Глава VII
28 мая 2021 г., 21:41
Арсений просыпается посреди ночи, и, благо, Антон поставил тазик, правда, пока что Попов не соображает, кто он и где он, но видит очертание тазика. И его полощет. Пиздец как. Он не то чтобы перебрал с алкоголем, напился вусмерть, да и только. Шастун просыпается от «романтичных звуков» рядом, и он готов поклясться, что чувствует себя в окружении мужчины трезвым мужем.
Антон включает свет, и смотрит на Попова. Тому уже совсем плохо, и его за шкирку тащат в ванную, усаживают и включают холодную воду.
— Арс, блять. От какого горя ты так напился? — шипит себе под нос Шастун, пока Арсений заваливается на бок, прислоняясь лбом к прохладной плитке.
Парень освобождает его от липкой одежды, включая уже тёплый душ.
Мужчина приходит более-менее в сознание и смотрит Антону в глаза. Тот заботливо моет ему голову, и так униженно и комфортно одновременно Арс себя ещё не чувствовал.
— Что я делаю в твоей квартире? — ещё пьяным, охрипшим голосом шепчет, почти сипит Арс, морщась от воды, попадающей в глаза.
— Мне рассказать с самого начала? — интересуется Антон. Его разбудили не самыми приятными звуками поздней ночью. Он вытаскивал своего друга из бара, в котором он и работает.
— Ты полез целоваться ко мне, прикинь?! — всплескивает свободной рукой Шастун, прежде чем продолжить смывать с волос Арсения липкий пот.
У преподавателя глаза округляются, а студент сыпется от смеха.
— Я шучу. Если серьёзно, — младший выключает воду и выходит за полотенцем и чистой одеждой, — то ты пришёл уже бухой в бар, где я работаю. Я доработал смену и отвёз тебя домой. Ключей у тебя не нашёл. Ты что-то бубнил про Павла Алексеевича.
А Арсения медленно наполняют воспоминания.
— Ключи у Паши, — он забирает полотенце, чистые трусы Антона и краснеет.
— Значит завтра поедем к Павлу Алексеевичу. Это вы с ним так напились?
— Да, — старший и правда ощущает себя нашкодившим котёнком.
— Поведаете причину?
иногда чаще всего окольцовывает свои руки. Он совсем недавно заметил, что на руках парня периодически появляются кольца. Наверное, в школе это было его особенностью, а сейчас, из-за работы в баре, он всё реже и реже их надевает. И Арсений надеется, что когда-нибудь среди всего этого металла появится одно особенное кольцо, подаренное Арсом.
— Блять, Ира, отними ластик у Димы! — девушка в который раз рявкает на компанию друзей, которая сидит слева от Антона. Дима в шутку каждый раз забирает у друга то ластик, то клячку.
— Заебал, верни!
У Арсения периодически вянут уши от количества матов в диалогах подростков, и это только от одного Антона. Но, должен признаться, что порой маты Шастуна звучат слишком горячо.
— Ой, достали, — Ира вылетает из аудитории, вроде как поправить макияж, а за ней летит Оксана.
— Суки, ай! — всхлипывает Антон, когда ему в голову прилетает ебанный ластик. — Пиздец тебе!
— Пиздец отменяется, пара начинается, — случайно в рифму говорит преподаватель, вставая к своему столу.
Ученики, которые сейчас находились в аудитории, мягко говоря, ахуели, ибо впервые услышали, как матерится Арсений Сергеевич. Студент на это улыбается, прокручивая те маты, когда Арс пролил на себя кипяток.
Пары вновь неминуемо пролетают. Только в этот раз Шастун всё больше и больше усваивает материал. Это уже не начало года. И филонить нельзя. Парень берется за учёбу, зарабатывает деньги, делает домашнее задание. На улице уже осень.
На деревьях не осталось листьев, они все опустели, осыпались и стали голыми. Антон удивился, по рассказам других друзей из Питера, или из мемов в интернете — в Санкт-Петербурге частые дожди. Но это какая-то спокойная осень, которая пролетает в бешеном ритме. Обо всём этом успевает подумать парень, пока ждёт у машины Арса. Тот тоже заметил, что в начале года Антон был не сгруппирован, рассеян и потерян. Уже октябрь. А за ним ноябрь и декабрь. Зимняя сессия…
— Долго ждёшь? — из ниоткуда появляется мужчина, а Антон на автомате собирается его ударить, к счастью, вовремя останавливается.
— Ну, минут десять.
— Садись. Не замёрз?
Попов нажимает на кнопку, Антон дёргает за ручку, а брюнет обходит машину с другой стороны, аккуратно берясь за ручку.
— Немного. Я не рассчитал с погодой, надо было не в толстовке идти.
— А мне в пиджаке тепло. Кстати, у тебя что, курток нет?
Антон кивает.
— Может, я тебе свою дам? У меня же другие есть.
— Давай.
Они разговаривают на отвлеченные темы, успевают попасть в пробку по пути в кафе, и в этой пробке успевает Арсений отчитать Антона.
— Будешь ещё так перед моими парами материться, я больше не буду курить с тобой на балконе.
— Страшная угроза, Арсений Сергеевич. Я так испугался, блять! — Антон, как назло, роняет телефон из рук во время своей реплики.
— Вот тебе и блять.
Машина останавливается у кафе. В темном омуте холодной осенней ночи здание кафе ярким маячком блестело, приветливо зазывая внутрь.
Антон разевает рот, когда заходит, и чувствует, как Арсений слегка надавливает ему на подбородок, возвращая челюсть. Здесь очень уютно. Не так, конечно, как на смежном балконе, но не плохо.
— Что будете заказывать? — к ним подошла милая официантка, заметившая прибывших посетителей.
Арсений открывает меню, долго выбирает что-то, пролистывает страницу «рыбные блюда», морщась от них.
— Мне, пожалуйста, индейку на гриле с мандаринами и йогуртовым соусом, лаймовый мусс, а моему… другу…
— Сибас, запечённый с травами, и вино.
Арсений улыбается:
— Уберите рыбу! — шуточно высказывается, разглядывая Антона.
***
— Паш, я влюбился… — заявляет мужчина с порога, держа в руках бутылку алкоголя. Воля тяжело вздыхает: не в первый раз Арсений заявляется к нему с бутылкой хорошего алкоголя, чтобы излить душу. Он достаёт из своего мини-бара, припрятанного от лишних глаз, бутылку Jack Daniels, которую холил и лелеял, придерживая до черного дня. — Ну и кто эта счастливица? — спрашивает Паша, с грохотом ставит на стол цилиндрической формы маленькие бокалы, следом на столе оказывается вытянутая, статная, как сам Воля, бутылка с черной этикеткой. Пока он отходит за сыром, Арсений собирается, выжидает, и ошарашивает друга на входе в комнату: — Не счастливица… Это Антон. Паша, сохраняя спокойной лицо, подходит к столу, оставляет закуску где-то с краю, первый открывает бутылку и вливает в себя чуть меньше половины содержимого, даже не прикасаясь ни к одному из ломтиков сыра. Нехотя он отрывается от горлышка, морщится, качает головой и шепчет: — Пиздец. — Согласен. Блять, ну он же молодой. Он по-любому меня может разлюбить, ему семнадцать… Или восемнадцать… Да какая разница, я не должен был этого допускать. Я так накосячил перед ним… — сокрушается мужчина, прежде чем его перебивают. — Слушай, а тебе не кажется, что ему решать, разлюбить тебя или нет, ты тоже ещё не такой старый, так что заканчивай. Ну ты же с ним говорил, верно? — Говорил. Он мне столько раз помогал, и я ему. Ну, он наиграется и всё. Я же сам такой был, Паша, — Арсений заглядывает в глаза друга напротив, но видит только своё отражение. Ответов на его вопросы, видимо, никакая часть друга дать не может. — Откуда ты можешь знать, что он чувствует или что думает? — Алексеевич уверенно гнёт свою линию, продолжая понемногу подливать виски в бокал Попову и себе. Большая часть их диалога состоит уже из пьяной речи, когда Паша бурчит неразборчивое: — Будь бл-лиже, ближе, — и отрубается. Арсений это запоминает нечётко, но уже через минуту слёзно просит таксиста отвезти до ближайшего бара. По счастливой случайности Арсений отправляется в бар «Мята», и спасает тем самым себя от алкогольного отравления: Антон, работающий в баре, вовремя замечает пьяного преподавателя.***
— Да ничего особенного, просто захотелось, — они оба выходят из ванны. — Арсений, мать его, Сергеевич, сегодня вы будете мне помогать с домашним, ибо вы мне не дали поспать, — обиженно заявляет Антон, оглядывая с ног до головы свою работу: мужчина уже чуть больше был похож на человека, а не на лохматое вонючее нечто. Попов полностью в чужой одежде. Трусы оказались велики, но ничего страшного: главное, что хоть какие-то на нем всё ещё остаются. — Почему ты меня не бросил в этом самом баре? — спрашивает Арсений, ероша волосы, чтобы сбить с них холодные капли воды. — Потому что друзьям надо помогать. Спать ложитесь, вам ещё мне помогать, — отмахивается парень, стараясь поскорее уложить преподавателя спать. Оба поступают глупо. Оба считают, что не нужны друг другу, но каждый раз спасают друг друга. И это уже выше дружбы. Антону ещё никогда не приходилось тащить своего учителя-друга бухого в ванную. А Арсений в своём возрасте поступает глупо. У Шастуна есть право выбора, но почему-то Попов этого упорно не замечает. И они отпускают свои отношения на самотёк. Что получается, то получается. Оба в конце концов засыпают. Утро Попову даётся легче, чем ночь. Правда, голова все ещё раскалывается. Антон встал чуть раньше преподавателя и уже сидел за компьютером. Арсений подкрадывается сзади, приобнимает за плечи и утыкается носом в шею. — Арс, ну Арс… — парня заботит такое утро, но ему надо срочно доделать то, что он не сдал ранее в колледж. — Арсений, блять! — он рявкает, когда ему вновь нарочно мешают, хватает Попова за руку, утягивая на себя. — И вообще, какого черта ты не ухаживаешь за рукой? Шастун сейчас похож на злого хомячка. Он тянет мужчину на кухню и мажет ему руку мазью. — Ты дурачина, Арс. Не пей так больше, пожалуйста, — просит Антон, всё ещё придерживая преподавателя за руку и разглядывая потихоньку сходящий ожог.***
— Любовь не имеет пол. Но… — Арсения прерывают. — Но ты должен учиться понимать Антона, если хочешь быть с ним. Делай первые шаги, — советует Паша, рассматривая через призму янтарного алкоголя лицо друга.***
— Ладно. Вообще, спасибо, что помог мне, — старается сменить тему Арсений, — я больше не хочу так напиваться, — добавляет он, сдерживая тошноту, подступающую к горлу от одного только упоминания выпивки. — Пообещаешь? — А как? — А обещай на мизинцах, что больше не будешь так напиваться! — студент, который только что грозно притащил соседа на кухню, чтобы помазать руку, предлагает скрепить клятву на мизинцах. Но Арсений протягивает мизинец, Антон тоже. — Короче, твои ключи от квартиры у Паши. Мне надо сегодня к шести вечера на работу. Я вернусь поздно. Что думаешь? — У меня ключей от машины нет… — вспоминает Арс. — Тогда мы вместе едем к Павлу Алексеевичу, а я уже оттуда на работу. А пока будешь со мной. — Так, ладно, — Арсений быстро переключается на мысль о том, что хочет кофе, и на Белку, которая крутилась возле ног, — Тош, сделаешь кофе? — Сделаю. Так ты собираешься мне помогать? На часах только двенадцать часов дня, поэтому времени у них вагон и маленькая тележка. Они долго сидят над заданиями, Арсений постоянно ведёт пальцем по каким-то конспектам. Так время проходит очень незаметно, и наступает пять вечера. Им надо выдвигаться к Паше. — Арс, поехали. И да, твои вещи сохнут у меня в ванной, — напоминает Антон, закидывая на плечо рюкзак. — Я заберу потом, не обращай внимания. Друзья добираются до Воли, забирают ключи преподавателя, и Попов провожает Антона до бара. А на прощание обнимает его. Крепко. — Увидимся завтра на парах, — шепчет в висок Антону Арсений, и все-таки отстраняется.***
Рабочая смена оказывается интересной и смешной, потому что Антон сблизился с Оксаной. Конечно, он не знает, почему они не общались ранее, но он все ещё уважает её за речь про Уайльда на истории. — Антон, в этот коктейль добавь «Блю Кюрасо», — Фролова протягивает баночку с сиропом в руки Шастуна. Она осталась сегодня, чтобы помочь ему. — Слушай, Тох. Антон напряг слух, а Оксана приготовилась задавать вопрос. — Между тобой и Арсением Сергеевичем что-то есть? — Да. Дружба, — с серьёзным лицом заявляет парень, и они оба ржут, подавая последний коктейль. Их заведение совсем скоро закрывается и поэтому они сидят за барной стойкой, о чём-то тихо беседуя. — А я могу тебе довериться? — Конечно, что за вопросы? — Он мне нравится, — неожиданно даже для себя признается Антон. Оксана реагирует на это признание так, будто знала об этом ещё до своего рождения. — Господи, тебе хоть раз Дима показывал, как вы друг на друга смотрите? А, кстати, — девушка высовывает из кармана телефон, снимает с блокировки и находит фотографию, где Антон и Арсений вместе стоят, соприкасаясь плечами. — Откуда у тебя это? — спрашивает Шастун, выхватывая из рук Фроловой телефон и вглядываясь в фотографию. — Сама фотографировала. Скинуть? Антон блестит глазами и соглашается. Они ещё разговаривают о Лёше, с которым Оксана никак не может начать встречаться, и об Арсении. Хотя, Оксана повествует о том, что ей кажется, что её привлекают девушки, а невзаимная любовь к Лёше начинает гаснуть. Шастун усталой походкой заходит в квартиру, его встречает счастливая Белка, почти снося с ног. — Бельчонок, я устал, — снимает обувь и плюхается на кровать. Арсений за собой даже кровать застелил. Шастун долго лежит в ожидании сна, но сон не приходит. Он включает тихую депрессивную музыку. Арсений Попов Антон, у тебя все хорошо? Стены. Антон забыл об этих стенах, которые нихуя не изолируют звук. И как теперь объяснять преподавателю, что он не депрессивный подросток, а просто любит такую музыку? Попов тихо заходит через балкон. Антон смотрит в стену, не обращая на него внимания. — Шаст, ты чего завис? — на фоне играет pyrokinesis, которого Арсений с трудом узнает по строчкам «Днями-Ночами». — Арс, у меня все хорошо, — монотонным голосом отвечает Антон, слегка заторможенно реагируя на все: слишком устал. — Точно? Может, пойдём, покурим? — предлагает Арсений, кивая в сторону открытой двери на балкон. Студент на время забывает об этой привычке, но в согласительном жесте кивает. Оба стоят на балконе. Шастун всё же купил стики мужчине, и теперь он втягивает в лёгкие пар, с хрипотцой спрашивая: — Подружился с кем-то на работе? — Не представляете, но я работаю с Оксаной. — Классная девушка… Антон, — Арсений кидает стик в пепельницу, убирая айкос. — М? — Пойдёшь завтра со мной в кафе? — Это свидание? — Нет, или да… Считай как хочешь, — Попову всё равно что подумает Антон, он просто хочет вместе с ним в кафе. — Пойду. Соседи разбегаются по квартирам, а Антон думает, что впредь будет слушать музыку только в наушниках. Так он и поступает, засыпая в них. Сегодня на пары, а это значит, что пиздец. Антон просыпается утром, и надеется, что в этот раз обойдётся без опозданий. Арсений Попов Я слышу, что ты проснулся. Я могу тебя подвезти.Антон Шастун Это предложение?
Арсений Попов Это утверждение. Собирайся давай. Антон ворчит на эту реплику, но уходит в душ. Старается высушить голову, чтобы его опять не ругали за мокрые волосы, а дальше идёт его обычная рутина. Накормить Белку. Насыпать в кружку растворимый кофе, залить кипятком. Вытащить из груды вещей любимую худи. Заметить, что в кружке с кипятком кофе даже и не пахнет, потому что пустая банка от него стоит уже почти неделю посреди стола. Шаст понимает, что нужно закупиться в магазине. Попов ждёт младшего в машине. — Арс, а мы можем заехать сегодня в магазин? У меня дома нечего поесть. Шастун, конечно, не против, чтоб его каждый раз кормили в кафе и водили на свидания, но в холодильнике не осталось даже самого банального — йогурты, молоко, перекусы. — Хорошо, — легко соглашается мужчина, заводя авто, и выруливая из двора. — Антон, пристегнись, пожалуйста. Казалось бы, банальная просьба, но Антон видит в ней заботу, ну или же Попов просто не хочет платить штрафы. Они быстро добираются до огромного торгового центра. Студент за короткое время проживания в Петербурге привык к этому, на удивление. Друзья выдвигаются в здание, но перед этим Арсений несколько раз проверяет, что не забыл бумажник и закрыл машину. Антон, конечно, быстро выбирает, что ему нужно купить для себя. Тележка постепенно наполняется продуктами: крупы, газировка, несколько пачек skittles. Арсений на это кривит губы, вскидывает брови и выглядит сейчас точно как злая матушка, которая недовольна, что её чадо жрёт какую-то гадость. Старший тоже не отстаёт от Антона и набирает небольшую корзинку продуктов. Шастун всё ещё не понимает, почему Арсений выёбывается и едет в большой ТЦ, вместо того, чтобы заехать в обычный сетевой магазин. — Антон, шутка про цыган всё ещё в силе. Они относят продукты в багажник, а Арсений канючит, как маленький ребёнок: — Антон, — нарочно вытягивает его имя, — ну давай зайдём в магазин одежды, ну пожалуйста… Шастун сдаётся уже с третьей просьбы, поэтому студент хмуро шагает вслед за другом, а довольный Арсений заходит в торговый центр. Они поднимаются по эскалатору на третий этаж здания. У Попова глаза блестят от восторга, как звёздочки. А парень цокает, закатывает глаза. — Арс, а мы точно сегодня в кафе успеем, м? — спрашивает Антон, стараясь образумить друга, несущегося в сторону магазина. — Успеем, — на бегу отвечает Арсений. Попов уже примеряет третью пару джинс, и Антону это начинает казаться комично, будто бы девушка выбирает себе штаны: на одних не сходится молния, вторые не сидят, третьи большие. Шастун берет Арсения под руку, две футболки, которые приглянулись другу, первые попавшиеся ему джинсы и оплачивает, выпинывая его из магазина. — Мы не успеем на пары! Мужчина злится на него, ведь, может, эти джинсы безразмерные или, наоборот, маленькие, ну кто так поступает? Но, уже стоя перед зеркалом у себя дома, подмечает, что первые джинсы, которые попались под руку Антону — смотрятся шикарно. А ещё парень их фактически подарил, именно поэтому больше злился старший. Он заплатил за вещи. Попов так и поехал в этих самых джинсах в колледж вместе с Антоном. Студент собирается выходить, но его одергивают за рукав толстовки, притягивают к себе и шепчут на ухо: — Сегодня вместе, после пар, едем в кафе, — Арсений опалил своим горячим дыханием чужое ухо, а Антон в полном шоке выскочил из машины. — Нихуя-се, — он забрасывает рюкзак за спину, поправляет лямки и ждёт у входа когда Арсений Сергеевич припаркуется. Тот гордой походкой приближается к Антону, который все ещё стоит, по какой-то причине не заходя в учебное заведение. Парень притягивает ближе преподавателя за галстук, точно так же шепчет на ухо преподавателю: — Хорошо, Арсений Сергеевич, — у того разряд мурашек. А Шастун отпускает галстук, который, как никогда раньше, смотрится на нём изумительно. И целует в щеку. Смазано, куда-то в скулу, оставляет после себя горящее ощущение и скрывается в глубинах колледжа. Попов ещё несколько секунд стоит в ступоре и думает: что за хуйня? Он подходит к расписанию, которое находится на стеллаже с объявлениями, ведёт пальцем и понимает, что пара у Антона. Блять. Ирония судьбы, да и только. Арсений пересекает порог аудитории, кидает взгляд в сторону Шастуна — тот рисует в скетчбуке, временами отвечая на вопросы Иры, улыбается, вновь углубляясь в рисунки. Мужчина только ухмыляется на это. Со стороны его ученик выглядит очень забавно. Вечно чем-то занят, улыбается, нелепо закидывает голову, когда смеётся,
