Сон в туманную ночь

— Ну что, закончил, Шекспир? В бесчисленный раз прокручивая барабан револьвера, Ирэн расположилась на одной из пустых бочек, брошенных в подворотне Уайтчепела, деловито закинув нога на ногу. Сидящий перед ней на корточках Грей последние несколько минут хмуро вычерчивал веткой по грязи узкого переулка план ближайших улиц, объясняя его воровке на случай, если придётся срочно искать пути отхода. На очередной звук, издаваемый оружием Адлер, мужчина раздражённо выдохнул и поднял голову, наведя на неё палку, словно строгий учитель указку: — Может прекратишь выделываться? Я тут о нашей безопасности забочусь. Девушка показательно засунула револьвер в кобуру, надёжно спрятанную за накидкой: — А я повторяю — не драматизируй. Во-первых, художник из тебя не ахти. Во-вторых, ты правда думаешь, что в этой темноте я могу нормально разглядеть твои каракули? Я граблю людей: это мой профиль убегать незамеченной. Всегда справлялась, справлюсь и сейчас. Грей отбросил в сторону свой самодельный инструмент для рисования, резко вскочил, приблизился вплотную к тут же выпрямившейся как струна Адлер и процедил, едва сдерживая очевидно нарастающий гнев: — Крошка, я понимаю, на тебя слишком многое навалилось в последнее время, но тут не базовый инструктаж, это вопрос выживания. Те твари… — Сделают всё, чтобы убить нас, да, я это уже поняла. Ирэн ловко спрыгнула с бочки, отходя от напарника на большее расстояние, повернувшись к нему спиной, инстинктивно прошлась подушечками пальцев по следу укуса на шее, полученному несколько дней назад: — Но не они первые, не они последние. Мы всегда были отбросами, от которых лишь бы поскорее избавиться. И не говори, что не знаешь этого. — Хватит храбриться, оставь это для задания. Грей громко потянул носом, и уголок губы Ирэн вытянулся в бесстыдной ухмылке: мужчина всё ещё не мог до конца оправиться после её маленького реванша в катакомбах — ну и поделом. Адлер кокетливо повернулась к брюнету полубоком, одаривая того молящим сверканием серых глаз: — К слову о задании, может, уже расскажешь, что у тебя за история с Эвансом? — Нет. — Что ж, спасибо за доверие. — Это не так важно. Давай сначала выполним то, что от нас требуется. Воровка показательно равнодушно пожала плечами, будто на самом деле это совсем её не интересовало: — Дело твоё. Значит, этот мистер Сильвер, к которому мы должны попасть — местный торговец краденым? Грей подпёр боком стену каменного дома, ехидно улыбаясь, вздёрнул воротник плаща: — Больше, чем торговец, Ирэн, гораздо больше. Если кто и контролирует, что творится на этих улицах, так это наш старина Сильвер. Я до сих пор удивлён, что ты не в курсе дел всех лондонских воротил. — Я до сих пор удивлена, что ты ещё не понял, что я работаю только в лучших районах. Уайтчепел - дыра, о которой желательно и не знать. Особенно после всех этих зверских убийств Потрошителя. Адлер чуть не передёрнуло, но, к её же удивлению, не от упоминания так и не пойманного маньяка. О, во лжи тебе тоже нет равных, Ирэн. Она незаметно прикусила внутреннюю сторону щеки, отгоняя от себя воспоминания голодного детства в местных трущобах, когда каждая брошенная собакам корка заплесневелого хлеба могла помочь ей дотянуть до следующего дня. Девушка зареклась больше не возвращаться в этот район. Похоже, она умудряется нарушать даже клятвы, данные самой себе. В любом случае, в той изысканной женщине, образ которой она возвела вокруг себя, невозможно было представить истязаемого отсутствием пропитания ребёнка, едва сводившего концы с концами. Либо Грей уже начал привыкать к колкостям Ирэн, либо попросту устал пререкаться весь вечер, но никак не прокомментировав её высказывание, махнул головой в сторону бульвара, на который выходила их узенькая, трудно находимая на картах британской столицы улочка: — Смотри: естественно у такого влиятельного человека имеется не одна собственность. Но это так, - мужчина сделал неопределённый жест рукой, - пыль в глаза. Чтобы не привлекать лишнего внимания к действительно ценным вещам, Сильвер снимает комнаты в местном притончике, считающим себя гостиницей. В его спальне есть смежная дверь с другим номером. Мы заходим туда, и если его нет на месте — взламываем эту дверь и проводим обыск. Если услышим, что он там — что ж, у нас будет время отдохнуть до его ухода и увлекательно провести время, имитируя для него страстных любовников, укрывшихся в этом уютном гнёздышке под покровом ночи. Подошедшая к своему компаньону Адлер тут же скептично скривилась: — У тебя фетиш такой - постоянно разыгрывать со мной пару? — Трудно удержаться от соблазна, моя обворожительная Ирэн. — Одного удара в нос было недостаточно? Мужчина примирительно вскинул ладони в воздух: — Боже, храни Королеву и моё лицо. — Почему ты так уверен, что соседний с ним номер не будет занят? — Всё просто, - в голосе Грея прозвучали заговорщические нотки, - благодаря прозорливости Эванса эта комнатка уже долгое время снимается для нужд нашей скромной организации. Очень удобно на всякий случай иметь под боком кабинет местного криминального авторитета. — Если ты хотел меня поразить, то у тебя не вышло - я уже почти ничему не удивляюсь, - Ирэн привстала на цыпочки, вглядываясь в темноту окон Сильвера, прорезающуюся сквозь лёгкую дымку тумана. - Хорошо, а почему просто не дашь мне залезть через балкон? Комната прямо под крышей. Эффективный чистый способ, я справлюсь, не успеешь и глазом моргнуть… — Так-так-так, - Грей положил руку воровке на плечо и развернул её к себе, - давай проясним, малышка: мы идём туда только вместе — это раз. Два — балкон - крайний вариант. Если вдруг услышим Сильвера, будет проще и быстрее спрятаться за дверью нашего номера. Иначе вниз будем лететь долго, успеешь попросить у меня прощения перед смертью. Ирэн шутя стукнула его кулачком в грудь и прикусила нижнюю губу, легонько хихикнув: — Это всего-то второй этаж. Просто признай, что ты плохо лазаешь по стенам и в случае чего не успеешь запрыгнуть на крышу. Грей закатил глаза и двинулся в сторону захудалой гостиницы: — Всё, пошли. — Ну признай. Высоты боишься? — Только время тратим тут. — Я поняла, в детстве ты упал с качелей. — Ирэн… — А, так это был пони. — Держи. Чуть не забыл. Мужчина достал из внутреннего кармана своего плаща маленький коробок. Адлер с любопытством протянула к трофею облачённую в перчатку руку: обычная картонная обёртка без каких-либо опознавательных знаков увесистым грузиком осталась лежать на её ладони. Ирэн приоткрыла коробочку, и от вида содержимого одна её бровь изогнулась в немом вопросе. Грей заправил за ухо прядь непослушных тёмных волос и будничным тоном пояснил: — Серебряные патроны. Нежить обычным металлом можно только замедлить, это чтобы наверняка. Надеюсь, нам это сегодня не пригодится, но ты теперь с нами, поэтому привыкай. — Грей… Спасибо. Самое редкое слово, когда-либо срывавшееся с уст Ирэн. Отблеск пуль отразился в радужках девушки и разлился по венам отравляющим кровь осознанием: как раньше уже не будет. Она так и не поняла, во что ввязалась. Трудно признать, но Грей был прав — глупостью с её стороны было так яро демонстрировать своё мужество перед лицом сверхъестественной угрозы — в прошлый раз она лишь чудом осталась в живых, и всё только благодаря встрече с таинственным мистером Холмсом. Сейчас в затылке Адлер пульсирующе отзывался острый укол страха — самое неприятное ощущение, растворившееся в сумраке давно ушедших лет. Она правда может умереть. Но Ирэн не позволит себе сделать это сегодня ночью. Вот клятва, которую необходимо сдержать. Одну руку девушка засунула в потайной карман накидки, нащупав там набор отмычек в кожаном футляре. Пальцы пробежали по знакомому рельефу, нащупывая заученные наизусть изгибы инициалов — это помогло ухватиться за островок реальности, который пытался сохранить её мозг. Обратный отсчёт от трёх до одного, ровный выдох, и вот ладонь, в которой лежат патроны, уверенно смыкается вокруг коробка и твёрдым движением убирает его лежать по соседству с отмычками. — Готова? - Грей с излишней для их положения галантностью обхватил воровку за талию и притянул к себе, - Стоит напоминать, что, мы без ума друг от друга? — Предложение насчёт второго удара всё ещё в силе. — Ты уже ударила меня в самое сердце, дорогая. Ирэн еле сдержала улыбку. Глубоко в душе она даже была признательна тому, как её новоиспеченный напарник разряжает гнетущую атмосферу опасности своими нарочито прямолинейными заигрываниями. Что ж, план предельно простой — попасть к себе в комнату, взломать дверь, найти зацепки, тихо уйти, выжить. Прокручивая у себя в голове эти пять пунктов, Адлер, покрепче обняв Грея в ответ, перешагнула через скрипящий от загнивающей древесины порог гостиницы, вывеска которой многообещающе гласила: «Сокровище Агры».

* * *

Нашли же как назвать эту ночлежку. Видала она сокровища и получше. Цепкий взгляд Ирэн то и дело спотыкался об унылые, выцветшие обои, несколько дешёвых картин в пыльных рамах, на которых проглядывались индийские мотивы. В довершение всему фарфоровый слоник со сколотым хоботом на стойке ночного консьержа, который, одетый в ярко-малиновый потёртый халат, всеми силами старался соответствовать безвкусному интерьеру — покрасневшее от хронического алкоголизма обрюзгшее лицо в мелких оспинках расплылось в удовольствии при виде неожиданных гостей: — Мистер Грей, какая встреча! Давно мы с вами тут не пересекались в такой час. — Вилли, дружище! - размашистым шагом Грей приблизился к стойке регистрации и пожал полному мужчине руку так, как будто это действительно был его самый близкий товарищ. Адлер чуть не фыркнула: слишком много показушной радушности — совсем не её стиль. Её напарник тянуть не стал, быстро вернулся к девушке и демонстративно взял её за руку: — Боюсь, не могу сегодня с тобой поболтать, обещал показать моей очаровательной спутнице свою коллекцию бабочек, честь превыше всего. Сам понимаешь… Вилли сипло захихикал: — В таком случае не смею задерживать. Впрочем, самую прекрасную бабочку ты поймал только сейчас. Ирэн выдавила из себя подобие смущённой, благодарной за «комплимент» улыбки и покорно последовала за Греем, уже тянувшим её за собой вверх по лестнице. Исчезая в пролёте, он наклонился и прикрикнул: — С меня следующий раз скотч, друг! — Ловлю на слове! Когда они вышли в коридор между номерами, воровка тут же стряхнула вакантно расположившуюся на её бедре ладонь Грея, пробурчав: — Сгораю от нетерпения увидеть всю моль, что скопилась в шкафу твоей комнаты, о эксперт по бабочкам. — Не смею больше испытывать твоё терпение, - брюнет прозвенел ключами, пнул ногой тяжело поддающуюся дверь и пригласил Ирэн войти в помещение первой, - Только после вас, миледи. Внутреннее убранство отличалось бедностью: в маленькое пространство, которое едва освещала висящая в центре потолка тусклая лампочка, вмещались только вещи первой необходимости. Комод, криво повешенное над ним кругленькое зеркальце, неширокая кровать, выглядывающий из под неё ночной горшок. Классическая иллюстрация жизни лондонского чернорабочего. Слева от входа находилась дверь, судя по всему ведущая во владения Сильвера. Зайдя внутрь, Грей приложил палец к губам, давая Ирэн знак прислушаться к звукам. Стены в «Сокровище Агры» толщиной ожидаемо не отличались, что играло на руку. По правую сторону отчётливо доносились стоны и ритмичные постукивания спинки кровати по стене. «Хоть у кого-то эта ночь выполняет своё истинное предназначение», — мельком успела подумать Адлер, фокусируясь на противоположной части комнаты. У Сильвера ни звука, даже сопения не слышно. Может, решил переночевать в какой-нибудь из своих более роскошных квартир. На всякий случай шёпотом, Ирэн сказала непривычно серьёзному Грею: — Ну что, попробуем зайти. Девушка присела на колени перед дверью, достала футляр с отмычками и выверенными движениями легко вскрыла замок: она и не ожидала от этого места чего-то уровня взлома Английского банка. Поняв, что та справилась, Грей мягко подвинул её в сторону, давая понять, что в этот раз первый пойдёт он. Держа одну руку на уровне кобуры с револьвером, второй он осторожно подтолкнул дверь и заглянул внутрь: — Вроде чисто, можем… А, дьявольское пекло! От неожиданности мужчина дёрнулся назад и чуть не сбил с ног ничего не понимающую Ирэн. Выпустив ещё пару ругательств, Грей шагнул обратно в комнату Сильвера, уже с наведённым револьвером в тот угол комнаты, обзор которого был Адлер недоступен. Её напарник прорычал: — А ну не двигайся, медленно опусти трость! — И вам добрый вечер, мистер Грей. Этот голос. Ирэн выглянула из-за плеча спутника и нашла подтверждение своим догадкам: перед ней на кресле чинно восседал не кто иной как Шерлок Холмс собственной персоной. Увидев девушку, он тут же учтиво притянул в приветствии краешек шляпы: — Мисс Адлер, я был уверен, что вы появитесь здесь быстрее. — Вы… - опешившая воровка запнулась, дёрнув Грея за рукав, - Убери же ты пистолет. Не узнаёшь разве: вы вчера дрались. — Да, и по моим подсчётам гематома от моего удара на вашем ребре, - Холмс лениво повёл тростью в сторону правого бока брюнета, - не даст вам твёрдо держать ваше оружие на взводе ещё несколько дней. — Будешь столько болтать, и на взводе револьвер держать нужды не будет, я сразу нажму на спусковой крючок, - уже узнавший своего недавнего оппонента Грей нехотя опустил курок, - Вы что здесь потеряли? — Не потерял, а пытаюсь найти. Полагаю, что мы преследуем общие цели. — И как вы поняли, что мы придём? Холмс не изменился в лице, лишь его пронзительные голубые глаза, так поразительно и контрастирующие с мраком комнаты, и сливающиеся с ней, начали наполняться странной смесью веселья и язвительной злобы: — По звёздам предсказал. Да он просто издевается над Греем. Ирэн попыталась увлечённо рассматривать узоры на ковре под ногами, чтобы не прыснуть со смеха: не она одна решила сегодня извести до белого каления своего напарника. Увидев на лице брюнета ту мелькнувшую тень смятения и раздражения, появление которой Шерлок и добивался спровоцировать, тот встал-таки с кресла и довольно добавил: — Увидел вас в подворотне, пока спускался сюда по крыше. Сопоставить все факты не составило труда. Сел и решил вас дождаться, раз уж так получилось. Ирэн бросила гневный взгляд на Грея, скрестив руки на груди: — Значит, всё-таки через окно… Её темноволосый спутник только отмахнулся: — И не смотри на меня так! Мы с Холмсом едва разминулись, правда? - Грей вопросительно уставился на Шерлока. Бывший детектив согласно кивнул: — Ну да, я только успел передвинуть шкаф. — Простите? — Вы правда думали, что Сильвер будет держать дверь смежной комнаты открытой для свободного прохода? Он перекрыл её шкафом, я его отодвинул, чтобы вы прошли. Вот было бы неловко, сложись всё иначе. Пока Грей, не найдя, что ответить, напряжённо потирал шрам на подбородке, бездумно кивая, Ирэн открыто рассматривала Холмса, который теперь стоял прямо перед ней. Почему-то общение с ним казалось ей сродни хождению по канату без страховки, где каждое не так подобранное слово могло стать причиной потери равновесия, как следствие — фатального исхода. Одетый во всё чёрное, Шерлок не просто слился с тьмой ночного Лондона, он стал ей, натянул как маску, которая сейчас без дела покоилась на его шее. Но главное, что венчало весь его мрачный образ — непробиваемая блокада ледяных глаз, внимательно скользящих в ответ по лицу Адлер и покрывающих её кожу тонкой корочкой инея. Интересно, сколько всего он уже успел узнать о ней, просто исходя из текущего наблюдения? Впрочем, так легко сдаваться было не в характере Ирэн: она не смутилась и не сбежала от напора голубых радужек, упрямо, с ещё более окрепшим азартом высматривала в их глубине замки, к которым так хотелось подобрать ключи. У каждого великого вора есть дело всей его жизни, и она не считалась бы одной из лучших, если бы не могла взломать любой сейф — тайна под названием «Шерлок Холмс» была обязана стать её главным трофеем, по ценности превосходящим любую материальную награду. Но всему своё время. Девушка нарушила секундное молчание, вежливо обращаясь к бывшему сыщику: — Мистер Холмс, а что именно вы надеетесь здесь отыскать? Забавно: если с Греем она сразу почувствовала ненадобность фамильярничать (они всё же были одного поля ягоды, крутились в похожих кругах), то к Шерлоку обратиться на «ты» казалось чем-то из ряда вон, нарушающим личные границы каждого из них. Как две пантеры перед прыжком, Адлер с Холмсом обходили друг-друга по кругу, прощупывали почву, изучали, не решаясь сойтись в схватке. Шерлок не менее почтительно ответил: — Наконец-то правильные вопросы, а то мы тут до рассвета простоим. Прошу за мной, - приглашающим жестом детектив в отставке указал Ирэн и Грею на смежную комнату. Пройдя туда, они оказались в маленьком кабинете, где вишенкой на торте интерьера служил двухметровый сейф, занимающий половину пространства. Холмс тем временем продолжил: — Сам кулон меня не интересует настолько, насколько… кхм, личности, которые за этим стоят. Мне известно, что Сильвер недавно за определённый процент дал добро на то, чтобы некий доктор Джекилл устроил в Уайтчепеле лабораторию для своих экспериментов. Слухи гуляют, люди пропадают всё чаще, а фактов недостаточно. Легко расследовать дела в реальном мире, но когда имеешь дело с чем-то паронормальным… Мисс Адлер, устраивайтесь поудобнее, вот сюда, - Шерлок освободил Ирэн пространство перед сейфом, подавая ей для опоры руку, чтобы она грациозно приземлилась перед стальной дверью, - Так вот, расследовать что-то сверхъестественное — задача не из лёгких даже для меня. Я никогда столько не корил себя за невежество. Одно знаю точно — за вашим амулетом идёт охота, и против вас борется зло в первозданном виде. В это же время кто-то орудует в Уайтчепеле под именем Джека Потрошителя и набирает для себя армию из никому не нужных отбросов общества. Несколько девушек я успел убить до их обращения, но сам из-за этого чуть не был пойман и отправлен на виселицу как серийный убийца. Ещё и сомнительная деятельность господина Джекилла. Шерлока, уже, казалось, говорящего с самим собой, захлестнул такой словесный поток, что Грей и Ирэн молчали, не осмеливаясь его прервать. Адлер так и зависла со стетоскопом в руках, не в силах начать работу над подбором комбинации. Этот сложный человек перед ней с пугающе самозабвенной страстью рассказывал о своём деле, он был предан ему, брал из него жизненные силы, в то же время вкладывая туда всю свою энергию. Глаза Холмса горели сильнее прежнего, голос обрёл эмоциональность, пальцы в перчатке импульсивно сжимали-разжимали рукоять трости в форме вороньего черепа. Мужчина бросал в воздух обрывки своих размышлений: — Если смотреть на это всё как на колоду карт, то думаю, что пытаюсь вычислить вальтов, но туз… Туз всё ещё скрывается в тени… — Тс, постойте, - Грей напрягся и заставил компанию затихнуть. Ирэн вытащила из ушей стетоскоп, прислушалась, но кроме ещё более заглушённого хихиканья, которое продолжало раздаваться из дальнего номера, воровка не уловила никаких подозрительных звуков. Грей немного расслабился, отводя руку от кобуры с пистолетом: — Мне показалось… А, неважно, продолжай работу, Ирэн. И пары минут не прошло, как тонкие пальчики Адлер накрутили на замке последнюю цифру из кода. Трио дружно затаило дыхание, когда девушка взялась за ручку сейфа: — Что ж, посмотрим, что у нас тут. Ирэн изо всех сил потянула на себя тяжёлую стальную дверь и тут же замерла в полном недоумении: — Вот же крысиное дерьмо… Внутри было пусто, и только на внутренней стороне двери чем-то подозрительно напоминающим кровь было написано:



РАЙХЕНБАХ

Адлер устало повернулась к мужчинам, указывая большим пальцем себе за плечо: — Кто-нибудь мне объяснит, что это за… Она едва успела уловить сжатые в напряжённую нитку губы заметно побледневшего Холмса, как раздался оглушительный треск разлетающихся деревянных щепок, доносящийся из спальни Сильвера. Что-то нечеловечески сильное пыталось проломиться внутрь. Снова пополнив весь вокабуляр ругательств, которые знала Ирэн, Грей бросился в сторону той комнаты, крикнув Шерлоку: — Не отходи от неё! Не успел Грей дойти до спальни, как дверь со второго удара была уже полностью выбита, и перед глазами застигнутой врасплох троицы предстал Вилли, точнее подобие его людского образа, искаженное чудовищным оскалом. На шее консьержа виднелись уже знакомые Ирэн свежие следы от зубов. Значит, Грею не померещилось, когда он что-то услышал. — Говорил же, что меньше надо пить, старик, - брюнет по-ковбойски вытащил свой пистолет и сделал первый выстрел. Дальше всё происходило слишком стремительно. Шерлок был прав, заметив, что травма Грея ещё даёт о себе знать. Из-за резкого движения и неожиданно накатившей боли мужчина согнулся, выронил пистолет, и вылетевшая до этого пуля только царапнула плечо Вилли, пролетев в стенку. Монстр зарычал и кинулся на Грея, из-за чего Шерлок, до этого удерживающий одной рукой Ирэн, бросился навстречу нежити, обнажая свой серебряный клинок, спрятанный в трости. Но хрупкой обращённой девушкой Вилли, увы, не был. Он одним движением отбросил Холмса в сторону шкафа, который разрушился от силы удара и отправил детектива в отключку. Вилли снова повернулся к своей первой жертве, откатывая ногой его пистолет под кресло. Когда он занёс над Греем когтистую лапу, в него полетела очередь выстрелов: — Только попробуй его тронуть, - Ирэн выпустила в него все патроны, которые были у неё в барабане револьвера. Вилли повернулся в сторону навязчивой девушки, обращая всё своё внимание на неё. В оружии больше не было смысла, чёрт, она даже не заменила в нём пули на серебрянные. Как это было непредусмотрительно и глупо с её стороны. Проклиная себя за оплошность, Ирэн откинула в сторону револьвер и схватила крупную щепку от выломанной двери, размахивая ей перед собой: — Не смей подходить, урод! Всего раз она умудрилась попасть Вилли по щеке, но тот только более яростно зарычал и схватил Адлер за воротник её плаща, одной рукой поднимая воровку в воздух. Она отчаянно брыкалась, но тщетно: чудовище раскрыло свою клыкастую пасть и впилось в плечо девушки. К такой боли невозможно привыкнуть. Рассудок теряется мгновенно, исчезает с первым же вскриком. Всё существо концентрируется вокруг укуса, горящего адским огнём, изничтожающим в пепел каждую клеточку тела. Мозг, движимый инстинктом самосохранения, подаёт обрывочные сигналы. У неё было пять пунктов плана. Попасть к себе в комнату, взломать дверь, найти зацепки, тихо уйти, выжить. Ирэн падает на землю, перед глазами расплывчатые, мигающие образы: Грей и Шерлок приходят в себя практически одновременно, безоружный Грей кидается на шею Вилли, удерживает монстра, беря того на удушающий приём. Холмс лишь на мгновение склоняется над ней, она чувствует кожу его перчаток около её нового укуса. Глаза, она хочет что-то прочитать в его глазах, но всё снова темнеет. Она слышит звуки ударов о мебель, взмахи клинка, крик Грея: — Бесполезно! Жирный ты непробиваемый сукин сын! Срочно увози её, я разберусь. Без секунды колебаний ответ: — Держи трость, попробуй его замедлить, пока достанешь револьвер. — Бегите уже! Ирэн подхватывают на руки, и выносят из комнаты. Спёртый воздух «Сокровища Агры» сменяется прохладой улицы, в воздухе которой смешался смог фабрик и тошнотворных нечистот Уайтчепела. Попасть к себе в комнату, взломать дверь, найти зацепки, тихо уйти, выжить. Выжить. Выжить. Адлер изо всех оставшихся сил впивается в плащ Шерлока, цепляется за него, как за единственное, что может удержать её в сознании. Уже второй раз её жизнь полностью зависит от этого человека, о котором она ничего не знает. Она даже не уверена, что ему действительно можно довериться. Ирэн прекрасно понимала, что такие одиночки в первую очередь будут действовать в своих собственных интересах, потому что она сама была такой. Её разум что, сейчас серьёзно пытался найти с ним что-то общее? Укус Вилли снова дал о себе знать, и девушка громко пропустила кислород сквозь зубы. Шерлок убирает с её вспотевшего лба прядь рыжих волос: — Потерпите ещё немного, Ирэн, мы скоро приедем. Всё будет хорошо. Только не теряйте сознание. Вам нельзя терять сознание. Она лежит на коленях Холмса, и её укачивает, как в колыбели. Звуки лошадиных копыт по булыжнику, прикрикивания возницы. Адлер упустила момент, когда они залезли в кэб. Время стало ускользать от воровки, но она как мантру прокручивала про себя запрет Шерлока впадать в беспамятство. Ирэн попыталась собрать всю волю вокруг кровоточащей раны, дать испепеляющей боли напоминать ей о том, что она ещё жива и может чувствовать её. Она схватила Холмса за ладонь и стала перебирать пальцы его руки, отсчитывая их туда-обратно. Она смогла. Карета остановилась, и Шерлок вынес девушку из кэба, тут же вбегая с ней в предбанник какого-то дома. Наверное, снова привёз её к себе. Ирэн приподняла голову и увидела стоящую у входа старушку, которая закрывала за ними дверь с горящей свечой в другой руке. — Боже правый, мистер Холмс, что случилось на этот раз? — Потом, миссис Хадсон, потом. Идите спать. Оставив шокированную женщину внизу, Холмс агрессивным движением ноги открыл дверь своей квартиры и посадил Ирэн на стол в центре его гостиной, попутно раскидывая в стороны лежащие там бумаги и книги. — Вам сейчас нельзя ложиться, Ирэн, сидите и слушайте мой голос, - Шерлок уверенными, быстрыми движениями начал снимать с неё верхнюю одежду, на пол полетел плащ, затем он порвал декоративный корсет Адлер и снял с неё перчатки и рубашку, - Мне придётся сделать вам укол морфина. Ирэн напряглась, отчётливо услышала своё собственное возражение: — Морфин? Нет, стойте. Она попыталась дёрнуться, но плечо снова обожгло мучительным спазмом. — Нет выбора, - Шерлок уже бросился к лабораторному столу, заполненному всевозможными склянками и колбами, начал открывать ящики, доставая набор для уколов и ампулы с наркотическим веществом, - Нужно сильное обезболивающее, я смешаю его с противоядием. Это второй укус за несколько дней, следы прошлого заражения ещё не прошли. Ваше сердце элементарно не выдержит такой боли. К тому же надо замедлить кровоток, чтобы яд не успел распространиться ещё сильнее. Я введу вам минимальную дозу. Втянув в шприц содержимое ампулы, и выдавив из него где-то одну треть жидкости, Холмс постучал по корпусу, чтобы избавиться от лишних пузырьков воздуха. Затем взял флакончик с какой-то зеленоватой смесью и открыл пробковую затычку зубами. Оставив держать её во рту, мужчина набрал необходимую для инъекции дозировку, провёл ту же операцию, что и с морфином, выплюнул пробку изо рта и вернулся к еле сидящей Адлер со шприцем и жгутом для перетягивания. — Будьте умницей, не дёргайтесь больше. Вот так, - Шерлок зафиксировал руку Ирэн перед собой, затянул вокруг плеча ремешок и чётко определил нахождение вены в районе локтевого сустава. - Вам полегчает практически мгновенно. Могут быть незначительные побочные эффекты, но в целом ничего страшного. — Ничего страшного? - Ирэн отвернулась, когда почувствовала укол, - Если я стану морфинисткой, то это будет на вашей совести, Шерлок. — Даю вам слово, что не позволю этому случиться, - для большей убедительности Холмс лукаво приложил правую ладонь к сердцу, словно приносил военную присягу. Удивительно, как во всей этой ситуации ему удалось сохранить хладнокровие и уверенность в положительном исходе такой сумасшедшей ночи. Конечно, мужчина был прав: уже через несколько минут Ирэн начало отпускать. Сначала казалось, что тело, уже свыкшееся с болью, онемело, но потом кончики пальцев на руках и ногах начало покалывать от разливающегося приступа эйфории. Оказывается, отсутствие болезненных ощущений - это тоже ощущение. Адлер чуть не засмеялась от облегчения, сейчас она казалась себе самым счастливым человеком в мире. Она сладко потянулась и сделала несколько круговых поворотов головой, похрустев шейными позвонками, рукой помассировала задний участок шеи. — Ладно, я уже готова вас простить. Стойте, - Ирэн совершила попытку спрыгнуть со стола, но, испытав резкое головокружение, вцепилась в его деревянные края и лишь напряжённо выдохнула, - Грей, мы же оставили его там совсем одного, надо срочно ехать обратно и… Ладонь Шерлока легла ей на плечо, усиживая обратно: — Героизма вам не занимать, но он взрослый мальчик, разберётся. Нам надо остаться здесь и выходить вас. Это то, чего хотел и сам Грей. — Но мы отсиживаемся, пока он там борется с Ви…, - Ирэн осеклась, чуть назвав чудовище по имени, - с тем монстром. Девушка горестно покачала головой и продолжила, стукнув кулаком по столу: — Надо же, попались в ловушку как малые дети! Кто-то знал, что мы придём, и устроил нам порядочную взбучку. — Сейчас не думайте об этом. Мы почти победили, но нам нельзя было тратить время. Каждая секунда была на счету, это был вопрос вашего выживания. Ирэн, с Греем точно всё будет в порядке, - снимая жгут с предплечья Адлер, Холмс добавил, - тем более он должен вернуть мне трость, это уже вопрос джентльменской чести. — Вы ещё и умудряетесь иронизировать в таких обстоятельствах… Ирэн стало почти жалко Грея, над которым она измывалась весь вечер. Если он и правда выживет, она попросит у него прощения. Ну, возможно. После того, как пошутит про его неумение держать оружие в руках. — Смотрите, вы уже улыбаетесь. Чаю хотите? - Шерлок вернул свой медицинский набор на место, с неподдельным интересом развернулся к Адлер. — Скорее виски. Холмс, на ходу снимая уже собственные плащ и шляпу, пошёл, судя по всему, в свою спальню: — Как-нибудь в следующий раз, вам хватит и морфина. А вот мне, кстати, стаканчик не помешает. Я сейчас вернусь, а вы располагайтесь. Пока мужчины не было, Ирэн смогла дойти от стола до одного из окон квартиры, на пути произведя быструю инспекцию гостиной. Когда она тут была несколько дней назад, времени на осмотр у неё не было. Из этой квартиры можно было бы сделать музей, посвященный творческому беспорядку, но при этом во всём этом хаосе из книг, стопок архивных газет, лабораторных опытов, вензеля королевы Виктории, выстреленного на одной из стен пулями, чувствовалась душа и какое-то особое очарование. Собственно дом Холмса соответствовал экстравагантности своего хозяина. Адлер уселась с ногами на пустой подоконник и прислонилась голым плечом к прохладному стеклу, выглянув на пустую улицу. Туман не собирался рассеиваться, и едва было видно свет электрических фонарей, проглядывающих из Риджентс-парка. — Уже думаете сбежать как в прошлый раз? В отражении окна она увидела силуэт выходящего из спальни Холмса. Обнажённого по пояс Холмса. Впервые с её попадания сюда Ирэн, смутившуюся по щелчку пальцев, посетила мысль, что она снова дала себя ему раздеть, причём в этот раз находясь в сознании. Ещё раз пробежавшись глазами по телу Шерлока, она убедилась, что лучше бы в следующий раз это ей пришлось снимать с него одежду: стройный и подтянутый, он абсолютно бесстрастно пошёл ей навстречу, демонстрируя подчёркиваемый светом настенных ламп пресс на животе. Адлер не стала поворачиваться на его голос, продолжила рассматривать мужчину через стекло, пока он не подошёл вплотную. В руках у Холмса были стакан с виски и баночка с неизвестным содержимым, которую он сразу поставил на лабораторный столик. Детектив присел на краешек подоконника боком к Ирэн, прислонившись спиной к оконной раме. — Мне кажется, Шерлок, мы с вами неприлично часто видим друг-друга раздетыми. — Бросьте, одежду переоценивают. Сейчас мы не можем ничего скрыть под ней. Вас это не интригует? - он сделал глоток алкоголя, вопросительно подняв светлые брови. — О, вы прекрасно скрываете свои тайны и без рубашки. Впрочем, я ещё не видела вас без брюк, может, вы прячете что-то там? Опасный ход, Ирэн. Слишком дерзкий выпад пантеры, которая ещё не готова вступить в полноценный бой. Шерлок внешне ни капли не смутился, ни одним мускулом: даже рука, держащая у рта стакан, не дрогнула под таким провокационным манёвром. Покручивая виски в руках, он подпёр затылком окно, неторопливо повернув к ней голову: — Magna et veritas, et praevalebit. Нет ничего превыше истины, и она восторжествует. Дерзните узнать правду, Ирэн, останавливать вас в такой благой цели я не намерен. Впрочем, сначала выполните одну мою просьбу, - Холмс дотянулся до баночки, которую он принёс из спальни, и передал её девушке, - Меня надо немного подлатать. Никогда не предугадаешь тот поворотный момент жизни, когда почувствуешь себя Греем, получающим отказ на свой окологениальный флирт. Ругаясь на себя за такую несдержанность, Ирэн, понимала, что её помимо всего прочего подстрекает будоражащий кровь морфин, но стресс, пережитый этой ночью, отбивал всякое желание бороться с возникающими в ней сиюминутными желаниями. Она открыла крышку железного цилиндра и увидела, что она наполовину заполнена какой-то травяной мазью. Шерлок приподнял левую руку, и Адлер увидела огромную свежую гематому, кровоподтёками разрастающуюся на бледной коже рёбер. Одним пальцем она почерпнула лекарственную смесь и невесомыми, порхающими движениями начала медленно покрывать ею воспалённое место. Мужчина лишь периодически морщил нос и делал маленькие глотки виски из своего стакана. — Я так и не поблагодарила вас. Это было невежливо с моей стороны. Спасибо, Шерлок. Теперь годовой лимит на использование слова «спасибо» точно исчерпан. Холмс грустно улыбнулся: — Вы второй раз чуть не умерли и по моей вине включительно, за что я должен попросить у вас прощения. Я не успеваю вас спасти, как вы снова лезете под огонь. Теория вероятности тут играет не в нашу пользу. В следующий раз убедитесь, что сможете самостоятельно дать отпор этим существам. — А вы сами давно этим занимаетесь? — Достаточно долго, чтобы предпочитать не обсуждать эту тему. — Хорошо, а что вы хотите обсудить? — Даже не знаю. Погоду? - Шерлок искренне разразился глубоким, грудным смехом, - У меня редко выпадает возможность поговорить с людьми. Общество не для меня, я слишком… прямолинеен. Не прекращая наносить мазь, Ирэн слегка наклонила голову вбок, задорно глядя на Холмса: — И прямо-таки можете, как вы утверждаете, прочитать нас всех как книгу? — Могу. Это и дар, и проклятие. — И что вы прочитали во мне? — Я не думаю, что это хорошая тема для разговора. — Ну же, мне интересно. — Люди всегда обижаются на правду о себе. — Попробуйте, я тоже не похожу на большинство. Правда, вы меня так заинтриговали, я не отстану. — Воля ваша. Шерлок сильнее повернулся к Ирэн, и девушка физически ощутила слишком малое количество воздуха от того, что они сидели во мраке, полураздетые, в такой близости друг от друга. Его тяжёлый взгляд снова оценивающе прошёлся по ней, но в нём не было ни тени какого-то желания, похоти — всю силу своих глаз этот мужчина использовал на то, чтобы прятаться за их ледяной стеной. Ирэн не было надобности снимать одежду — любой и так оказывался голым перед Шерлоком Холмсом. Он начал свой беспощадный анализ: — Ирэн Адлер, девушка без детства. Такими не вырастают в домашних условиях, ваш характер взрастила и закалила улица. Наверняка вышли из самых трущоб, ваша подчёркнуто дорогая, бросающаяся в глаза одежда показывает, что вам хочется всеми способами продемонстрировать свой новоявленный статус. Смею предположить самое банальное — вы в раннем возрасте потеряли мать, а отец спился или сгнил в опиумном притоне. Отсюда острая неприязнь к наркотикам: вы помните боль, которую причинил вам родитель в детстве. Воспитал вас Феджин, легенда трущоб. Я о нём наслышан, работал с беспризорниками, когда занимался детективной практикой. Только из-под его крыла могла выйти столь одарённая ученица, да и сегодня, пока вы вскрывали сейф Сильвера, я увидел на вашем футляре с отмычками гравировку его имени. Единственное, что осталось от старика после смерти, носите в память о нём? Несмотря на всю стойкость, вы сентиментальны и храните память о единственном человеке, который о вас своеобразно, но позаботился. Мужчины в вашей жизни были, но никаких серьёзных привязанностей, хотя по вам сходили с ума. Вы могли выбрать простой путь, стать содержанкой какого-нибудь престарелого члена Парламента или очаровать перспективного финансиста, который отвёз бы вас в Штаты, где вы бы стали местными нуворишами. Но нет, вместо этого вы отвергаете возможности ваших внешних данных и до сих пор живёте в том городе, который принёс вам столько страданий. Почему? Любите жизнь, полную приключений, в которой ни один человек не будет диктовать правила игры. Всегда идёте «вопреки» из принципа, если мстить Лондону, то до конца. А знаете, что самое трагичное в вашей судьбе? Ту маленькую, неприкаянную девочку с самого дна социума всю жизнь отвергали и бросали вы сами, пытаясь доказать себе и всему миру, что вы с ней не имеете ничего общего. Пока Шерлок говорил, он приблизился к воровке так близко, что каждый тёплый выдох из его рта доносил до неё терпкие нотки виски. Палец Адлер, вбивающий в кожу бывшего детектива кремообразное лекарство, дрогнул и остановился. Она подняла на мужчину серые глаза, блестящие от почти выступивших слёз. Но ни один человек не удостоился увидеть, как плачет Ирэн Адлер. Что ж, великая воровка готова попробовать подобрать ключ к сейфу души Шерлока Холмса. Опустив баночку с кремом на подоконник, она вплотную наклонилась к лицу мужчины, оставляя между ними лишь пару сантиметров. Бархатным голосом сказала: — Неплохо. Моя очередь, мистер Холмс. Шерлок убрал допитый виски на стол, повернулся к ней аристократично-правильным профилем, вперив туманный взгляд куда-то перед собой, вглубь гостиной. Ирэн прошлась глазами по всей длине его скулы и продолжила: — Вы правы, я росла на улице. Поэтому я умею безошибочно отличать человека, растущего в нужде, от человека со счастливым, полноценным детством. Вы точно второй тип. Такой золотой мальчик, классический отпрыск состоятельной семьи, которая смогла дать своему чаду доступ в университет и обеспечила подушку безопасности для самостоятельной жизни. Хотя думаю, что вы быстро от этого отказались, вы слишком самоуверенны и независимы для того, чтобы сидеть у кого-то на шее, скорее будете голодать. Я, конечно, была не совсем в состоянии подмечать детали, но когда мы пришли сюда, та женщина внизу вела себя так, как будто знает вас уже достаточно давно, она искренне за вас беспокоится. Ваша квартира обжита и похоже, что вы обитаете здесь продолжительное время, только вот она явна рассчитана на двоих. Два кресла у камина, две двери в спальни, два рабочих стола. На стенах висят сертификат на разрешение медицинской практики на имя Джона Ватсона и восточная сабля с совпадающими инициалами - Д.В. Вывод - вы жили здесь вместе, иначе бы эти вещи давно уже исчезли из гостиной. Вам не хочется от них избавляться. Несмотря на показную холодность, вы тоже сентиментальны, если оставляете здесь всё как при вашем товарище. В первую встречу вы упомянули, что потеряли близкого вам человека, что и побудило вас заняться охотой на чудовищ. Скорее всего, мистер Ватсон погиб, и вы пытаетесь искупить его смерть, чувствуя степень личной вины. Не поверили в сверхъестественное и поплатились. Так что, мистер Холмс, не обманывайте себя, вы всего лишь человек. Такой, как все. Ей казалось, что она сказала это на одном выдохе, кислород в лёгких закончился. Последние слова Ирэн договаривала, буквально нашёптывая их в ухо Шерлока. В этот момент мужчина резко повернулся к девушке лицом, отчего она, не успев отодвинуться, скользнула носом по его щеке. Гипнотизирующие голубые глаза почти болезненно прожигали её своим пламенем, и Адлер не понимала, как она раньше могла сравнивать их со льдом. Холмс, не отдаляясь, лишь секунду позволил себе молча смотреть на её приоткрывающие губы, и всё так же тихо ответил: — Как и ты, Ирэн. Как и ты. «Ты». Она не знала, кто начал первый. Просто в один миг они уничтожили последний мешающий их поцелую сантиметр, рвано, совсем легонько соприкоснувшись губами. За первым последовал каскад ещё более жадных, урывками полученных поцелуев с каждым разом всё больше возрастающих в своей отчаянной страсти. Ирэн обхватила лицо Шерлока ладонями, водила большими пальцами по его точёным скулам, несколько раз обхватывая их губами, но неизменно возвращаясь ко рту мужчины. Пусть это угроза гибели, которая преследовала её всё чаще, пусть это морфий, распустивший её мысли, но сейчас она хотела получить свою награду за пережитую ночь. Холмс по-животному, до боли резко сталкивался с устами Ирэн, одной рукой приподнял её за подбородок, прошёлся кончиком языка по нижней губе девушки и запустил его в приоткрытый рот. От того, как резко Шерлок потянулся к ней, баночка с кремом упала на ковёр, издавая приглушённый звон. Бывший сыщик оторвался от очередного поцелуя лишь на секунду, чтобы встать, грубо развернуть Ирэн за бёдра спиной к окну и скрепить её ноги вокруг своих ягодиц. Прижимаясь к стеклу одними острыми лопатками, Адлер изогнулась ещё больше, подталкивая Шерлока прижаться к ней пахом сильнее. Она откинула голову назад в попытке отдышаться, прикусила уголок губы и издала звук, отдалённо напоминающий мурлыканье. Поймав своими глазами звериный взгляд Шерлока, она обеими ладонями проскользнула от линии паха вверх, едва касаясь, очерчивая его кубики пресса, маленькие шрамики и следы от синяков разной степени давности, обвела ореолы сосков и прошлась по ключицам. За это время она несколько раз подавалась бёдрами Холмсу навстречу, заводясь ещё больше от того, как всё сильнее твердел его член. Блондин опёрся руками на оконную раму по обе стороны от лица Адлер, от резкости соприкосновения стекло чуть не треснуло под его напором. Он перешёл на шею воровки, посасывал её, лишь слегка задевая зубами, двинулся вниз, прикусывая одну из ключиц, одна ладонь примяла грудь, до сих пор прикрытую нижним бельём. Стекло окна запотело от жара тел и частого дыхания, вторая рука Шерлока скользнула вниз и задела сегодняшний укус Ирэн. Та от неожиданности прошипела. Мужчина напряжённо оторвался от его добычи, и в его охрипшем голосе сквозняком пробежало беспокойство: — Прости. — Ничего… Просто продолжай. Ирэн дёргано пыталась избавиться от остатков одежды, у неё это вышло только когда на помощь пришёл Холмс. Вслед за кожаными штанами Адлер на полу оказались и брюки Шерлока. Детектив с такой силой впился пальцами в ляжки девушки, что чулки, держащиеся на поясе, пошли стрелками, один из них и вовсе потерял крепление, и лямка, удерживающая его, по инерции взлетела вверх. — Самое нелепое изобретение человечества, - пробормотал Шерлок, нагибаясь и снимая со смеющейся Ирэн трусики, параллельно целуя её внутреннюю сторону бедра. Теперь они полностью голые друг перед другом. Этот мужчина и эта женщина. Одинокие, бегущие сами от себя, но цепляющиеся за единственное, что может заставить почувствовать жизнь здесь и сейчас. То, что с первыми лучами солнца рассеется вместе с лондонским туманом. Она обхватила его член ладонью у самого основания, провела по его длине и надавила большим пальцем на головку смазывая вниз выступившую оттуда смазку. Он широко раздвинул её колени, открывая себе вид на её лоно, и мягко коснулся указательным пальцем кончика клитора, проведя вниз, к мокрым складкам влагалища, ровную линию, но не пытаясь войти в неё глубже. Эта заминка была лишь для того, чтобы растянуть момент и насладиться тем, как сильно их взаимное желание. Сразу после Ирэн и Шерлок притянулись друг к другу, и мужчина первый раз неспешно вошёл в неё, лишь наполовину. Но Адлер, никогда не довольствовалась малым, хотела всё и сразу: она подалась к нему всем телом, обхватила сыщика за плечи, безвольно царапая их, постепенно впуская его как можно глубже, она хотела как можно скорее почувствовать его на пределе возможного. Девушка оказалась зажата между прохладным, мокрым от проступающих капелек окном и горячим телом громко дышащего ей куда-то в область под ухом Холмса. Он всё интенсивнее начинал двигаться внутри неё, нарастил темп до такой степени, что каждый его громкий, влажный толчок вырывался из неё стоном. Она пыталась быть с ним ещё ближе. Ирэн повернула лицо Шерлока к себе и прижалась лбом ко лбу, заставляя неразрывно смотреть ей в глаза. Как же ей нравился такой уязвимый, хрипло, сексуально стонущий для неё одной Холмс. Самые загадочные голубые глаза в её жизни в этот момент открывали ей всё новые тайны, поддаваясь её отмычкам. Но в ответ забирали все секреты, которые она пыталась скрыть даже от самой себя. Ирэн Адлер нарушила данную себе клятву. Этой ночью она обещала себе не погибнуть, но делала это в руках человека, которому доверилась как наивная глупая девчонка, без видимых на то оснований. Шерлок приподнял одну ногу девушки, изменил угол проникновения и начал ещё сильнее вдалбливать Ирэн в стекло — рама скрипела от постоянного трения. Адлер принимала его в себя без остатка, и когда она сама почти достигла оргазма, почувствовала, как внутри неё начинает сокращаться член, и мужчина, уже практически содрогаясь, вышел из неё, чтобы кончить себе в руку. На самом деле, этого вида ей было более чем достаточно. Шерлок выпрямился, закинул голову к потолку, громко выдохнул, затем вытер ладонь первой попавшейся бумажкой с лабораторного стола. Увидев, как раскрасневшаяся Ирэн, не получившая такой же разрядки, поправляет свой корсет, он снова подошёл к ней проводя чистой рукой по волосам и шаловливо чмокнул в лоб: — Тебе крупно не повезло. — Это почему? Ответ на свой вопрос Адлер услышала уже когда детектив взял её на руки и понёс в сторону спальни: — Понимаешь, я перфекционист и самодовольный позер. Я не успокоюсь, пока не покажу тебе всё, на что способен.

* * *

Ирэн проснулась от того, как мальчик-глашатай под окном комнаты выкрикивал свежие утренние заголовки газет. Одной из самых часто повторяемых новостей было новое убийство в Уайтчепеле: в этот раз жертвой стал портье захудалой гостиницы. Голова начала гудеть автоматически от одной лишь попытки вспомнить все обстоятельства ночи, пока рука не нащупала следы от нового укуса на плече. Когда пазл более-менее сложился, Адлер в ужасе подскочила на кровати, ожидая сгореть от стыда, увидев рядом с собой лежащего Шерлока. Впрочем, место рядом с ней пустовало. Холмс, тем не менее, ждать себя не заставил и постучал практически сразу: — Доброе утро, Ирэн, я могу войти? Натянув на себя одеяло посильнее, девушка пригласила его войти в спальню. Мужчина, засунув руки в карманы, остался стоять дверном проходе. Выглядел он крайне бодро, в накрахмаленной белой рубашке и черном, расстёгнутом атласном жилете. — Как вы чувствуете себя, мисс Адлер? — Могло быть и лучше… Голова немного болит. — У вас упадок после приёма морфина, хорошо, что вы почти сразу легли спать. Скоро он совсем выйдет из крови. Стоп, что? Почти сразу спать? Ирэн не смогла сдержаться и в замешательстве приподняла одеяло, оглядев себя. Чулки целые. Её мозг что, под морфином навязал ей эротические галлюцинации с Шерлоком Холмсом? Не в состоянии сдержаться, Адлер начала истерически смеяться, буквально до слёз в глазах, забыв о всех остатках приличия. Холмс, видимо, списав это под остаточный эффект от наркотика, вежливо уточнил: — Ваша одежда в шкафу. Я вас торопить не буду, пойду попрошу миссис Хадсон принести вам завтрак. Но мне самому необходимо заняться кое-какими зацепками по нашему делу, поэтому не думаю, что у меня ещё будет время с вами попрощаться. — Не стоит утруждать миссис Хадсон, мне тоже надо спешить. Хочу как можно скорее узнать, что случилось с Греем. Шерлок одобрительно кивнул, закрывая дверь: — В таком случае, передайте ему мою визитку, чтобы он принёс мне трость. — Холмс, подождите. — Слушаю. — В каком моменте я вчера уснула? Только этого не помню. — Я ушёл в спальню, попросил вас подождать меня в гостиной, а когда пришёл, вы уже сопели у окна. — А, так я и думала… Ладно, не смею вас больше задерживать. — Берегите себя, Ирэн. И до скорой встречи.

* * *

Ирэн вышла на Бейкер-стрит и немного растерянно огляделась по сторонам, не зная, с чего ей начать этот день. Её альтруистичный порыв найти Грея был больше вызван стремлением под любым предлогом избежать ещё более длительного нахождения в квартире Шерлока. Хотя воровка и правда хотела узнать, как её напарник справился с Вилли, перед тем, как сесть в кэб, она решила пройтись по Риджентс-парку, чтобы хоть немного подышать свежим воздухом. Уже идя к выходу по одной из аллей Адлер набрела на бедно-одетого паренька, что стоял на перевернутой коробке из-под овощей как на подмостках сцены и клянчил деньги, звучно декларируя строки из Шекспира:

Влюбленные, равно как и безумцы, Имеют все такой кипучий мозг, Столь странные фантазии, что часто Им кажется за истину такое, Чего никак смысл здравый не поймет*.

Отчего-то это вызвало у Ирэн улыбку, она подошла к мальчику и вложила ему в руку шиллинг. Глаза юноши округлились от восторга как монетка в его руках, но девушка не стала выслушивать шквал благодарностей и тут же поспешила дальше в новый, сулящий приключения день.

* * *

Шерлок стоял у окна и, набивая в свою курительную трубку табак, задумчиво наблюдал за тем, как Ирэн переходит дорогу и скрывается в тени зелёных крон. И хотя этой ночью Адлер действительно отключилась из-за морфина, всю правду он ей не сказал. Не хотел лишний раз напоминать сам себе, что она упала ему на руки в тот момент, когда их губы почти соприкоснулись в поцелуе после их попытки проанализировать друг-друга. А ведь она действительно о многом догадалась, хороша. То, что чуть не случилось между Ирэн и Шерлоком на этом подоконнике, не поддавалось анализу и всем законам логики, хотя Холмс давно вышел за обычные границы понимания своей реальности. Мужчина покачал головой и с какой-то светлой тоской рассмеялся себе под нос: если бы об этом узнал Джон, он бы подтрунивал над Холмсом до конца их дней. «Сон в туманную ночь», да, наверное так бы Ватсон это и назвал.