Разбивая каноны, меняя устои

      Семнадцатого июня, утром, Рустам заступает на своё первое дежурство на пост ЭЦ (электрическая централизация). Накануне этого события, буквально вчера, он прошёл вводный и первичный инструктаж у инженера по охране труда в Махачкале. Здесь же, в отделе кадров, с Рустамом заключили трудовой договор, сроком на четыре с половиной месяца и озвучили тарифную ставку, по которой будет оплачиваться его трудовой день.       С жильём в Дербенте тоже всё было хорошо, его поселили на квартире с таким же стажёром как и он, из города Кизляра. До работы было рукой подать, всего пятнадцать минут ходьбы и до моря примерно также, что было вообще зашибись, учитывая рабочий график.       В первый рабочий день отец хотел идти с ним на станцию, чтобы посмотреть, что за люди будут окружать Рустама, но Рустам отговорил Аслана, надо самому прокладывать себе дорогу в жизнь, ещё не хватало, чтобы его считали испуганным ребёнком, который ходит везде за ручку с родителями.       Итак, Рустам явился к месту своей работы до начала пересменки, как и полагается добросовестному работнику. — Доброе утро, — поздоровался Рустам входя в помещение.       В кабинете дежурного находился начальник станции, и вся ночная смена — это составитель поездов, вагонник, оператор при дежурном по станции и машинист маневрового тепловоза. — Доброе. Ты стажёр? — спросил начальник у Рустама. — Да, Юсупов Рустам. — Будем знакомы, я Магомед Хазбулатович Ибрагимов, а это у нас Ильяс Абакарович, Михаил Дмитриевич, Замир Идрисович и Ташир Фархадович, — Ибрагимов стал по-очереди представлять Рустаму присутствующих, а Рустам мысленно повторять за ним, так как даже для него тяжеловато было запомнить все имена-отчества, тем более дагестанские. — Откуда к нам приехал, Рустам? — продолжил расспрашивать парня начальник. — Из Грозного. — А с какого учебного заведения тебя направили? — ВТЖТ. — Всё понятно. Сейчас Султан Темирбекович на смену заступит и всё тебе расскажет про нашу станцию, сколько у нас приёмо-отправочных путей, какие подъездные пути имеются и так далее. — Хорошо.       Для Рустама было всё в новинку и сам что-либо спрашивать он не решался, по ходу дела созреет немало вопросов, тогда-то и надо будет углубляться в суть, а сейчас у него период адаптации и осваивания новых навыков.       Через пять минут в дежурке стала собираться дневная смена, непосредственно, те люди, с которыми Рустам будет работать всю практику. Стало шумно, запахло резкими мужскими и приторными женскими духами, вдобавок ко всему прибыл пассажирский поезд Москва-Баку, дежурный по станции несколько раз объявил о его прибытии и с какой стороны начинается нумерация вагонов. — Так, Рустам, знакомься со своей сменой — твой наставник Султан Темирбекович Айвазов, — Ибрагимов указал рукой на мужчину средних лет, с проседью в тёмных волосах и с усами. Тот кивнул Рустаму и принялся расписываться в журнале по технике безопасности. — И оператор при дежурном по станции Вера Васильевна Быстрова. — Очень приятно, — произнесла с улыбкой Быстрова, женщина лет сорока, поглядывая на Рустама с большим интересом в зелёных глазах. — Взаимно, — ответил ей Рустам, обращая внимание на заговорившего Ибрагимова, тот вещал о планах на смену, какие подъездные пути надо обработать в первую очередь, кому из клиентов прибыл «порожняк» и так далее.       Далее, когда толкучка улеглась шеф Рустама начал вводить его в курс дела, показывая на какие кнопки нужно нажимать на пульте, чтобы принять тот или иной поезд, а их за смену через станцию проходило немало: четыре электрички и три пассажирских, не считая грузовых. Рассказал о грузовой работе, маневровой и усадил Рустама на своё место, давая указания о грузовом поезде, который скоро прибудет на станцию и приведёт несколько крупнотоннажных контейнеров.       Через два часа, когда образовалось «окошко», Вера Васильевна стала поить их чаем с домашними пирожками собственного производства. Рустам первым делом побежал курить, а потом мыть руки перед перекусом. Возвратясь в кабинет он услышал слова в свой адрес: — Султан, совсем мальчика загрузил, — произнесла Быстрова, раскладывая еду на тарелки. — Иди, Рустамчик, покушай пирожочков.       Рустам присел на стул около небольшого прямоугольного стола и взял с тарелки пирожок, откусывая кусочек. — Это с капустой. Ты любишь такие? — Да, спасибо.       Рустам так проголодался, что был безмерно благодарен заботливой женщине за любые пирожки с любой начинкой.       Султан Темирбекович тоже присоединился к ним, насыпая себе в чашку растворимый кофе. — А ты обед взял с собой? — спросила Вера у Рустама с беспокойными нотками в голосе. — Да, взял. — Вер, это не твой оболтус Димка, Рустам вон какой серьёзный. — Вижу, что серьёзный, но мне же его жалко, в такую даль от родителей уехал, — Быстрова улыбнулась Рустаму пригубливая стеклянную чашку с чаем. — Ну и что, всё равно после техникума уеду работать по распределению. — Да-а, все мы такие были. Упорхнули от родителей в молодости, а теперь вот сожалеем, слёзы льём при редких встречах, — произнесла Вера с грустью в голосе. — Так, понастальгировали и хватит. Сейчас на «Апатит» заезжать будем зерновозы подавать. Ты, Рустам, тоже поедешь на маневровом, посмотришь, как движение выглядит в реальности. — Хорошо, я не против.       Рустам накидывает на футболку «желтушку», на голову цепляет оранжевую кепку и идёт вместе с Верой Васильевной к маневровому тепловозу.       По дороге она рассказывает Рустаму о работе станции, о времени прибытия и стоянке электричек и пассажирских поездов. Она предупреждает, что прежде всего люди, а потом уже грузовая работа, то есть в приоритете безопасная посадка/высадка пассажиров, а грузовые поезда пусть хоть в три ряда столпятся у «входного».       Рустам запоминал всю информацию, даже задавал вопросы, которые начали созревать у него в голове, по мере его углубления в работу станции.

***

      Домой, на съёмную хату, Рустам явился в половине девятого вечера. Ибрагимов заставил его в первый рабочий день сдавать смену ночному дежурному, тем самым Рустам сегодня полностью прошёл боевое крещение от «А» до «Я».       Приняв душ, он прошёл на кухню, напечатать Андрею сообщение, поговорить с родителями и бабушками он успел пока шёл домой, а друзьям оставил вечернее время, параллельно написав сообщение Ахмеду.       Поставив на плиту чайник и усевшись на стул, Рустам стал ждать от кого ответ быстрее придёт. Оба друга могут быть заняты, поэтому Рустам особо не тешил себя удачей, задумчиво жуя бутерброд с мясным рулетом.       От короткого звука сообщения Рустам оживляется и смотрит на экран: послание было от Ахмеда, он писал, что только добрался домой после смены и всё никак не мог успокоиться, что они с Рустамом попали далеко друг от друга. Ахмеду выпало место работать на станции Слепцовская Ингушской республики, но только составителем поездов. Тоже неплохо, хорошо хоть не стрелочником.       Ахмед звонит ему на телефон, Рустам кратко описывает свой рабочий день и свои впечатления от работы железнодорожников. В принципе, работа интересная, всё время какая-то движуха, то один поезд прими, то второй, то поработай с подъездными. Скучать не приходится.       Завершив разговор с Ахмедом, Рустам читает сообщение от Андрюхи. Было видно, что он очень торопился, когда писал ответ, оно и понятно: из его сообщения стало ясно, что он заступил сейчас в ночь, сменив Сашку. Больше ничего такого важного Андрей не сказал, только лишь спросил как дела у Рустама, как прошёл его день.       Рустам быстренько накатал ему несколько предложений и пожелал удачной смены. На этом их переписка подошла к концу, Андрюха вышел из сети, Рустам тоже свернул приложение, чувствуя усталость и лёгкую грусть, которая может развиться в нечто совсем плохое, поэтому нужно срочно ложиться спать выравнивать эмоциональное состояние.

***

      Следующий день был выходной, но сильно расслабиться не удалось, надо было выспаться перед ночной сменой. Поэтому проснувшись поутру, Рустам позавтракал и ушёл в город, бродя по улочкам в разведывании магазинов и гуляя по набережной. Звонил Давид, спрашивал, интересовался, слушал Рустама и готов был сорваться к нему за тридевять земель.       Поговорив с Давидом, Рустам всё ждал, что может Андрей даст о себе знать, но нет, тот молчал, видимо, отдыхал после ночной смены.       Домой Рустам вернулся в двенадцать часов дня, тихонько пообедал, чтобы не разбудить своего соседа по жилплощади, который как и Андрей был после ночи. А потом и сам улёгся в своей комнате на диван, отключив звук на айфоне и настраиваясь на сон.       Проснулся Рустам самостоятельно около пяти часов, повалялся с телефоном в руках, проверяя наличие новых оповещений и писем. Ахмед, Рома, даже Саша написали ему, Андрей до сих пор был оффлайн.       Ответив друзьям, Рустам раздумывает над тем, стоит ли отвечать Саше и приходит к выводу, что написать ему можно, в общих чертах, хотя он и так всю его подноготную выведает у Андрея.       Поплескавшись под душем минут пятнадцать, Рустам идёт на кухню сооружать себе ужин, вытаскивая из холодильника домашнюю снедь.       Разблокировав телефон, он видит сообщение от Андрея, обрадованный этим, Рустам читает строчки забыв про голод.       «Привет, Русик. Только глаза продрал. После смены пока домой добрался, перебил себе сон, уснуть не мог, точнее, кошак мне не давал спать, носился, как бешеный по дому) Ты там как? Скучно, наверное, одному?»       «Да нет, Андрюх, не скучно. Не успел ещё заскучать) Я так и подумал, что ты спишь после ночи. Далеко станция от дома находится?»       «А по мне разве не скучаешь(? В двадцати минутах на автотранспорте. Мама сказала на её машине добираться до работы, когда мне надо, а она с отцом будет ездить, всё равно в одном месте работают».       «По тебе скучаю, спрашиваешь ещё) Фотку потом пришли на фоне машины».       «О-о-о… Да она красного цвета, женская, BMW — маленький хетчбэк».       «Тем более, я должен это увидеть)».       «Ну раз ты просишь… Ладно, Русик, целую, до связи, мама звонит».       «Целую. Пока».       Рустам с аппетитом ужинает и собирается на работу, до начала которой ещё целых полтора часа. Рустам решает это время побродить по берегу моря и поговорить с родными. Море было ещё недостаточно прогрето солнцем, но отдыхающие, в основном северяне, не боялись низких температур и охотно заныривали в воду.       Придя в кабинет дежурного по станции, Рустам здоровается с находящимися там людьми — это Айвазов и незнакомая женщина-дежурная.       Султан Темирбекович знакомит Рустама со своей коллегой и она начинает сдавать им смену, подробно обрисовывая ситуацию на путях и на подъездных.       Приходит Вера Васильевна и тут же интересуется у Рустама: — Рустам, ты хорошо поспал перед рабочей сменой? — Да, я четыре часа спал. — Молодец, так и надо.       Вера подмигивает Рустаму, садясь на своё место и тоже слушая информацию о грузовой работе.       Ночь ничем не отличалась от дня, также ходили поезда, осуществлялись прицепки/отцепки, работали подъездные и кипела маневровая работа.       Айвазов посчитал, что Рустам должен знать абсолютно всё, поэтому ночка выдалась насыщенной: Рустам вместе с составителем закреплял вагоны «башмаками», проверял исправность подвижного состава с вагонным мастером, катался на маневровом тепловозе на подъездные пути, принимал пассажирские поезда, готовя им маршрут на пульте и оповещая о прибытии состава на станцию.       В течении ночи, Вера приглашала к столу и Рустама, и Айвазова, когда выдавалось свободное «окно».       К концу смены Рустама так сильно клонило в сон, но он мужественно продержался до планёрки и передал информацию о работе дневному дежурному. Начальник станции был доволен молодым человеком и заранее пригласил его после учёбы на станцию. Рустам обещал подумать, ведь он не знал, как будет с рабочими местами после окончания технаря, так что разбрасываться ими не стоит.       Домой Рустам приплёлся слыша в голове грохот поездов и переговоры через рацию машинистов и составителей с дежурным по станции. Эти шумы препятствовали нормальному засыпанию, но Рустам был так утомлён, что вырубился очень быстро, продолжая во сне руководить рабочим процессом.       Пробудившись в три часа дня и проворочавшись с боку на бок полчаса, он больше не смог уснуть и принялся просматривать входящую почту. Ответив всем написавшим людям, Рустам пишет сообщение Андрею, что надо бы поговорить по скайпу, если у того есть время и желание.       Андрюха отвечает сразу и довольно бодренько: «И время и желание имеются в огромном количестве, увидимся через час».       Написав «Окей», Рустам разогревает еду в микроволновке и устраивает поздний обед. Его соседа не было ни видно, ни слышно, может его и дома-то нет, Рустам не стал это выяснять, дружбу водить по принуждению тоже никто не собирался.       Включив ноутбук, Рустам ждёт звонок от Андрея, зависая в соцсетях. «ВКонтакте» просматривает новые фотки Андрюхи с рабочего места, там он был и один, и с коллегами, и напару с Сашкой.       Ближе к пяти часам раздаётся звонок скайпа, Рустам садится ровнее скрещивая ноги по-турецки и ставя перед собой ноут, нажимая «Принять». — Привет! — на экране показался Андрей, держащий на руках рыжего кота. Взяв своего питомца за переднюю лапу, он помахал ею в камеру. — Рыжая сволочь, поздоровайся с Рустамчиком. — Привет! — Рустам улыбнулся, смотря на Андрея и тоже помахал им в ответ. — Чё ты так грубо с котиком? — Потому что у него совести нет. Выспался бедолага? — Ага. — Я тоже потихоньку оклемался, слабак, блин. — Мне тоже было тяжело не спать, но я так был занят, что даже не заметил, как смена пролетела. Тебя, кстати, заставляют «башмаки» таскать, вагоны закреплять? — Да ты что, нет, конечно! Я машинисту пару раз таскал предупреждения и документы забирал и всё на этом. Папа был вообще против, чтобы я работал ночью, хотел даже с начальником разговаривать по этому поводу. Я сказал ему тогда, что не хочу выделяться и буду работать как все. — Ясно всё с вами, товарищ Сорокин. А я как разнорабочий, везде и всюду. За две смены успел всю работу станции изучить. — Ну это хорошо, будешь потом у нас профи. Говорят же, чтобы стать грамотным руководителем, надо знать как работают обычные работяги и самому через всё это пройти. — Ну да, согласен. Как там Ромка? Звонит, пишет, наверное, каждый час? — Рома отдыхает пока до первого августа. А потом будет пахать вместе с нами, да ещё и поступать в РГУПС, экзамены вступительные сдавать. Общаемся мы с ним так часто, насколько это возможно.       Рустам подумал, что если ему тяжело в разлуке с Андреем, то что говорить про Рому, очень сильно любящего своего парня и имеющего все основания для внеурочных звонков и сообщений. — Понятно. Мы с Давидом тоже часто переписываемся. — Ну тот фиг от тебя отстанет. — Он всё рвётся приехать ко мне. — А ты что? — А я не хочу. — Вот и пусть сидит пока в Грозном, бороды стрижёт. Рустам улыбнулся на Андрюхину реплику и проговорил: — Ну да, а что ему ещё остаётся делать от безысходности?! — Только стричь чехов, — сказал с серьёзным лицом Андрей.       Рустам негромко рассмеялся, из уст Андрея это звучало будто речь шла об овцах.       Поговорив с Андрюхой о всякой всячине ещё минут десять, Рустам отключает скайп, он бы был с Андреем всё время на связи, но тому позвонил Рома через ватсап и им пришлось прервать свою аудиенцию.       Рустам не стал рассиживаться в квартире, собравшись, он отправился гулять по городу, всунув в уши наушники и разговаривая с близкими, только так он мог избавиться от гнетущего чувства одиночества, а ещё когда он видел на экране входящее сообщение от Андрея или звонок, тогда Рустам был вдвойне счастлив от общения с другом и вовсе не хотел с ним расставаться.

***

      Потихоньку стали отсчитываться стажировочные дни, с каждой сменой Рустам всё больше сближался с Верой, пока их объединение не достигло своего пика и между ними случился служебный роман.       У Веры не было модельной внешности и ростом она была невысокая, одевалась она всегда практично — в джеггинсы и длинные футболки, чтобы легко можно было перелезть через вагон, да и из-за езды на велосипеде с работы на работу. Поэтому её образ был всем привычен и узнаваем; тёмные волосы её были подстрижены под удлинённое каре и иногда она их собирала в маленький хвостик, когда было особенно жарко.       Фигуру она имела женственную и пропорциональную, была очень лёгкой в общении и относилась к Рустаму как к своему ребёнку, несмотря на наличие собственных детей.       Она была в разводе и поэтому никто и ничто не мешало ей наслаждаться минутами счастья с молодым и необыкновенно красивым стажёром, с первых секунд запавшим ей в сердце.       Днём и ночью, когда образовывалось свободное «окно», Вера и Рустам выкраивали время для обоюдного желания, запираясь в комнате отдыха для персонала. В такие моменты Рустам расслаблялся полностью, напряжение рабочих ситуаций и личных сомнений рассеивалось бесследно, он на время забывался пребывая в состоянии эйфории и необычайной лёгкости.       Рустам с Верой встречались и вне работы, посещая пляж и уютные кафешки на берегу моря. Ей было сорок лет, но рядом с Рустамом она словно сбрасывала все набежавшие года и шла к нему на встречу как молодая девушка, в лёгком летнем платье, в босоножках на платформе, волосы слегка завиты, на лице минимум косметики, благодаря неплохим природным данным — выразительным глазам и пухлым губам.       Чем ближе был день расставания, тем чаще Вера спрашивала у Рустама о его отношении к ней, хотя сама всё прекрасно понимала, что он вряд ли возьмёт её в свою жизнь. — Русенька, я очень тебя люблю. Я должна это сказать. Пусть для тебя это пустые слова, но для меня это самые счастливые дни в моей жизни. — Вер, для меня это не пустые слова. Я ценю твою любовь и рад бы любить тебя взаимно, но я физически не могу этого сделать. Может я скажу голимую банальщину, но моё сердце занято, я влюблён по уши и мне кажется, это навсегда.       Сказав это, Рустам перевёл взгляд на волны с белыми барашками пены, выкатывающимися на берег и снова убегающими в сине-зелёную воду.       Сегодня был последний день пребывания Рустама в Дербенте, он отработал ночную смену, отоспался и пригласил Веру на свидание, чтобы нормально с ней попрощаться. У них не было будущего, даже если б она оставила свою работу и поехала с ним, Рустама совесть бы заела если б он спал с ней, а думал день и ночь о другом. Это здесь всё воспринималось иначе, он был далеко от своих друзей и близких, а когда всё встанет на свои места, то где гарантия, что Рустам сможет построить жизнь с этой женщиной.       Он был неуверен в себе, что сможет сделать её счастливой, любя другого. — Какая же я дура! Тешила себя всё это время глупыми надеждами. — Прости, что сразу не сказал. Я вправду думал, что смогу забыть его. — Я на тебя ни капли не в обиде, разве можно заставить сердце перестать любить одного и воспылать любовью к другому?!       Рустам приобнял Веру за плечи, целуя в висок, эта добрая заботливая женщина заслуживала счастья, и Рустам был уверен, что она его получит, ведь это вопрос времени. Симпатию Веры долгое время добивается машинист тепловоза Виктор Переверзев, нормальный мужик с которым можно завязать отношения, Рустам был уверен, что в будущем так и будет и Вера больше не будет одинока.       На следующий день, к двенадцати часам дня за Рустамом приехал отец. Рустам как раз успел собрать свои вещи и сел дожидаться Аслана на кухне попивая горячий чай с малиновым вареньем, которое ему вручила Вера ещё в начале осени, боясь, что Рустам простынет находясь на путях в любую погоду. Может варенье сделало своё дело или же у Рустама был крепкий иммунитет, но за время работы он ни разу не заболел, плавал в море до последнего тёплого дня и катался на подножке крайнего вагона вместе со составителем под моросящим осенним дождём без каких-либо последствий для здоровья.       И снова в путь… Побыв дома чуть более суток, успев при этом увидеться с Давидом у него в барбер-шопе, больше ради подстрижки, на следующий день, во вторник, Рустам как обычно отправился во Владикавказ.       Ахмед тоже ехал с ним, рассказывая о своей нелёгкой работе и проживании на квартире с ещё двумя соседями, какими-то мутными кавказцами приехавшими в командировку и работавших также на железнодорожной станции.       Рустам слушал его с отрешённым видом, раздумывая над тем, правильно ли он поступил оборвав общение с Верой. Может ему больше не судьба быть счастливым с мужчиной, а он отказался от хорошей порядочной женщины. И поговорить не с кем по этому поводу, только лишь с Андреем, но в данный момент, он проводит время с Ромкой, парни заново привыкали друг к другу после длительного перерыва.       Во Владике было как всегда промозгло и ветрено, дни поздней осени набирали обороты не забывая орошать холодным дождём всю городскую поверхность, а заодно и людей, не успевших спрятаться от разыгравшегося ненастья.       В итоге, Рустам с Ахмедом приезжают в общежитие промокшие, но соскучившиеся (Ахмед) по товарищам и своей девушке.       Проходя мимо шестьдесят пятой комнаты, Рустам замечает, как из неё выходят незнакомые пацаны первокурсники, ему становится ещё паршивее, хочется тоже куда-нибудь переехать, желательно в квартиру к Андрею.       Открыв дверь своей опостылевшей и пропылившейся комнаты, Рустам сбрасывает на пол сумки и открывает окно, чтобы выветрить спёртый запах нежилого помещения. Прежде чем разобрать поклажу, он выуживает пачку сигарет с зажигалкой и идёт на кухню.       Там он с лёгкой подачи Радика, узнаёт о новостях, произошедших в их отсутствие, о том кто с кем встречается и о том, кто из старшекурсников приехал с практики.       Рустама это всё мало колышет, ему б как-нибудь пережить ночь, а потом добраться до технаря и наконец-то увидеть Андрея.       Только так он почувствует, что вернулся в старый добрый Владикавказ, что его любимые друзья рядом и впереди у них есть ещё почти восемь месяцев учёбы и живого общения.