Часть 1
5 апреля 2021 г., 22:43
«У каждого смертного есть свой Хранитель, или же, по-другому, Присматривающий. У искренних и честных людей — это ангелы, у коварных и лживых — демоны. Когда рождается ребенок, под свою опеку его принимает Хранитель матери. Только тогда, когда ему исполняется 7 лет, у него появляется свой личный Присматривающий, который будет с ним до конца жизни. Как только смертный умирает, Хранитель проводит его в последний путь, после чего душа человека отправляется на Небесный суд, где весы Шепфа определяют какую сторону примет будущий бессмертный. Обычно, всегда сразу становится ясно на какую сторону падёт выбор: все зависит от Присматривающего, и к какой стороне он принадлежит. Но бывают исключения, когда соотношения добра и зла соотносятся к равно. Тогда смертные становятся Избранными или же, как известно большинству, Непризнанными. Так бывшие смертные могут решить: принять сторону Хранителя или же противоположную им».
— Смертные не могут видеть своих Хранителей, но могут слышать их, когда те того пожелают. Так Присматривающие могут подтолкнуть своего подопечного к правильным или же, наоборот, неправильным поступкам. Так будет формироваться сущность будущего бессмертного. Порой, смертные могут ослушаться своих Хранителей и поступить как думают сами, но это происходит редко и в неважных случаях, ведь Присматривающие должны наблюдать за своими подопечными, не так ли, Люцифер? — раздражённо бросил Геральд, наблюдая за темноволосым демоном, что вальяжно развалился за партой и что-то тихо шептал своей соседке. Полная дьяволица громко рассмеялась и мягко ударила демона в плечо, но, заметив его взгляд, тут же ссутулилась и немного отпрянула. Поняв, что в классе воцарилась тишина, Люцифер поудобнее устроился на своем месте и скользнул равнодушным взглядом по Геральду.
— Именно, — ответил он, закинув руки за голову.
Преподаватель тяжело вздохнул и продолжил урок.
— Бывают и такие случаи, когда мать погибает раньше того момента, когда у ребёнка появился свой Присматривающий. Поэтому сам Шепфа решает кому стать временным Хранителем, пока ребенку не минует 7 лет. После этого, появляется предназначенный ранее Присматривающий.
— А что будет, если временный Хранитель не захочет покидать своего подопечного? Что если он захочет остаться? — спросила светловолосая девушка в белой мантии, сидящая на первых рядах.
— Бывают и такие случаи, — ответил Геральд ангелу, что с любопытством оглядывал его. — Это довольно сложный процесс, но это возможно. Правда, такое бывает очень редко. Не все Хранители успевают привязаться к своему подопечному и торопятся отправится к своему раннее предназначенному. Но, если такое и произошло, то Присма… Люцифер, я вижу, тебе не интересно?
Темноволосый демон шумно выдохнул. Он не был доволен тем, что Геральд прервал их «душевные» разговоры с Ости. Скрестив руки на груди, Люцифер выгнул бровь и выжидающе посмотрел на преподавателя.
— Этот материал наверняка понадобится тебе в ближайшем будущем, — продолжал тот, чуть не испепеляя взглядом отродье Дьявола, — и будет очень неплохо, если ты соизволишь выделить мне ещё 5 минут, чтобы я смог окончить наш урок.
— Мне это ни к чему, — равнодушно бросил он. — Я сын Сатаны, а значит никто не принудит меня стать нянькой смертному отпрыску. И если это все, то я бы хотел вернуться к своему занятию. Моя подруга немного заскучала, — самодовольно протянул демон, прижимая к себе одной рукой темноволосую дьяволицу.
— Ни один ангел и демон не избегали этой участи. Это всего лишь вопрос времени, Люцифер. Настанет этот день завтра или же через пару десяток лет, но ты никуда не денешься. Таков закон.
— Плевал я на ваши законы. Сомневаюсь, что Шепфа осмелится подослать меня к жалкому смертному, дабы я наставил его на путь истинный, — последнюю фразу он произнес с ухмылкой.
Геральд хотел что-то сказать, но его прервали. Громко прозвенел звонок, сообщающий об окончании занятия. Бессмертные начали поспешно собираться, игнорируя попытки преподавателя вернуться на места. Смирившись со своими бесполезными действиями, он упал в кресло и, закрыв глаза, почесал переносицу.
« Глупый мальчишка», — пронеслось у него в голове.
***
Этот день ничем не отличался от остальных. Люцифер вновь расположился с небольшой компанией демонов у беседки и молча слушал последние сплетни, что успели раздобыть мелкие прихвостни. Ости расположилась рядом с ним, как шавка у своего хозяина, и с некой долей обожания смотрела на мужчину. Тот упорно продолжал ее игнорировать, слушая рыжеволосого демона, который, вот уже 15 минут, говорил о предстоящем чемпионате по крылоборству. — А ещё, — начал рыжеволосый, осматриваясь по сторонам, а после продолжил говорить, понизив голос до шёпота, — я слышал, что на Небесах начали появляться первые Соулмейты. Поговаривают, что вскоре они начнут объявляться и в Аду. — А как бессмертные понимают, что нашли своего Соулмейта? — удивлённо спросил светловолосый демон, который только-только принял сторону и не успел освоиться с здешними новостями. — О-о-о, это довольно непростой процесс, но, говорят, что первые признаки чем-то схожи с неожиданной симпатией или же влюбленностью в кого-то, — прошептал демон, обнажая в улыбке белые зубы. — Когда Соулмейты чувствуют свое приближение друг к другу, то их начинает бросать в жар, бешено колотиться сердце, тепло разливается в груди… А когда заглянете друг другу первый раз в глаза, может показаться, что там вы увидели загадочный блеск, в котором можно увидеть довольно много фрагментов из жизни. — Глупость какая, — заявила Ости, кладя голову на плечо Люцифера. Тот раздражённо выдохнул, но отталкивать ее не стал. Ему было настолько скучно, что даже новость о появлениях Соулмейтов на Небесах не вызвало в нем любопытство. Казалось, этот день закончится так же скучно, как и начался, как вдруг к ним примчалась невысокая темноволосая дьяволица в темном, обтягивающем идеальную тонкую фигуру, костюме. « Мими, кажется», — пронеслось у него в голове. — Люцифер, тебя искал… Геральд, — проговорила она, борясь с отдышкой. — В чем дело? — равнодушно бросил мужчина, лениво разглядывая девушку. — Не знаю, но он говорил, что… что это очень важно и… не стоит откладывать на потом. Демон тяжело вздохнул, а после, щёлкнув пальцами, в один миг переместился в кабинет преподавателя. Тот сидел за столом, перебирая какие-то бумаги, пока его взгляд не наткнулся на темноволосого мужчину, возникшего словно из воздуха. Поначалу на его лице отразилось удивление, но после качнул головой, вспоминая о способностях, которые достались отпрыску от своего столь могущественного отца. — Рад, что ты прибыл так быстро. — Я могу и убраться отсюда так же быстро, если мы не перейдем сразу к делу. — К нам поступили сведения, что совсем недавно умерла женщина. Ее зовут Ребекка Уокер, — начал Геральд, откладывая бумаги в бок. — Дальше, — нетерпеливо произнес мужчина, борясь с желанием покинуть это место прямо сейчас. — У ее осталась маленькая дочь Вики, которой недавно минуло 5 лет. Девочка осталась без Хранителя. — М, замечательно, а я тут зачем? — Тебя назначили ее Хранителем, Люцифер. Поначалу брови мужчины взметнулись вверх, а после его губы расплылись в ухмылке. Ещё раз прокрутив в голове новость, что сообщил преподаватель, он громко рассмеялся, смотря на удивлённое лицо Геральда. Он и Хранитель? Видимо, до старика плохо дошло на том занятии, когда он сказала, что не будет нянькой человеческому отпрыску. — Нет, — заявил Люцифер, когда лицо вновь приобрело серьёзность. — Это был не вопрос, Люцифер. — Мне плевать. Мой ответ — нет. — Люцифер, это правило. Сам Шепфа назначил тебя им. — Мне плевать на ваши правила. Я демон, а это значит, что я нарушу их и глазом не моргнув. — Таков закон, сынок. А перед законом нужно отвечать. Если ты ослушаешься, тебя не спасет даже Сатана. Даже он здесь будет бессилен. К тому же, тебе нужно всего лишь быть Хранилем два года, после чего твои обязанности перейдут к другому. — Ну так пусть другой и возьмётся за них прямо сейчас, — понемногу начинал закипать Люцифер. Ему начинали надоедать эти игры, а плясать под дудочку Шепфы он не собирался. — Не получится. Сейчас ее Хранитель оберегает другого, но как только тот человек умрет, а это будет через два года, тогда он и перейдёт к ней. Люцифер раздражённо дёрнул щекой и резко поднялся с места. — Здесь не требуется твоего разрешения. Водоворот затянет тебя на землю. Хочешь ты этого или же нет. — Мой ответ остаётся прежним, — а после исчез, щёлкнув пальцами.***
Как бы демон не пытался бороться, но воронка все равно засосала его и выплюнула на землю. Поднявшись на ноги, он раздражённо отряхнул брюки, а после начал проклинать всех и все, что придумали эту идиотскую затею и поспособствовали его отправлению в эту дыру. « Паркен-стрит», — мысленно произнес мужчина, читая название улицы на вывеске, что расположилась около небольшого домишки. Дом был тщательно выкрашен в светло-зеленый, а может краска уже выцвела, отчего он и приобрел такой цвет. На крыльце стояли две огромные вазы, расположившиеся по обе стороны от двери. Около белого заборчика разместились клумбы, а рядом с ними — уродливые садовые гномы, которые, как показалось демону, были настроены враждебно. « Гадость какая». Но, как бы не хотел признавать Люцифер, домик был достаточно симпатичным и не настолько ужасным, как он представлял. Даже в какой-то момент демон почувствовал, как в его душе разлилась незнакомая теплота, от чего хотелось улыбаться и смеяться. « Все портят гномы, — мысленно произнес мужчина, а после щелкнул пальцами. Внутри дом был настолько же скромен, как и снаружи. Вначале он не смог понять в какую комнату его занесло, но после, увидев ярко-розовые обои и плюшевых единорогов на полках, сразу догадался. « Ад, по сравнению с этой комнатой, кажется Раем», — фыркнул он, разглядывая помещение. Как сказали раньше, это была небольшая комната, начинающая от ярко-розовых обоев и таких же занавесок на окнах, заканчивающаяся кроватью и мягкими игрушками на ней такого же цвета. Оглядываясь его внимание привлекли фотографии на стене, которые были, опять же, в розовой рамочке. Приблизившись Люцифер увидел на снимке семью: светловолосая женщина… Нет, скорее девушка с слегка накрученными волосами счастливо улыбалась на снимке, прислонив голову к плечу темноволосому юноше, что сдержано, но тепло улыбался на фотографии. На руках у молодой пары сидела маленькая светловолосая девочка, чьи глаза были цвета тающих льдин. На первый взгляд, внешностью девочка была схожа с матерью, но, если присмотреться, можно увидеть тонкие черты лица отца. Как понял демон, фотография была сделана совсем недавно до трагедии. Маленький ребенок счастливо смеётся, мать поддерживает ее на руках, разделяя ее радость, а отец с любовью наблюдает за этой картиной. От столь счастливой семьи Люциферу захотелось избавиться от своего, ещё не успевшего перевариться, обеда. Подобные жесты внимания он предпочитал избегать. Ему было не знакомо это чувство. Внезапно демон почувствовал, как что-то тянет его вниз. Обернувшись он никого не увидел и решил вернуться к своему делу, как вдруг тяготение повторилось. Опустив взгляд, Люцифер замер, удивлённо распахнув глаза. Он заметил маленькую светловолосую девочку, чьи глаза были цвета тающих льдин. Девочка с фотографии. — Дяденька, это ты убил мою маму? — прошептала она, вытирая маленькой ручкой детские слезы. Глядя в маленькие, полные слез глаза, Люциферу на миг показалось, что он увидел какой-то странный блеск в глазах ребенка, но после покачал головой, ссылаясь на галюцинации. Его сейчас волновало совсем другое. — Ты меня видишь? — прошептал он, не веря в происходящее. — Дядя, это ты… Но больше он ее не слушал. Демон так и застыл, смотря на это маленькое плачущее существо в коротком платьице, и пытался вспомнить все то, что рассказывал Геральд на уроках. «Смертные не могут видеть своих Хранителей, но могут слышать их, когда те того пожелают». Не могут видеть, пока не пожелают. Тогда он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Мужчина попытался сосредоточиться и мысленно приказал маленькой смертной перестать видеть его в поле своего обозрения. Но, когда он вновь взглянул на нее, девчонка продолжала ожидать ответа на свой вопрос, пристально наблюдая за действиями демона. — Ты и сейчас меня видишь? — спросил Люцифер, хотя его вопрос больше походил на утверждение. Но ребенок все равно кивнул головой, не выпуская из своей маленькой ручки ткань его рубашки. « Как она может меня видеть?» — пронеслось у него в голове, прежде чем щёлкнуть пальцами и покинуть комнату ребенка.
