- куда отправишься, бушмен?

дым от дешёвой сигареты быстро распространялся по фургону, заполняя собой пространство, а заодно и лёгкие снайпера, который с тяжёлым вздохом откинулся на спинку опасно покачнувшегося стула и невидяще смотрел куда-то вперёд, размышляя, что же делать дальше. родители давно почили, хозяйства у него нет, не было, и навряд ли когда-нибудь будет, дом он продал за ненадобностью, потому что все пять лет он просуществовал на этой проклятой красной базе, каждый день умирая и вновь возрождаясь, как ни в чём не бывало. он бы с напускной радостью и продолжил так "жить". если бы не одно но… /// пару минут назад им сообщили о роспуске команды. не объяснив толком почему, их просто поставили в известность, что теперь, если их где-то и убьют, то респаун не поможет, а ещё, чтобы они собирали свои немногочисленные пожитки и наконец-таки уезжали. конечно, им выплатят деньги за этот месяц, но дальше только своим ходом. почти никто не удивился, понимая, что когда-нибудь их война закончится, кроме, может быть пиро, который взволнованно стал о чём-то мычать инженеру. манди смог разобрать только слова "таблетки", "больница" и "белые", после чего мик отвлёкся на остальной шум и перестал вслушиваться, понимая, что ему эта информация явно не пригодится и, в целом, это не его ума дело. — куда направишься, бушмен? обратно к коалам и аллигаторам? — негромкий голос шпиона раздался прямо возле уха, обдав его горячим дыханием. ловко достав сигарету из портсигара, он закурил, замечая, как мик вздрогнул. — а ты обратно к круассанам и лягушкам? — быстро взяв себя в руки, снайпер отодвинулся от шпиона и скривился, когда тот выдохнул едкий дым прямо в лицо мика, не переставая ухмыляться. /// он не любит шпиона. точнее, то, что скрывалось за этой чёртовой красной маской. он не любил все эти вечные подколки, едкие замечания, брезгливые взгляды. от всего этого просто тошнило и частенько хотелось от души, со всего размаху, врезать по этому наглому лицу, чтобы наконец-то вновь увидеть настоящие и искренние эмоции: страх, боль, счастье — да что угодно. лишь бы это было настоящим. он видел настоящего шпиона лишь однажды, в самом начале их небольшой и бессмысленной войны, когда они только знакомились. их всех собрала в гостиной мисс полинг, и представила друг другу, напомнив, что раскрывать свои имена конечно можно, но не рекомендуется, и что звать друг друга нужно строго по классам, и что они никогда не смогут тут умереть, даже если сильно этого захотят. после небольшого экскурса по картам и тому, что именно они тут будут делать, наёмников предоставили друг другу для более глубокого знакомства и сближения, оставив на столе пару склянок крепкого алкоголя. не удивительно, что в тот день они все очень сильно напились, и половина из них сразу же раскрыла не только собственные имена, но и немало информации из жизни в целом, (которую с радостью впитывал шпион), а в особенности хэви, который сначала долго молчал, но после четвёртой рюмки алкоголя разошёлся ни на шутку, рассказывая байки из своей жизни и о том, какая чудная у него семья. снайпер наблюдал за всеми из-под полов своей неизменной шляпы, периодически хмыкая и потягивая горячащий напиток. в целом, команда как команда, ничего интересного, кроме, может быть, мужчины в маске, который под тканевой, кажется, носил ещё одну, потому что за весь вечер он не обронил ни слова. только на некоторых, особо весёлых, моментах рассказа хэви, шпион ухмылялся, но в остальное время смолил, как паровоз, даже не обращая внимание на то, что медик смотрел на француза с укором, явно не довольный тем, что себе позволяет этот мужчина, и как он относится к своему здоровью. — ну, а ты, пцан, откуда? бльно ты юн, для ткой работы, — неожиданно прерывая всеобщий галдёж, чернокожий мужчина с диким акцентом и одним глазом, а ещё с каким-то слишком пафосным именем, растянул губы в пьяной улыбке, обращаясь к трещащему с инженером парню, который в тот же момент замолчал и зло уставился на подрывника. — я из бостона! — пацан вскочил со стула, — тебя бы туда, откуда я, ты бы, блять, сдох! скаут явно в карман за словом не лез, отметил про себя снайпер и усмехнулся, замечая, что вся команда взорвалась хохотом, а сам пацан словно бык, завидевший красную тряпку. раздувая ноздри, он громко приземлился обратно на стул, явно готовый было устроить драку, но весёлый инженер постарался его усмирить, начав рассказывать какую-то захватывающую историю, которая мгновенно заинтересовала паренька. стрелок обратил внимание на шпиона, который единственный не рассмеялся, а наоборот, будто в миг потерял всю свою притворную напыщенность и, что-то для себя поняв, на миг растерянно посмотрел на паренька, но в тот же миг собрал себя в руки и вновь натянул маску безразличия, доставая очередную сигарету. наверное, в этот момент шпион чем-то зацепил мика. чем-то необычным, чем-то, что хочется разгадать, обуздать, чтобы это безразличие вновь слетело с его лица. и как раз в этот момент очередь "знакомства" дошла до шпиона. — ну, а ты у нас кто? не сильно ты похож на американца, скорее на шлюху из какого-то очень дорогого борделя, — солдат загоготал, ударяя по плечу демо, который не остался в стороне и тоже рассмеялся с остроумной шутки коллеги. — crétins, — шпион скривился на такое сравнение, а потом кинул быстрый взгляд на снайпера, затылком чувствуя, как тот сверлит его взглядом уже не первый час их посиделки, думая, что тот тоже стал смеяться или хотя бы хмыкнул. но тот и бровью не повёл на возгласы солдата, хотя в голове прикинул, что сравнение шпиона с девицей было очень точным, потому что сам француз выглядел слишком утончённо на фоне остальных крупных наёмников, если, конечно, не брать в расчёт юного скаута. — француз значит? — наконец-то вставил своё слово снайпер, — интересно. из омута воспоминаний его выдернул стук в дверь фургона, он знал, что большая половина команды уже разъехалась. хэви с медиком, узнав о роспуске, не долго думая, собрали вещи и отправились куда-то в сибирь, наверное, покорять местные горы и собирать вонючие травы для очередных зелий безумного доктора. демо с солдатом, веселясь и громко что-то обсуждая, уехали, кажется, в шотландию охотиться на лохнесское чудовище и распивать местный виски, который так нахваливал подрывник. а инжи с пиро махнули к деллу на родину, насколько смог разобрать манди, для того, чтобы обучить пиромана тонкому искусству фермерства и инженерии, а также дать отдых бедовой голове пиромана. ещё один стук, уже более настойчивый. опомнившись, мик тряхнул головой, пытаясь выкинуть мысли о своих товарищах, и кинул сухое "входите", туша сигарету о дно пустой консервной банки, которая служила ему пепельницей вот уже несколько лет, и, подняв голову, удивлённо раскрыл глаза. шпион, стоящий в дверях, окинул помещение своим фирменным претенциозным взглядом, но всё же соизволил пройтись до кровати под пристальным и немного офигевшим взглядом снайпера. — ты так и не ответил на мой вопрос, кенгурятник, — не долго думая, начал француз, — куда направишься? шпион по-собственнически сел на, слава архимеду, застеленную кровать, закидывая ногу на ногу, и очень грациозно достал из красного пиджака портсигар.  — домой… — сказал обескураженный стрелок, даже не додумавшись вставить колкость. шпион — тот, кого снайпер точно не ожидал увидеть в своём трейлере. этот человек старался по-максимуму избегать фургон, да и самого мужчину. даже во время поездок в город, из-за каких-то своих убеждений и брезгливости, он часто вызывал такси, дабы добраться до цивилизации. он попросту считал временный дом снайпера "грязным", что явно задевало мика, ведь он всегда старался держать свою машину если не в кристальной чистоте, то хотя бы в относительном порядке. поэтому, наблюдая сейчас за тем, как шпион крутит головой, осматриваясь и легко покачивая изящной ногой, в ЕГО трейлере, он был немного сбит с толку и чуточку злился.  — а что тебе вообще надо? и с какого перепугу ты так интересуешься тем, куда я отправлюсь? — мик усмехнулся, — неужели со мной хочешь? — хочу, — француз повернул голову, отвлекаясь от созерцания винтовки, висящей аккуратно на стене, в сторону манди и резко встал, подойдя к столу. затушив сигарету о дно импровизированной пепельницы рядом с снайпером, он посмотрел сверху вниз ему прямо в глаза. мик опешил от такого заявления, а мозг как назло стал подкидывать картинки, где они вместе колесят по австралии, трахаются в его фургоне, а каждое утро начинается с до ужаса горького кофе и капризов шпиона, о том, как у него болит спина. сердце больно защемило, и он, встряхнув головой, усмехнулся, стараясь придать лицу как можно более спокойное выражение. он не знал точно, шутит француз или нет, но по непоколебимому лицу шпиона казалось, что говорит тот вполне серьёзно. ухмылка с лица манди тотчас пропала, и он нахмурился: — ты же шутишь? ты и дня там не протянешь, лягушатник. тем более, с какого перепугу я вообще должен тебя туда брать? — с того, что я хочу, а я всегда получаю то, что хочу, — шпион растянул губы в нахальной улыбке, всё ещё стоя слишком близко к стрелку, сидевшему на стуле, отчего у того заиграли желваки. эта его напыщенность сейчас стала раздражать. "всегда получаю то, что хочу", да кем он себя, чёрт возьми, возомнил?! хренов картавый ублюдок. от этого заявления снайпер захотел ещё больше заехать по этой нахальной морде. еле сдерживая себя, мик встал, из-за чего теперь он смотрел на шпиона сверху вниз, и зыркнул уже своим фирменным тяжёлый взглядом, который не предвещал ничего хорошего. заметив это изменение, шпион отступил на шаг от стрелка и поднял руки в защитном жесте, будто сдаваясь, и легко улыбнулся, надеясь, что это как-то поможет ситуации. — я всего лишь хочу посмотреть, что из себя представляет австралия, — пытался оправдаться шпион, — а тут мне ещё и такой проводник подвернулся, грех упускать такой шанс. француз вытянул зубами сигарету из портсигара в правой руке и закурил, опуская руки, наблюдая за сменой эмоций на лице снайпера, который, кажется, теперь действительно пытался прикинуть, какого это будет - путешествовать не одному, а вместе с этим… французом, который, к слову, терпеть не мог его фургон, а тут так легко САМ предложил отправиться в не самое уютное и комфортное странствие, по не самой безопасной стране. стрелок опять попытался представить, каково это будет, только уже без романтического подтекста. француз определённо первые несколько дней будет ныть о душе, нормальной еде и пауках со змеями, которые абсолютно точно будут периодически заползать в их тёплый фургон. а ещё шпиону надо будет где-то спать. от этой мысли мика передёрнуло, потому что шпиону точно придётся спать с ним в одной кровати, и, кажется, француза это вообще не напрягало. а ещё ему наконец-то придётся снять маску, от этой мысли у снайпера загорели уши, и он прокашлялся. шпион, кажется, даже не заметил душевные метания снайпера, потому что он вновь с нескрываемым интересом разглядывал внутренности машины стрелка, дожидаясь, когда ему наконец-то соизволят дать ответ. — ладно, хорошо, — эти слова дались снайперу тяжко, он даже не до конца осознавал, на что он чёрт возьми, подписывается и, кажется, уже произнеся эти слова, он пожалел, что не послал шпиона куда-нибудь подальше с таким предложением. но, с другой стороны, это ли не шанс сблизиться с человеком, к которому ты явно не ровно дышишь? из всех этих мыслей его вывел хлопок в ладоши и счастливая улыбка шпиона. — отлично, когда выдвигаемся? — через минут двадцать, я думаю, — стрелок тяжело вздохнул и провёл руками по страдальческому лицу, прикидывая примерный план поездки и их рацион, который на сто процентов будет состоять или из полуфабрикатов, или из австралийской живности, которую им удастся подстрелить. шпион, заметив, что стрелок задумался, воспользовался моментом и окликнул его. дождавшись, когда немного заторможенный мик поднимет голову, он буквально на пару секунд прижался губами к обветренным и грубым губам мужчины, обхватив его лицо ладонями в тонких перчатках, и, не дожидаясь, когда тот опомнится, прошмыгнул в открытые двери фургона, быстро уходя в невидимость, напоследок промурлыкав что-то на французском. в фургоне стояла гробовая тишина, слышен был только быстрый ритм бьющегося сердца манди, которое готово было вот-вот бухнуться куда-то в район пяток от резко нахлынувших чувств. что это только что было? отвлекающий манёвр? шпион что-то стащил у стрелка? мысли градом навалились на бедную голову снайпера, и он на ватных ногах присел на многострадальный стул, который вновь опасно покачнулся под весом высокого мужчины и жалобно скрипнул. — чёртов, лягушатник, — мик усмехнулся, аккуратно касаясь кончиками пальцев своих губ, и в итоге рассмеялся, понимая, что поездка в его родные земли точно будет крайне занимательной.