Чай и отравленное печенье

Черная низенькая машина, словно прибывшая из прошлого века, ехала по трассе опаляемая лучами солнца. Если вы это читаете, то, наверно, хоть немного заинтересованы в сюжете, итак, в машине ехали не случайные люди, а семья Брюсов. Среди них был мужчина в черной шляпке, он сидел за рулем и глядел на дорогу. Рядом сидела блондинка, она же была среднего возраста. Ее белые локоны обдувал ветер, от чего волосы парили вокруг ее головы, словно нимбы, это не самый подходящий головной убор для этой особы, ей бы скорее подошли змеи вместо волос (на такой случай она надела черные очки). Сзади сидела не то девушка, не то парень, хотя, скорее она была мужеподобной девушкой. Она сидела у окна в тепло-розовом костюме в красноватую клетку. Волосы ее были… не были, у нее были сбриты волосы по бокам головы, а сверху лежала ярко-красная шляпка из волос, вьющихся по всей длине. Она тщательно их зализала, но некоторые пряди умудрялись падать вниз и пушиться, как у младенца. -Голова болит от этой жары…- наконец пожаловалась блондинка и начала обмахиваться какой-то книгой, изрисованной позолоченными узорами. -Жары? Тебе ли бояться жары? -с иронией спросила девушка сзади и не сумела скрыть издевающуюся улыбку. -Тут она другая… Дышать тяжело, не то, что дома. Там жара скорее приятная…- отметила блондинка и как-то мечтательно отвела взгляд. -Люди зовут это «обморок», сейчас ты в него упадешь, — сказал мужчина, глядя на дорогу и тоже несколько улыбнувшись. -Упаду? Ты хоть знаешь кому это говоришь? Я не падаю, — отрезала женщина и высунула лицо за окно, пытаясь освежиться. (Вообще, вам, наверно стало интересно, как так вышло, что она никогда не падает, но, боюсь, донести я эту информацию до вас — вы бы могли просто потерять интерес к этому персонажу. Мне это не нужно.) -Долго нам еще? -поинтересовался мужчина. — Уже и правда душно. -Ждун, у нас компания, — сказала блондинка и помахала кому-то рукой из окна, при этом смело высунувшись чуть ли не по пояс. -Черти, — фыркнул шляпник и затормозил машину, его зрачки сузились и потеряли прежнюю доброту. Стоило машине остановиться на обочине, как к ним подъехала еще одна насыщенного кровавого цвета. Подъехавшая машина мучительно кряхтела и почти разваливалась на ходу. К ним вышел парень подозрительного вида с красными глазами и разными зрачками. Его волосы торчали в стороны, а от одежды несло неясным запахом гнилых яиц или еще чего похуже. Он подошел к окну водителя и заглянул в машину. --Куда это вы двое намылились? — сипло спросил он, проницательно глядя на водителя проницательным взглядом разных зрачков. Сторм оглянулась назад — заднее сиденье было пусто. -Это все Люци, послал нас по работе, — ответил мужчина в шляпке. — Мы тут, знаешь ли, способствуем твоей активной работе. -По работе, говоришь… — повторил парень смутного вида, хищно глядя на женщину. — Все еще работаете над воротами для Люци? Водитель кивнул. -Чо смотришь, отброс? — грубо спросила блондинка, взмахивая руками, покрытыми кольцами и браслетами. -Да так… думаю, сколько будет стоить все твое золотишко, — спросил тот и оперся о окно локтями, водитель невольно отодвинулся от него и задержал дыхание — аромат был невыносимый. -Зубы решил сделать на старости лет? Тебе нечего делать в Провансе, — сказала блондинка и показала белоснежный оскал, — пока что… Подозрительный отошел от их машины и посмотрел на свою: «Поликсена с вами?». Оба пассажира первой машины высунулись из окон и увидели, как на заднем сиденье машины наркомана сидит та самая рыжая девушка вместе с каким-то парнем. Эту юную леди я назвала бы суккубом, не влияй это на сюжет, но увы она из другой оперы, хотя суть того, к чему все шло на задних сидениях, была та же. -Дура, как она меня [утомила]! — сказала блондинка и стремительно пошла к машине наркоши. -Отдашь его? А то не охота самим кого-то ловить, — предложил мужчина в шляпе, пока дамы устроили разборки у разваливающейся машины. -Я за бесплатно не работаю, — ответил наркоша, а после некоторой паузы добавил -Ты мою цену знаешь. Тут мужчины обратили свои взгляды на девушек. Сторм с упорством вытаскивала из машины более молодую спутницу, которая шипела: «Отпусти меня, женщина!». Они чем-то напоминали сцепившихся в драке змею и кошку. -Что ты устраиваешь? Нечего тебе увлекаться романами с хрен знает кем! — ответила женщина. -Да [не важно]! Все равно скоро все мы сдохнем! — прошипела девушка в костюме и вырвалась из когтей блондинки. -Джессика, все хорошо? — высунулся из окна тот самый парень. -А с тобой мы потом поговорим, — вмешала блондинка и взяла за плечо Джессику. — В машину. Выдав своими губами с растертой помадой нецензурную лексику, рыжая пошла обратно в свой автомобиль, попутно нашептывая проклятья. У машины она приветственно махнула наркоману, после чего упала на заднее сидение своей машины. Ох, а в какую ярость впала Сторм, когда узнала цену их благополучного пребывания в Провансе, с её гневом мог сравниться лишь гнев Посейдона во времена ковчега. Но плата все же была внесена, ей стали многочисленные кольца валькирии. *** Всего в нескольких километрах от них стоял небольшой белый дом с рыжей крышей и бирюзовыми створками. Это был стандартный французский домик. Одна француженка, кстати, направлялась к дому. Я не буду тратить ваше время на описание ее внешности (хотя эта леди очень важна для сюжета). В общем у нее было черное каре, огромные серьги с рыжим художником и романтичный образ в кофейных тонах. Девушка несла на плече деревянную коробку с ремнем, вышитым узорами растений и цветочков. В руках у нее был планшет, который всеми своими зажимными силами держали лист бумаги. Она неторопливо скакала вдоль тропы, мимо благоухающих кустов каких-то белых растений, кроме них там было ещё сотня другая цветов, но перечислять все скучно для тех, кто в цветах не разбирается. Для тех же, кто претендует на место флориста скажу так: тамошние деревья, растения и прочие зелёные братья имели приятное и теплое значение. Девушка прошла к саду, а затем зашла в дом с бирюзовыми створками с заднего хода. Дом имел белый цвет и множественную лепнину вокруг окон. Внутри ее ожидал ледяной пол и жужжащий вентилятор. По заднему коридору девушка вышла в зал, где сидел взрослый мужчина с газетой в руках и внимательно что-то читал. -Опять эти твои газеты, на вот, настоящая литература! — прохрипел старушечий голосок и из главного холла, проходя через стеклянные двери, зашла пожилая женщина с толстенной книгой в руках. -Мам, ты же знаешь, что я не люблю русскую литературу, — твердо сказал мужчина. -Даже твоя дочь прочла, — закатила глаза женщина. -Мааам, — мучительно протянул мужчина и отвел свой взгляд от газеты, заметив еще одну гостью. — Опять рисовала? -Да, лаванду, — кивнула девушка с каре и прошла наконец в гостиную. -Опять ты пачкаешь листы, Ева! Покажи хоть, — проворчала женщина. -Лист еще не высох, — натянуто улыбнулась девушка и направилась к лестнице. -Какое лицо состроила! Воспитай наконец свою дочь, Базиль! Говорю тебе, как мать, в неполных семьях растут только преступники, — громко ворчала старуха, вызывая этим лишь отвращение. Девочка с каре поднялась на второй этаж и завалилась в свою комнату. Помещение было крупно, в углу стоял шкаф, девушка подошла к нему и распахнула дверцы, с прибитыми к ним винтажными зеркалами. Француженка тихо радовалась, что стены этого дома почти не пропускали голоса ругани ее отца и бабушки и параллельно снимала с себя вспотевшую одежду. Когда она в очередной раз кинула свою одежду на кровать, что стояла рядом, то из-под фисташкового постельного белья донесся тонкий и недовольный «Мя-я-яу». -Мсье Черри? — усмехнулась девушка и откинула одеяло в сторону. Под одеялом сидела недовольная черная масса шерсти и жира, которая огромными, совиными глазами глядела на девушку. Кот еще раз повторил, что он недоволен и выпрыгнул на пол. Тогда девушка полностью разделась и прошла по комнате, забитой мольбертами и вазами с крупными растениями вроде фикуса и маленького цитрусового дерева и монстеры (википедия, спасибо). Почти у самого окна был проем без двери, за которым находилась небольшая ванная комната со всеми удобствами. Девушка начала принимать душ, когда кот, прогнанный ею из-под одеяла, запрыгнул на подоконник и осторожно прошел к его краю, не задевая брюхом ни единого горшка вокруг и поглядел вниз со второго этажа, прямо на крыльцо. Неясно, сознательно он интересовался тем, кто придёт и знал ли, кто именно это будет или просто от скуки согнал голубей и занял теплое место. В общем кот встречал всех гостей, а их в этот день должно было быть много. *** Из дома вдали от общей кучи стоял небольшой гончарский магазинчик, из него в тот самый час вышел невысокий парень с густыми, светлыми кудрями и грязными щеками. Он был одет сравнительно нормально, если не учитывать его измазанных колен и огромных, рваных перчаток на руках. Парнишка побежал по тропе, таща в руках крупный горшок. По пути он насвистывал какую-то мелодию. Пришлось срезать дорогу через густой лес, где он нарвал цветов. Вскоре приближающегося грязнулю заметил и вышеупомянутый кот. Кудрявый подошёл к крыльцу и лишь тогда остановился, чтобы перевести дыхание. В груди его, словно мышь, трепеталось и скакало волнение. Ладони его так вспотели, что горшок пришлось поставить на землю, а руки потрясти и вытереть о свои же шорты. Кот свесил с крыши крыльца лапу и голову, глядя на парня. Коту явно было куда интереснее то, что делал этот интересный молодой человек, особенно когда он чихнул. -Вот же… — мальчик огляделся между чихами и увидел кота. — А-а-а! Фу! Иди отсюда. Мальчишка безуспешно пытался прогнать кота своими мягкими возгласами, параллельно чихая, а сам кот словно наслаждался тем, что заставлял этого нелепого человека страдать. Все же коты обладают каким-то врожденным эгоизмом. Продолжительный конфликт Генри с котом продолжался еще несколько минут, когда к дому подъехала та самая черная машинка. Водитель опустил окно своей машинки, именно машинки, она была чертовски мелкой, он выглянул из окошка и низко с долей доброжелательности спросил, какой у этого дома номер. Генри, так звали тот парнишку, который стоял у крыльца, сначала испугался, ибо голос у этого господина был и правда магический. Когда мальчишка уже собирался кивнуть, то с задних сидений выпрыгнула девушка в розовом костюме: «Да там же табличка была, что думать-то?”- сказала та и взяла с заднего сидения сумку. -Стоять! Ты будешь нас ждать, а то еще что-то вытворишь! — сказала блондинка с переднего сидения. Красноволосая демонстративно закатила глаза и подошла к крыльцу, после чего взяла свисающую лапку кота и пожала, слегка улыбаясь. -Что это за мсье? — мягко спросила Джессика и посмотрела на парня. Он с каким-то восторгом глядел на нее, кончиком носа захватывая необычайный аромат духов. -Хеей? Прием? — повторила девушка. -Мсье Черри, — пояснил с чихом Генри, кажется, его аллергия только сильнее дала о себе знать. -Вишенка? — улыбнулась девушка и встала на носочки, чтобы погладить кота. Тем временем Сторм и Ждун открыли багажник и начали что-то разбирать, кажется, вещей было немерено. Парень наконец взял своей горшочек и постучал в дверь, которая была открыта бабушкой Вивьен. -Генри, здравствуй… Кто это с тобой? — с легким испугом спросила женщина. -Не знаю, я к Еве, — резко выпалил паренек и неловко пролез мимо старушки в дом. -Здрасте, мадам, — кивнула рыжая и подскочила ближе, глядя на то, как за женщиной возник еще один мужчина, складывая газету. -Базиль! Здравствуй! Уж думали, что ошиблись домом! -воскликнул водитель и подошел к крыльцу. -Мсье Брюс, а вы рано, — улыбнулся владелец дома. -Удивительно пустые дороги. Мужчины обнялись и тогда все три гостя зашли в дом, который был мил не только снаружи, но и внутри. Там было весьма уютно, несколько прохладно. Внутри пахло как-то особенно. Они познакомились. Вероятно, и вас с ними уже стоит познакомить. Итак. В дом Базиля Ларуша приехало три д… англичанина! Ждун, Сторм и Джессика Брюсы. Помимо Базиля там жила его мама, отец и дочь. Затем их привели в небольшую комнату с огромной белой кроватью. Она была хорошо убрана и душна. -Располагайтесь, — сказал хозяин дома, впуская всех троих в комнату. — Эта комната несколько мала для троих… Ваша дочь может жить с моей. У нее самая большая комната. -Ха! — голосом победителя фыркнула красноволосая, словно все так и должно быть. -Я отведу, — вызвался Базиль и отвел девушку в комнату с фисташковой постелью, правда там ее встретил Генри. Тот сидел на краю кровати и усердно полировал горшок. Девушка не обратила на него особого внимания и по-хозяйски кинула сумку на кровать, оглядела свои хоромы. -Мой отец геолог, приехал сюда, чтобы вместе с Базилем… Ларушем? Изучить раскопки недалеко отсюда, у берега, — величественно объяснила девушка и подошла к креслу, стоящему у противоположной от кровати стены, прямо рядом с кучей и полотен. -А как ваше имя… мадам? — робко спросил паренек. -Лучше на ты и зови меня просто Джесс, — спокойно ответила девушка с интересом изучая полотна вокруг себя. -Я Генри. -Рада знакомству, Генри. Мы кого-то топим? А то я уже заскучала. -Там Ева… это её комната вообще то… -Ну, да, было бы странно, если бы ты оказался дочерью Ларушей, — с иронией заметила Джесс. — Хотя, может ты бы и сошел за нее. Девушка с интересом начала смотреть стоящие рядом полотна. -…она не любит, когда смотрят её картины, — краснея сказал Генри и потёр грязную щеку. — Так что лучше не трогай их. -Так это её работы? Красиво… Тут сильный поток воды остановился. Белая мордочка брюнетки выглянула в комнату и тихим, нежным французским спросила: «Кто тут смотрит мои картины?».