Захочешь ли ты провести лето с таким уёбком как я?

Саяка стояла практически в обнимку с... Мукуро, схватив ту за затылок, и целовалась с ней! С языком! Даже глаза прикрыла от удовольствия... Брюнетка уже начала надавливать своим коленом между ног певицы, из-за чего последняя испустила прерывистый выдох, на секунду отвлекаясь от поцелуя, а затем вновь примкнула к губам Икусабы. Леон ещё секунд двадцать постоял так, затем опустив взгляд в пол, резко обернулся, чуть не столкнув с ног не менее удивлённого ясновидящего. — Леон... — Хагакуре положил свою руку на плечо бейболиста, но тот, убрав его руку с своего плеча, направился обратно в ту самую комнату, из которой он бы вообще лучше не выходил. Хагакуре естественно последовал за ним. Возможно сейчас ясновидящий был бы навязчивым, но надо было хотя бы сказать Кувате что-то ободряющее. Хоть Ясухиро и не очень шарил за ободряющие слова. Зайдя в комнату, которую никто ещё не успел занять, Ясухиро увидел Леона, развалившегося на кровати, и грустно рассматривающего какой-то пакетик. Хагакуре сразу понял что было в нём. — Леон! Ты же не будешь?! — ясновидящий изогнул бровь. — Ещё как буду. А ещё лучше сдохну от передозировки. И больше никогда не буду доёбываться до Саяки. И заёбывать тебя с Мондо. И всех. — всхлипнул Леон. — А ещё... Я знаю, это поможет... Это не избавит меня от проблем, но хоть на какое-то время мне лучше забыться... — Всмысле!? Я... Я не хочу чтобы ты умирал! — Ясухиро сам был готов расплакаться прямо сейчас. — И Саяка тоже не будет рада этому, поверь! Кувата поднялся и сел на край кровати, отказавшись на одном уровне с присевшим Хагакуре, что смотрел в его голубые глаза своими испуганными. — Ты... Уверен?.. — Кувата сглотнул. — Сто процентов! Так что... — вырвал из рук бейболиста эту парашу, убирая её себе в карман штанов. — Не надо... Никто не будет рад... Даже Мондо... — уверял ясновидящий, утыкаясь в плечо бейсболиста. — Ебать... Даже Мондо... Ну... Ради этого.... Стоит жить...Хаха... — Не думал, что из-за такой херни ты захочешь сдохнуть... — сказал Хагакуре, закрывая глаза. Когда Ясухиро вот так вот прижался к Леону, он как никто другой почувствовал запах каких-то ужасных мужских духов, от запаха которых начинала болеть голова. Кажется, он вылил на себя половину всех, что у него были. Ясухиро усмехнулся своим мыслям. — Хах.. Я жалок. Просто чмо с завышенной самооценкой. Ясновидящий поднял голову на грустного Кувату. — И эй... Почему ты так близко?.. — бейсболист смущённно отвёл взгляд. Хагакуре отстранился от Леона, поднимаясь. — Почему сразу чмо? Может Саяка просто... Лесбиянка... Может ты бы и понравился ей, если бы её привлекали парни. — заметил реакцию Куваты. — Да сто процентов понравился бы! — Ты уверен? — бейсболист поднялся с злополучной кровати, и тут же притянул Хиро к себе за воротник, так, чтобы оказаться на одном уровне с ним. — И почему ты такой высокий... — Я... Я не знаю... — даже в полутьме было видно кривую улыбку Ясухиро. — Почему ты всё время улыбаешься как идиот?? — Леон свёл светлые брови к переносице, хмурясь. Но это было скорее мило, чем угрожающе. — Прямо как старикан из хентай манги... — Чё за допрос, Леон?.. Бейсболист немного ослабил хватку, запуская одну руку в свои растрёпанные волосы, смотря куда-то в сторону, видимо собираясь с мыслями. — Братан, ты меня пугаешь... — Ясухиро немного опешил. — Знаю. Повисла неловкая тишина. Неужели с Леоном такое бывает?.. Кувата поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза парню напротив с грустной улыбкой. — Ага. — Чё блять ага?! — Не ебу. — Ты ёбнулся. И это вина Саяки. А тебе станет легче от того, что это вина Саяки? Просто меня пугают твои решения, и слова, что ты говоришь последние минут десять. Даже больше чем обычно! — Да нихуя! Всё заебись! А теперь пошли отсюда. Меня эта комната уже угнетает. — Хорошо.? — Пошли-пошли! — схватил ясновидящего под руку. — Давай! Неси меня! Будем тусить под эти ебаные песни! ------------------------------------------------- Но Овада уже ушёл в неизвестном направлении, оставляя дежурного одного. Обидно. Но ненадолго Така остался в одиночестве... Прошла всего минута с ухода байкера. Така всё ещё сдерживался. Ну не плакать же ему у всех на глазах! Он же даже сам не понимал из-за чего... Но совершенно внезапно рядом с дежурным аккуратно присела одноклассница. И не просто одноклассница, а одноклассница, считающая его долбоёбом! Она конечно не говорила это, но Киётака был уверен что её мнение о нём именно такое. Киётака невольно заметил, что она сегодня была красивой. Как и всегда. Но за этой красотой скрывается много лжи и коварства, и он это прекрасно понимал. — М.. Здравствуй, Селестия. — Можешь просто Селес. Здравствуй, Киётака! — девушка повернулась к Ишимару. На её бледных щеках сильно выделялся румянец. Кажется... Девушка была нетрезва. Это же просто невозможно. Пьяная Селестия! Это же всё равно что увидеть снег посреди лета! Тупое сравнение... Даже оно не подходит. — Селес. Ты чего-то хотела?.. — Така неуверенно смотрел на Лютенберг. — Не ожидала увидеть тебя на таком... Мероприятии. — Да я сам не ожидал... — буркнул дежурный, стараясь вести себя нормально. Но язык заплетался. — Ох. Понятно. — девушка, несмотря на выпитый алкоголь, вела себя более-менее нормально. "Отлично" по сравнению с некоторыми. Откуда-то из угла выползла полуживая Эношима. О нет, кажется она приближалась к двум челам! — О! — Джунко плюхнулась между двумя одноклассниками, тут же обнимая тех за плечи. — Чё сидим скучаем?! — И как она только поместилась в те пару дюймов, что были между ними?.. В Киётакиной башке пронеслась мысль, что это было даже кстати, ведь дальше сидеть так близко с Селестией он не хотел. Слишком смущающе и страшно. Так что впервые он вроде как был рад появлению отчаянной бабы. Но одна мысль не давала покоя: И почему вместо обещанного времяпровождения с Мондо, Киётака сейчас должен сидеть рядом с Эношимой, чья грудь упиралась прямо в него?.. Лицо Селестии сейчас выражало что-то типо "Вот же бухая свинья." В принципе Киётака её понимал. — Ну что ж вы сидите тут вдвоём?! Знаешь, чё, Така... Мне больше нравилось как ты выглядишь с Мондо, а не с этой готкой колготкой! — блондинка икнула и поднялась с дивана. — Скучные вы! — фыркнула та на последок. — Наконец-то... — выдохнул ещё больше раскрасневшийся Ишимару. — Слушай... Я пойду, пожалуй. — девушка поднялась с дивана и поправила своё чёрное платье. — Хорошо... П-прости, если что-то не так... — Да нет. — Люденберг улыбнулась напоследок, и поспешила уйти. Киётака опять один. Интересно, что было бы, если бы его отец узнал, что его сын где-то час назад попробовал алкоголь, и теперь сидит пьяный и мечтает о своём "друге"? А вот и "друг"... Плюхается рядом с дежурным, отрешённо глядя на кучку других старшеклассников. — Не одной нормальной бабы. — мужская скупая слеза. — И Леона нигде нету... — Так вот же он. — Иши показал пальцем на кучку учеников, среди которых был что-то радостно орущий Леон. Кажется, те самые песни. — Ай ладно... Пошёл он нахуй... — Мондо... Он же твой друг... — Да таких друзей! Ай... Ладно... — Киётака, мне скучно... — байкер опять лёг на плечо Таки. Кажется, он вот-вот заснёт. Но нет. Никакого сна! Ещё целая ночь! — Но я не могу уйти домой... Там брат... — У тебя есть брат? Круто.. Ну... Он же твой брат... Думаю, он не будет тебя осуждать... Овада поднял измученный взгляд на Ишимару, тут же опуская его. — Осуждать может и не будет... Но угарать надо мной ещё лет десять, вполне! — Ну-ну... Успокойся... — похлопал байкера по плечу, удерживая в себе желание обнять Мондо. Чтобы он перестал расстраиваться.... — Так, Така! А ну встал!— Овада вскочил с дивана, утягивая за собой дежурного. — Мондо... Ты чё меня так тянееешь... — Да у тебя щас жопа к этому дивану прирастёт! — Реально?.. — Киётака оглянулся. — Да вроде нет... — Да пошли! Знаешь чё!? Я видел там такой ахуенный балкон! Там курить круто! — Овада кивнул непонятно куда. — Какое курить... Нельзя... — Да пошли уже! — схватил ничего не понимающего Таку и насильно потянул куда-то. Через минуту, когда Киётака вырвался из цепких рук байкера, уверяя того в том, что сам в состоянии идти, парни уже дошли до того самого балкона. Резко открыв дверь, Мондо ввалился туда, сразу глядя вниз. — Нихуя себе... Там всё это время был бассейн! — А ты что, искупаться хочешь?.. — спросил Иши, закрывая дверь. — Да не... — Овада почесал затылок, глядя на вставшего рядом дежурного. Тот посмотрел на него в ответ своими выразительными глазами. Мондо, не выдержав такого зрительного контакта, опустил взгляд вниз, шаря по карманам плаща в поисках зажигалки, и, наконец найдя её, вытащил из-за уха сигарету и поджёг её. — Хочешь? — притянул горящую сигарету прямо ко рту Киётаки. — Н-нет. Ты что! Я же не курю... — Как хочешь. — хмыкнул Овада, делая затяжку и выпуская клубы дыма куда-то вверх. В ночное небо, усеянное звёздами. Где-то далеко- далеко виднелся закат. Такой красивый... С оттенками розового и оранжевого... Но парень, стоящий рядом был красивее. А внизу были кучки подростков, абсолютно не интересующие Оваду. — Красивый закат... — протянул Така, упираясь рукам в балкон. — Прямо как ты... — Овада замолк. — Ч-что?.. — Ничего. Ты красивый. — Я?! — Киётака покраснел. — Ты видишь тут кого-то ещё!? — Н-неет... — Ну так хули.. — Овада потушил сигарету прямо об свою руку (вау), и кинул окурок куда-то вниз. — Т-ты тоже... — Хаха... Я же просто тупой баран... — Во-первых нет, а во-вторых, зачем ты потушил сигарету прямо об свою руку!? — Ишимару взволнованно подошёл к Оваде, беря свою руку в его, пытаясь рассмотреть оставленный ожог в полутьме. — Хуйня... Мне не больно... — байкер смущённо убрал руку в карман плаща. — Ты... Уверен? — Да... Сейчас два старшеклассника были в дюйме друг от друга, и это было чертовски близко. — Мондо, ты сумасшедший. Потушить сигарету прямо об свою руку. Я и так знаю, что ты крутой... — Да я же грёбаный байкер! Мы все психи! — усмехнулся Мондо. — Хах... — Така опустил взгляд, смущённо перебирая пальцы. Дежурный вздрогнул, почувствовав тяжёлую руку, что нежно трепала его волосы. Овада улыбался, смотря прямо на Киётаку. — Мондо... Мне всё-таки кажется, я гей... — грустно пробормотал Така. В мыслях Ишимару, Мондо сейчас должен был скинуть его с балкона, за одно упоминание о геях. — Это я гей! Самый настоящий! Ко мне лезет самая популярная баба в школе, а я... Эх... — Давай прекратим этот бесполезный разговор, из-за которого я краснею ещё больше! — Киётака нахмурился. — Я... Просто... Да я люблю тебя... Это... Чёрт! Это же... — уже тише продолжал дежурный. — Нельзя было так резко об этом говорить, я идиот... Овада густо покраснел. Этого он никак не ожидал. — Любишь... Меня? — Ну а кого ещё! — из-за своих ебаных нервов дежурный как всегда повысил голос. — Перестань орать... — Мондо наклонился к дежурному. Одноклассники так и стояли, опаляя друг друга горячим прерывистым дыханием и смотря друг другу в глаза. Никто из двоих не решался на что-то большее. — От тебя несёт алкоголем... — тихо сказал дежурный. — От тебя тоже... — ещё тише сказал байкер. — От тебя больше... Тут Киётака решился немного поддаться вперёд, из-за чего губы двух парней соединились в невесомом поцелуе. Мондо шумно выдохнул, дрожащей рукой хватая Ишимару за стройную талию, заставляя последнего немного изогнуться. — Поцелуй меня. — настойчиво попросил Така. Это звучало почти как приказ. От такого тона у Мондо приятно свело где-то внизу живота. Ничего не ответив, и не убирая руку с талии друга(🤣😂😅), Мондо потянулся к искусанным губам дежурного. Это был страстный поцелуй от которого сводило внизу живота, голова начинала болеть, а воздуха катастрофически не хватало. И когда уже вообще не хватает воздуха, Така отстраняется, но лишь на секунду, жадно вдыхая воздух и вновь впиваясь в губы Овады. Неправильно? Очень даже. Но кого сейчас это волновало?.. Иши понимал, что утром, если он вообще проснётся, он пожалеет об этом. Но именно сейчас нужно было выжать из этого момента всё. Байкер начинает жадно покусывать губы Таки, изучая своим языком рот дежурного, из-за чего последний успевает лишь судорожно хвататься дрожащими от удовольствия и страха руками за Мондо. Ишимару отстраняется, пытаясь отдышаться. Сейчас всё пахло Овадой. Весь воздух был заполнен им. Да на нём его грёбаная толстовка! Вот это уже реально амурные переживания. — Мондо... — Ишимару прижался к Оваде, утыкаясь носом куда-то в плечо байкера, и тут же захрапел как последний алкаш. — Блять... Нести теперь тебя... Овада, который, между прочим тоже хотел спать, схватил Таку на руки, и открывая дверь ногой понёс Иши в какую-нибудь комнату, в которой желательно не будет совокупляющихся людей. А где-то в бассейне Леон безжалостно брызгал водой в Ясухиро, Соду, и какую-то эмо девку с разноцветными волосами, при этом радостно крича что-то матное. В почти пустом (кто-то уже давно спит, кто-то уехал домой, а кто-то отсиживается в особняке) дворе с бассейном слышался звонкий смех учеников элитной школы.