Wake me up when September ends

      Алекс устал. Ежедневные заботы, критика от близких и уроки высасывали из него все жизненные силы, и постепенно он начал привыкать к этому холоду в душе. Он терпел. Терпел всё, что говорили ему учителя, родители, хоть и жутко хотел накричать в ответ, поставить их на место, заставить пожалеть о том, что те вообще открыли свой рот. И вот, май прошёл и все страдания закончились. Предки поспешно уехали на дачу, а учителей парень послал куда по-дальше ещё после вручения аттестата. Теперь он может спокойно кричать на всю улицу, или написать недоедливой математичке пару ласковых слов. Но Алекс слишком устал. Это довольно странное чувство: хочется закричать так, чтобы услышал весь город, но в то же время единственное желание это уснуть навеки. Незнание что делать привело Алекса на крышу своей девятиэтажки. Он часто проводил здесь вечера, в компании древнего, как этот мир, магнитофона, пейзажей унылых панелек и банки дешёвого энергетика. Непонятно почему, но именно эта атмосфера дарила ему неповторимые ощущения спокойствия. Ему нравились такие вечера. Нагретый летним солнцем воздух постепенно остывал, прохладный ветерок колыхал ветки берёз, а багровое солнце спешило скрыться за шестиэтажным домом. Сделав глоток горького напитка, Алекс включил следующую песню. «Summer has come and pass… …The innocent can never last… …Wake me up when September ends…»       С лестницы донеслись медленные шаги. Алекс даже не шелохнулся, ведь слишком прекрасен был вид перед ним, такое можно увидеть лишь раз в жизни. — Да, школа только кончилась, а такое ощущение, что пол-жизни прошло. — Сказал Павел и сел рядом с другом, сгорбившись. Открыв энергетик, тот сделал небольшой глоток и вздохнул, провожая взглядом последние лучи солнца. Хриплая мелодия полностью передавала чувства двух друзей в тот момент. «As my memory rests… …But never forgets what I lost… …Wake me up when September ends…»       В голове каждого был настоящий ураган из вопросов, неуместных шуток и просто подбадривающих фраз. Но оба понимали, что слова здесь излишни, и открой кто-нибудь из них сейчас рот—вся гармония испарится в тот же миг, оставив после себя только ледяную тьму, лай диких собак и мат пьяных алкашей. Банки уже давно опустели, но они продолжали держать их в руках, ведь они были важной составляющей этого крошечного мирка, куда никто и ничто не пройдёт, и который может рухнуть на его обитателей за считанные секунды. Воздух начал стыть, приводя в чувства, и Павел, одетый в белую рубашку, невольно вздогнул. Алекс посмотрел на своего друга, с удивлением отметив, что тот не взял с собой на крышу любимый отцовский пиджак. — А ты чего без пиджака? — Да вот, башка дырявая, после выпускного вообще ничего не соображаю. — Алекс усмехнулся и полностью развернулся к другу, оперевшись рукой о пол. — Ну да, ты-то у нас тот ещё пазл. Так долго собираешься. — Такая «издёвка» со стороны лучшего друга отнюдь не понравилась парню и тот, сердито выдохнув, уставился вниз. — Да ладно тебе, я же прикалываюсь. Давай, рассказывай! — Ну ты, блин, так быстро убежал сюда! Родители одни на дачу уехали, Анька сегодня весь день недовольная, да ещё и аттестат отказался показывать… Мало ли что у тебя в голове! Тут уж не до пиджака… — Алекс тепло рассмеялся и закрыл глаза. — Он ещё и смеётся… — Ах, Паша, башка у тебя и правда дырявая. — Вздохнув, Алекс встал, отряхнулся, выключил магнитофон и направился к двери. Дождавшись друга и на последок взглянув на уже пустую крышу, направился домой.