Захочешь ли ты провести лето с таким уёбком как я?

Последний школьный день перед каникулами подходил к концу. И естественно, все уже сходили с ума. Сейчас Таке казалось, что Мондо пришёл только ради того чтобы уже какой раз подраться с Леоном. Ему что, вообще делать нечего?.. С одной стороны, дежурному хотелось видеть байкера, а с другой — нет. Слишком непонятные чувства он вызывал у Киётаки, никогда раньше не испытывающего ничего кроме стыда и чувства выполненного долга. И как он понял, Мондо избегал его. ОН ИЗБЕГАЛ КИЁТАКУ. Это ему сейчас надо было избегать Оваду, и говорить на каждом углу какой он извращенец! Ну что за детский сад?.. — А что случилось с Мондо? — немного смущённо спросил подошедший Чихиро. — И… Привет, Киётака. Ну не мог же он рассказать об этом Фуджисаки… — Привет, Чихиро! Ты о чём?.. — Ну, он как будто избегает тебя. — А это так заметно? — Ну, он же всегда сам к тебе лезет… А сейчас… Так смотрит на тебя. — Чихиро робко указал взглядом на байкера. Киётака резко обернулся на Оваду, чтоб уж точно застать его врасплох. Чихиро был прав. Мондо смотрел на него, как на какого-то извращенца. ЭТО ОН ДОЛЖЕН БЫЛ ТАК НА НЕГО СМОТРЕТЬ! — Откуда я знаю?! Это с ним что-то не так! — Не волнуйся, Ишимару… Я думаю, всё будет хорошо. — Спасибо. — Така улыбнулся. — И кстати, мне тоже надо спросить у него кое-что. — Ишимару направился к усердно отводящему взгляд байкеру. — Привет, Мондо. Слушай, помнишь ты вчера… — дежурный сглотнул. — Говорил, что если не найдёшь, того, кто это написал, то сделаешь что-нибудь с одним из тех парней… — Ну говорил. И что. — ✨п о л н о е б е з р а з л и ч и е✨ — Так… Ты сделал? — Ну да. Только не с кем-то из той кучки ботаников. А с Леоном! — тут же повысил голос байкер, не в силах долго притворяться холодным. — То есть это он… Киётака резко обернулся, когда почуствовал чью-то руку на своём плече. Почему они все так внезапно появляются?! — Да! Это был я! И что вы мне сделаете?! Это даже не моя идея была! Мне девки сказали! — это был сам Леон, с ватой в носу и синяком под глазом. — У меня были большие планы на него… — глаз начал дёргаться. — Но… — Хорошо, что ты их не воплотил. — немного боязно перебил Така. — А…что за девочки? — Не думаю. Жаль, что ему ещё хватает сил нести всякую хуйню. — Ну и пошёл нахуй, Мондо. Ну какие… Токо там… Ну она-то понятно… Аой… Ну хотя она была против наверно… Но я то видел как коварно блеснули её глаза при моей… то есть НАШЕЙ идее! Саяка даже! И этот жирный извращюга! Ну всё, отстаньте! — Кувата ушёл куда-то вглубь коридора, не желая больше видеть двух геев, видимо его ждали дела намного важнее. — Мондо… — Ишимару обернулся на байкера. — Я не хочу ни о чём говорить! — Мондо уже хотел уйти, как его остановила рука дежурного. — Перестань так себя вести. Ты же сам сказал — ничего не было! — Да. Ничего не было. — Ну и вот! — сказал дежурный, делая вид, что рад этому. — Значит… Мы больше не геи?! — с надеждой в глазах спросил байкер. — А мы ими и не были! — покраснел Така, пытаясь быть серьёзным. — Ура! Спасибо, братан! — Мондо пожал руку дежурного и с счастливой улыбкой ушёл куда-то. И почему он не может не носиться по переменам по всей школе, как младшеклассник?! — Хорошо… — Ишимару смотрел вслед Мондо, думая о чём-то непонятном, пока его мысли не прервал звонкий голос девушки. Это была Джунко. Джунко — одна из самых популярных девушек школы. Можно сказать, самая популярная. Така не раз видел, как она клеилась к Мондо. И в эти моменты он как никогда чётко видел ту границу между дружбой и чем-то большим. Между парнями. Хоть Овада и не обращал никакого внимания на Эношиму, но ведь никого это не удивляло. Он — популярный парень, она — популярая девушка. Всё просто. Тем более… Девушка и парень… Кого это может удивить? Так что Така думал, что ему лучше забыть о своих жалких недочувствах. Но всё же никто не запрещает в такие моменты хотя бы подумать какая она шлюха. А потом вести себя как обычно. То есть — как самый лучший ученик, любимчик учителей, и ботан в конце концов. Опять тоже самое. Ишимару смотрит немного вперёд и видит Джунко, что опять что-то говорит Оваде. Но радостный за свою ориентацию байкер лишь кидает в неё полный раздражения взгляд, что-то отвечает и уходит. И что он ей сказал?.. Этого уже не узнать. Если только спросить у Мондо. Ну и как? «Прости, а что ты только что сказал самой популярной девушке школы, ты ведь должен отчитываться перед каким-то странным одноклассником?! Почему мне интересно?.. Да, просто так!» Ладно, лучше просто забыть об этом как можно скорее. И весь оставшийся день Киётака старался не думать об этом, но мысли о том, что не надо думать об этом, заставляли только больше думать об этом… Бесполезно. И вот… Звенит последний звонок в этом году. Слышно дикие оры учеников, бегущих из школы, готовых снести всё на своём пути. Така усмехается, вспоминая, что когда-то тоже так радовался каникулам. Но теперь он взрослый… (ему скоро восемнадцать всё-таки)… Не будет же он как угорелый убегать из школы… — его мысли прервал чуть не столкнувший его с ног Ясухиро. — УРАААААА! ЕБЁМ ОТСЮДА! — радостно орал Кувата, сидящий на плечах Ясухиро. Хагакуре разделял радость друга, поглядывая на него снизу, улыбаясь и иногда прося чтобы он перестал дёргать его за волосы. Где-то сзади прибежал Мондо. Красный и раздражённый. — Она заебала меня. — байкер тут же схватил и прижал к себе дежурного. — Ты мой парень, понял?! И мне похуй, если она там какая-то гомофобка. И что такого произошло за несколько часов в голове Мондо, что он настолько быстро перешёл из «фу, пидорасы» в «ты мой парень!» — Что… — О, ушла. — Овада отпустил дежурного. — Слушай… — байкер обернулся на Таку, немного хмурясь. — Мне нужно тебе кое-что сказать… И тут Мондо решил что нужно обязательно затащить Таку за угол, пока два его недалёких друга скачут от радости. Байкер положил свои руки тому на плечи, при этом недоверительно косясь по сторонам. — Чего тебе ещё… — Ишимару смотрел куда-то в сторону, проклиная себя за то, что дал Оваде затащить себя сюда и теперь так близко опалять лицо и шею своим дыханием. Слишком тесно и горячо… — А. Ну короче, я хотел спросить… Ты же… В общем, мне кажется… Блять… Как бы мне не было стыдно это говорить… Ты влюблён в меня или что-то типо того.? Просто хочу прояснить это сейчас. Просто… Ну мы ж не геи! — надежда не угасала. — Что? — в этот момент Киётака подумал, что ему уже нечего терять. (И вообще, почему бы не посмотреть на Мондо, так страстно верющего в то, что он натурал, который вдруг усомниться в этом?) — Конечно! Овада смутился, убирая руки с плеч Таки. — Надеюсь ты шутишь. Потому что… Хах… Я натурал. — «кого ты обманываешь?..» — Хорошо. — усмехнулся Така. — Я, с твоего позволения, уйду. До встречи! — сказал дежурный, проходя под рукой Мондо, разворачиваясь и уходя, оставляя байкера одного. — Блять… — Мондо вернулся к друзьям. — Чё у вас было? — заинтересованно спросил Кувата, всё ещё сидя на плечах Ясухиро. — Неважно. — Всмысле неважно? Нам тоже интересно! Ясухиро! — ткнул кулаком по плечу Хагакуре — Тебе интересно?! — Ну наверно… — Всмысле наверно?! Это же типичный гейский фанфик! Какой-то гопник — это ты Мондо, и хороший ученик — это Киётака! Любовь! Гормоны! — Какие гормоны?! Лучше замолчи! — разозлился байкер. — Гормоны это круто. — внезапно сказал Ясухиро с крайне задумчивым видом. Мондо и Леон непонимающе посмотрели на ясновидящего. — Конечно! — тут же среагировал Кувата. — Кстати… — сказал бейсболист, слезая с Ясухиро. — Ты же девственник, чувак! А ведь тебе двадцатник почти! Это не дело! — встал напротив Хагакуре, задумчиво смотря в потолок и почёсывая затылок. — А откуда у тебя такая информация? И не говори так, будто ты готов сам ему это исправить. — поинтересовался Овада. — Ну так… Ты тоже девственник. Это понятно. И вообще-то, исправить это — его, и только его задача! Ну и той женщины, что пожертвует собой ради этого… — Ну вообще-то! — ткнул пальцем в небо Хагакуре. — Что? — усмехнулся Кувата. —… — обессиленно опустил палец. — Ну ничего! Пойдём на вписку Джунко, и там!.. Там!.. А кто с тобой вообще ебаться захочет… — осмысленно оглянул Ясухиро. — Обидно вообще-то! — ясновидящий толкнул Леона в бок. — А ты сам-то?.. — спросил байкер. — А чё я? — гордо заулыбался бейсболист. — Ну, это… — Конечно! Правда… Это было ужасно… — А го ты мне расскажешь?.. — сказал Хагакуре, наклоняясь к Кувате. — Не буду! — сложил руки на груди. — Вот пойдём на вписку, может и расскажу… если бухну… А я бухну! Та самая вписка у Джунко на каждых каникулах, куда ходили почти все старшеклассники. Компания из трёх парней уже не раз там была, о чём Мондо очень сильно жалел. Потому что, как он уже не один раз говорил это «обитель наркоманов и шлюх.» — А с чего ты взял, что она вообще тебя пустит? Ты ж её шлюхой при всех назвал. — спросил Овада. Хоть он и был рад, что хоть кто-то ей это сказал. — Ну так, она клеится ко мне. Бля, а ведь если она опять… То может и с ней… Ещё раз… Эх… Мондо залился хохотом. — Она?! С тобой?! Стоп, что значит ещё раз?! — Ну к тебе же она клеилась тоже… Ну так я же с ней того… Ну может это неправдоподобно звучит, но короче, помните тот случай, когда вы меня найти не могли?.. Ну так вот… Нахожу я значит, у неё набор для доминирования… — ПРОШУ! — испугался байкер. —А насчёт меня… Мне вообще такие как она не нравятся… — А какие тебе нравятся?! Как Киётака? — Чё?!.. Нет… Это секрет. — Как Чихиро? Леон и Ясухиро рассмеялись, вспоминая те времена, когда байкер ещё думал, что Фуджисаки девочка, заставляя Оваду покраснеть. — Заебали! Геи! Короче… Я пока домой схожу. Мне вообще в падлу идти на эту вписку… — В смысле! Ты пойдешь! И это не обсуждается! Нормальная вписка… — Это не вписка. Это обитель шлюх и наркоманов, ебущихся по комнатам и туалетам. — Ну чё ты! — два друга хлопнули байкера по плечу. — Не тебе же потом сперму оттирать! — рассмеялись они. Иногда (всегда) их шутки были тупыми и пошлыми. Овада не раз ловил себя на этой мысли. — Блять. Продолжайте свои разговоры о сперме без меня. А я пошёл. — Овада махнул рукой на прощание и скрылся в коридоре. — Увидимся на вписке! А мы с Хиро пока в магаз сходим! — два друга радостно поскакали из школы в другую сторону от Мондо.