Школьники Хогвартса, о которых мы никогда не узнаем

(Действие происходит на 5 курсе.) Гвен сидела в Большом Зале и думала, что же ей отвечать на письмо родителей. Близились Рождественские каникулы, и родители спрашивали, приедет ли она домой. Девушка в задумчивости  пожевала конец пера и обратилась к однокурснице, с которой жила вместе: - Хлоя, ты останешься на каникулах? - Да, пожалуй, да. Я сначала думала вернуться домой, там у меня дел много, а еще братик родился, и я бы очень хотела его повидать. Но потом я вспомнила, что сказал Дамблдор насчет Святочного бала, я так хочу там побывать, я уверена, там будет чудесно, все поэтому и остаются. Ох, Мерлин, мне же еще платье надо выбрать, осталось всего две недели, как ты думаешь, кто меня пригласит? Я очень хочу пойти с Ральфом, он такой душка! Гвен успела сотню раз пожалеть, что поинтересовалась именно у нее. Подруга говорила очень много и часто не по делу. Однако Гвен зацепилась за кусок информации и, нахмурившись, переспросила: -О чем ты? Какой бал? Глаза девушки округлились, как будто произошло нечто ужасное: - Ты что забыла? Святочный бал! Дамблдор устраивает Святочный бал перед Рождеством! Он объявлял об этом месяц назад! - Я не забывала, - оправдывалась Гвен, - я даже не знала, я не слышала. Хаффлпаффка постаралась вспомнить, где же она была месяц назад вместо завтрака в Большом Зале. Ах да, она помогала Мериде тренироваться в квиддиче для проб в команду. Она так переживала, но зря, она стала потрясным охотником и в последнем матче забила Рейвенкло целых два гола. Мда уж, ну и денек был, - поеживаясь от воспоминаний о промозглом холодном дне и о том, как она куталась в мантию на уроках у профессора Кеттлберна, - подумала Гвендолин, а потом вспомнила, почему же ей не было холодно тогда, с утра: пока Мерида выписывала в небе пируэты, Ленни, успевая ехидно комментировать ее выпендрежничество, тренировал на Гвен заклятие согревания, из-за чего ее бросало то в жар, то в холод. Она вспомнила, как хохотала от его попыток наложить долгое заклятие и от его комментариев насчет юной звезды квиддича. Она тепло улыбнулась. - Значит, бал... - вернулась она к насущной проблеме. - Именно, дорогая моя! Бал! А ты сидишь и ухом не ведешь! - от возмущенных ноток Хлои пара человек с других столов обернулись на них. Девушка кратко написала маме, что останется на каникулах в Хогвартсе, попросила передать привет Элоизе и постскриптум поинтересовалась, где можно достать красивое платье на бал. Она привязала письмо к нетерпеливой сове, которая была вынуждена полчаса сидеть на скамье рядом и созерцать раздумья хозяйки, изредка тыкаясь клювом в её мантию. *** - Эй, Мерида! - Гвен подошла к рыжеволосой подруге перед Зельеварением, которое было у них общим по расписанию. -Утро доброе, Гвен, что такое? - Ты знала, что у нас бал через две недели? -Бааал, - протянула девушка, - да, слышала. Я, наверное, не пойду, скукотища будет, да и без пары приходить будет странно. - Ты думаешь, тебя никто не пригласит? - Я тебя умоляю! - фыркнула Мерида. -Ты такая пессимистка, - покачала головой шатенка. -Я реалистка, - Коннор потрепала подругу по щеке. - Пошли уже, хочешь от Снейпа получить? -Ну уж ты-то точно от него не получишь, ты за весь год ни одного зелья не запорола. Гриффиндорке нравилось зельеварение, которое можно было практиковать и дома, без магии, поэтому даже угрюмый профессор Снейп не мог испортить ее настроение. *** Гвендолин и Ленни сидели в одном из отдаленных уголков библиотеки и делали уроки. Гвен писала гигантское эссе по свойствам драконьего когтя, а Ленни тоже что-то чертил на пергаменте, но его даже не было видно за горой книг, которые он себе принес. -Какой кошмар, "Трансцендентная алгебра как способ быстрого трансфигурирования больших объектов"- прочитала девушка надпись на одном из корешков книги. - Мы с тобой точно на одну Трансфигурацию ходим? -Да меня просто заинтересовала возможность превращения дерева в мебель так, чтобы заклятие не приходилось удерживать, а оно держалось бы, основываясь на параметрах того, что и дерево, и получившаяся из него мебель - это одно и то же, и фактически трансфигурации не произошло. Для этого надо посмотреть и рассчитать верно все габариты, поэтому я и взял книгу по трансцендентной алгебре, - парень, не переставая говорить, вдруг начал поправлять книжки, а одну - с названием "Чары по краткосрочному оживлению предметов и изображений" невзначай повернул корешком в свою сторону. - Ваууу - протянула Гвен, - если что-то получится, расскажи потом обязательно! Ленни кивнул: Да куда ты денешься! Вдруг тишину нарушили шаги двоих людей, за соседним стеллажом стояли двое парней и о чем-то тихо переговаривались. В одном из голосов Гвен узнала своего однокурсника Ральфа. -Так что, ты уже пригласил кого-нибудь на бал? - спросил незнакомый голос. -Нет пока, я не знаю, - ответил Ральф. - Пригласи Хлою, она по тебе давно уже сохнет, точно не откажет, ты не тяни, главное! -Да? - удивленно спросил парень. -Конечно, слепой бы уже заметил! -Я хотел Гвен пригласить, - после минуты тишины и шуршания страниц вдруг произнес Ральф. -Фоам которая? Так и думал, ты давно уже на нее смотришь, и в проект, наверное, с ней поэтому вызвался? -Неправда! Ну тебя! - послышался звук легкого удара. -Ты поторопись, пригласят ведь ее и до тебя! -А как к ней подойти, если она с друзьями вечно? -Не знаю, ты втрескался, ты и решай сам! Шаги начали отдаляться и вскоре затихли. Гвен сидела в задумчивости, она никогда не замечала, что Ральф относится к ней как-то по-особенному, с одной стороны, ей было очень лестно его внимание, ведь он симпатичный и достаточно популярный, и почему-то выбрал именно ее, а с другой стороны, она никогда не думала об однокурснике в этом плане и теперь переживала, как неловко ей будет работать с ним вместе над проектом, зная, что она ему нравится. Еще раз поразмыслив над своими эмоциями и чувствами, она все-таки сделала для себя вывод, что в ответ он ей всё же не нравится, хоть она и считает его хорошим парнем и неплохим другом. -Ты согласишься? Гвен аж подпрыгнула; задумавшись, она совсем забыла, что находится тут не одна, и что Ленни тоже отлично слышал весь этот разговор. Осознав это, она тут же залилась краской. Она обернулась в его сторону, он внимательно смотрел на нее зеленоватыми глазами, будто хотел что-то найти. Но, кроме глаз, все остальное тело было такое же расслабленное, руки по-прежнему вертят в руках перо, а длинные ноги лежат на соседней табуретке. Девушка смутилась и отвела глаза. -Я не знаю пока, я думаю... Пока меня никто не пригласил... - многозначительная пауза, - так что не знаю, как я поступлю, если он спросит. Ну... я имею в виду... почему бы и нет...- девушка окончательно смутилась и сбилась. - А, ну ладно, - блондин пожал плечами, видимо сделав для себя какие-то выводы, и снова опустил глаза к себе в свиток. Гвен выдохнула, радуясь тому, что странный разговор кончился. *** Мерида шла к совятне, своей совы у нее не было, но надо было отправить весточку родителям о том, что она скорее всего приедет на Рождество домой. Гриффиндорка улыбнулась, вспоминая, в какие комичные ситуации попадали родители с совами, которые несли ее письма. Прохладный ветер разметал ее отросшие рыжие кудряшки, торчащие из-под шапки, и та остановилась на полпути, чтобы их заправить обратно. -Эй, Коннор, наконец-то остановилась, за тобой не угонишься! - услышала она сзади. К ней подошел Уильям Грант, семикурсник-слизеринец, ее "заклятый" враг. Ну девушке нравилось так считать, добавляло драматичности ситуации. Встречаясь в коридорах, они огрызались и сыпали издевками. Уильям вечно подшучивал над ней, используя разные хитроумные, но безобидные проклятья, которые потом часами снимали с нее друзья. Мерида злилась и не оставалась в долгу, тратя кучу времени на разучивание новых способов подколоть слизеринца. Как-то, когда Мерида была на третьем курсе, они чуть было не подрались на дуэли. От позорного поражения девочку спас только приход профессора МакГонагалл. Уильям, даже казалось, не был огорчен тем, что его факультет потерял 30 баллов, а только продолжал исподлобья угрожающе поглядывать на Мериду, пока МакГонагалл его ругала. - Чего тебе, Грант? - грубо спросила девушка. -А что ты кидаешься-то сразу? Еще не простила, как я тебя с метлы в начале матча прошлого спихнул? За комплимент должна считать, я ведь реальную соперницу в такой малявке признал. -Ах, за комплимент! - развернулась к парню разъяренная гриффиндорка. -Тише, тише, ты! - неожиданно миролюбиво произнес Уильям. - Хотела бы спрятаться, воспользовалась бы заклинанием Дезиллюминации. Или не сможешь? Ну конечно, это же слишком сложное заклинание, у тебя оно пока не получается, прости, забыл, - ехидно закончил он свою тираду, покровительственно положив руку ей на плечо. Мериду повела плечом и скинула его руку: - Спорим, получится? -Спорим, - быстро согласился Уильям. Прямолинейная, не ожидавшая подвоха, рыжеволосая девушка вскинула палочку. -Desillumination! Но куст, на который она направила палочку, по-прежнему сверкал красными бусинами ягод и желтыми листьями. -Черт, - выругалась девушка. -Ну раз уж мы спорили, - довольно, как мартовский кот, улыбнулся брюнет. -Мы ни на что не спорили! - в глазах девушки показался легкий испуг, который она прятала за излишней бравадой. -Это ты ни на что не спорила, - вкрадчиво  сказал Уильям, - А я спорил. Мерида сделала в голове заметку, никогда больше не спорить со слизеринцами, которые могут облапошить на пустом месте, и приготовилась к самому худшему. С этого дурака ничего не станется заставить ее выполнять что-то очень мерзкое и гнусное. - Ты, Мерида Коннор, сходишь со мной на бал, и тогда я посчитаю свое желание выполненным. -Что?!.. - девушка опешила. Зачем ему это? - Никто с тобой, бедным, не соглашается идти добровольно? - съязвила гриффиндорка, желая оттянуть время и разобраться, что происходит. Она знала, что издевка была недейственной, уж слишком откровенная была неправда. На симпатичного ловеласа заглядывались даже девушки со "вражеского" факультета, что уж говорить о слизеринках. -Очень смешно, Коннор, может это я тебя пожалел? -А может меня уже пригласили? - Мерида пошла на блеф. - Не-а, - задумчиво покачал головой семикурсник, - вы, гриффиндорцы, врать совсем не умеете. Откуда же было знать девушке, что Уильям уже несколько недель заявлял всем потенциальным партнерам Мериды, что она идет с ним и что приглашать ее нет смысла. Ссориться с семикурсником не хотелось, поэтому никто и не претендовал. Девушка сменила гнев на милость и с тайным желанием в груди, в котором она пока не признавалась даже самой себе, поинтересовалась: -Почему я? -Я не знаю, - серьезно посмотрел на неё Уильям и подошел поближе, - с тобой не скучно. Однако вся серьезность быстро слетела с его лица и он добавил: -К тому же зеленый отлично смотрится с рыжим! Он осторожно потянул вниз одну рыжую кудряшку, распрямляя, а потом отпустил, и она спружинила обратно к ее лицу. Ошеломленная странным поворотом событий, Мерида даже не отреагировала на это. Нет, ну а что она хотела? Ждала, что он начнет расписывать ее достоинства, расскажет, какая она умная, веселая и красивая? На это надеяться было глупо. А почему меня вообще волнует его мнение о моей внешности и моем характере? - одернула она саму себя. - Раньше не волновало. Хотя... всегда ведь волновало, всегда хотелось быть достойной соперницей, хотелось поразить его. Черт! Черт! Уильям, еще раз ухмыльнувшись напоследок и не попрощавшись, уходил в сторону замка. Девушка топнула ногой и крикнула ему вслед: -Я ведь не соглашалась, Грант! Однако ветер отнёс ее слова куда-то в сторону хагридовской хижины, а кричать еще раз или бежать за ним следом Мерида считала выше своего достоинства. Она опустила руки в карманы и, нащупав пергамент, достала его. А, письмо родителям, точно. Девушка задумалась и, скомкав его, пошла в противоположном направлении от совятни. *** Вечером Гвен лежала в своей спальне и раздумывала над подарками на Рождество, как вдруг в окно постучались. Она открыла окно и в него влетела незнакомая ей сова. Она была не замерзшей и не просила есть, поэтому девушка решила, что она летела недолго. На ее ноге был привязан свернутый пергамент. Она отвязала и отпустила сову. Однако та улетать не планировала, а нахохлилась и уселась на стол, что значило, что отправитель ждет ответа прямо сейчас. -Хорошо, хорошо, - Гвендолин развернула свиток и ахнула. На нем была нарисована она, по плечи. Но эта версия ее была намного красивее ее самой, как ей казалось. Гвен на рисунке вдруг повернулась и заливисто засмеялась, из-за чего, ее веснушки казалось запрыгали. А потом нарисованная Гвендолин перестала смеяться и, смущенно улыбаясь, опустила глаза вниз. Под рисунком была лаконичная и торжественная подпись: - Мисс Гвендолин Фоам, окажете ли вы честь пойти со мной на Святочный бал? Ленни Рэббити -Ленни?! - девушка еще раз вгляделась в рисунок, который ясными голубыми глазами посмотрел на нее в ответ. Неужели он правда видит меня такой... такой красивой, такой чудесной? В детском порыве хаффлпаффка подбежала с пергаментом к зеркалу и стала сравнивать. А ехидное зеркало, которое вечно неласково отзывалось о ее лохматости и веснушчатости, вдруг добродушно сказало: -Похожа, похожа, красавица. Шатенка рассмеялась и нежно погладила рисунок. Она знала, что он хорошо рисует, но это... это прекрасно. Она вспомнила о нем, все веселые моменты, его лекции, то, как горят его глаза, когда он рассказывает их и видит, что ей тоже интересно. Вспомнила то промозглое утро, которое осталось в памяти, как одно из самых теплых воспоминаний. Девушка не удержалась и снова расхохоталась. Я ему нравлюсь! Ей казалось, что еще никогда в жизни она не была такой счастливой и успокоенной. Она бросила взгляд на сову, по-прежнему  меланхолично глядящую в окно на начавшийся дождь. Ей явно не хотелось лететь обратно в эту премерзкую погоду. Гвендолин улыбнулась, усадила сову на руку, не обращая внимания, что та царапает ее предплечье когтями, пытаясь удержаться на двигающейся жердочке. Аккуратно свернув и убрав рисунок, Гвен вышла из спальни и, словив пару удивленных взглядов в гостиной, она отодвинула портрет и направилась к гостиной Рейвенкло.