Захочешь ли ты провести лето с таким уёбком как я?

Сейчас в школьных коридорах было мало людей, так как большинство ушло в столовую. Это не могло не радовать дежурного, пытающегося найти Мондо. И он нашёл… только спустя минут десять поисков, когда уже вот-вот прозвенит звонок. Овада сидел в… библиотеке, и обречённо сверлил взглядом стену, подперев рукой щеку. Это выглядело так, как будто Мондо всегда туда приходил, когда хотел побыть один. — Мондо? — спросил вошедший дежурный. Немного смутивишсь, Киётака встал напротив сидящего Овады, поправляя школьный пиджак. Овада поднял взгляд на Таку. — Знаю. Я сотворил какую-то хуйню. Но говори что хочешь, я должен найти того кто это написал! — байкер вздохнул и устало отвёл взгляд обратно. Мондо всегда пытался казаться максимально самоуверенным. Не то чтобы прям каким-то лицемером, но всё равно крайне уверенным в себе. А на самом деле… Всё не совсем так, как кажется. Ишимару подошёл и сел прямо на стол рядом с Овадой. Дежурный сам не понимал что это значит… Но наверно со стороны выглядело круто. — Ты что, нельзя сидеть на столе. — лениво передразнил дежурного байкер. — Мне можно! — Ты что, соблазняешь меня? — усмехнулся Овада. — У Леона и то шутки смешнее. — Заглохни! Ты зачем вообще сюда пришёл? — Ну… Хотя бы для того, чтобы сказать, как это было ужасно! Но я вижу ты уже и сам понял. — Да знаю я! Просто.ну. Неужели тебе насрать, что про… нас такое написали? — Ну это…конечно… не очень хорошо. Но нельзя же так серьёзно к этому относится! — Киётака глянул куда-то вниз, борясь с чувством стыда — Ага, я понял. Тебе нравится это. Пидор. — выдохнул байкер. — Ты серьёзно?! Почему ты так к этому относишься? — возмущённо спросил Така, хмурясь. — Да потому что у меня есть чувство гордости! Хоть немного… А у тебя видимо нет, раз тебе насрать. — байкер сложил руки и невозмутимо посмотрел на Ишимару. Сейчас парни были достаточно близко для того, чтобы Киётака начал смущаться. — Мне… Мне не насрать. Просто… Это ты слишком эмоциональный! И скорее всего не такой уверенный в себе как кажешься… Кого ты вообще из себя строишь, Мондо?! — Чё?! Чё ты сказал, придурок? — Овада привстал и схватил Таку за воротник школьной формы, в которой он вечно ходит, зло смотря тому прямо в глаза. Дежурный упёрся руками в стол, еле удерживаясь. — Ты что… Мондо?.. — нервно улыбнулся дежурный, на лбу которого появилась испарина. — Сука, что ты несёшь?! И реально, зачем ты вообще припёрся сюда?! Думаешь, сейчас у меня есть желание говорить с тобой? — байкер зло посмотрел на Таку. — Мондо… Уже звонок прозвенел… — нервно сказал Киётака, понимая, что как всегда оказался слишком назойлив и надоедлив. — Знаю. А что будет, если ты не придёшь на урок? Ты, самый лучший ученик, любимчик учителей, и вообще, весь такой правильный? Что будет, а?! — Умм… М-мондо, всё же хорошо было… — Вот именно, что было! Пока ты не пришёл… — Н-но… Я же хотел как лучше… — глаза дежурного покраснели. Така сводил брови к переносице, глядя на Мондо, пытаясь не заплакать. — Ты ещё расплачься тут! — раздражённо сказал Мондо и внезапно густо покраснел. — Ты чего… — дежурный и так был смущён, а глядя на байкера становилось ещё стыднее. И почему же ему вдруг стало так стыдно?.. — Ты чё такой красный?! — растерянно спросил Мондо. Его голос тут же стал мягче, а сиреневые глаза устремились прямо в алые глаза дежурного без прежней злости. — У меня к тебе такой же вопрос! — Иши почувствовал ещё большее смущение, заметив на себе пристальный взгляд байкера. Байкер рассеянно посмотрел на Ишимару. И вдруг… дежурный потерял равновесие и подался вперёд, прямо на Оваду, резко хватаясь руками за его плечи, чтобы не грохнуться на пол, после чего последний слегка вздрогнул и замер Така начал что-то бормотать о том, какой он рассеянный неудачник, собираясь уже отойти от байкера, и вообще уйти отсюда. — Ахуеть… То есть… Ну… — Овада занервничал, и покраснел ещё больше, что было очень не похоже на него. Максимум он краснел от злости, когда его опять кто-нибудь обзывал недалёким придурком, или что-то говорил о его причёске. Ишимару начал усиленно обсирать себя за неуклюжесть. Он нервничал не меньше, а то и больше Овады, и потому просто молчал, не в силах даже пошевелиться. А пошевелиться нужно было… Надо было уйти прямо сейчас… Но он не мог… — Ты щас такой… Засосать хочется…— тяжело вздохнув, более уверенно кинул Мондо, смотря куда-то в сторону, видимо собираясь что-то сделать. Сейчас ему даже не было стыдно за сказанное. — Чё?.. — лишь успел промямлить дежурный, чьи глаза округлились в недоумении. Овада, резко схватившись за бритый затылок, сокращает небольшое расстояние между их лицами и требовательно впивается в губы Таки. Байкер привык получать сразу то, что хотел. Даже если это внезапное непонятное желание… Даже если он пожалеет после этого… Дежурный лишь судорожно хватается за байкера, от переполняющих изнутри чувств. Особенно тогда, когда Овада начал изучать своим мокрым языком рот Таки. Неужели, это те самые амурные переживания, о которых твердил Леон??? Сейчас дежурный очень хорошо понял, что вообще не умеет целоваться. Он даже не может ответить на поцелуй байкера. Не только от стыда, но и от страха, что это будет слишком ужасно. Така вообще не думал, что его когда-нибудь захочет кто-либо поцеловать, не почувствовав при одном упоминании о такой связи с Иши рвотные позывы. Это продолжалось уже секунд десять… Что длились как тысяча лет… Хотел ли он прекратить это? Ну, хотя бы ради приличия нужно. Спустя короткое время, Ишимару еле отрывается, хотя бы потому, что уже дышать нечем. — Почему… — Така старался не смотреть в глаза Оваде. Слишком стыдно. И мерзко. Но не от Мондо конечно… А от самого себя. Неужели Мондо это понравилось? А хотя как он может даже думать об этом… Как ЕМУ это могло понравится? Мондо — популярный парень, красивый, уверенный в себе. Зачем ему такой как Киётака? Он просто хочет посмеяться над ним. Точно, просто посмеяться… Потом он обязательно расскажет об этом всей школе… И все вместе будут смеяться над дежурным, каждый раз показывая на него пальцем и говоря что-то противное. Эти мысли занимали голову дежурного все несколько секунд, пока длился этот проклятый поцелуй. — Что почему?! — раздражённо спросил раскрасневшийся Овада, пытаясь скрыть сильное смущение. Как бы страшно это не звучало, возбуждение накатило на обоих парней. А особенно на Таку. Слишком чувствительный. Ну что это такое?.. Так легко возбуждаться от любой фигни… А хотя… Это не фигня… Это полная хуйня. Ну кто бы не возбудился на его месте? Это же нормально, да ведь?.. Но возбуждаться от парня… КОТОРЫЙ НАСИЛЬНО ЗАСОСАЛ ТЕБЯ??! Ха, что бы сказал отец, который желает, чтобы его прекрасный сын привёл в дом не менее прекрасную невесту, и у них был бы не менее прекрасный ребёнок??? А его сын прямо сейчас вплотную прижат к главному хулигану школы, жадно целующего его, вместо того чтобы пойти на урок (хотя он сейчас с радостью пошёл бы туда, и забыл это всё, как страшный сон) и это не какое-то там изнасилование… А что если сказать, что это изнасилование?.. И тогда Така навсегда останется в истории школы (а может, и всего мира), как «тот пацан, которого изнасиловал тот байкер прямо в школьной библиотеке»?! Иши чётко представил: новый выпуск «Пусть говорят» под названием «Абсолютный байкер воспользовался Абсолютной беспомощностью и невинностью Абсолютного дежурного, и потакая своим неприличным желаниям, отымел того прямо в библиотеке элитной школы «×××××»?! (Тут могла бы быть ваша реклама) Эксклюзив! Что дальше?! «Беременна в 16»?! И тогда уже на Мондо будут показывать пальцем, ускоряя шаг при виде него, закрывая глаза детям, при этом бормоча что-то типо «Будешь плохо себя вести, этот дядя придёт к тебе» или вообще «Фу! Не смотри в сторону этого плохого дяди!» А Киётаку каждый раз будут проводить жалостливым взглядом, крича вслед ободряющие слова. А если не сказать… Всё будет ещё хуже… А ведь уже поздно что-то предпринимать… — Ты слышишь меня, пидор?.. — уже настойчивее спросил Мондо, вновь обжигая своим горячим дыханием шею Ишимару. — Ч-что… — Киётака начал смущённо ёрзать на коленях байкера, в надежде поскорее уйти. — Ты чё делаешь?.. — Овада всё-таки умудрился заглянуть в глаза дежурного. Лицо самого байкера выражало полное непонимание и огромное смущение, что было очень не присуще ему. Така понял, что как всегда сделал только хуже. — Не пойми неправильно… Просто мне нужно идти… И… Ах… — тихо простонав, дежурный предпринял попытку уйти, но его остановил Овада. — Ты чё, совсем ёбнутый? Ещё и стонет… — байкер ещё больше возбудился от этого звука. — Я же сказал, отпусти меня! — перешёл на нервный крик Така. Не то чтобы Така настолько сильно желал уйти, просто он понимал, что если останется тут ещё, то ему это начнёт нравиться ещё больше, а он не мог допустить этого. Он и так уже совершил что-то страшное… На это Мондо только вжал привставшего Киётаку в стол, после чего последний издал тяжёлый вздох. — Мондо… Это не смешно… — Киётака попытался оттолкнуть Оваду, упираясь руками в его плечи. — Я по-твоему шучу? — Мондо вопросительно глянул на Таку, бесполезно пытающегося оттолкнуть его. — А что это такое?! То, что ты сделал…— красный Така смотрел в пол. — Ты же… Ты не хочешь уходить. Я вижу. Неужели тебе не насрать? А хотя, можешь просто забыть об этом. Я так и знал. — грустно сказал Овада, опуская взгляд. — Мондо… — Така приблизился к байкеру, обнимая его. Так близко… — Ты чё, ебанулся?.. — глаза байкера округлились, но потом Овада утихомирился, почувствовав тепло, исходящее от Иши. Слишком приятно… — А когда ещё будет возможность вот так тебя обнять… — И ещё… Ты… Так мило смущаешься… — Заткнись! — обозлённо гаркнул Овада, вновь встретившись с Такой взглядом. Яркие, блестящие глаза, слёзы, собравшиеся на краях глаз, немного подрагивающие губы, растянутые в глупой улыбке… Киётака успел только охнуть, как в его и так красные и немного опухшие от недавнего поцелуя губы вновь впился своими Мондо. Киётака хотел предпринять попытки сопротивления Оваде, но обмяк под его напором. Да и зачем? Теперь уже точно поздно… Вряд-ли после этого Мондо захочет иметь с ним что-то общее… Он просто смеётся над ним. Зачем ему это всё?! Не нужен никому. Особенно ему. Байкер упёрся в стол руками, заставляя Таку лечь на него, не переставая сминать губы дежурного. Ишимару почувствовал ещё большее возбуждение, и понял, что это нужно прекращать. Почувствовав возбуждение Таки, Мондо уже нисколько не сомневался в своих дальнейших действиях. Именно тогда, когда Мондо вдруг решил покраснеть, Така понял, что ничем хорошим это не кончится. Это конечно мило и всё такое, может он даже потом как-нибудь напомнит об этом Оваде (хоть и очень зря), но с того самого момента всё пошло по пизде. Дежурный начал возмущённо стучать кулаками по широкой спине байкера, на что последнему конечно было плевать. Но всё окончательно пошло по пизде, когда… Ишимару услышал шаги. Грёбаные каблуки какой-то училки. Он точно не знал какой, потому что все они ходили в них. Тот самый звук стука каблуков по полу, который стал приближаться. Ближе и ближе… Ишимару начал ещё сильнее стучать по спине Овады, и мычать в поцелуй. Стало ещё страшнее. Сейчас хотелось просто провалиться под землю, подальше от всего этого кошмара. Даже если ему и нравилась такая близость с Мондо, он понял, что всё это было зря. Очень зря… И ещё… Это бесполезно. Поэтому осталось только ждать. Хотелось умереть прямо сейчас. Дальше Така смутно слышал какие-то звуки за дверью, как стук каблуков резко остановился…и… …Скрип двери. Теперь уж точно всё бесполезно.