Не давайте перерождаться хардкорщикам

Яркая луна проплывала над советскими хрущевками, заглядывая в окна. Вот очередная комната парня, уткнувшегося в мерцающий монитор. В комнате стандартный для такого затворника хлам: пустые бутылки, банки и пачки от лапши быстрого приготовления. А на экране — вполне ожидаемая многопользовательская ролевая игра с фэнтези сеттингом. — Да заполняйся уже быстрее, — в нетерпении крикнул парень, приложившись к полупустой банке на столе и глядя на шкалу, после которой персонаж игры сможет уничтожить босса в подземелье. Пальцы стремительно бегали по клавиатуре, а щелчки мыши, казалось, разбудят соседей. Вот так Ратмир Белоглазов справлял свое тридцатилетие. Ничего удивительного в нашу эру высоких технологий. Дети девяностых выросли телом, но так и не могут вырасти духом. Лишь бы всю жизнь бежать от ответственности, спрятавшись за четырьмя бетонными стенами пережитка прошлого. — Есть! Ха-ха! Да! — Ратмир победно поднял кулак. Только что он закончил квест на третью профессию, а значит, очередной персонаж доведен до совершенства и подлежит продаже, денег от которой хватит на пару месяцев все такой же никчемной жизни. Но парень был вполне доволен. Залпом допив банку энергетика, он достал из рядом лежащей пачки сигарету, открыл окно и, подкурив, с удовольствием затянулся. — Отлично. Мой сорокачасовой марафон завершен. Теперь можно и вздремнуть, — заговорил геймер сам с собой, выдыхая клубы дыма. Сознание немного плыло, а сердце громко стучало, отдаваясь в ушах. — Наверное, не стоит больше себя так загонять… — пробормотал Ратмир и попытался подняться на дрожащих ногах. Но тут сердце пропустило пару ударов, и парень, потеряв равновесие, стал падать на спину. Комната кувыркнулась, и затылок ударился о деревянную поверхность. На затворника посыпался мусор со стола, который он случайно задел руками. Зрение внезапно померкло… *** — Фух… Так я точно до сорока не доживу, — пробормотал парень, держась за лоб. Комнату накрывала кромешная тьма. Даже монитор больше не светился. Ратмир попробовал подняться и дотронуться пальцами до затылка. — Ай, блин! — пальцы наткнулись на что-то липкое, — знатно я припечатался. Но что там с монитором? Мужчина огляделся, но все еще не мог понять, в какой части комнаты он находится. Рука нащупала какие-то пыльные полки и посуду на них. Только Ратмир подумал, откуда в его серванте взялись горшки и кувшины, как тут же вздрогнул от раздавшегося стука. — Ваша милость? С вами все в порядке? — приглушенный голос раздавался за дубовой дверью, из-под которой был виден мерцающий свет свечи. — К-какого? Откуда у меня дверь из цельных бревен? — Ратмир начал понимать, что вокруг творится что-то странное. — Ваша милость! Хватит прятаться в кладовке. Вас хочет видеть ваш дедушка. — А… Да… Сейчас выхожу, — парень машинально ответил и не узнал собственного голоса. Он звучал довольно высоко и пискляво, — какая-то ерунда… может я сплю? Почему я говорю как ребенок? Дверь перед ним открылась, и он увидел худого и длинного человека, одетого в костюм дворецкого. На вид ему было не меньше пятидесяти. — Альфред, ты ли это? — попробовал пошутить Ратмир. — Ваша Милость? О чем вы? — поднял бровь дворецкий, — ваш дедушка уже давно ждет вас. Поэтому хватит убегать. Ему и так тяжело. — Х-хорошо… — Ратмир не стал сопротивляться и пошел за дворецким. Находясь рядом с этим мужчиной, парень наконец понял, что с его телом действительно что-то произошло. Его нос был на уровне поясницы дворецкого. Не веря происходящему, он уставился на свои детские руки и подвигал пальцами. По ощущениям ему было не больше десяти лет. — Я, наверное, сплю… Ай! — затылок от ходьбы снова загудел и напомнил о себе тупой болью, — или не сплю? Неужели я переродился? Не может этого быть! Но почему в десятилетнего? Или уж следуйте правилам и перерождайте меня с младенчества, или давайте мне хотя бы возраст согласия. Ерунда какая-то… Тут дворецкий остановился у двустворчатой двери и, вежливо постучав, открыл в поклоне. — Прошу вас, молодой мастер. Ратмир вошел в шикарную спальню и увидел на двуспальной кровати пожилого человека. — А… Кейн, мальчик мой, наконец-то ты пришел. Я думал, уже не увижу тебя, — прохрипел он тихим голосом, протянув морщинистую руку. Кейн? Это мое имя здесь? Несколько смущающе. Ратмир осторожно приблизился к старику и позволил взять свою ладонь в слабые объятия. — Эмм… ты хотел меня видеть… дедушка? — с задержкой произнес парень. — Я умираю, Кейн. И баронство Гриффинхайм перейдет к тебе. Прости, что оставляю тебя в столь неспокойное время, но я уверен, Уилфред присмотрит за тобой, — умирающий поглядел куда-то за плечо внука, и тот, обернувшись, увидел там дворецкого. — Мы долгое время не виделись, но я рад, что ты приехал ко мне из столицы. Прошу тебя — не бросай поместье. Пока у меня была возможность, я обеспечивал твое проживание и обучение. Но долг нашей династии растет с каждым годом. И теперь он ложится на твои плечи. Я верю, что ты справишься и не бросишь Гриффинхайм, как это сделал твой отец. Ч-чего? Так мой отец здесь был тем еще засранцем? Взвалил все проблемы семьи на умирающего дедушку и свалил в закат? А меня-то почему в столице оставили? Старик закашлялся и продолжил говорить, глядя на меня слезящимися глазами. — У меня осталось мало времени, а я так много хочу тебе рассказать. Жаль, что ты прибыл так поздно… При этих словах за спиной раздалось недовольное хмыканье. Не слишком-то профессионально для дворецкого. Но дедушка, казалось, ничего не заметил и продолжал говорить. — Я сделал много записей в своем кабинете. Они тебе понадобятся. Ты же обучился письму в столице? И вот еще что, — дед радостно улыбнулся перед тем, как продолжить, — я, Барон Деррик фон Гриффинхайм, передаю своё право на наследство замка Гриффинхайм и прилежащих земель своему внуку и преемнику Кейну фон Гриффинхайму. Будь счастлив, внук мой… От рук деда, все еще сжимавших ладонь Ратмира, разошлись волны тепла, и вдруг сильный разряд пронзил тело десятилетнего пацана и откинул его на пол. Сознание помутнело и отключилось. *** Ратмир стоял возле большого стола в кабинете деда и перебирал свитки, время от времени что-то изучая на них. Прошло уже две недели с его попадания в этот мир, и ему пришлось смириться с новой жизнью. Сейчас он обитал в теле десятилетнего подростка по имени Кейн фон Гриффинхайм. Как ребенок аристократа, он не обладал особо крепким телосложением. Тонкая шея и подбородок, заостренный нос, большие карие глаза и черные волосы делали его довольно симпатичным мальчиком. Но с такими физическими данными оставалось только пойти работать в бордель по достижении совершеннолетия, чтобы покрыть долг. Домен Гриффинхаймов пребывал в полном упадке. Их родовой замок был расположен в восточной приграничной области Империи Серебряной Звезды: на севере простирался лес Вечной Тишины, а восток перекрывала цепь Стонущих Гор. Веллонский аванпост с крупным имперским гарнизоном располагался гораздо западнее, на реке Сканвии, и защищал внутренние области Империи от нападения монстров и демонических зверей, которых в лесу и горах было навалом. На кой хрен прадеду Кейна захотелось возглавить экспедицию за пределы защищенных земель Империи и основать здесь поселения, было совершенно непонятно. Возле замка ютились две деревушки, видимо, из самых отчаявшихся поселенцев, готовых поискать лучшей жизни за безопасностью имперских стен. Одна расположилась у леса и стала деревней охотников и лесорубов. А вторую основали неподалеку от гор, чтобы разрабатывать там рудники. И, естественно, не прошло и пары месяцев, как шахты пришлось забросить из-за постоянных нападений орков и гоблинов, а охотники пропадали без следа либо возвращались настолько изувеченными, что ни о какой дальнейшей работе не могло быть и речи. Прадед потратил уйму денег на наемников и авантюристов, чтоб хоть как-то обезопасить свои угодья, но на месте одного разгромленного лагеря орков появлялись еще два, а гоблины с помощью украденных селянок плодились с такой скоростью, что истребить их было сложнее, чем тараканов на кухне в студенческой общаге. Не спасли прадеда и ссуды, которые тому щедро раздавал имперский банк. Вот так, просадив казну на дело всей жизни, он остался с двумя бедными деревушками и захудалым замком, по уши в долгах. Уже было как-то неудивительно, что отец Кейна сбежал со служанкой, когда мать мальчика умерла при родах. Ловить здесь молодому парню было абсолютно нечего. Продажа земли ни к чему не приведет, да и вряд ли найдется идиот из благородных, готовый купить себе такое захолустье. Сейчас деревни «Зеленая» у леса и «Серая» у гор занимались в основном земледелием. Земля здесь была скудная и постоянно продувалась холодными ветрами с гор, поэтому вырастить богатый урожай не было и шанса. Крестьяне голодали и не могли приносить достаточно налогов в казну. Дедушка Кейна последние пять лет распродавал на аукционах гобелены и доспехи, что еще остались от предков, чтобы покрывать долги. Ему даже нечем было платить прислуге. Поэтому во всем замке, кроме нескольких дюжин солдат гарнизона, оставался только дворецкий Уилфред и три пожилые служанки. Был еще необходимый обслуживающий персонал — повар с помощником, кузнец, священник, придворный врач и даже садовник. Но для крепости, способной свободно размещать до пятисот человек, эти пять десятков были не более чем насмешкой. Дворецкий с самого начала занял позицию холодной вежливости по отношению к Кейну. Было видно, что он не ожидал от разбалованного парнишки из столицы каких-то великих свершений. Видимо, отношения у них не ладились еще до времен прибытия Ратмира в этот мир. Как Кейн для себя выяснил, он не очень-то и хотел возвращаться в это захолустье, поэтому первым делом, когда его насильно привезли в карете, сбежал от Уилфреда и спрятался в кладовой, но случайно уронил на себя полку и отключился. В любом случае Уилфред исправно исполнял свою роль дворецкого, организовывая приемы пищи и купания, а также обращая внимание на дела, требующие срочного вмешательства. Кейн отложил очередной свиток и потер ладонь, на которой остался отпечаток пятиконечной звезды. Он появился после того, как дед перед смертью ударил его электричеством. Это был знак знати. Только у дворян в этом мире были способности к магии. Но пока Кейн не слишком преуспел в этом. В книгах по магии описывались различные способы проявить какой-либо талант, но пока у Кейна не получалось даже скастовать простую огненную стрелу или призвать струю воды. К слову, в этом мире магия состояла из восьми стандартных элементов: земля, вода, огонь, воздух, свет, тьма, жизнь, смерть. Гриффинхаймы практиковали воздушную школу, судя по записям в дневнике деда. Но заклинания, записанные в книге магии, никак не хотели работать, когда Кейн пытался их применить. Неделю назад ему удалось найти сферу, определяющую магию, но когда он прикоснулся к ней, внутри не стали клубиться белые облака, как это было описано в книжке. Вместо этого сфера покрылась каким то грязным налетом и раскололась надвое. Хоть это и было похоже на результат, пока он не давал ничего. В столице был университет магии по всем восьми известным школам, но сейчас попасть в него на учебу не представлялось возможным. Для этого у Кейна нет ни денег, ни умения пройти вступительный экзамен. Тут в дверь кабинета требовательно постучали. — Ваша Милость? К вам пришел проситель из Серой. Могли бы вы его принять? — А… Да. Пригласите его в приемную. Я сейчас подойду. Кейн был в слегка приподнятом настроении, когда бежал по коридору в приемную. Может быть, наконец-то началась моя чудесная история в другом мире? Не может же быть все постоянно плохо? Наверняка проситель — это миловидная девчушка кавайной внешности, у которой монстры похитили младшую сестру, и когда мои стражники ее спасут, старшая сестра будет мне вечно благодарна? С этими мыслями парень влетел в приемную, чтобы увидеть… какого-то деда, нервно теребящего драную шапку. Да какого хрена здесь кругом одни старики? Молчаливый вопль потонул в его разочарованной душе.