Утопаем

***

— Он согласен. Выдыхаешь в трубку нудному продюсеру и скидываешь вызов, паралельно выключая интернет, и отбрасываешь телефон куда-то на пуфик около пианино, не заботясь о его сохранности, потому что понимаешь, что есть вещи намного важнее гаджета. Например, любимый мужчина, лежащий на огромной кровати и ждущий тебя в своих объятиях. Незамедлительно падаешь на мягкий матрас, чувствуя как Дан притягивает тебя к себе и кутаешься в кокон его рук, прижимаясь ближе к родному, теплому телу. — Не бурчи только, это всего лишь ещё один эфир Голоса. — лениво шепчешь, прерывая его мелкие возмущения. — Давай вот просто так полежим, я соскучилась, тебя так часто нет рядом. После этих слов Дан сразу тает и теплеет, а перспективы пробыть на Голосе ещё один эфир не кажутся такими плохими. В конце концов, именно в этом месте все началось у них. — Малы-ыш, — ласково тянет где-то в области макушки, обжигая это место, и заставляя тебя чуть ли не мурчать от нахлынувшей нежности — только ради тебя и своей вины, что я так часто пропадаю. Ты не отвечаешь. Лишь крепко сжимаешь его руку в своей, переплетая пальцы и стопами касаясь его ног в поисках тепла. Под крышей твоего дома, в твоей комнате, холодно, а от чувств хоть и тепло, но они не спасут от простуды. Конечно, Дан сразу замечает это и тянется за покрывалом в другой части кровати. Не хочешь отстраняться, поэтому ему приходится держать одной рукой твое полусонное тело, а второй со смешком укрывать тебя. — Ты уже спишь, маленькая. — с нежностью шепчет тебе на ухо и ты легко киваешь, едва удерживаясь, чтобы окончательно не заснуть. Крепче прижимаешься к Дану, перекидывая ваши скреплённые в лёгкий замок руки по другую сторону его тела. Спокойно засыпаешь, не чувствуя ничего, кроме всепоглощающей нежности и любви.

***

Он обнимает тебя и устало выдыхает 'а я говорил' — ты чуть ли не плачешь от досады за этот цирк. Честно надеялась и обнадеживала его, что в этом сезоне будет все намного лучше. А стало лишь ещё хуже, а ещё чуть стыдно. Ты видишь, что всем не по себе от глупых просьб продюсера, которые приходится исполнять. Наблюдаешь за Димой, с лица которого часто слетает улыбка, когда говорит Вова. Видишь как стыдно и неловко Наде, на которую пришелся весь удар Завадюка. Глупые шутки Олега ты пропускаешь сквозь уши, но когда он говорит 'позолотишь ручку' в адрес твоего мужчины, ты чуть ли не воспламеняешься от внутреннего гнева. Тушит этот пожар спокойный успокаивающий взгляд Дана, который красноречиво показывает, что не нужно обращать на это внимание. Тебе действительно досадно от этого всего. Кутаешься, кутаешься, кутаешься в родные объятия раз за разом, забывая про камеры и 'никто ничего', потому что только там чувствуешь себя по настоящему защищённой. Видишь, что Дан еле держится, чтобы не разрушить всю вашу конспирации, глупую на самом деле, поэтому отстраняешься раньше, чем он совершит не очень позитивную для вас 'точку невозврата — раскрытие карт'. Вы танцуете, как будто свадебный. Искренне и открыто, не скрывая вашего отношения друг к другу. Он кружит тебя, а ты смеёшься. Мимолётно оставляешь где-то на его щеке нежный поцелуй — ваш сейчас максимум, но он, и ты тоже, счастливы этой небольшой шалости вне всевидящих камер. Боже, как же сильно ты его любишь. Передаешь это чувство до него через переплетённые пальцы, мимолётный шепот на ухо и взглядом. Улыбаешься, когда улыбается он. Любишь его до трясущихся конечностей и безумства мыслей. Ты не знаешь, как выдержать последние минуты съёмок — тело просто горит от желание прижаться к Дану и не отпускать его как минимум всю эту и следующую вечность. Спасительный конец и он уже галантно помогает тебе спуститься в коридоры ностальгически любимого двенадцатого павильона. И как тебе хочется послать грубым матом того, кто забрал Дана от тебя на ещё следующие сорок минут. Горишь огнём, вспоминая знаковую песню в вашей жизни и жаркий танец под нее же на диванчике в твоей гримёрке. Уже успела переодеться, смыть макияж и отправить всю свою свиту по домам. Ждёшь. Сразу же врезаешься в Дана, как только тот закрывает дверь и чувствуешь, как сильно он притягивает тебя к себе. Непроизвольный стон вырывается из твоих уст и ты в полной мере ощущаешь, как сильно ты хотела его настоящих объятий все это время. — Поцелуй меня, пожалуйста — шепчешь ему в подбородок, мажешь губами по любимому шрамику и наконец-то чувствуешь его шершавые родные губы на своих. Тут же встаешь на носочки, притягивая Дана за плечи ближе, ещё ближе. Сминаете губы с такими остервенением и диким желанием, будто не виделись целую вечность. Выпиваете друг друга до конца, в невозможности утолить эту безумную потребность чувствовать друг друга рядом, очень близко, ближе. — Целый день мечтал это сделать. — первым отстраняется Дан, тут же припадая к желанной шее, шепчет между поцелуями. — Ты не представляешь, как сложно быть рядом с тобой. Такой красивой, такой моей до конца. Осыпает поцелуями все доступные участки твоей кожи, а ты уже полноценно стонешь он настолько долгожданных и приятных прикосновений. — Да-ан, — притягиваешь его к себе для ещё одного крепкого поцелуя, но он меняет твои планы, подхватывая тебя под ягодицы и сажая на ближайшую плоскую поверхность, сбивая все с нее одним махом. — Ах-х Его руки на твоей талии оставляют едва заметные завтра синячки — ты зарываешься чуть ли не до боли в его густые кудри. Подставляешь под поцелуи шею и изящные ключицы, уже готовая отдаться ему прямо на этом столе, в который раз уже, не страшно. Возбуждение горячими спазмами бьет по всему телу и ты с невероятной сложностью шепчешь: — Данчик, — стон. — Если мы сейчас не остановимся. — стон. — Придется остаться здесь на ещё несколько часов. — Дан отстраняется заглядывая тебе в глаза. — Хочу домой. Он снова тебя целует, уже коротко и невероятно нежно, и, обхватывая талию, быстро опускает тебя на пол. Крепко сжимает твою руку, пока ты пытаешься отдышаться от вашего мини-поцелуй-марафона и возбуждения. Вы тихо передвигаетесь по темным коридорам, на выходе сталкиваясь с радостным Вовой, который уже хотел начать благодарить за такие красивые снятые моменты, но Дан одним взглядом затыкает продюсера. Ты лишь украдкой улыбаешься действиям своего мужчины.

***

Добираетесь до вашей квартиры за рекордные полчаса и ещё в лифте начинаете борьбу за первенство в сегодняшней ночи. Дан рывком сбрасывает с тебя ярко розовую курточку куда-то вглубь комнат, как только вы закрываете за собой двери, осыпая поцелуями твою шею в рамках доступных ему участков. Падаете на широкую кровать и ты пользуясь случаем оказываешься сверху. Снимаешь с себя темную ткань толстовки, оставаясь лишь в чёрном бюстгальтере, чувствуя как руки Дана властно сжимаются на талии и ползут вверх по спине, сразу освобождая грудь от ненужного кружева. Не замечаешь, как резко оказываешься внизу, а губы Дана мокрыми дорожками спускаются вниз. Целует между грудью, мягко касаясь кожи и приближается к соску. Горячо дышит, вызывая новый виток желания от которого ты громко стонешь. Захватывает один сосок в свой плен, осторожно обхватывая его губами, вызывая у тебя ещё один громкий стон. Рука Дана еле ощутимо прикасается к второй груди от чего появляется табун приятных мурашек. Нежно ласкает языком ореол, ритмично касаясь середины горошинки, и ты уже готова кончить только от этих ощущений. Целует ниже, губами проводя по выступающим рёбрам и аккуратному животику. Ласково кружит языком вокруг пупка и ты со стоном выгибаешься в его руках. Блаженство ощущений. Море любви. Дан возвращается к твоим губам, а ты ведёшь дрожащими руками по его телу, нащупывая концы футболки. Стягиваешь ее, тут же снова припадая поцелуем на желанные губы. Тонкие пальчики перебирают мурашки на его спине и ласкают кожу, слегка царапая нежным маникюром. До безумия зависимы друг от друга. Целуетесь, целуетесь, целуетесь. Осыпаете тела друг друга желанными прикосновениями. Тоните в любви и нежности без остатка.

Утопаете без желание спасаться

.