Рано или поздно, даже самая сильная ветка на дереве ломается.

Вновь вздох со стороны Чуи, чтобы успокоить пульс. — Помнишь Ширасэ и Юан, что с овц? — парень скинул плед с плечей, на руке где должен был быть синий браслет красовался теперь на всё запястье бордовый тканевый бинт. Накахара приподнял футболку, на торсе хрупкого тела тоже был бинт, в одном месте, где лежала пару секунд назад рука, было тоже бордовое пятнышко. — Догадки твои что произошло? Почему я стал себя так вести?.. Приблизился к нему обратно. — что?.. — Смотрит на его тело.— не знаю… Они снова тебя предали? — Да, нормально общались вроде, но вновь наступил на те же грабли… Опустил длительность и вот. Зачем я только согласился пойти на переговоры… — Ты и правда идиот… — Вздохнув Дазай приобнял его за талию. Усадил на Диван, сел рядом. — я предупреждал тебя раньше, не связываться с ними больше. А ты, что сделал? — Ослушался, я знаю что я полнейший идиот, что не может смириться с тем что они мне враги, — ладони превратились в кулаки. — Враги с самого начала… — Обнял его прижимая к себе. Нежно поцеловал в ушко. К горлу подошёл ком. Глаза начали колоть словно иглами из-за слёз. Дыхание вновь сбилось, но обычный вдох выдох не помог, сделал только хуже. Плечи начали вздрагивать. А с ресниц сорвались солёные капли. Внезапно рыжик сорвался на крик. — Когда я перестану доверять людям? Двадцать два года, а ума так и не прибавилось! — всхлип в голос, парень опустил голову на руки, что поставил на колени, врываясь пальцами волосы. Сказать что шатен был в ступоре, это ничего не сказать, впервые увидеть его в истерике. Того, что никогда не показывал свои эмоции. Что каждый раз был сильным морально и физически. — Ч-чуя… Ты чего? Милый, не плачь. Прошу тебя — Крепко обнял Накахару. Истерика вышла за пределы разумного, закрыв лицо ладонями, рыжик давился собственными слезами. Если сравнить младенца и теперешнего Чую, сходство было бы 50%, ведь он плакал не из-за того что ему кто то не дал желаемую игрушку, а вырвалась на волю вся та боль, что сидела в глубине его бездонной, доброй души. Приглушённые всхлипы, дрожащие руки и тело, чёрные перчатки стали мокрыми довольно быстро. Вновь посреди всхлипа кашель, что на пару секунд заставил тишину, но тут же он прекратился, всё начиналось заново. Шатену было больно видеть своего возлюбленного таким. Аккуратно взял его ручки в свои ладошки, перед этим сняв перчатки. — Чуя, рыжик мой… Я рядом, все хорошо… — Говорил ласково и успокаивающе. Кареглазый пытался успокоить его. Накахара прикусил свою нижнюю губу, в надежде хоть немного привести себя в чувство, что немного вышло, на губе проявилась маленькая, ели заметная, струйка алой крови. Голубые глаза были наполнены солью, что стекали по щекам до подбородка, а с него падали на колени мафиози. Рыжик сжал ладони Осаму чтобы сдержать новый порыв эмоций. Ему было стыдно открывать свою слабую сторону, но деваться было некуда, оборвался тот канат, за который он держался столь долгое, мучительное время. — Чш, чш… — Приблизился к личику возлюбленного. Нежно начал целовать его в места возле глаз, дабы слизать его слёзки. Продолжает держать его ручки. С большими усилиями Дазаю удалось успокоить своего бывшего напарника. Не сразу, но удалось. Малейший намёк на случившееся ситуацию провоцировал слёзы, поэтому приходилось молчать. Рыжик лежал на диване, а его голова на коленях у шатена. Последние пять минут в комнате было тишино только шморгание носом и тихие судорожные вздохи. Взгляд рыжика был направлен в сторону коридора что был виден из гостиной. Тяжко вздохнул. Поглаживает любимого по голове. — Малыш, я люблю тебя… — Я тебя тоже… — сказал охрипшим и тихим голосом Чуя спустя маленькую паузу. Нагнувшись шатен нежно поцеловал его в губы. — Чуя, я всегда буду с тобой… С этого дня, всегда… Конец