Another story

Вторник. Утро. Солнце уже встало из-за стены и лениво щекотало своими лучиками всех, кто проснулся. Можно было бы назвать идеальным утром, если бы обстоятельства. Мидари седлала коня. Это была ее первая вылазка за стену, поэтому руки немного дрожали, выдавая ее волнения. — Ей, Мидари, ты как? — послышался голос сзади. Это был Жан. — Ты вчера больно упала во время тренировки, стоило бы остаться тебе, — сказал парень. — Да я не сильно ударилась, на коне удержусь, — сказала она, стараясь успокоить волнение, которое уже подступало к горлу. И Жан это заметил. Заметил как она медленно теребила поводья, заметил маленький огонек страха в ее глазах и напряженные мышцы тела. — Это твой первый выход за стену, не так ли? Я тоже так же переживал в первый раз. Это нормально, — стараясь успокоить, сказал Жан. — Как ты… ? — По глазам видно. Не переживай, все будет хорошо, — и он толкнул Мидари кулачком по плечу. За это время все уже собрались в строй, готовы выехать за стену. Послышался голос Эрвина, главного командующего: «Разведкорпус! Начать пятьдесят второй экспедиции стен. Вперед!» И лошади рванули вперед. Горожане смотрели на вас то с сожалением, то ли с надеждой, но они точно понимали, что половина из вас живыми точно не вернется, это было отражено в их взглядах. Эти взгляды, эти глаза. В одну минуту время словно остановилось, стих стук копыт, крики собратьев и детей, последние из которых смотрели на них с восхищением. Мидари задумалась: «А действительно ли я выбрала правильный путь? Действительно я готова отдать свое сердце?» Взглянув еще раз на своих друзей, девушка поняла, что готова. Стук продолжился, и стена уже осталась позади. Мир, который окутал ее, оказался волшебным: солнце ярко светило, птицы летали далеко в небе, травы колыхались. Пред ней открылась невиданной красоты поляна от которой просто дух захватывало. Но голос командора прервал любование природой, и заставил вспомнить, что это все же на территории титанов. Стена Мария теперь была их, вся эта территория, по которой они просто блуждали туда-сюда в поисках людей. Началось распределения по группам, как и на тренировке. Мидари должна была быть в правом фланге, почти в начале колонны. Жан все еще скакал около нее на своем коне и всем своим видом показывал: «Не бойся, все будет хорошо». Через некоторое время они должны проехать заброшенные дома, маленький поселок, от которого остались лишь обломки. И в этот момент ее сердце услышало что-то нехорошее. Капитаны говорила быть осторожными на этом пункте, потому что многие люди там отдали свои сердца. Мидари оглядывалась по сторонам, для того чтобы успокоить себя, но это было не так. Проехав очередной дом, на них выскочил титан. Не очень большой, метра 3, но двигался на четвереньках. Шея была достаточно открыта, легко можно было разрезать, так и один из кадетов взлетел на УПМ, чтобы так сделать и не тут то было. Титан увернулся, сумев атаковать еще одного из наших. Мидари впервые видела настолько проворного и быстрого гиганта. Он растоптал их товарищей и начал преследовать Мидари. Жан старался его отвлечь и вернуть в противоположную сторону, но похоже что это был аберрант. Девушка подала сигнал бедствия, но ответа не было. Титан продолжал бежать за ней, минуя все деревья, сквозь которые она скакала в надежде убежать от него. Но вдруг он остановился, от неожиданности Мидари обернулась, и не заметила как перед ней возникло еще 3 титаны. Они бежали, протягивая свои гадкие руки. «Неужели это конец? Моя первая вылазка в этот мир. Этот чудесный мир. И так я умру? Буду растоптана титаном, простая девушка, жертва несчастного случая. Хоть бы увидеть еще раз маму с сестрой, как они там? Наверное еще только завтракают». Внезапный гул вывел ее из замыслов. Мидари увидела, что гиганты падают один за другим, разбрызгивая свою кровь везде, где только можно. Когда пал последний, тот что бег на четвереньках, она наконец смогла остановиться и перевести дыхание. Перед ней стояли капитаны и сам главнокомандующий Эрвин. Оказалось, что левый фланг разбит, никого из живых не осталось, наш потерял половину людей, экспедицию продолжать больше нельзя было, слишком большие потери они понесли. — В следующий раз попробуй попетлять на УПМ, а не только бежать на коне, может и смогла б запутать того титана, — сухо и холодно сказал капитан Леви. — Капитан… Я. — Растерялась? Только потому что это первый раз, это извинительно. В будущем думай глобально и о своих собратьях. Я видел тебя на тренировках, быстрая, проворная и наносишь глубокие удары, надеюсь так же покажешь себя в следующей экспедиции. Не хочется, чтобы такой умелый солдат так тупо умер. — Я постараюсь, капитан… — едва проглатывая собственные слезы сказала Мидари. — Леви, отправляемся! Здесь больше оставаться нельзя, возвращаемся за стену! — сказал Эрвин, прерывая их разговор. Мидари уже не плакала, только руки порой тряслись. Эрвин сказал, что первое они заберут всех погибших, а затем поедут домой. Мидари носила трупы своих товарищей, с которыми успела стать родными. Просто в один момент их не стало. Заметив ее стан, к девушке подошел Армин: — Жаль, что твой первый раз прошел так обидно. Ты главное не падай духом, верь, что они не зря погибли. — И тебе это помогает? — Честно, я не знаю. Терять друзей это всегда очень больно, сам едва справляюсь с этим. Если нужна будет поддержка, то я всегда рядом, знай это. — Спасибо, Армин, я ценю это. Собрав всех собратьев, они направились домой. Стены уже приближались, ворота открывались, а это означало, что экспедиция закончилась. Уставшие и раненые солдаты заскакивали внутрь, а люди лишь смотрели на них. Кто-то с сожалением, а кто-то с пренебрежением: «На что пошли наши налоги На эту кучку слабаков выскочек, которые даже себя спасти не могут». Эти взгляды, эти глаза. Они долго не давали заснуть ей по ночам.

* Несколько дней спустя *

— Мидари, чего застыла? Хочешь, чтобы нас всех капитан Леви заставил мыть весь корпус, ты ему остывший чай принесла?! — крикнул Эрен. — Я просто задумалась, извини меня. Сейчас уже несу. — Вот и славно… Жан, ты почему свои ноги не вытер, я здесь только что по убирал, и вообще за тобой еще должок за вымытую посуду! — кричал Эрен. Не скрывая своей улыбки, Мидари наблюдала за ситуацией, такой простой, но в то же время такой уютной. Она часто задумывалась правильный ли путь выбрала, сможет пройти ним до конца. У нее из головы до сих пор не могли выйти воспоминания о той вылазку, бездушные тела ее друзей, взгляды народа… Все это осталось в ее сердце большим шрамом, который будет напоминать о себе, казалось бы, вечность. — Мидари, я кому говорю, иди неси чай! — едва сдерживая гнев, говорит Эрен, видно с Жаном разговор не задался. — Да бегу, что же ты так злишься, — чуть смеялись сказала Мидари. — Ай да ну вас всех, — лепетала Эрен, чуть обидевшись, но она уже не слышала продолжение, потому что поднялась в кабинет капитана Леви. Раздались тихие стуки в дверь, а за ними твердый голос: «Заходи». И ты послушно зашла, неся уже за собой едва горячий чай. Комната была довольно просторной, несмотря на большой стеллаж забит доверху книгами, и как это ни странно, но там не было ни пылинки. Капитан Леви лично следил за этим. У окна стоял большой письменный стол, за которым почти все свои вечера он проводил. А также стоял пара кресел, для «важных гостей», хотя на самом деле это была лишь украшение, и не более. Леви сидел на дорого оббитом кресле и читал доклад об экспедиции, и что-то обдумывал. — Спасибо, Мидари и скажи тем придуркам, чтобы заткнулись, а то невозможно работать, сюда слышу их крики. — Хорошо, капитан. Еще что-то нужно? — Нет, спасибо, — сказал Леви снова погружаясь в стопки своих документов, которые казались никогда не разгрести. Мидари уже хотела выйти, но что-то ее удержало. — Еще что-то? — едва поднимая взгляд, сказал с интересом капитан. — Капитан, у меня к вам вопрос есть. — Что ж, задавай, — уже полностью посмотрел на нее Леви. — Как вы справляетесь со смертью своих товарищей? С момента приезда казалось я одна чувствую груз на плечах, за их смерть, а вы даже глазом не повели. — Скажу тебе правду, я никак с ней не справляюсь. Я лишь верю в то, что их смерти были не напрасно, что они погибли, чтобы жили мы, чтобы мы отомстили за них, чтобы мы перебили всех наших врагов, став сильнее, чтобы… — Леви, я здесь еще… Добрый день, Мидари, — бесцеремонно зайдя, сказал Эрвин, — оставиш нас самих? — Он никогда не стучал в дверь, всегда был прямолинейным и казалось безэмоциональным. Но лишь немногие знали, что у него на душе и в раздумьях, к таким и принадлежал Леви. Эрвин делился своими идеями и мыслями, а Леви внимательно выслушивал. Хотя даже он не всегда знал, что на этот раз придумал главнокомандующий. — Конечно, — кивнула ты, разворачиваясь на пятках в сторону двери. — Стучать тебя не учили? — начал придираться Леви. — Ну я просто хотел тебя осчастливить… — услышала Мидари, уже прикрывая за собой дверь. Голоса стихали, по мере как она отходила от кабинета, и голоса снизу тоже притихли, возможно Жан с Эреном примирились, хотя нет, наверное скорее всего перенесли свою драку во двор. Не заметив как она зашла к себе в комнату, и сидела на подоконнике стуча какую-то песню. Она сейчас старалась переварить все, что с ней произошло, все события. И чем больше она думала, анализировала, тем больше понимала, что она будет идти вперед, ради своих друзей, ради своей семьи, ради самой себя.