Один к двум.

Стук. Сонхва стоял на пороге дома Чхве. Он тут и раньше бывал, только в роли его парня, но сегодня ощущения были немного другие. Уже на улице, подходя к дому, Пак слышал музыку, наверно, внутри вообще ничего не слышно, тогда стучать в дверь было бессмысленно. Омега толкнул дверь, и та с лёгкостью поддалась, всё было настолько просто. Как только дверь открылась, как и ожидалось, музыка ударила в уши. Сонхва прошёл дальше, весь дом был забит людьми, или так казалось, потому что сам по себе дом был небольшой. Пак стал быстро осматриваться в поисках друга. Уён стоял где-то в гостиной, из-за большого числа людей, находящихся в комнате, и небольшого пространства, добраться до него было довольно проблематично, а ещё было темно, но Пак справился. Внутри было душно, хотя Сонхва чувствовал ветерок в ногах, но он не спасал. По Чону было видно, что он здесь давно, как и большинство ребят, его глаза никак не могли сфокусироваться, хотя, возможно, это из-за темноты в комнате, так что он не сразу понял, кто к нему подошёл.  — Ты как раз во время, — прокричал Уён Паку. — Все уже разогрелись и началось самое интересное. Только здесь немного душно. Так пить хочется. Хочешь что-нибудь выпить?  — Да, я бы не отказался, — хотя Сонхва находился в доме меньше двух минут, на него быстро подействовала температура. — Что тебе принести?  — Хонджун принесёт, — быстро сказал Чон. — Мне бы что-нибудь алкогольное. А тебе?  — Алкоголь? Разве ты не хочешь охладиться?  — Тогда что-нибудь алкогольное из холодильника, — поправил Уён.  — Я буду просто воду, я здесь не надолго, — сказал Сонхва, и Чон куда-то пропал. Получив заказ, Ким, который всё время стоял где-то в сторонке, отправился на кухню. К сожалению, путь до неё был устлан пьяными танцующими телами, ему пришлось проталкиваться через всю комнату, чтобы попасть в другую. Как Уён и пожелал, Хонджун вытащил для него одну бутылку с алкоголем из холодильника, и — ещё одну с обычной водой, и поспешил вернуться обратно. Сан довольно наблюдал за гостями, пока никто не жаловался, никто ещё ничего не разбил, статус вечеринки был низким. Кто-то спокойно танцевал в гостиной, другие тусили на кухне, смешивая алкогольные напитки, третьи стояли в очереди в комнату для поцелуев. У Чхве было приподнятое настроение, он, как и все, успел выпить смесь напитков, а сейчас он отправился в гостиную, чтобы тоже немного потанцевать, хотя музыка была слышна в каждом уголке дома. Но всё его хорошее настроение улетучилось, стоило ему заметить идущего с двумя стаканами, наполненными неизвестной жидкостью, Кима. Казалось, у Сана покраснело лицо от злости, или из-за градуса, он как бык на красное направился к альфе. Хонджун остановился около Уёна и протянул ему нужный бокал, а второй оставил в своей руке, так как Сонхва нигде не было видно. В этот же момент к ним подошёл Чхве, он буквально не видел ничего и никого кроме Кима. «Что он тут делает?», — этот вопрос прозвучал сразу, как Сан увидел его. «Почему он стоит рядом с Уёном? Уён же говорил, что он ему не нравится». Подойдя к парочке, ни Чон, ни Хонджун не успели понять, что к ним подошёл виновник торжества, Чхве схватил бокал с водой, который был в руке Кима, и выплеснул содержимое на него.  — Сан! — громко крикнул Сонхва за спиной у альфы. — Это была моя вода! Злой Пак немедленно взял Хонджуна за руку, и потащил его за собой. Киму было тяжело тащиться меж тел, да ещё и Сонхва тянул. Альфа смог почувствовать свободу лишь тогда, когда они оказались на кухне. К счастью, на них никто не обратил внимание. Омега достал откуда-то пачку салфеток, и снова выволок Кима, но теперь в коридор. Когда они остановились и встали друг на против друга, Сонхва протянул салфетки альфе, чтобы он привёл себя в порядок. Пак был так возмущён поведением своего бывшего, что не пожелал больше оставаться в этом доме, и заставил Кима уйти с ним. На улице ещё было тепло, небо окрасилось в розовый цвет, солнце медленно садилось за горизонт. В такие моменты совершенно не хочется домой, поэтому Пак поинтересовался, не торопиться ли Хонджун, и получив положительный ответ на предложение погулять, они пошли куда-то прямо, придерживаясь всё время главной дороги.  — Ты же здесь уже был, где есть место, чтобы мы немного посидели? — спросил Ким. И Сонхва вспомнил, что где-то была площадь с лавочками и арт-объектами. Правда, потребовалось время, чтобы омега смог сориентироваться и дойти до неё. Вид с площади был просто прекрасный, она находилась на высоте, поэтому было отлично видно закат, даже верхушки зданий не мешали. Как только Пак оказался на площади, он вспомнил, как сидел здесь с Саном, всё было так романтично, пока Хонджун не достал кое-что из своего рюкзака. В его руках оказался пузырёк с жидкостью, и омега, кажется, догадывался, что там было.  — Откуда это у тебя?  — Стащил у Чхве, пока ты салфетки искал, — довольно ответил Ким. Альфа надеялся, что, возможно, именно алкоголь сможет сделать их ближе. В любом случае, их настроение мигом улучшилось, они всё время улыбались, и Сонхва даже не был против, когда Хонджун положил голову на его плечо. Киму так хотелось, чтобы время застыло, он считал каждую секунду, «двадцать два, двадцать три, двадцать четыре», наверно, Пак специально дал ему много времени, потому что альфа перестал считать после того, как прошло чуть более минуты. Сонхва понимал, если он делает шаг назад, Хонджун делает шаг вперёд. Он понял это ещё тогда, кода пытался познакомить его с Уёном. Сейчас Пак намеренно делает шаги назад, позволяя Киму наступать. Омега сделал свой выбор, он прекрасно понимал, к чему это приведёт. Поэтому он точно так же наслаждался временем, проведённым с Ходжуном. *  — Сонхва, я хотел спросить у тебя, — начал Ким, когда они медленно подходили к университету. — Не хочешь сегодня сходить в парк?  — А что мы будем там делать? — спросил Сонхва, улыбаясь.  — Сначала погуляем, а потом полежим, посмотрим на звёзды. Конечно, Пак согласился, он давно ждал, когда альфа пригласит его на свидание, и если это не оно, то что? После пар они отправились в общежитие, так как пары закончились днём, а Хонджун хотел пойти вечером. Честно сказать, он ещё вчера всё приготовил, так что у них было время заняться чем-нибудь, пока не наступит нужное время. Они сидели то в комнате Кима, то в комнате Пака, проводя вместе чуть ли не каждый вечер, потому что альфа не умел и не хотел готовить и приходил к Сонхва. Несмотря на позднее время, солнце не торопилось садиться, всё ещё освещая парк. Ким и Пак обошли уже весь парк целиком, и даже успели поесть, но звёзд всё ещё не было видно. Омега всё-таки отважился погулять в той части парка, куда он обычно ходил с Саном. Там почти никогда не было людей, было гораздо больше деревьев, между которыми бегали белочки. Сонхва крепко взял руку Хонджуна и повёл по плохо вытоптанной тропинке. Не было слышно ничего кроме их собственных шагов, даже реку, чьи волны ласкали берег, не было слышно. Из-за того, что солнце не могло пробиться сквозь кроны деревьев, стало довольно быстро холодно, Пак замёрз и Ким предложил им скорее остановиться. Альфа достал плед из своего рюкзака, который он приготовил ещё вчера, и накинул на плечи Сонхва. Омега тут же притянул его к себе, тоже укрывая его пледом.  — Может, сядем уже? — спросил Хонджун, спустя несколько секунд. Он специально отстранился от Пака. Тот упал на землю, прямо под собой, потому что не было лавочек. Ким устроился рядом, Сонхва уже раскрыл руки, приглашая альфу под плед, но Хонджун положил голову на ноги омеги. Пак улыбнулся и укрыл его частью пледа, пока Ким смотрел на небо, в ожидании первых звёзд, Сонхва смотрел на возлюбленного, поглаживая его волосы. Если бы не было так холодно, альфа смог бы уснуть. Солнце садилось в противоположной стороне, так что небо на их глазах быстрее стало тёмно-синим, а затем его украсили звёзды. Теперь они уже оба лежали, завернувшись в плед, не в силах оторвать взгляд от маленьких газовых гигантов. Вдруг Хонджун повернул голову и смотрел только на Сонхва. Словно почувствовав это, Пак тоже повернулся к нему, и вот они уже смотрят в глаза друг другу. Ну, или почти в глаза. Ким считал, что сейчас было самое подходящее время. Альфа немного поднялся, опёршись на руку, всё ещё не отрывая взгляд от омеги. Хонджун замер, думая о том, как ему следует сказать. Вместо слов Ким просто склонился над Сонхва, сначала он почувствовал его дыхание, а потом поцелуй, на который Пак ответил, потому что сам ждал этого.  — Я люблю тебя, — оторвавшись от омеги, произнёс Хонджун прямо в его губы. Вместо ответа Пак снова прижал его к себе, крепко целуя, на его языке это было «я тоже тебя люблю». *  — Сегодня после пар начинаются летние каникулы, где собираешься их проводить? — спросил Ким, провожая Сонхва до его аудитории.  — В общежитие, наверно, а ты? — спросил Пак с надеждой, что альфа тоже там останется.  — Тогда я, конечно, тоже, — улыбнулся Хонджун.  — А что мы будем делать? — Не волнуйся, я придумаю что-нибудь, — пообещал Ким и ушёл на свои пары. Как только наступили долгожданные каникулы, а это было буквально спустя три часа после их разговора, они поспешили в общежитие, им нужно было решить, в чьей комнате они пройдут. Так как были и такие ребята, которые уезжали, то Сонхва и Хонджун обошли своих соседей, чтобы узнать, кто собирается уезжать. Соседи Пака ответили, что они остаются, и вся надежда была на единственного соседа Кима. К их счастью, он сказал, что уезжает, и уже к вечеру того же дня омега перенёс все свои необходимые вещи в комнату Хонджуна. Эти каникулы кардинально отличались от тех, которые были у Кима раньше. Если раньше альфа не знал, чем заняться, поэтому с утра садился читать разную литературу, то теперь по утрам он лежал в обнимку с Сонхва несколько часов, пока Пак не решит, что достаточно валяться. Раньше в комнате было тихо и неуютно из-за того, что полки и стол стояли почти пустыми, Хонджун обычно занимался делами в тишине, но теперь он мог поговорить с Сонхва, а вещи омеги наполнили комнату альфы, и теперь комната выглядела по-настоящему обжитой. Нередко Пак требовал к себе внимание, Ким не мог игнорировать его и делал для него всё, даже бегал в магазин за десять минут до его закрытия. Вообще Пак любил позднее время, то он на ночной сеанс захочет, то посидеть в кафе до полуночи, возможно, это у него осталось после отношений с Чхве, но Хонджун был не против, так как в тёмном времени суток было что-то пикантное. Так что Ким не заметил, как прошли почти все каникулы.  — Мы уже всё переделали, — то ли Сонхва жаловался, то ли гордился, лёжа вечером в кровати. Альфа лежал рядом, так как кровать была рассчитана на одного, на ней было мало место, Пак и Ким всегда были рядом к другу, обнимались, потому что руки было некуда положить, и уже давно пропахли духами друг друга. Иной раз, кто-то в коридоре мог услышать невидимую дорожку Сонхва, которую оставлял за собой Хонджун. К близости друг друга они уже привыкли, как же тяжело им будет приходиться на парах, где они не смогут так открыто взаимодействовать друг с другом.  — Нет, — не согласился с ним альфа, вставая с кровати, которая следом проскрипела, — кое-что мы ещё не делали. После этого Хонджун куда-то ушёл, но вернулся совсем скоро, запер дверь и выключил свет, единственным источником света остался фонарь, чьи лучи проникали сквозь неплотные шторы. Сонхва лежал на спине, дожидаясь своего парня. Ким подошёл к кровати и медленно навис над Паком, упираясь руками по обеим сторонам от омеги. Тишину нарушили пружины, что прогнулись под чужим весом. Так как все соседи альфы уехали, в блоке наступила непривычная тишина, но парочка знала, что их никто не услышит. Вслед за руками, Хонджун перебросил правую ногу через тело Сонхва, затем вторую. Пак, понимая в каком он находится положении, покраснел, точнее он был уверен в этом, так как его щёки в миг обожгло. Одна рука Кима проскользнула под спину Пака, заставляя того немного поднять живот, вторая рука оказалась на затылке омеги. Альфа прижал Сонхва к себе, затягивая в поцелуй, Пак поддавался. Он поднял свои руку и положил на бока Хонджуна, затем стал поднимать их выше, пока они не оказались на плечах.В этот момент Ким отстранился, но не надолго, он продолжал целовать омегу, однако промазал в первый раз, когда его губы коснулись не губ Сонхва, а кожи чуть ниже, во второй раз поцелуй оказался ещё ниже — на подбородке. Альфа спускался ниже, по шее, по груди, освобождая тело от ночной рубашки, и чем ниже были поцелуи, тем тяжелее поднималась грудь Пака. Добравшись до пупка, Хонджун снова поднялся, его руки выползли из-под тела Пака, и он пальцами взялся за резинку от пижамных штанов. Когда омега почувствовал прикосновение в такой интимной зоне, по его животу прошла вибрация, и он резко громко выдохнул, сам не ожидая от себя такого. Ким замер и продолжил только тогда, когда Сонхва ему разрешил. Несколько движений и одежда вместе с последними сомнениями летит на пол, сегодня они им больше не понадобятся. Альфа забросил на себя уже оголённые бёдра Пака. Робость и скромность отступали с каждым новым толчком, позволяя возлюбленным прижиматься друг к другу всё ближе. Хонджун покусывал кожу на груди Сонхва, а в ответ Пак оставлял белые следы от своих ногтей на спине Кима, которые позже становились алыми. Омега тихо стонет, закусывая губы, всё ещё стесняясь своего партнёра, альфа же просто шумно выдыхает. Но всё меняется, когда Ким изменяет темп, у Пака больше не получается сдерживаться.Он не может и не хочет ограничивать свою страсть, он хочет показать, как сильно любит Хонджуна. Поэтому Сонхва притянул его, жадно целуя лицо, шею, плечи, будто их вот-вот разлучат. Ким подстроился под омегу, не забывая его удовлетворять. Полночи комната была заполнена стонами и скрипами старой кровати, бьющейся о стену. К счастью, по близости не было бы никого, кто мог бы услышать их двоих.