Что не надо делать, чтобы написать роман

      Вы когда-нибудь задумывались над тем, как ярко и живо описать героев собственного романа? Это трудно сделать, если ни разу не испытывал подобного, не бывал в таких же ситуациях, в каких бывали герои… Часто по таким причинам забрасывались произведения, которые могли стать шедеврами мировой литературы, многие писатели вообще уходили с творческого пути, что не могло не разочаровывать не только их фанатов, но и их самих…       Что же нужно сделать, чтобы герои «оживали» на страницах книги? Правильно, надо самим побывать в шкуре персонажей и, возможно, впервые испытать то, что испытывают они!       С такими мыслями и рассуждениями сидела известная во многих мирах писательница-дриада, медленно и размеренно помешивая уже остывший чай. Уже неделю данная особа находится в творческом «застое», а все известные способы выхода из данной ситуации не помогают решить данную проблему. Каждый раз перечитывая свои черновики, Эдит вновь и вновь перечеркивала появлявшиеся было строки, вновь нервно хватала себя за волосы и с закрытыми глазами легонько стукалась головой об стол. Возможно, ей стоило бы отвлечься от данной затеи, попробовать начать что-то другое, но девушка не могла — мысли полностью поглотил незаконченный роман, до финала которого оставалась последняя сцена. Пусть она и была готова в умной голове писательницы, но чувства героев, да и сама сцена выглядили картонными и ненастоящими, словно всё это старый шаблон из сопливой дорамы недорежисёра.

***

      Стоя за барной стойкой, всегда можно узнать кучу интересных и волнующих историй, главными героями которого были посетители бара «Потерянные души». Интересно работать, потирая стакан и вполуха слушая в который раз повторяющуюся историю, если смотришь на силуэт девушки, одиноко сидящей за столиком, скрытый от посторонних глаз за ширмой. Пусть многие и не догадываются, но за тем столиком сидит знаменитость, своими произведениями покорившая сердца миллионов по всему Безвременье и даже больше!       Огромное наслаждение бармену-вампиру приносит то, как мимолётно объект его наблюдений по привычке поправляет очки на носу, или невесомым движением руки убирает за ухо непослушную прядь волос. Хан не умеет особо сильно чувствовать, не умеет влюбляться, но эта дриада покорила его сердце с тех пор, как они пару раз пересекались и разговаривали на ответвлённые темы, никак не касающиеся личностей друг друга. Именно в такие моменты, стоя у того же балкона и смотря вместе на закат, понимаешь, насколько сильно прекрасен тот, кто находится рядом с тобой, заглядываешь в его внутренний мир и находишь там образы, которые находятся и в твоём мире и сердце.       Если не брать в расчет того, что их первая встреча прошла не совсем гладко, то все эти воспоминания о мимолётных встречах с ней Гринфорд навсегда оставит в своём сердце на всю его бессмертную жизнь. Вампиры не умеют чувствовать, не умеют влюбляться, но Хан стал исключением, стал тем, кто изо дня в день покоряет сердце неприступной дриады…

***

«Решено! В этот раз я точно закончу роман! — приняла решение Лидделл, уверенно встав из-за стола. — Сегодня всё должно получиться!».       Робко выглянув из-за ширмы, дриада, словно мышка, прошла мимо барной стойки, под сопровождение обеспокоенного взгляда красных глаз. Гринфорд, не слушая пьяный лепет одного из посетителей, вновь кинул тревожный взгляд на лестницу, по которой неуклюже поднялась Эдит. Неприятное предчувствие больно кольнуло сердце, а взгляд то и дело скользил к окну и лестнице. «Надеюсь, с ней все в порядке…» — мимолётно подумал он, хотя тело уже летело по лестничным пролётам на крышу, где, по его предположениям, находилась девушка.

***

«Интересно, каково чувство умереть? Доступно ли оно бессмертным? Возможна ли жизнь после смерти? Какого цвета будет небо в тот момент, когда я в последний раз взгляну на него? Окрасится ли оно в красный или по прежнему останется синим? Пойдет ли дождь и будет ли слышно пение птиц? Интересно, каково это быть смертной?»       С такими мыслями Эдит смотрела вдаль, на багряное солнце и пурпурно-розовое небо, стоя на краю крыши и чувствуя порывы ветра, дувшие ей в открытую спину. Смолкали звуки птиц, и послышался первый перезвон кузнечиков. С речушки, бегущей у старой поломанной берёзы, начал подниматься сизый и лёгкий туман. Становилось прохладно — природа готовиться ко сну. На небе начали показываться первые звёзды, так и манящие к себе, приковывая взгляд разнообразностью их размеров и цветов. Луна начала ярко сиять на небосводе, а последние лучи солнца в последний раз озарили силуэт девушки и скрылись за горизонтом. «Пора…»       Шаг в пропасть… Неизвестность и туманность будущего… Не стоит закрывать глаза: вид приближающейся земли в последние мгновения заката воистину прекрасны. «Надо держать глаза открытыми… Но мне страшно…» — Эдит!!! — знакомый голос, что заставляет её сердце биться чаще, голос, который с лёгкостью открыл ее глаза — этот голос Лидделл узнает из тысячи. «Не может… Не может этого быть!..» — в неверии повернувшись на лету, она посмотрела в сторону крыши, с которой решила упасть — там стоял Хан, с лёгкостью перепрыгнувший через ограждение и летящий ей навстречу. — Эдит! — лишь стоило ему схватить её за руку, как Хан, резким рывком притянув её к себе, оттолкнулся от стены и четко приземлился на согнутые ноги, все также продолжив держать Лидделл на руках. — Больше не смей так делать, Эдит!       Широко раскрыв глаза, девушка смотрела на бармена, чьи белые волосы становились серебристыми при свете луны, а глаза сияли, словно рубины цвета крови. В глазах неприятно защипало, а руки непроизвольно сжали плечи вампира. Уткнувшись головой в мужские ключицы, девушка дала волю безмолвным слезам с переодическими всхлипываниями и мелкой дрожью по всему телу. — Не плачь, Эдит… — его голос, словно уютное и теплое одеяло, накрыло девушку с головой, согревая своим теплом и расслабляя. — Хан… — её голос дрогнул, а щеки налились непрошеным ярким румянцем, смягченный светом яркой луны.       Поддавшись какому-то внутреннему инстинкту, дриада медленно приблизилась к лицу вампира и накрыла его губы своими. Он вздрогнул, но прикрыл глаза и нежно ответил на него. Два сердца бились в унисон, и, наконец, через прикосновение губ друг друга были донесены истинные чувства…

***

      А роман, в конце концов, был закончен неожиданно милым и романтическим концом, что приятно удивил читателей. И теперь, когда у Лидделл начинались «застои», стоило лишь увидеть Хана и его теплую и нежную улыбку, как вдохновение писать дальше появлялось в мгновение ока, а застоя будто бы и не было.