Это больно?

　 　 　 　 — Ваш муж, попал в автокатастрофу, сейчас он в тяжёлом состоянии, но мы делаем всё возможное. — это было первое, что услышал Сюэ Ян по телефону, когда переступил порог их общей квартиры с Синчэнем. Не думая и секунды он бросает вещи прямо в прихожей и вновь бежит по этажам вниз, его разум заполнен лишь одним человеком и мыслями о том, чтобы он просто выжил. 　 　 　 　 Проносясь на бешенной скорости через весь город на мотоцикле Сюэ Ян даже и не вспомнил, что его любимый человек постоянно говорил ему быть осторожным на дороге. Но, сейчас эти слова были, как насмешка. Почему он, Сюэ Ян — чёртов гонщик, сейчас едет на всех порах не соблюдая правила, а его яркая луна лежит в больнице после аварии? Что за несправедливость? 　 　 　 　 — Сяо Синчэнь, где он? В какой палате? — говорит он громко, когда со шлемом в руке подбегает к регистратуре. Девушка за стойкой лишь только и успевает проговорить номер палаты, как Сюэ Ян срывается с места и бежит к нужному номеру на двери. Войдя внутрь палаты он слышит ужасающий писк, а бледность родного лица с многочисленными резанными ранами поражает. 　 　 　 　 — Синчэнь… — шлем выпадает из рук и он медленно подходит к кровати, вставая перед ней на колени и аккуратно берёт руку любимого в свои две. Целуя каждый палец он смотрит на его лицо и не понимает, почему его глаза закрыты повязкой. 　 　 　 　 — Вы его муж? — звучит негромкий голос за спиной и Сюэ Ян оборачивается, пока его глаза медленно наполняются горькими слезами. 　 　 　 　 — Да. Меня зовут Сюэ Ян. — он встаёт с колен и достаёт свой паспорт, а также из его обложки выуживает свидетельство о браке, чтобы подтвердить родство. 　 　 　 　 — Синчэнь сейчас очень слаб, давайте выйдем из палаты, чтобы его не тревожить и я расскажу Вам, что произошло и как действовать дальше. - доктор выводит Сюэ Яна из палаты и начинает рассказывать ему о том, что сегодня произошло большое столкновение машин, и то, что Синчэнь выжил, было самым настоящим чудом, так как первый удар пришёлся как раз на такси в котором и ехал мужчина. На большой магистрали одна из фур не справилась с управлением и выехала на встречную полосу, задев по касательной автомобиль, такси отнесло на другой ряд машин, которые в последствии так же попали в эту аварию. 　 　 　 　 — На сколько много у него повреждений?.. — не громко проговорил Сюэ Ян, стараясь не поддаваться жуткой истерике, что накрывала его с каждым словом доктора. 　 　 　 　 — У него несколько переломов рёбер, два в ноге и… Как Вы могли заметить повреждены его глаза. К сожалению восстановить нам их не удалось. Стекло от машины разбилось и полностью поразило его нервы, лучшим вариантом было произвести удаление глазных яблок, иначе бы могло пойти дальнейшее заражение. — слушая всю информацию, Сюэ Ян осознавал на сколько же сейчас больно его любимому Синчэню. 　 　 　 　 — Хорошо… С этим я уверен, мы спраа… — но не успевает он договорить, как его перебивает доктор. 　 　 　 　 — Я уверен, что Вы не бросите своего мужа в таком состоянии, сейчас он очень нуждается в Вас и Вашей помощи. Однако, стоит всё же нанять психолога. Очень часто, люди, когда становятся в следствии обстоятельств ограниченными в своих возможностях, склонны к навязчивым мыслям. Это не сто процентная информация, но риск определённый есть. Поэтому, после восстановления его переломов, советую Вам обратиться к специалисту. — Сюэ Ян лишь кивнул в знак согласия, и он действительно всё сделает так, чтобы Синчэнь даже без глаз, мог наслаждаться жизнью… 　 　 　 　 С той аварии прошёл уже не первый год и жизнь казалось налаживалась у этих двоих. Сюэ Ян забросил гонки и стал просто продавать машины, а также заниматься их тюнингом, благодаря чему Сяо Синчэню и вовсе не нужно было работать, а лишь мирно ждать любимого мужа дома. Однако, в последнее время Сюэ Ян всё чаще стал замечать странное поведение у своего мужа. 　 　 　 　 — Синчэнь, ты от меня что-то скрываешь или мне кажется? — внезапно посреди ужина проговорил он, когда заметил, что тот не хочет есть одно из своих любимых красочных блюд. 　 　 　 　 — Нет, что ты. Что я могу скрыть от тебя? — его улыбка чарующая, обескураживающая и наполненная таким теплом, что Сюэ Яну ничего не остаётся, кроме как поверить ему на слово. 　 　 　 　 — Тогда ешь или ты хочешь другое блюдо? — его тон голоса сменяется на шутливый и явно заигрывающий, он медленно встаёт из-за своего места и подходит к любимому, обнимая его со спины и мягко целуя в шею, а далее и плечи. 　 　 　 　 — Сюэ Ян… Пакостник такой, мы же ужинаем. — Синчэнь легонько шлёпнул своего мужа по рукам и улыбнулся показывая небольшие ямочки на щеках. 　 　 　 　 — Попроказничаешь в другом месте, хорошо? — дополнил он свою речь и заигрывающе всё-таки умудрился мягко похлопать по ягодицам Сюэ Яна. 　 　 　 　 — Кто тут ещё проказничает, это большой вопрос. — ответил на его слова Сюэ Ян и резко развернувшись, всё же приподнял лицо любимого мужа за подбородок целуя его в губы. Он целовал его трепетно и нежно, будто в его руках самый дорогой фарфор, который он боится разбить. Повязка на глазах Сяо Синчэня его уже давно не смущала, а иной раз наоборот даже возбуждала и побуждала к странным поступкам. Например, целыми днями таскать любимого мужа на руках или испытывать его чувства, связывая руки и касаясь в разных частях тела… И это явно нравилось не только Сюэ Яну, но и Сяо Синчэню тоже. 　 　 　 　 — Я пойду приму ванну. — проговаривает Синчэнь после ужина, прихватив с собой вещи уходит туда на долгое время. Что характерно, раньше он так по долгу не был в ванной комнате и вообще предпочитал душ, всё изменилось буквально пару недель назад. Но, Сюэ Ян не придавал этому значения, пока сегодня не решил подглядеть за своим любимым. Осторожно приоткрыв дверь, он увидел, как Синчэнь снимает с себя домашние одежды, а под ними… На руках и теле видны какие-то мелкие царапины. И Сюэ Ян точно помнит, что почти от всех шрамов они избавились при помощи операций. 　 　 　 　 — Зачем он берёт шуанхуа..? — одними губами произносит он наблюдая за тем, как Синчэнь снимает фамильный меч его семьи с полки. Но, то что он увидел дальше, поразило Сюэ Яна до глубины души… Ведь его любимый, просто взял и провёл острием меча вдоль своего тела. Синчэнь кусал губы и почувствовав явно выступающую кровь он включил воду в ванной и залез в неё, продолжая делать эти порезы… 　 　 　 　 Сюэ Ян не мог поверить в то, что он видел перед собой. Слова доктора тут же вспыхнули в его голове и он сам не раз говорил с психологом. И сейчас самое главное было не прерывать этот процесс самоуничтожения… Поэтому он сдержался и не вошёл к своему мужу, а подождал, когда тот закончит со всем этим. Его глаза наполнились горькими слезами и стали красными… Как же хорошо, что Синчэнь этого всего никогда не увидит… 　 　 　 　 На следующий день Сюэ Ян постарался встать раньше, чем Сяо Синчэнь. Только сейчас, когда его любимый муж лежал рядом после долгой ночи, он заметил, что тот не так давно стал спать в одежде и во время их игр не разрешал снимать со словами, что ему неловко от шрамов… Но, на деле, он просто умело скрывал от своего мужа порезы. Хитрый, хитрый лис. Аккуратно приподняв ткань его одежды, Сюэ Ян всё же смог увидеть те многочисленные порезы и сердце пропустило удар. Нужно было всё это по скорее решить. 　 　 　 　 Встав с кровати, мужчина сразу же пошёл в ванную комнату и взяв два меча, один его семьи, а другой семьи Сяо, спрятал их на самый верх шкафа, куда никак не сможет добраться Синчэнь. Так же он поступил и вообще со всеми острыми предметами в доме. Взял и спрятал, единственное, что он оставил это один нож, что решил носить исключительно с собой. 　 　 　 　 — А-Ян, я пошёл в ванную комнату. — проговорил Синчэнь проходя мимо кухни, так как прекрасно знал, что Сюэ Ян сейчас был там и готовил для них завтрак. Однако, не прошло и полу часа, как он вернулся на кухню уже помывшийся и будто слегка расстроенный. 　 　 　 　 — А-Ян… — не громко произнёс он, подходя к готовившему оладьи мужу и обнимая его со спины, положив голову на плечо. 　 　 　 　 — Да, мой ласковый ветерок? — проговорил он беззаботно, так как прекрасно знал, что у него сейчас спросят. 　 　 　 　 — А-Ян, ты не видел шуанхуа? — голос Синчэня был мягкий, будто бы он просто хотел потренироваться и не более, но… 　 　 　 　 — А я убрал все острые предметы из нашего дома. 　 　 　 　 — Что..? Зачем..? — растерянный голос Сяо заставил мужчину тяжело выдохнуть. Стараясь сдерживать остатки самообладания, Сюэ Ян резко усадил Синчэня на кухонный стол и приблизился к его ушку со словами: 　 　 　 　 — Ты так давно не показывался мне. Покажи своё тело и я скажу куда дел шуанхуа. — его голос звучал опасно и с лёгкой хрипотцой, Синчэнь как никто другой знал, что именно так звучит злость. Поэтому он мягко обнял своего мужа за плечи и поцеловал его в губы, чтобы хоть как-то успокоить. Но, руки Сюэ Яна тут же проникли под его халат раскрывая его и тут же замирая. 　 　 　 　 — Сяо Синчэнь… — проговорил он еле слышно, смотря на это огромное количество ран, какие-то были совсем свежими, а какие-то уже остались простыми слегка светлыми полосами. 　 　 　 　 — А-Ян.. Я не… Это не то, что ты думаешь… 　 　 　 　 — А что я должен думать, когда мой муж режет себя фамильным мечом в ванной?! — нервы всё же не выдерживают и Сюэ Ян ударяет кулаком по столу, отчего Синчэнь вздрагивает и опускает голову. 　 　 　 　 — Прости меня… — говорит он совсем тихо и кладёт свою руку поверх руки А-Яна. 　 　 　 　 — Простить за что? Сяо Синчэнь, ты не хочешь жить? Что с тобой? Разве я мало стараюсь, чтобы ты был счастлив? Разве мы оба, так мало делаем для нашего счастья? — он говорит совсем холодно, так как не может понять, почему его любимый поступает так сам с собой. 　 　 　 　 — Мне больно… А-Ян… Это безумно больно… — говорит и его голос начинает дрожать, как и он сам. Он обнимает сам себя за плечи, а на белой повязке проступили кровавые подтёки. 　 　 　 　 — Синчэнь… Луна моя… — Сюэ Ян обнимает его крепко и прижимает к себе, не веря тому, что довёл любимого до такого состояния. 　 　 　 　 — Прости меня… Умоляю… Поедем в больницу твои глаза… — но Синчэнь не может ничего сказать, а лишь жмётся к любимому ещё сильнее и плачет кровавыми слезами. 　 　 　 　 — А-Ян… Это так больно… В каждый день, когда мы с тобой прогуливаемся, ты этого не слышишь, но я слышу, как вокруг люди говорят… Они смеются вслед и жалеют тебя, что ты такой красивый ходишь вечно с таким калекой… — истерика накрывает его всё сильнее и сильнее, а Сюэ Ян просто слушает и обнимает крепче, целуя везде где только попадает. 　 　 　 　 — Сяо Синчэнь, тише.. Тише… Это всё злые языки… Они не правы. 　 　 　 　 — Нет! А-Ян! Они правы! Я калека, что тянет тебя вниз! Ты бы уже был звездой в своём любимом занятии, а сидишь вечно со мной! Я… Я… Я не хочу быть тем, кто тянет тебя… — в его голосе слышится отчаянье и непередаваемая боль. Все эти годы он молчал и не говорил о том, как ему тяжело, постоянно оступаться, слышать насмешки, и просто существовать с темнотой перед собой. 　 　 　 　 — Я так хочу снова тебя увидеть… А-Ян… Я так соскучился по тебе… Эта темнота вокруг, так давит… Я ничего не вижу, никаких красок… Никакой жизни… Даже не могу полюбоваться с тобой на звёзды… Даже когда мы куда-то едем, я не вижу того по каким местам ты везёшь меня… А-Ян… Я не хочу больше так жить, эта темнота и боль убивают меня. Я глушу её болью физической… Но… Ай! — внезапно вскрикивает он, так как чувствует, как Сюэ Ян сильно кусает его в шею и кажется даже прокусывает кожу. Ещё один укус и ещё… Синчэнь начинает вырываться и кричать от боли. 　 　 　 　 — А-Ян! Прекрати! Мне больно..! — он вновь плачет кровавыми слезами и старается оттолкнуть от себя мужа. 　 　 　 　 — Это больно..? — переспрашивает Сюэ Ян и видит, как от этого вопроса Сяо Синчэнь замирает, а его истерика будто начинает уходить. Да, его любимого всё ещё трясёт, но он по выражению лица видит и тяжёлому дыханию, что тот успокаивается. 　 　 　 　 — Сяо Синчэнь, я спрошу ещё раз. Это больно? — если бы у Синчэня были глаза, он бы сейчас точно смотрел в тёмные омуты напротив, но теперь лишь красными подтёками из под повязки обозначал свой взгляд. 　 　 　 　 — Больно… — всё же кивнул он в знак согласия. 　 　 　 　 — Больнее, чем от шуанхуа? — и вновь неуверенный кивок, а через мгновение Сюэ Ян вновь припадает к шее любимого, целуя её и слизывая кровавые подтёки, слушая тихое шипение и непроизвольные стоны со стороны мужа. 　 　 　 　 — А-Ян… — зовёт не громко и Сюэ Ян всё же смотрит на лицо любимого, прикасаясь к его щеке своей ладонью и стирая алые капли крови. 　 　 　 　 — Отныне, если захочешь боли, обращайся ко мне, а не к фамильному мечу. Буду с тобой груб и нежен. — он смотрит на слегка покрасневшего от его слов Синчэня и как-то горько усмехается. 　 　 　 　 — А если серьёзно.. Луна моей жизни, не слушай то, что говорят за твоей спиной. Самое главное это не слова окружающих, а мои и твои искренние чувства к друг другу. Я люблю тебя, а ты любишь меня. И это самое главное. Мы же давали клятву, помнишь? — проговорил он и поцеловал Синчэня в алые губы, мягко и нежно. 　 　 　 　 — Помню.. — совсем тихо отозвался он. 　 　 　 　 — Что мы говорили в клятве, напомни мне, дорогой. — Сюэ Ян поглаживает любимого мужа большим пальцем по щеке и с улыбкой смотрит на его растерянное выражение лица. 　 　 　 　 — В богатстве, и бедности, в болезни и здравии, я вверяю тебе свою жизнь и душу, пока мироздание не разлучит нас навсегда… — его голос тихий, но с каждым проговорённым словом мягкая улыбка на губах понемногу начинает возвращаться. 　 　 　 　 — Вот именно. Я буду с тобой при любых обстоятельствах и никто, и ничто, не посмеет разлучить нас. А злые языки? Плевал я на них. Поэтому… Сяо Синчэнь, запомни раз и навсегда, я люблю тебя и мне никто, кроме тебя, не нужен. — обнимая своего любимого крепче, он целует его в губы со всей нежностью, что есть в его сердце и душе, получая такой же ответный поцелуй и слегка дрожащие, но такие любимые руки на собственных плечах. 　 　 　 　 — Я люблю тебя бесконечно, Сяо Синчэнь… 　 　 　 　 — И я люблю тебя, А-Ян…