Множество смертей Жона Арка

В очередной раз оросив ботинки Янг содержимым своего желудка, молодой Арк сделал нетипичное для него действие - он задумался. Пирра не спасла его, потому что он ничем для нее не был примечательным. Ничем не зацепил. Оказался одним из тысяч бездумных фанатов, видевших лишь внешнюю сторону Несокрушимой Никос. Но ведь это было не так!Почему-то в памяти всплыли полные презрения слова Палача о том, что он бесхребетная тряпка в мире, где все привыкли прятаться за девушек. И нельзя сказать, что это было не так - осознал Жон. Ведь, по сути именно это он и сделал, что в первой жизни, что во второй попытке. Просто выехал за счет Пирры. Ну, или неудачно попытался второй раз. Но сейчас все пойдет по-другому. И первым делом Жон опять отправился на помощь Руби, использовав проверенную тактику разговора и дойдя до этапа знакомства с Пиррой, решил не выделываться. - кто? Хм, дай подумать. Мне твое лицо кажется знакомым - пытаясь быть не слишком наигранным, юноша потер подбородок, копировав жест, виденный у отца, а потом сделал вид, что его осенило - может, мы виделись в коридоре? И так как ты выделяешься среди всех, я тебя запомнил! Робкая, еле заметная улыбка Пирры была ему наградой, хотя в целом она старалась сохранять невозмутимость. и даже последовавшие за этим бурные возмущения Вайсс не могли ухудшить его настроения. Более того, теперь, глядя не нее, он вообще не понимал, что могло его раньше в ней привлекать. Она не обладала ни добротой, ни пониманием, ни огромным сердцем Пирры. Не была настолько хорошим и готовым придти на помощь человеком. Просто избалованная богатенькая девочка, считающая, что в ее жизни самые сложные проблемы и что никто не испытывал такого горя, как она. При этом с трудом верилось, что она видела какую-либо жизнь, кроме жизни элитной аристократии. Да, в будущем она успокоилась и стала лучше, но даже в лучшие дни она не стоила и мизинца Пирры. Не говоря уже о том, что обладала фигурой мальчика, в отличие от стройной, сильной фигуры Пирры, с приятными взгляду округлостями в нужных местах - неожиданно подумал Жон, покраснев от этой мысли. И под хихиканье внезапно развеселившихся девушек, ретировался. Зайдя в ближайший туалет и потратив пять минут на умывание холодной водой, чтобы привести себя в порядок, он вспомнил про следующую важную вещь - аура. Не важно, как пройдет приземление - если при этом у него будет открыта аура, то он выкрутится. И если просить кого-либо об этом он пока был не готов, в отличие от прошлого раза, то попытаться открыть ее самому - вполне рабочая идея. Ведь были люди, которые открыли ее сами, а значит, это было возможно в принципе. И у Жона, кроме этого было преимущество - он помнил, каково это - обладать аурой. Решено - больше не откладывать. Жон поднял голову и уставился в глаза собственному отражению, пытаюсь нащупать в своей душе привычный отклик Ауры и вытолкнуть ее на поверхность тела. Но словно что-то мешало этому. Как будто пытаешься продавить ладонью резиновый мат, который пружинит и проминается, но не пускает. Стиснув зубы и напрягая свою волю, Жан удвоил усилия, нащупав, наконец, в своей душе границы и расположение этого незримого кокона и принялся давить, с каждой секундой вкладывая все больше сил и концентрации. Но даже так невидимая преграда не хотела поддаваться. Вложившись так, что от напряжения побелели пальцы, которыми он вцепился в раковину, юноша все равно не добился результата. Что-то он делал неправильно, в чем-то это был неверен подход. Хотя. Если вдуматься - естественное пробуждение ауры было возможно при сильнейшем стрессе. Может, удастся разозлиться искусственно - подумал Жон, вновь начиная своей волей давить на невидимую преграду и перебирая раздражающие воспоминания. Отчаяние в детстве, когда отец отказался его учить. Злость на Кардина, не упускающего случая над ним поиздеваться. Ярость во время осознания своей беспомощности - как члена команды, так и ее лидера. Чувства были сильны, и свежи, но это не помогало. Не вызывало того отклика, который должен был быть. Пока Жон не вспомнил отчаянно-безрассудное лицо Пирры, с которым она затолкнула его в ракетный шкафчик. С которым она пошла на смерть. И ощутил, как его захлестывает та самая неистовая бессильная ярость. С рычанием Жон разорвал раковину пополам, словно она была сделана из картона и вырвав из стены, раскрошил во вспыхнувших белизной ауры руках. Не достаточно было пытаться пробиться к ауре - ведь та была частью его самого, частью его души. Было нужно еще и позвать её, стать единым целым со своей сущностью, глубинным осознанием самого себя. Смутившись сотворенному беспорядку, молодой Арк пулей выскочил из туалета и, стряхивая с рук крошки керамики, быстрым шагом направился подальше от места происшествия. Не хватало еще дать повода профессорам для проверки его до того, как он себя зарекомендует, или вообще привлекать к себе внимание настолько рано. То ли благодаря удаче, то ли благодаря открытой ауре, спал на этот раз Жон крепче, хоть и проснулся так же рано, как и в прошлый раз, правда, так же рано соскочил, и наученный опытом предыдущих попыток, отправился умываться, пока в туалеты не набились медленно просыпающиеся будущие студенты, со стонами и кряхтением поднимавшиеся после ночевки на твердом полу. Не смотря на ауру и молодость, видимо, не все привыкли к суровым условиям и неприхотливости, которые в будущим становились постоянными спутниками каждого охотника. А уж зрелище ходящей с закрытыми глазами Руби, отказывающейся просыпаться, несмотря на все попытки Янг ее растормошить, или хотя бы отнять подушку, заставило улыбнуться даже самого черствого человека. Завтрак прошел штатно, удалось даже пересечься ненавязчиво с Пиррой и напомнить ей о том, что они почти официальная команда, на что сопровождающая воительницу Вайсс лишь фыркнула и закатила глаза. Но промолчала, видимо задетая тем, что ее Жон игнорировал, ограничившись вежливым кивком и приветствием, а все внимание уделяя рыжеволосой девушке. Усадить ее за своей столик ничего не стоило, как и развлечь парой историй, связанных со своим детством и сестрами, от которых, как помнил Жон, Пирра смеялась и прошлый раз. Видимо поэтому к катапульте Жон подходил бодро и насвистывая веселую мелодию под нос, про себя посмеиваясь над нервничающими и ничего не понимающими студентами. Уже привычная и надоевшая речь директора. Недоуменные лица поступающих. Первые крики. И последующие разнообразные запуски, когда каждый выделывался в меру своей фантазии и Проявления. В этот раз Жон достал меч и развернул ножны в щит и постарался сохранить молчание, когда его с захватывающим дух ускорением выстрелило в небо. Улыбнувшись, юноша развернулся вперед головой, и быстро оглядевшись, чтобы заполнить, в какую сторону несло Пирру. Аура прекрасно погасила удар ветки, когда он вошел на полной скорости в кроны деревьев, но из-за того, что его раскрутило, Арк не смог контролировать саму посадку и с размаху крутанувшись, нанизался горлом на собственный меч, успев перед смертью подумать, что это тоже довольно болезненный способ умереть. Следующая попытка... в порядке эксперимента Жон попробовал войти в падении в кроны ногами вперед. И после этого поклялся, что при падении сквозь деревья ВСЕГДА будет держать ступни крепко прижатыми друг к другу. Это была ОЧЕНЬ болезненная смерть. и еще... После нескольких попыток Жон уже примерно понимал, как управлять телом в полете и нащупал более-менее удобное место для посадки в лесу, где среди деревьев не было бурелома или камней, об которые, как выяснилось, ноги ломаются при приземлении, даже с учетом усиления ауры. Наблюдающий за ним профессор Ублек удивленно присвистнул, когда увидел, как юноша с поразительно ловкостью и расчетливостью в падении отталкивается щитом от особо крупной, но пружинистой ветки, изменив свою траектории, прожирается сквозь крону соседнего дерева, теряя скорость, а потом несколькими рикошетами удачно ее снизив, окончательно тормози при помощи воткнутого в ствол последнего дерева меча, пробороздив почти всю длину дерева глубоким разрезом и после падения перекатившись. - да! - воскликнул молодой Арк, поднявшись после последнего переката и воздев к нему кулак. Ровно за секундо до того, как ему на плечи обрушилась скрывавшаяся в кустах Урса и в несколько ударов просадив ауру, оторвала голову. Судорожно раздавивший кружку Озпин, вскрикнувшая Глинда. Блюющие гражданские.