Мята с корицей

      Короче, звать меня Славиком. Я — шатен с зелёными глазами. Понятия не имею, откуда такой "необычный" выродился... ну, то есть догадываюсь. На момент рассказа лет было что-то около шестнадцати, проживал в посёлке городского типа. Точнее сказать, в городе посёльского типа, потому что, к моему глубочайшему удивлению, население у нас скоро перевалит за десят тысяч. Для молодежи тут перспектив нет от слова совсем, это просто в мою историю привереда-фортуна соизволила подкинуть немного движа.       С детства, смотря как бабка с дедом пашут в огороде, мечтал научиться играть на гитаре, поскорее найти ту самую, предназначенную мне судьбой, родную, сваять с горем пополам группу и уехать отсюда. И на этом пути были две главные проблемы: первая, логичная, заключалась в том, что моя спутница просто-напросто возьмёт — и не будет любить музыку так же, как и я; а вторая, что я не успею научиться играть на гитаре до отъезда, но тогда зачем уезжать вообще? И тут логика тоже присутствует. Потому что даже если я неведомым образом найду в нашем городочке человека, который сглупит и продаст пошарпанную гитару за несколько тысяч, — играть-то мне негде. Предки никогда не говорили, что они думают по поводу моего переезда, когда мне исполнится восемнадцать (хотя я им тоже ни слова про это не сказал), но однозначно считали, что своё свободное время я должен тратить на помощи им. А учился я, к слову, не очень и учиться не собирался, поэтому возразить было нечего. Где ж мне на гитаре играть-то, чтоб они не узнали?       Однако, я же уже сказал, что мне повезло, и вот почему: по сарафанному радио как-то услышал, что некий мужик даёт уроки игры на гитаре. Я был так удивлен и озарён этой новостью, что напропалую записал его номер на листок, хотя занятия могли действительно много стоить: да здравствует монополия сферы услуг. Примерно в это же время, парой месяцев ранее, я устроился на неполную ставку в один магазинчик. Работа не пыльная — четыре часа после школы, правда зарплатой не радовали, но других вариантов я не знал. Долго думал, как деду с бабкой сказать, и в итоге наплёл, что помогаю одной пенсионерке, что сиделкой работаю, а они, на удивление, скандал не закатили, потребовали только деньги заработанные показать — вдруг я вру. А я и врал, но деньги показывал. Сначала ворчали, что мало, а потом и спрашивать перестали. В общем, удобно всё сложилось.       В школе после уроков как всегда зашёл на пару минут поболтать с учительницей биологии — отношения у нас были на удивление тёплые, но я лично считал, что по другому и быть не могло с этой милой, особенно в сравнении с другими, женщиной. Потом как-то слово за слово, прощаться стали, а я взял — да и попросил у нее мобильник позвонить. Тогда не у всех они были, только хвастались кое-какие индивидуумы компами своими да приставками, а у меня ничего такого не было... Ну я с учительского телефона и позвонил. И все, дальше как в тумане: сказал, что сейчас не смогу детали обговорить, узнал адрес, договорились на четверг, наспех попрощался с учительницей и быстро как-то прошла в тот день смена. Я не верил в происходящее — у меня будет собственный учитель! Успокоил себя мыслью, что, может, и не получится ничего, что это я радуюсь, в конце концов.       Зато я очень даже ясно помнил, как добирался после школы на автобусе в указанный злосчастный, пардон, гостеприимный дом. Этот чемодан жил обратно пропорционально мне, то есть как и я на, позвольте сказать, "окраине", только вот в совершенно другой стороне, что значило, что добираться мне туда максимально долго, насколько это вообще было возможно, а ведь ещё и зима начиналась, треклятая. По карте нашего города, которую еще давненько передал мне кто-то из друзей деда по пьяни, я нашел адрес, а потом на остановке просто спрашивал у всех более-менее подходящих водителей автобусов, едут ли они до этой остановки. И нашел-таки, без пересадок.       Жил он в очередной серой "многоэтажке" (законно ли так называть хрущевку в 5 этажей?), коих было предостаточно в той части городка. Обычный незатейливый мужчина лет 35 открыл мне дверь в свою двухкомнатную квартиру. Я ещё подумал: "Хорошо, что не студия или однушка". Чем дольше я с ним говорил, тем больше убеждался в том, что я, чертов везунчик, не зря ехал сюда по холоду!       Во-первых: занятия проводил в любые дни (подозреваю, из-за того, что некому было их проводить), так что я мог работать спокойно. Во-вторых: у него было две гитары — для ученика и его самого, причем та, на которой играл он, была просто обалденная, и я понятия не имею, че он делал с такой штукой в нашем Мухосранске. Ну и в-третьих ещё кое-что: цена за десять занятий равнялась четырём тысячам рублей. Лёгкая математика, шарите? Четыреста за занятие! В столице и одно индивидуальное занятие легко может косарь-два стоить, а тут такое. Нет, ну вы представьте просто! В общем, пока я не начал стоя хлопать этому человеку, я решил его предупредить, что телефона и гитары у меня нет и не будет в ближайшее время, чему он не так чтоб прям удивился. Звали мужика, кстати, Романом. Прямо так, да, без сокращений, хотя за глаза, конечно, я себе позволял и "Ромку".

***

      Ходил я аккурат по два раза в неделю, не смел и дня пропустить. Предки ничего не подозревали, по крайней мере не спрашивали. Так вот прошло месяца три. Моей целью стало научиться играть и петь SLTS, и я эту цель лелеял и был к ней ощутимо ближе с каждым занятием, потому что в этой сфере мне везло больше, чем в учебе. Учился я жутко быстро, но и старался как не в себя. Ну, мне так говорил Роман, да и честно — я сам видел, как легко ноты на бумаге под моими руками на струнах и с помощью упорного труда превращались в мелодии, в песни. Я так с этого кайфовал, вы не поверите... как будто бы всю жизнь существовал только ради музыки. Не то, чтобы я без этого собирался умирать, но вы же понимаете, это другое...       Помню тот день. Было что-то около начала апреля. Я, радостный, что скоро можно будет ходить без куртки, прихожу к преподу за полчаса до назначенного времени, потому что знаю — ничего мне за это не будет. Слово за слово, вот я уже беру в руки вторую гитару и так и замираю, обхватив кистью гриф: только сейчас мне в нос пробивается этот запах. Запах мяты. Или корицы, я профан. И, видимо, стою достаточно долго, потому что из этого совершенно нового состояния меня выбивает чужой голос. Я мотаю головой, моргаю отвлечённо, отмахиваясь жалобами на нелёгкую учёбу в старшей школе.       Мелодии, которые мы играли, требовали полной концентрации внимания, так что я безбожно лажал. Во всяком случае, так это ощущалось. А мне и не до игры было.       Каждому человеку — если он, конечно, не из какой-нибудь страны третьего мира — до четырнадцати лет должны были провести так называемое обследование и помочь найти свой запах, потому что мы к собственному аромату невосприимчивы. Ну и, к тому же, ему выдают официальное название, позже записывают в паспорт... Короче да, это так же обязательно, как и, например, указать, в браке ты или нет. И каждый человек знает, какой у него запах. У меня что-то типо лесной сырости. Ну, на самом деле там чё-то замудрённое вписано, но смысл я передал. И вот знаете какой ещё забавный факт я узнал: по запаху ты понимаешь пол соулмейта. Ха-ха... Да-а... Вы уже догадались?.. Я никогда не слышал об этом, потому что в принципе ограничен был в доступе к информации, ну и тогда мало кто предполагал, что парню может быть предписан... ну... другой парень. Я тоже не предполагал. Под конец занятия Роман велел мне прийти домой и выспаться, потому что я был уж совсем рассеянный.       Все время, даже по дороге домой, я думал, что же это такое... Запах вроде бы типичный женский, но что-то не так... А как до дома доехал, до меня дошло. В ту ночь я не мог уснуть. Как такое может быть? Меня разрывали противоречивые чувства: отчаянное желание поскорее увидеть его и полное непонятие, что с этим делать. А ведь я еще и думал как раз в тот день: "Когда же я найду свою половину-то, уже без разницы кто она там!". Додумался. Уснуть вышло только ближе к рассвету.

***

      На уроках следующего дня, конечно же, ничего не поменялось. Ну, ещё разве что спать очень хотелось. И чем больше думал, тем больше понимал, что хочу снова почувствовать этот запах мяты с корицей, вживую увидеть его обладателя. Наверное, это какой-нибудь обычный непримечательный парень, который лазит по заброшенным зданиям вместо уроков, смеется над глупыми шутками и обожает играть на гитаре. Тогда я и понял, что все правильно, что именно такого человека я всегда хотел, и ничего другого мне не нужно. Плевать, кто что подумает, я ведь не один такой. Наверное. На всё плевать. Нужно только отработать смену и уже завтра я снова пойду в эту квартиру на занятие. Всего лишь один день.

***

      Прийти то я пришел, как и планировал, но мне стоило некоторых усилий убедить мозг в том, что гитара важнее всяких там мятных мальчиков, любящих заброшки. И я все равно играл хуже, чем обычно, зато в этот раз уже пальцы не были такими деревянными, как в прошлый.       Я довел игру некоторых песен до автоматизма, было немного времени подумать. Вел я себя как полнейший трус. Знаете, благодаря историям биологички и от скуки подслушанным диалогами одноклассников я предполагал, что почти все люди, когда по запаху понимают, что их соулмейт недавно был где-то поблизости, начинают проводить, не побоюсь сказать, Расследования. А я, блин... что уж там, я даже понятия не имел, как начать разговор об этом и с кем! Но фортуна снова решила мне подсобить. Хотя нечего ей приписывать заслуги Романа.       — Так... — задумчиво произнес он в конце третьего занятия, на котором был погружён в мысли обо всем этом. — На сегодня урок окончен, — я встал и поставил гитару на подставку. — Закрывая глаза на то, что ты в последнее время не в себе, могу сказать, что ко мне ходит еще один парень, и прогресс у него идет медленнее, чем у тебя. Ты, Владислав, везунчик!       — Да? Здорово, учту при написании резюме.       Препод лишь хмыкнул на эту глупость и улыбнулся краем губ.       Больше я не мог откладывать.       — А что за парень хоть из себя?       — Как ты возрастом примерно, да и вы ведь, подростки, все на одно лицо...       Я вопросительно вскинул брови, как бы в шутку принимая это за оскорбление.       — Чай хочешь? И тут на всю квартиру раздалась трель дверного звонка. Я заглянул за свое плечо, потому что на занятиях сидел спиной к двери, затем повернулся обратно и удивлённо посмотрел на Романа.       — Вы кого-то ждете?       — Вообще — да...       Пару секунд по комнате растекается непривычно неловкая тишина.       — А! Я, кажется, записал на час раньше кое-кого...       — То есть?       — Что "то есть", Славик? Ты всё понял — пришёл другой ученик. Иди открой, пока я чайник ставлю.       Я направился в сторону двери, исподтишка наблюдая за включением конфорки под чайником. "Прям так взял и записал случайно. Ну да, конечно. Специально решил так сделать, чтобы я в следующий раз пришёл вовремя" — думалось мне, когда я взялся за дверную ручку, но повторная трель заставила меня прервать мысленное ворчание.       Кхм. Вы уже догадались? Мята. Мята с корицей. Парень, что стоял через дверной проём, пах мятой с корицей. Дыхание учащенное через распахнутые губы и зеленые глаза, не мигая смотрящие на меня. Волосы были похожи на мои — что-то типа выгоревшего от постоянного пребывания на солнце каштана, только когда у меня они скорее от природы были уложены, хоть и неидеально, у него пряди были неаккуратно растрёпанны, но через пару секунд он, не отрывая взгляда от меня, провёл по ним пятернёй, пытаясь привести в божеский вид. Веснушки. Бледные веснушки на щеках. Рост меньше, чем я предполагал: пониже меня.       Тогда никого не было кроме нас. Вся вселенная сжалась до размеров этой небольшой, неопрятной, как перед ремонтом, прихожей. Кажется, мое сердце пропустило удар. Или парочку. Сколько мы там стояли, приросшие к земле, не осмеливаясь сделать и шаг? С кухни послышался голос, но я не смог тогда его разобрать. Это лишь помогло мне понять, что все это время я не дышал. Я выдавил из себя вымученный вдох и, не обрывая зрительного контакта, вытянул руку.       — Слава, — хрипловато выдал я.       — Егор, — сказали мне, пытаясь скрыть волнение, но все равно подрагивающим голосом, и ответили на рукопожатие.       В тот миг мне хотелось узнать, как Егор смеётся, как плачет, какова его улыбка в самые счастливые моменты жизни и станут ли веснушки ярче, если мы уедем куда-нибудь, где всегда тепло. Рукопожатие затянулось, но мне хотелось этого — стоять вот так, ощущая тепло его руки, забыв обо всем: о огороде, о школе, о ПГТ, в которым я прожил всю свою жалкую жизнь, о самой жизни. Навсегда.

***

      Репетитор понял, что между нами происходит? Это риторический вопрос, ведь Егор на своих занятиях тоже не мог найти себе место. Только вот интересно, когда именно до него дошло. Возможно, что даже раньше меня. В тот день я присутствовал на занятии Егора. Удивительно, что мне вообще позволили, но это, наверное, было самым верным решением. Играл он интересно, каждый раз отдаваясь музыке и строчкам, при этом не напрягаясь совсем, но в разы хуже меня. Хотя и этого уровня было достаточно, ведь ему легко удавалось петь во время игры, тогда как я, если пытался петь, то в игре терялся и сбивал ритм. А потом... потом мы гуляли. Долго. Говорили обо всем — вообще плевать, только бы слышать этот голос и быть в моменте. Оказывается, Егор действительно любил заброшенные, безлюдные места. Я показал ему своё любимое — в 5 минутах ходьбы от моего места работы. Позволял я себе такие прогулки только раз, после школы несколько лет назад с одной девчонкой, и то потом я так об этом пожалел, что на всю жизнь запомнил, да и девчонка та была... ну, такая, о которой потом вспоминают, приговаривая "не сошлись характерами". Но времена меняются. Когда луна была в самой верхушке над нашими головами, мы пошли по домам. Но я не чувствовал усталости.       Не знаю, какова была бы моя жизнь, не будь меня тогда у радио, по которому я услышал этот заветный номер, не будь бы учительницы, которая помогла мне дозвониться и настаивала на моем обучении, не будь бы предков, которые запрещали мне заниматься гитарой дома, не будь бы Роман таким понятливым... Ничего бы не было. Но все есть. Мы есть. И я услышал, как Егор смеется, как плачет, как улыбается и как его веснушки становятся ярче, даже не только от солнца.