***
5 апреля 2021 г., 11:50
Красное пятно медленно растекается по серому пиджаку, пока, недавно веселящийся в дружеской схватке с путешественником и Паймон парень, так же медленно умирает вспоминая тот самый день когда они боролись за сердце бога… Бога, который обманул его. Разбил его слепую веру в честность. Вспоминая, как видел его тогда в последний раз и слова, что произнес в пылу обиды и боли что разрывала грудь изнутри из-за наглого обмана.“Держись от меня подальше, я тебя ненавижу» — пропел тогда он, скрываясь за маской надменного безразличия, созданного нелепой ухмылкой, еле сдерживая слезы, комом собирающиеся в горле.
Больно.
Больнее только видеть его янтарные глаза, сейчас, когда уже поздно просить прощения для них обоих. Глаза, в которых немая просьба — «не оставляй меня» — глаза, в которых боль смешанная с ненавистью, потому что не он должен был лежать истекая кровью, не его любимый Чайлд.***
— Держись от меня подальше, я тебя ненавижу И он держался. Наблюдал со стороны и съедал себя изнутри за то как поступил, хоть и они оба были не чисты, Может все было бы по другому, стоило просто признаться. Они познакомились случайно, когда сразу по приезду в Ли Юэ рыжий мальчишка забежал быстро перекусить в какой-то ресторанчик, даже не посмотрев на вывеску, весь изголодавшийся из-за длинной дороги и не слишком вкусной еды, что была взята им из Снежной в неблизкий путь. Близилась церемония Сошествия, гавань Ли Юэ — итак постоянно заполненная людьми — туристами, моряками и просто жителями, — вся шумела от количества народу, приехавшего со всех частей Тейвата. Хоть и та проходила ежегодно, но людей из других мест всегда было полным полно. Найти свободный столик оказалось делом не просто не из легких, а вполне даже невыполнимым. Статный мужчина, выглядевший немногим старше Чайлда, но намного серьезнее и грознее, в отличии от смазливого весельчака, сидел в одиночестве за небольшим столиком у окна и пил ароматный чай, параллельно читая какую-то книгу, ожидая своего заказа. Пить чай ожидая свой заказ? Это показалось младшему странным, но чтож, это другая часть мира, кто знает, может у них так принято, и не имея другого выбора, парнишка почесал за столик к мужчине. — Здравствуйте, можно сесть к вам за стол? Увы все остальные заняты — включив все свое очарование и озарив улыбкой пол ресторана, от чего даже послышалось как одна из официанток взвизгнула «ах, какой он-…», уронив поднос и поспешно удалившись из зала, Чайлд стоял напротив мужчины пристально глядя на него, ожидая ответа. Мужчина неторопливо отвел глаза от книги, прикрывая ее и ставя на край стола, оглядел рыжего «с головы до ног» и учтиво кивнул, поднося кружку ко рту и делая небольшой глоток. — Ты не местный, верно? — Да, ха-ха, приехал по делам из Снежной, повезло еще и прямо перед церемонией сошествия, всегда было интересно увидеть других архонтов, кроме Царицы, — произнес парниша, усаживаясь напротив мужчины, будто бы неловко, почесав затылок. — Меня зовут Чайлд, к слову. Чайлд казалось и не пытался скрывать своей принадлежности к Фатуи и Предвестникам, его собеседнику даже подумалось что он наоборот, старается об этом чуть ли не кричать, из-за гордости за то кем является. — Вот как. — и снова чрезвычайно утонченный глоток чая, и серьезный взгляд слегка прикрытых глаз. — Чжун Ли. — Очень приятно, мистер Чжун Ли! — Яркая улыбка казалось слепила мужчину, но оторвать от нее глаз было невозможно. «Красивый.» «Милый.» «Забавный.» Только это и проносилось в голове у Чжун Ли пока Чайлд, рассказывал кучу смешных и даже немного детских и глупых историй, будто бы они знакомы вечность и дружат из этой вечности лет 100 минимум. — П-простите, я…- Рыжеволосый перепугано вскочил, начиная извиняться и кланяться, как принято в Ли Юэ, когда палочка для еды, что принесла официантка вместе с заказанным им, по совету Чжуна, блюдом, прилетела тому в грудь. Парню было неловко, но старший только слегка улыбнулся уголками губ и подняв, уже упавшую на пол, палочку, попросил у официанта новую пару. — Я никогда раньше не ел палочками… Еще раз извините… В тот день Чжун пообещал младшему научить его есть палочками и помогал это делать во время обеда. А вскоре, спустя несколько недель, когда их дружба все стремительнее развивалась, хоть и для Ли это было крайней редкостью, но они сближались и мужчина даже подарил ему красивые резные палочки для еды, что обошлись ему очень дорого, но тот не жалел — счастливое лицо Чайлда было дороже любых денег. Подарить такие палочки было сродни предложения руки и сердца в Ли Юэ, но Чайлд узнал об этом слишком поздно.***
— Почему ты так поступил? Нет, почему Вы так поступили? Мистер Чжун Ли? Зачем вы обманули меня? Почему просто использовали.? — с неким напускным раздражением произнес Тарталья, оставшись наедине с архонтом, когда после окончания боя с путешественником увидел в банке Северного Королевства мужчину, в компании его главной конкурентки среди предвестников — Синьоры. Мужчину, отдающего свое сердце бога ей. Все это время тот, кого он искал находился так близко, но так далеко. Но разочаровало не то, что его работа провалилась, а то что человек в которого он успел по уши влюбиться — обвел его вокруг пальца, вместе с той, что всегда вела себя с ним как с ребенком, который хуже нее. — Прости. — И это все что ты можешь мне сказать? — Разочарованная улыбка, и необъяснимое желание кричать, плакать, рвать и метать, потому что больно, а ведь не должно быть… Он же просто друг, верно? Обвевший вокруг пальца, друг… Или все же не просто друг…? — Так было нужно. Ты же слышал все, что я говорил путешественнику. И снова абсолютно спокойный, будто безразличный к разбитому, слегка детской, обидой на него Чайлду. — Я думал мы друзья, разве нет? — тяжелый вздох, прикрытое изящными руками в перчатках лицо, будто пытаясь спрятать приближающиеся слезы, боль смешавшаяся с непониманием своих чувств к человеку, что стоит напротив, своих и его, Чжуна, которому, по мнению Тартальи, будто было все равно на его чувства в этот момент. Все это сдавливало внутренности, удивительные, впервые испытанные столь сильные чувства из-за того, что он мог просто принять, ведь для него это обычное дело — выполнять грязную работу, ну и что, что обманули? Мог ведь просто принять это но… Почему не получается? Впервые рыжеволосый увидел опустившуюся вниз, в сожалении, темноволосую голову, когда в ответ на его слова не услышал ни слова. — Значит не друзья… Вот как. — Треск сердца парня кажется можно было услышать просто стоя рядом с ним, он медленно, растерянно ступал назад, к выходу из банка не отворачиваясь от старшего до самой двери. Нелепая ухмылка, с трудом созданная маска из безразличия, будто вовсе и не больно, вспомнив песню, что услышал где-то по пути из Снежной, он на выдохе пропел — Staaay away from meee… — Медленный вдох, шаг за дверь и последние слова, что переводили его песнь и дополняли её, — Держись от меня подальше, я ненавижу тебя. Тяжелая дверь с громким хлопком закрылась оставляя архонта одного в холле банка, работники которого ушли сразу после того как сюда заявилась Синьора. -Я тоже себя ненавижу, моя любовь…***
Архонт и правда держался в стороне от Тартальи все то время что он продолжал пребывать в гавани. Старался не пересекаться с ним, но все равно наблюдал издалека, стараясь не выдавать себя, при этом убеждаясь в том что с парнем все хорошо, ведь это стало для него главным ещё давно. Предвестник находился в гавани, кажется уже вечность, после того первого сражения с путешественником и… Истории с его архонтом. Его запихнули временно контролировать дела Фатуи в Ли Юэ, прикрываясь работой в банке Северного Королевства, в итоге это временно затянулось на очень долгий срок, день за днем он проводил в своем кабинете разгребая тонны бумаг и время от времени если повезёт инструктировал новичков-фатуи, хоть немного развлекаясь и отвлекаясь от нудной бумажной волокиты, проводя им испытательные бои. Как-то, выбив себе выходной, Чайлд решил пройтись по гавани, прикупить Тевкру и остальным из семейства подарки-сувениры, хоть и ещё не знал когда именно сможет вернуться. Судьба всегда коварна, не так ли? Другого объяснения тому, что Тарталья увидел архонта именно в том месте, куда несколькими минутами ранее собирался идти, он не смог найти. Решив, что не сможет выдержать встречу с ним лицом к лицу, парень повернул в небольшую лавку, где увидел палочки. Красивые, резные палочки для еды, очень похожие и одновременно очень отличающиеся от тех, что были подарены ему. — Хотите купить? — улыбнулся старичок за прилавком, вытаскивая те ближе, увидев как пристально на них смотрит Чайлд. — Вы, кажется, не местный? — А, да, — с трудом, немного устало и горько улыбнувшись выдавил из себя парень. — Приехал сюда по работе. — Вот оно что, значит вы обязаны купить их своей девушке, — хрипло засмеялся старик, придвигая палочки все ближе к парню, — В Ли Юэ такие палочки всегда были очень важным подарком. С давних времен мужчины и женщины дарили своим возлюбленным палочки, что означали фактически признание в любви и часто являлись предложениям руки и сердца. Сейчас, это не такой популярный способ предложения, но люди почитающие традиции очень часто выбирают именно его. Что-то внутри парня сжалось когда он слушал старика. Возлюбленным.? Но Чжун Ли… Разве многолетний Архонт будет пренебрегать традициями своего народа и дарить такой подарок просто другу? Тем более… Он даже не сказал что они друзья. Бред. Бред, бред, бред. Но если это бред, то почему прямо сейчас Тарталья даже не ответив старику бежит туда где минутами ранее видел мужчину? Он не знает. Внутри теплится надежда, сердце бешено бьётся и готово выпрыгнуть из груди, но архонта уже тут нет. Нигде в округе нет. Будто бы и не было. Неужели просто показалось? Не может быть, этого просто не может быть. — Кажется, я схожу с ума…хаха… А может и не кажется. Тарталья гонится по всей гавани как угорелый, ища знакомый силуэт, глазами бегает в поиске родного лица, темных волос и такого теплого янтарного взгляда, что всегда выдавал настоящие эмоции мужчины, чье лицо всегда выглядело серьезно и даже слегка холодно. Он будто в бреду, видит его в каждом мимо проходящем незнакомце. В голове пустота, недавно путающиеся в комок мысли выветрились, а сердце пропустило удар, когда остановившись отдышаться он слышит знакомый голос, где-то из-за спины… — Чжун-… — он оборачивается резко, позабыв об усталости, в глазах снова зажигается маленький огонек счастья — «наконец-то». Но… Его голос затихает, и он поспешно сбегает, когда обернувшись видит не своего мужчину. Простой торговец откуда-то из Сумеру тушит этот огонек счастья в глазах молниеносно. Чайлд плачет. Плачет ночи напролет, снова и снова проклиная тот день когда узнал, что его использовали и когда отбросил от себя того, из-за кого сейчас сходит с ума. Того, кто не считал его другом, а чем-то большим. Того, кто принимал все его выходки, и просто мягко, едва заметно улыбался пока он творил глупости, в то время как другие сочли бы его сумасшедшим. Но сейчас он и правда… Сумасшедший. Из-за него. Все вокруг видят изменения в поведении обычно веселого парня, сейчас поникшего и крайне усталого. В его глазах пустота, он не спит уже третьи сутки, изматывая тело тренировками днем и рыдая в подушку, проклиная себя же, по ночам. Бумажную работу, как и любую другую в банке ему уже не дают — приказ Синьоры, которая недавно приехав по делам, еще в первый день его сумасшествия, заметила подавленное состояние коллеги и поняла в чем дело по одному его взгляду. Он снова и снова зовет путешественника на бой, но тот отказывается, боясь что Чайлд просто не выдержит. Однажды Тарталья встречает Защитника Якса, что разбирается с какими-то мелкими бандюганами. Сяо не обращает внимание на парня в пылу сражения, но позже тот подходит к нему и расспрашивает об архонте, но не узнает ничего кроме мелких деталей более чем недельной давности. Он приходит к нему каждый день в надежде что тот как-нибудь поможет ему. Но Якс молчит. Даже когда видит архонта на скале сзади Чайлда, кажется, совсем близко, пока разговаривает с тем. Чжун Ли знает, что парень его ищет. Не просто знает, не по слухам. Он видит, потому что он всегда рядом. Но его Чайлд попросил не приближаться. А Бог Контрактов не может нарушить запрет. Проходит почти неделя, с того времени когда он последний раз спал и Чжуну так и хочется приблизиться, показаться ему на глаза, чтобы его любимый мальчик наконец-то успокоился и лег спать. Но… Почему-то этого не делает. Но все же, даже Предвестник не может быть без сна настолько долго, еще и делать так много всего. Его «бодрствование» оканчивается неожиданно. Парень идет по оживленной утренней улице и, задумавшись всего на секунду, падает, крепко засыпая на руках подскочившего к нему Чжун Ли, что все-таки не сдержал свое «немое» обещание. Тот относит его домой и укладывает в кровать как маленького ребенка, окружая заботой, окутывая теплом, всеми силами пытаясь не разбудить. Нежно целует в лоб и видит как слезы катятся по щекам рыжеволосого мальчишки. «Ненавижу себя…» — едва не произносит архонт, слыша как Тарталья бормочет его имя во сне. Он уходит с тяжестью на сердце. Чайлд резко просыпается спустя несколько часов и чувствует… Его запах. Он везде. Ему кажется что он окончательно сходит с ума, пока не замечает письмо валяющееся на полу недалеко от кровати. Все же он был здесь. В письме небольшое сообщение от неизвестного Тарталье человека, адресованное Чжун Ли. В нем говорится о неожиданно большом скоплении странной энергии, появляющейся в округе Долины Тяньцю ближе к ночи и просьба проверить это место за большую плату. «Наконец-то» - сердце юноши забилось быстрее, огонь в глазах горел по новой, оставалось только отправиться в долину и дождаться ночи. А ночь была не близко. Отключился ведь Тарталья с самого раннего утра и проспав едва ли до обеда, решил скоротать время снова позвав путешественника на битву и тот к его удивлению согласился, увидев что Предвестник выглядит уже намного лучше прежнего. — Ах, вот не пойму откуда в таком маленьком человеке столько силы, — пытаясь отдышаться после затяжного боя с усмешкой произнес Чайлд, развел руками и добавил, — но я уважаю ее и обязательно стану сильнее тебя, и тогда точно одержу победу. И ты оплатишь мне обед. Последнее было сказано с искренним смехом, оседая на пол Золотой Палаты слегка уставший — отдышаться. Путешественник вскоре удалился из места битвы, побежав выполнять свое задание для гильдии, а Чайлд снова перечитал письмо и убедился что ему оно не приснилось, сразу после чего поспешил отправиться в нужное место. Когда он прибыл туда, уже было слегка темно и где-то вдали слышались звуки боя. «Кажется, я успел» Или.? Чжун Ли был на исходе сил, после потери сердца бога он стал значительно слабее чем раньше, хоть и все еще был одним из самых сильных адептов Ли Юэ. Но даже самые сильные люди не могут сражаться вечно. Странная энергия… Видимо, письмо было ловушкой, никакой странной энергии в округе не оказалось, только… Сотня, а может даже больше сотни порождений бездны, магов и стражей руин поджидали архонта и нападали со всех сторон. Казалось, что им нет конца. «Так значит я погибну, так и не признавшись тебе в любви самостоятельно, мой дорогой Чайлд?» — пронеслось в голове Чжун Ли, когда огромный руинный охотник, взмыл ввысь и нацелился на него, бежать было некуда. Он уже решил, что ради того чтобы его мальчик больше не страдал — приблизится к нему снова придёт сразу после битвы, они выпьют чая, поужинают вместе и все будет как раньше, нет, все будет ещё лучше. Но все идёт не так… Адепт закрывает глаза, не в силах даже попытаться создать щит. Смиренно ждёт смерти, надеясь что машина не оставит от него и следа, чтобы не нашли. Чтобы его мальчик не плакал. Но ничего не происходит. Слышится громкий звук падения, он открывает глаза и видит как руинные стражи друг за другом падают на землю, вслед за почти выстрелившим, в него охотником. Предвестник фиолетовой молнией мечется от одного врага к другому крайне быстро расправляясь с довольно большим их количеством. Все же форма духа Тартальи очень сильна, но очень выматывающая и плата за ее длительное использование слишком велика. «Они всего лишь жестянки, им со мной не тягаться» Количество руинных охотников, молотильщиков и стражей уменьшилось более чем в половину, но не магов. Те всячески мешали парню, но немного набравшись сил адепт смог победить часть из них, чем помог юноше, а остальные, что было довольно странно, разбежались. Вскоре форма духа рассеялась и Чайлд оказался на земле. Врагов вблизи, кажется, уже не было и он еле держась на ватных, с трудом передвигающихся вперед ногах, шел к архонту, который так же с трудом, но шел навстречу, наконец окончательно наплевав на то, что младший просил держаться подальше. Дистанция между ними близилась к минимуму, но вместо того чтобы броситься в объятия архонта, сказать, что любит и жалеет о своих словах, что не злится и давно простил его «спектакль», Чайлд упал ему в руки, почти теряя сознание. — Чайлд! Чайлд! Не закрывай глаза, слышишь?! — обычно спокойный и хладнокровный мужчина надрывно кричал и умолял парнишку бороться, видя как красное пятно начинает растекаться по его серому пиджаку в районе груди. «Неужели это конец?» — Тарталья не мог произнести и слова, это было слишком сложно, он с трудом даже дышал. Сильный кашель вырвался из его рта вместе с кровью, когда он все же попытался произнести имя архонта. — Нет, не говори. Молчи, — приказным тоном, предательски дрожащим и слегка ломающимся голосом сказал Чжун Ли, пытаясь поднять парня на руки и вместе с ним подняться сам, чтобы отнести того в ближайшее поселение, где ему смогут помочь. Но не удавалось. Руки ослабли, ноги не держали, а голова была будто в тумане. — Прошу… Прости меня… Знаешь я… — Молчи, не трать силы на разговоры, ты не можешь умереть, — янтарные глаза наполнялись слезами, отчаяние, боль, страх, ненависть — все возможные чувства смешались в них — «Не оставляй меня». И Тарталья молчал, проклиная себя. Ему было больно, но не физически, его сердце разрывалось и билось на маленькие кусочки, видя в этих прекрасных глазах столько чувств и боли. Он не мог вспомнить в какой момент попал под столь четкий и точный удар, но одно знал точно — «я спас его, этого достаточно». Голубые глаза юноши тускнели, он всматривался в лицо мужчины, в последний раз потянувшись рукой к нему, но она не достигла своей цели самостоятельно. Два голубых океана заледенели, превратившись в стеклянные озера, а рука начала опускаться. Чжун Ли впервые в жизни по настоящему зарыдал, взяв почти опустившуюся руку, он поцеловал ее и приложил к своей щеке, закрывая глаза Тарталье другой рукой. — Спи спокойно, моя любовь. Луна озаряла долину, обволакивая ее своим холодным белым светом, сверчки пролетали маленькими звездочками мимо них, мужчина продолжал плакать, взирая к небу, он кричал и метался. Будь у него его сила бога… Возможно, он бы уничтожил этот чёртов мир за его мальчика… Нет. Он бы не допустил его смерти. «Ты единственный. Единственный, кто был мне нужен в жизни… Но я чертов дурак, который обрек тебя на гибель своей упрямостью» Где-то вблизи послышался звук тяжелых шагов, не сулящий ничего хорошего. Он нарастал и звучал, казалось, отовсюду. Еще сотня руинных стражей со всех сторон приближались к мужчине, прижимающему к себе бездыханное тело возлюбленного. Чжун Ли поцеловал его в лоб и закрыл свои глаза, услышав напоследок как раздалось с десяток залпов ракет. «Скоро увидимся, мой океан».
