Очарование

Дверь издаёт тихий скрип, когда закрывается за очередным посетителем, а колокольчик издаёт пару коротких тихих звонов. По окну бегут мокрые дорожки, которые сливаются в более крупные и продолжают путь в самый низ. Чонгук лениво провожает взглядом одну из капель, которая сливается на своём пути с другими. Хочется закрыть глаза и опустить голову на стол. Сна катастрофически не хватает. А всё из-за того, что он кичится своей силой и независимостью. Жить отдельно хочет! Ну вот и получается, что днём на пары, а ночью до утра работать. Спать некогда. Ну и как же не сходить в клуб с одногруппниками и не напиться до состояния рыгало? Да и альф он любит очень даже сильно, ну как любит… Берёт от жизни всё. Чонгук не может отказать себе в расслаблении. Иногда доходит до такой кондиции, что может начать срываться на всех подряд. Работа, дедлайн по проектам горит, родители со своими женихами. Сдались ему эти женихи, одному хорошо. И пофиг, что на живого человека скоро похож не будет. Есть один очаровательный альфа, который боится бросить взгляд на Чонгука. Что очень обидно, к слову! Омега его младше на один курс, а тот, наоборот, ведёт себя как малолетка с комплексом неполноценности. Стоит Чонгуку пройти мимо и бросить заинтересованный взгляд, как лицо альфы пунцовеет, и он старается отвернуться или вовсе скрыться за дверью аудитории. Имя личному недостижимому и непробиваемому соблазну Чонгука — Ким Тэхён. Третьекурсник, который у омеги уже в печёнках (а во влажных мечтах и в заднице) сидит. Чонгук уверен, что притяжение здесь двусторонее. Не просто так же альфа взгляд опускает. Это божество ходит в классических штанах, носит мягонькие кофты и длинные рубашки. Чонгук влюблён в его стиль, хотя сам похож на чёрную точку. Безусловно, сексуальную и горячую чёрную точку. Но Тэхёна хочется касаться, его хочется обнимать и целовать. При мыслях о Тэхёне Чонгук не испытывает похоти. У него только сердце ходуном заходится. Чонгук мог бы сам подойти и сказать, мол, засоси меня уже. Но так неинтересно и слишком просто. А Чонгук не любит, когда просто. Ему этого «просто» в клубах хватает. Там напиваешься, хватаешь альфу за яйца и идёшь шпехаться за углом в тёмном коридоре. С Тэхёном хочется не так. Чонгук уверен, что у альфы натура нежная и мягкая, что он начитанный и вежливый до космоса. А ещё красивый до одури и сильного головокружения. С ним не может быть дико и бесчувственно, как с другими. Чонгуку хочется, чтобы Тэхён подошёл сам. Возможно, тот стесняется и считает себя непривлекательным, потому что за задницей Чонгука бегают табуны альф и бет, а иногда и тайных омег. Только для Чонгука он Бог, которому омега готов поклониться. Неважно, есть ли у альфы пресс, крепкие бицепсы и огромный член. Чонгук его хочет, но во всех смыслах. Посидеть вместе на перемене, сходить на обед, погулять, подурачиться. Хочется всей этой романтики, а не простого секса. С вероятностью в сто процентов секс с Тэхёном будет самым лучшим. Чонгук не похотливая задница, просто размышляет так, словно они уже встречаются. Он любит секс, но при этом с бьющимся в конвульсиях сердцем мечтает о том, чтобы подержаться с Тэхёном за руку, лечь спать в обнимку или приготовить вместе завтрак. Чонгук готовить не умеет, но почему-то уверен, что у Тэхёна это получается гораздо лучше. Почему уверен? Просто так бывает, когда долго наблюдаешь за кем-то, то невольно выстраивается портрет в голове. У Тэхёна красивые руки. Чонгук подметил это, когда они впервые встретились в столовой. Людей было слишком много, столики были заняты под завязку. Поэтому Чонгук сел напротив незнакомого ему альфы, который сидел в компании своих друзей. От первого взгляда у Чонгука в животе всё в узел завязалось. Такой тяжёлый, глубокий и чертовски красивый. Омега даже успел представить себе, какой Тэхён в гневе. Лучше бы не представлял. Ему немного сложно управлять своим организмом и феромонами, так как первая течка началась слишком поздно. Когда альфа взял палочки, чтобы поесть лапшу, Чонгук невольно залип с поднесённым кусочком мяса к губам. Господи боже мой. Пальцы такие длинные и красивые. А пара колец были отдельным выстрелом в сердце. Чонгук не то чтобы трахается на каждом углу и много, нет. Просто иногда, когда смотреть на скромняшку-обаяшку слишком тяжело и невыносимо, ему хочется сбросить это напряжение. Настоящий красочный оргазм он не получил ни разу. Догонялся дрочкой после того, как альфа кончил. Это, безусловно, расстраивало. Бросив взгляд на настенные часы, Чонгук стягивает с шеи ленту бейджика и кидает на полку под столешницей. Если он закроется ровно в десять, то дома успеет поспать на пару часов больше. Поэтому сейчас Чонгук решает пересчитать выручку и сверить товар. Расхаживая между стеллажами и поправляя упаковки товаров, он задумывается о том, сколько ещё ему ждать. Год уже прошёл. Год! Целый год тяжких вздохов Чонгука. Целый год краснощёкого Тэхёна. Чонгук решил для себя: если до нового года Тэхён не сделает первый шаг, то придётся брать замок штурмом. Он не принцесса, а Тэхён не рыцарь. Чонгук далёк от старых стереотипов и не против сам завоевать альфу. Просто его натура не позволяет. Тихо шепчет, чтобы немного подождал. А вдруг Тэхён сам подойдёт. — Вдруг бывает только пук, — бурчит себе под нос Чонгук и закрывает кассу на ключ. — Придётся всё самому. Но он такой милый медвежонок, что всё простительно. Тихо хохотнув, омега смотрит на время и подмечает, что уже десять часов и можно закрываться, пока какой-нибудь придурошный клиент не заявился за сигаретами или пивом. Дверь открывается неожиданно и резко. Чонгук не успевает ничего понять, как около стойки вырастает высокая фигура в маске и кепке. В руках у парня нож, острие которого направлено аккурат в шею Чонгука. — Серьёзно? Здесь продаж с гулькин хер, — тихо усмехается Чонгук и чуть наклоняется, чтобы заглянуть под кепку. — Срать, вываливай всё, что есть, — голос вызывает миллионы мурашек на спине. Чонгук, кажется, слышал его на университетском радио. Омега медленно поворачивает ключ, а после резким движением руки сбивает кепку с головы альфы. Секундно заглядывает в глаза и подрывается вперёд. Чонгук хватает дёрнувшегося было назад альфу за затылок и тянет на себя. — Сдавайся, Ким Тэхён, ты попался, — шепчет в самые губы тихо так, а после стягивает маску и целует. Свершилось долгожданное! Губы у Тэхёна чертовски мягкие, они с привкусом каких-то ягод. Пользуется бальзамом, значит. Радует, что не оказывает сопротивления. Краем уха Чонгук слышит, что альфа опускает нож на стол. Омега из-за этого чуть ли не мурлычет в поцелуе. А когда тёплая ладонь скользит по руке и достигает щеки, то омега несдержанно скулит в губы Тэхёна и отстраняется. — Как ты узнал меня? — тихо спрашивает Тэхён и смотрит в глаза Чонгука, который пытается ухватиться за реальность. — По глазам. Я в них давно влюблён, знаешь, — очаровательно склоняет голову набок и растягивает губы в довольной улыбке. Получил то, что хотел. — Что это было вообще? Я не думал, что ты такой плохой, — и дуется как маленький ребёнок, словно узнал самую грустную вещь на свете. Тэхён ведь для него само совершенство! — Это… Я… Просто… Ты сильно испугался? — смотрит встревоженно и поспешно прячет нож в свой рюкзак. — Я не задел тебя? Чонгук смеётся звонко и громко. Закидывает голову назад. Ему так смешно с этого милейшего лица. Стерев слезинки с уголков глаз, омега обходит столешницу и проходит мимо альфы. Закрывает дверь на ключ. — Мистер, вы арестованы. Не отпущу, пока не услышу объяснения, — складывает руки на груди и подходит ближе. Ещё один шаг, и Чонгук попадает под волны запаха Тэхёна. Как у этого очарования может быть такой аромат? Вино и нотки вишни. Тэхён мнётся на месте и стыдливо опускает взгляд. Ему жарко и пить хочется, а ещё признаться Чонгуку в том, что утаивал так долго. — Ох, очаровашка, — покачав головой, Чонгук берёт альфу за руку и уводит в подсобку. Там есть стол для обеда, а также диван и множество коробок. Что самое главное, здесь нет камер. Чонгук молча наливает в кружку воды и протягивает Тэхёну, чтобы тот мог успокоиться и снять напряжение. — Я не хотел грабить тебя и пугать, — выпив залпом всю кружку воды, Тэхён опускается на край дивана и зачесывает свои красивейшие и милейшие волнистые волосы назад. Смерти Чонгука хочет, что ли? — Не знал, как подойти к тебе, ты ведь такой неземной, можно сказать, популярный. Около тебя всегда много людей. Мне было неловко подходить. Я ведь как тот самый герой из фильмов — непримечательный парень. Тэхён поднимает взгляд на Чонгука и задерживает на глазах. Видит там умиление и лёгкие смешинки. Нет там насмешки или презрения, что ожидал альфа получить на своё признание. — Идея пришла в голову моему другу. Я боялся просто подойти, вот и решили мы устроить это, — вздыхает протяжно и голову опускает стыдливо обратно. Боже, он такой прекрасный. Чонгук хочет выйти за него замуж. — Нам показалось, что это не банально. Мне было сложно просто подойти и признаться тебе в том, что ты мне нравишься. — Какой же ты дурак, Тэхён, — тихо смеётся Чонгук и подходит к альфе. Перекидывает ногу через его бёдра и садится на колени. Кладёт руки на щеки и поднимает голову. — Ты мне нравишься уже как год. Я всё ждал, когда же решишься. И вот, дождался. Возможно, я веду себя немного дерзко и по-сучьи, но я ведь омега! Мне простительно. Простительно ведь? — вновь мило склоняет голову набок и рассеивает всю ту ауру дерзкого омеги, которую сохранял до сегодняшнего дня. — Я правда дурак, — тихо говорит Тэхён и хлопает ресницами, зачарованно смотря в глаза омеги. — Поцелуешь меня? Пожалуйста, хочу, чтобы ты поцеловал меня, — щенячьи глаза — это его всё. Зачем вести себя резко и недоступно, когда вот уже сидишь на коленках своего обожания? Тэхён целует. Обвивает своими невозможными руками тонкую талию, тянет к себе ближе, из-за чего Чонгук коленками проезжается по дивану. Их животы соприкасаются, а языки, по инициативе Чонгука, сплетаются. Омега вжимает Тэхёна в спинку дивана и тихо скулит, потому что чувствует, как альфа стискивает его руками крепче, словно сам этого давно ждал. Ждал, конечно же! Сам же признался, боже. Поцелуй такой мягкий, нежнейший и приятный, что у Чонгука покалывает всё тело от кончиков пальцев ног до макушки. Он словно превращается в крольчонка, мех которого наэлектризировался и готов издать искру. — Прости, что порчу такой момент этим, но я за всё время, что проводил с другими альфами, ни разу не получил оргазм, — щёки Чонгука невольно краснеют, когда он видит лёгкую понимающую улыбку. Ну нельзя быть таким! Тэхён его всеми своими действиями подкупает невозвратно. — Ты хочешь, чтобы я это исправил? — мягко и до сотен мурашек сжимает талию Чонгука. Тэхён не осуждает нисколько. Ему и самому тяжело было смотреть на Чонгука весь этот год. Просто боялся слишком, стеснялся. А после нескольких позорных побегов и вовсе стало стыдно подходить. Он не закомплексован, но уверенности ему не хватает. Слова Чонгука его не смущают и не вгоняют в красноту. Даже самый скромный человек однажды трогал себя везде. И Тэхён в этом плане не исключение. Дрочил ли он? Много раз. На Чонгука? Только с мыслями о нём. Никогда не открывал фотографию и не делал этого с ней. Только в мыслях. Чонгука хотелось. Но не так, как у многих других альф. Не членом. Тэхёну интересно, каково проводить с Чонгуком время. Гулять, смотреть что-то, завтракать. Он наблюдал за ним, когда Чонгук был в зоне видимости. Не раз замечал, как скучает Чонгук во время разговоров об альфах, вечеринках и шмотках. Тэхён помнит один недавний взгляд Чонгука, который и подтолкнул к действиям. Тогда альфа вновь скрылся за дверью аудитории, но выглянул зачем-то. И увидел, как омега оглядывается в его поисках. Печали в глазах было море. — Знал бы ты, насколько сильно я этого хочу, — кивает несколько раз головой и тычется лбом в плечо Тэхёна, окунаясь в объятия. Это так приятно, оказывается. Не зря ждал мучительный год. — Но здесь нет душа, чтобы помыться, а я работал восемь часов. – У меня есть влажные салфетки с собой, — тихо говорит Тэхён и зарывается пальцами в волосы на затылке Чонгука. Не знает правда, показалось ему это мурчание или нет. — Что? — Позволишь позаботиться о тебе? — отстраняет от своего плеча омегу и заглядывает ему в глаза Тэхён. Мягко касается тыльной стороной ладони щеки и улыбается настолько нежно и с обожанием, что у Чонгука поджимаются пальцы ног. — Тебе можно всё. И этого вполне достаточно, чтобы Тэхён мягко опрокинул омегу на диванчик и навис сверху. Альфа заботливо убирает чёлку со лба Чонгука и наклоняется, чтобы оставить поцелуй на линии челюсти. — Я бы пригласил тебя ко мне домой, но там сегодня Юнги, в говно напившийся, дрыхнет, — выдавливает из себя объяснения Чонгук, чтобы Тэхён не подумал, что он готов раздвигать ноги где угодно и когда угодно. — Не переживай, очарование, меня ничего не смущает, — говорит между поцелуями, из-за чего кожа Чонгука чувствует горячее дыхание и покрывается мурашками. Чонгук спускает одну ногу с дивана, чтобы не сдавливать коленями Тэхёна. Он послушно приподнимается, когда альфа начинает снимать с него кофту, и мурлычет довольно от тёплых рук на своей коже. Если бы он был маслом, то давно бы расплавился от жара тела Тэхёна. На удивление Тэхён не кусается, он помечает кожу только поцелуями и влажным языком. Всё нежно и приятно, без животной страсти. Это подбивает и выносит за границы разума. Чонгук даже упускает момент, когда остаётся полностью нагим, а Тэхёна рядом нет. Альфа возвращается на диван с влажными салфетками. Достаёт пару штук и скидывает упаковку на пол, чтобы не мешала. Салфетка холодная, но не пропитана влагой излишне. Своей широкой ладонью Тэхён водит по телу, наклоняется и целует, чтобы разорвать этот мучительный взгляд. И пока Чонгук жалобно и довольно скулит, альфа опускает руку с салфеткой ниже, не касается члена, а скользит между разведённых ног. Даже сквозь тонкую салфетку можно почувствовать насколько там горячо и влажно. Сменив её, Тэхён натягивает ткань и накрывает головку члена Чонгука, из-за чего омега дёргает бёдрами и поддаётся вперёд. Тэхён нежен и аккуратен, но не упускает возможности немного потомить ожиданием и выжать соки из Чонгука, который так покорно ему открывается. Губами ловит сладостный стон, когда натянутая салфетка надавливает и скользит по головке члена. Она насквозь пропитывается предэякулятом, благодаря чему скользит гладко и не натирает нежную кожу. Разорвав поцелуй, Тэхён влажной дорожкой спускается ниже, берёт Чонгука под коленкой и закидывает ногу себе на плечо. Целует внутреннюю сторону бедра несколько раз и впервые позволяет себе укус. Не болючий, скорее игривый. Но на Чонгука действует сокрушительно. Его член дёргается, а с уст слетает приглушенный стон. Когда губы Тэхёна касаются там, то Чонгук зажимает рот ладошкой и невольно разводит ноги шире. Он чувствует себя надёжно и в нужных руках, потому что Тэхён крепко сжимает бедро своей ладонью. Влажный, горячий и проворный язык толкается внутрь, но даже обычного касания достаточно, чтобы Чонгук метался по диванчику и стонал жалобно. Он старается расслабиться, чтобы язык проник глубже, но зажимается обратно, когда в него осторожно, но глубоко проникает палец. Он длинный и тёплый, скользит без затруднений. А ещё находит простату почти сразу, мягко касается. Вновь язык ласкает чувствительную кожу и вызывает круги перед глазами. А в нём всего лишь один палец! Тэхён не заставляет омегу мучиться и изнывать от ожидания дальше. Добавляет второй палец и разводит их, расстягивает мышцы. Языком проникает между них. Не то, чтобы Тэхён делал это раньше. Но он и не девственник. Просто римминг делает впервые. Он много изучал и даже смотрел, как сделать всё правильно и доставить партнёру небывалое удовольствие. А Чонгуку его доставить хотелось. В своих влажных мечтаниях он давно представлял, как закинет ноги Чонгука себе на плечи и хорошо поработает языком. Резко дёрнувшись, когда добавился третий палец и стимуляция простаты стала более активной, Чонгук впился пальцами одной руки в обивку дивана и простонал так громко. Его тело бросило в крупную дрожь, член дёрнулся пару раз, а после белёсая жидкость оказалась на животе. Омега дышит рвано и быстро, его слегка трясёт, а в уголках глаз выступили слёзы. Он получил такой оргазм, о котором раньше мог только мечтать. Голова Тэхёна всё ещё между его ног, а пальцы глубоко внутри и надавливают на простату. Большой палец массирует с внешней стороны. Вот, что Чонгук не понял сразу. Эта картина сводит его с ума. — Очаровашка, всё хорошо? Просто заткнись, думается Чонгуку, когда он убирает руку со рта и кивает несколько раз. Его всё ещё мелко трясёт, но он в предвкушении большего. Его вновь кроет, когда он видит, как эти невероятные длинные пальцы раскатывают презерватив по члену. Длинному, с крупной головкой, который готов довести Чонгука до безумия. Чонгук притягивает альфу к себе за шею, вовлекает в поцелуй и чувствует, как сгорает всё внизу от ожидания. Он течёт так сильно, что даже сам удивляется. Вот он, показатель того, насколько сильно Тэхён его заводит. Когда Тэхён проводит ладонью между ног Чонгука и собирает смазку, омега притягивает его к себе ближе и скулит опять так жалобно и просяще. Тэхён стонет в рот Чонгука сдавленно, стоит проникнуть только головкой. Двигается плавно и постепенно, чтобы омега мог почувствовать всю нежность и обожание. Весь трепет и желание альфы доставить удовольствие. Чонгук разрывает поцелуй, когда Тэхён входит полностью. Из-за стимуляции простаты тело вновь бьёт крупной дрожью, член сочится предэякулятом, а горло саднит от громких стонов. Даже движения у Тэхёна аккуратные и плавные. Чонгук не чувствует этих звериных шлепков о задницу, когда альфа втрахивает его. Только мягкие поглаживания ладонями. Пальцы Тэхёна то сжимают соски, то скользят по рёбрам. Одна рука останавливается на члене и сжимает его под основанием, вынуждая Чонгука сжаться, а Тэхёна — прорычать от неожиданной узости. Тэхён нежно ведёт рукой по ноге Чонгука, касается губами лодыжки, а после прикусывает тонкую кожу. Относится к Чонгуку как к чему-то хрупкому и ценному. Тэхён чувствует себя покорителем чего-то важного и дорогого, недостижимого. Как пират, который достиг своей цели — захватил замок и принца. Раньше секс казался Чонгуку чем-то обыденным и скучным. Он нужен был только для снятия напряжения, не более. Но сейчас, когда Тэхён возвышает его к небесам своей лаской и нежностью, Чонгук понимает, что это нужно делать не с кем попало, а с обожаемым душой и сердцем человеком. Потому что ощущения другие. Потому что второй оргазм накрывает стремительно быстро и мощно. Чонгук выгибается дугой и чуть ли не кричит, когда Тэхён прижимает его к себе и тугим кольцом водит по члену омеги, доводя его до вскриков. Омега притягивает его к себе обратно, целует в губы и скулит, когда альфа вновь начинает двигаться, чтобы кончить. Их запахи — это что-то убойное. Вино смешивается с лилиями Чонгука и бьёт беспощадно. Уже после, когда они тяжело дышат и улыбаются друг другу, как довольные коты, Тэхён поднимает с пола пачку влажных салфеток и бережно обтирает Чонгука. Целует его в тазовую косточку и даже немного смущается, потому что волна возбуждения и смешанных запахов спадает. — Я вызову такси, — Тэхён сидит на диване и вертит в руках телефон, пока Чонгук поправляет одежду и заканчивает с закрытием магазина. — Ты же теперь мой, знаешь об этом? — серьёзным голосом спрашивает Чонгук и накрывает ладонью телефон альфы, чтобы тот поднял на него свой взгляд. — На сто дней наших отношений поставишь мне метку. Я не хочу, чтобы ты отдал меня кому-то. Хочу чтобы все знали, что я занят. Занят тобой. Меченый тобой. Хочу носить твой запах. — Всё, что пожелаешь, очарование, — тихо смеётся Тэхён и игриво чешет подбородок омеги. — Очарование? — Теперь моё очарование. — Боже, ты такой милый! Это сводит меня с ума! — Чонгук тихо пищит, а после падает на диван рядом с Тэхёном и обнимает его крепко-крепко. — Ты мне так нравишься, знаешь. — Знаю, потому что ты тоже нравишься мне, Чонгук.