Бутылочка,или как ученики дисциплинарной школы развлекаются на досуге

На дисциплинарную школу медленно надвигаются сумерки — ночною тьмой окутан небосвод и только одинокая луна стала путеводителем для бродивших по балконам подростков.Съемочная группа давно покинула коридоры школы, надзиратели мирно спят в своих постелях, убежденные в том, что их отпрыски уже видят десятый сон. Видимо, они совсем забыли, с кем имеют дело. — Давайте быстрее, что вы там возитесь? Ещё несколько мастерских движений зубной щёткой и дверь на балкон в спальню девочек наконец-то отворилась.Шесть парней поспешно забрались в запретную зону, которая из-за Вавилонского столпотворения в двенадцать человек, стала в два раза меньше. — Боже, как тут тесно у вас! — возмущался Влад, поправляя очки, — Давайте хоть кровати сдвинем что-ли? — Какие кровати, ты вообще больной? Сейчас всю школу на уши поставим и прибегут наши церберы! — вперила в него недоуменный взгляд Катя, вцепившись в свою кровать мёртвой хваткой, — Садитесь уже! Спустя несколько минут сплошного галдёжа и мельтеша, ребята уселись на пол, образовав круг.Окна, выходившие на улицу, были закрыты тяжёлыми потрёпанными портьерами. Комнату освещали две лампы на прикроватных тумбочках, создавая несколько интимную атмосферу вечера.В комнате витал лёгкий запах пряных духов и вечернего умиротворения.Не было никакого напряжения: все держались друг с другом расслабленно, как старые друзья. — Ну, и что делать будем? — Давайте я вам на картах погадаю — беспечно предложила Кирия, тусуя в руках колоду. По комнате прокатился гул любопытства. — Да ну эти карты, может, лучше в бутылочку? — предложил Стёпа, смутившись буравящим взглядом брюнетки, не обещавшим ничего хорошего, — Есть у кого-то бутылка? — Да, оставалась вроде от чего-то, — Маша порылась в тумбочке и вынула оттуда стеклянную бутылку из-под газировки, — Такая подойдёт? — Да любая подойдёт, крути давай! Бутылочка сделала немало оборотов, чтобы заставить щёки учеников дисциплинарной школы краснеть.Никто и глазом моргнуть не успел, как Влад уже уже нежно целовал губы Энрики, или как Аня нежно чмокнула Машу, словно младшую сестру.Наконец-то, очередь дошла до Никиты, бутылочка в руках которого сделала несколько резких оборотов. Прошло пять секунд, десять, пятнадцать.Выжидающие секунды напрягали.Когда же она остановится? Плохое освещение стало для Вероники настоящим спасением, когда она буквально выжигала дыру в стекляшке, моля о том, чтобы она остановилась у её ног, но у виновницы торжества сегодня были совсем другие планы. Когда та, спустя несколько мгновений, остановилась на Валере, все затаили дыхание.Кто-то прищурился, чтобы убедиться, не подводит ли её упавшее в последнее время зрение, кто-то во всю выпучил удивлённые глаза, переводя взгляд с одного парня на другого, а кто-то шептался, перекрываясь ладонями. — Вы целоваться будете или нет? — прервал минуту молчания Влад самым невозмутимым тоном, словно это сейчас ни на его глазах двое парней сольются в едином поцелуе. Желваки Никиты дёрнулись — это было единственным свидетельством испытанного им потрясения.Его веки невольно скользнули прямо напротив, где сидел Юрасов.Узрев едва различимое изменение в выражении его лица, он всмотрелся внимательнее и с удивлением обнаружили в его чистых голубых глазах некое подобие мольбы, и что-то ещё, настолько неуловимое и неопределённое. Что это могло значить? Погодя ещё несколько секунд, Никита придвинулся ближе к парню,медленно наматывая конец галстука себе на руку.Он знал, что мыслит неразумно, но то, что он ощущал находилось вне границ разума.Резким рывком он придвинул парня к себе за клочок ткани и накрыл сухие губы своими горячими, то ли от температуры в комнате, то ли от бешеного желания, устами.На секунду Валера растерялся, оплетённый невидимой паутиной притягательности.Он мог бы покончить с этим за секунду, но углублял, уже далеко не детский, поцелуй, обхватив щеку парня грубой ладонью. Это было не испепеляющее пламя страсти, скорее, нечто парализующее, как пламя от взрыва вакуумных бомб, которое сжигает весь кислород вокруг и сбитый с ног ударной волной, ты задыхаешься, потому что вакуум разорвал каждый пузырек в твоих лёгких. Реальный мир словно и не хотел вторгаться в их жизнь, всё осталось там, за пределами их губ и прикосновений. В то мгновение никто не имел ни малейшего понятия, что творилось в уме этих двух.Эмоции взяли верх над здравой рассудительностью.А присутствовала ли она вообще? Парни отстранились друг от друга, рвано глотая воздух и глядя друг другу прямо глаза.На лицах обоих выступил сокровенный детский румянец и неподдельное смятение.Молчание грозило разоблачением, поэтому в комнате снова раздалась лёгкая, непринуждённая беседа о предвкушающих испытаниях новой недели. Мы никогда не узнаем, чем эти двое руководствовались в тот злополучный момент.Никогда не узнаем, что для них значил этот поцелуй: обычной подростковой забавой или нечто большим.Никогда не узнаем, какие последствия ждут их молодые тела.Но, одно мы знаем точно: — А я так и думала, я сразу почувствовала это! Я же гадалка, мне легко распознать голубую ауру!