Лучше для неё

— Это последний наш день вместе? — громко проговорила девушка, захлебываясь в слезах. Она будто кричала от боли, что принесла ей жизнь: родители, ненавидящие её за ориентацию; учёба, которая с каждым днем становилась только хуже, и любимая девушка, уезжающая из родного города не по своей прихоти, — ты уедешь навсегда?! — руки её тряслись, и все мелькало перед глазами, что невозможно было что-то разглядеть. Она, облокотившись спиной на стену, упала на пол, громко стукнувшись копчиком, который впоследствии будет болеть безумно сильно. — Прости, я не хочу покидать тебя, — произнесла девушка на другой линии так тихо, что удивительно, как та услышала её. Видимо они были очень хорошо знакомы, чтобы понять друг друга, — я люблю тебя. — Я тоже тебя… Гудок. — Нет, пожалуйста! Ответь, прошу! — начала кричать она в телефонную трубку, хотя понимала, что её не слышат, — Криста, пожалуйста… — Имир начала плакать навзрыд, словно сейчас её сердце разорвется, а она умрёт — настолько она её любила. Это была та любовь, которой любят семейные пары, существующие многие годы. Они любили друг друга, кажется, столько лет, сколько существовали. Они были знакомы с самого детства, когда ещё были малышами, бешено бегающими по площадке. Тогда Криста обожала копаться в песочнице, а Имир бегала за мальчиками, которые постоянно дергали её за косички. Однако всё поменялось, когда девочки пошли в школу: они стали лучшими подругами, и Имир всегда защищала Кристу от невоспитанных и злых детей, хотевших навредить малышке. Она была маленьким кусочком счастья, которое, почему-то, Имир всегда хотела оберегать. И продолжилось это на многие следующие годы, когда они начинали взрослеть. Кажется, они наоборот должны были увлекаться мальчиками, а не друг другом, но судьба решила наоборот. Будучи в возрасте 14 лет, они поцеловались в школьной кладовке, как в очередном глупом фанфике, но им казалось это необычным. Девушки не знали, к чему это может привести и просто продолжали жить так, как им велело сердце. Но у каждой счастливой истории может быть плохой конец: это было не вечно. — Криста, ты меня сейчас задавишь! Ты моей смерти хочешь? — в шутку спросила Имир, девочка с веснушками, уже пользовавшаяся популярностью среди мальчиком, но, к счастью, они её не интересовали: её предметом обожания была Криста, хоть это она ещё не конца и осознавала. — Прости, Имир, — смутилась блондинка, почесывая свой маленький аккуратный носик, и слезла с колен подруги, — я больше не буду садиться на твои колени! — то ли с какой-то гордостью, то ли с грустью сказала Криста, смотря в глаза брюнетки, потягивающейся на стуле. — Да ладно тебе, садись обратно! — улыбнулась Имир, зовя своими руками к себе подругу, которая уже впала в отчаяние, что снова что-то сделала не так. Почему-то Криста часто себя так чувствовала, когда даже вина была не на ней, а на ком-то другом. — А тебе не будет больно? — поинтересовался заботливая девочка, снова забираясь на коленки брюнетки. В тот же миг Имир крепко обняла блондинку за талию, прижимая к себе. Хоть и были они тогда ещё маленькими, но что-то внутри каждой из них начинало щёлкать и предупреждать, что они буду не обычными подругами. — Моя любимая Криста, ты самая лучшая! — смеялась Имир, начиная щекотать шею девочки, отчего та улыбнулась, так как не боялась щекотки. — Ты забыла сказать кое-что, — застеснялась блондинка и слегка прикрыла глаза, чтобы брюнетка сразу обо всем догадалась. — Да, да, я тебя люблю, Криста, и никогда не отпущу, ведь ты моя самая лучшая подруга!

***

— Кристина, твою мать, откуда ты умеешь целоваться? — спросила Имир, держа щеки возлюбленной так аккуратно, что любой тактильный человек позавидует. — Я училась у лучших, — гордо произнесла блондинка, ожидая привычного допроса от брюнетки, наподобие «Кого это ты имеешь ввиду?», «У тебя кто-то был кто-то, кроме меня?» или «Ну и почему ты мне не рассказывала?». Криста будто хотела, чтобы Имир ревновала её к пустому месту, хотя ей это удавалось, так как брюнетка любила её настолько, что каждому становится плохо от такой избытка любви. — Да? — ухмыльнувшись, спросила Имир и тут же взяла руки возлюбленной в свои и поцеловала ещё раз, но уже гораздо настойчивее, будто требуя что-то в ответ. К её же счастью, Криста имела возможность ответить тем же, и поэтому у них был бузумно прекрасный поцелуй, о котором может помечтать каждый, кто никогда не целовался. Тяжелое дыхание, тесная кладовка и странные звуки, выходящие из долгих поцелуев — это помогало не останавливаться девушкам. Скоро звонок на любимую алгебру, а им просто хотелось быть вместе, быть ближе, пока это было возможно. — Я буду любить тебя вечно, — произнесла Имир, останавливая сладкий поцелуй, который обеим девушкам так пришёлся по вкусу, что останавливаться не хотелось. — И я тебя, не перестану любить, — на ушко прошептала блондинка, что брюнетка чуть ли не крикнула от столь нежного голлса любимой, — нам пора. — Последний раз, милая, — приобняв одной рукой за талию так нежно, Имир снова поцеловала Кристу, а второй проводила по её щеке. — Пойдём уже! — чуть ли не задыхаясь попросила блондинка, так как прозвенел звонок, а учитель по математике ждать долго не будет, чтобы поставить «2». — А то что, ты возбудилась, будучи рядом со мной? — усмехнулась девушка, открывая дверь кладовки, около которой, к счастью, никого не было. — Да с тобой… — начала говорить Криста и могла бы продолжить, если бы Имир не смотрела неё, — с тобой и не такое случится. — Мы поговорим потом с тобой, — послав воздушный поцелуй девушке, девушка взяла возлюбленную и потащила на урок, так как нужно было торопиться.

***

— Криста, пожалуйста, ответь! — Имир снова и снова набирала, надеясь, что любимая ей ответит, но все ее попытки были тщетны, — чёрт, что такое? Почему она не отвечает? — она встала, оставив телефон на полу, и со всего размаху ударила кулаком по стене. Тут же по нему полились небольшие струйки алой крови. Такое ощущение, будто еы стало хоть немного легче от проделанной боли. Брюнетка смахнула рукой все слёзы. " — Ты правда это делала? — расстроилась Криста, сидя на подоконнике в школе. — Да, я просто не знала, как унять боль. — даже не договоря, она сразу услышала голос возлюбленной, которая уже казалась не только грустной, но и слегка злой, хотя этой злости ей только занимать. — Это был точно не единственный способ! Ты ведь могла обратиться ко мне, разве нет? — начала Криста, даже не дав вставить слово девушке, — а вообще не делай так больше. Твои руки я бы хотела видеть без шрамов. Конечно, я буду любить их хоть какими: пусть они будут даже все в крови, но я не хочу, чтобы ты страдала. Я хотела, чтобы ты была счастлива! " " Она хотела, чтобы я была счастлива, — подумала Имир и улыбнулась сквозь, кажется, вечные слезы, лившиеся бесконечным потоком, — я справлюсь, как и она».

Спустя 10 лет

— По-моему, мы не знакомы, — произнесла девушка, стоящая вместе с незнакомкой около входа в торговый центр. — Но мне показалось, что я вас где-то видела, — будто пытаясь вспомнить что-то, что было потеряно совсем глубоко в пямяти, то, что невозможно отыскать, если это не дело срочной важности. — Извините, но я тороплюсь на встречу, — протараторила первая из девушек, набирая номер на телефоне, дабы позвонить, как только она отойдёт от собеседницы. — Криста, это ведь ты… — начала брюнетка, начиная улыбаться. — Простите? — переспросила она, удивляясь, будто совсем не понимала, что происходит. В этот момент внутри Имир всё рухнуло, ведь она никак не могла обознаться. — Я Имир, ты Криста, мы жили в одном городе, — не переставала добиваться своего девушка и уже полезла в сумку, чтобы попробовать что-то отыскать. — Я тороплюсь, извините, — произнесла Криста и быстро убежала от собеседницы, пока та продолжала что-то судорожно искать, будто от этого зависела судьба всей жизни. «Так будет лучше и для неё, и для меня.»