, им нужна защита… Я даже украла стрекозу, чтобы помочь им. Так помоги им и ты.» Я долго молчала, ходила между ветвей и на меня даже село несколько семян. «Это ведь… Так страшно, когда у тебя отнимают дом. А ты для них всё. В тебе вся их жизнь.» «Помоги. Сделай так, чтобы Пандора жила. Мы с ребятами… Мы готовы умереть, чтобы сделать это. Помоги нам справится с этими… Как вы их зовёте… Небесные люди?» Не знаю, показалось ли мне тогда или это было вправду, но несколько ветвей как будто на секунду засветились ярче и вокруг них поплыли семена. Не помню, как я вернулась к стрекозе. Помню только, что чувствовала приближение чего-то тёмного. Оно прямо в спину дышало. Наверное, я уснула, потому что в сознание я пришла только на рассвете, когда всё вокруг зашелестело, зарычало. Где-то вдалеке послышался дикий рёв моторов. Я прыгнула в кабину и завела двигатель. «Ну что, сукины дети, готовы умереть?»