Мой демон-хранитель

***

      — Геральд? — проговорил Люцифер в пустоту, царившую в кабинете преподавателя.       Поначалу демон не мог понять как именно очутился в этом месте. Оказавшись в водовороте, Люцифер подумал о Преисподней, что, как всегда, ждала его «с распростёртыми объятиями». Но огромная воронка решила поступить иначе, выплюнув принца Ада в учительском кабинете, хозяин которого, видимо, куда-то отлучился.       « Наверное, плохо был сосредоточен и позволил себе думать о другом», — подумал он, разглядывая огромные белые колонны, которые стояли в каждом углу кабинета, словно поддерживая потолок. Но, немного поразмыслив, Люцифер начинал понимать, что это не бесполезный визит к Геральду. Вдруг ему удалось что-нибудь разузнать о смертной? Его начинало беспокоить это, особенно странный случай с путешествием по воспоминаниям ребёнка.       Вспомнив девочку с глазами тающих льдин, демон слегка улыбнулся, думая о громком смехе, наполненным счастьем. Это маленькое существо смогло отыскать место для радости, когда на душе царила печаль и боль. Демон не хотел признавать этого, но ему казалось, что он начинает восхищаться девочкой, что в столь юном возрасте находит силы справляться с преградами, которые могут показаться непосильными взрослому человеку. Даже если взять, к примеру, отца Вики. Мужчина и не пытался скрыть свою боль и тоску рядом с ребенком, который в свое время требовал поддержки и заботы от отца как никогда. В это прекрасное время дети должны чувствовать себя счастливыми, беззаботными и любимыми. Они не должны страдать от таких тяжёлых потерь, которые впоследствии могут разрушить всю жизнь.       Отец Люцифера никогда не понимал своего ребенка. Да и что он мог понять? Жестокий мучитель, чьи руки давным-давно погрязли по локоть в крови, ничего не мог сделать для сына что-то хорошее. Единственная, кто понимала маленького Люцифера, давно погибла от рук своего безжалостного мужа тирана.       Демон не мог позволить, чтобы и маленькая Вики начинала свой жизненный путь с таких ужасных событий. Ему хотелось помочь ей. Сделать все возможное, что будет в его силах, дабы она была счастлива.       От размышлений его прервал Геральд, который вернулся в кабинет, громко хлопнув дверью. Притащив огромную стопку бумаг, он уронил их на стол, а после, переведя дыхание, взглянул на Люцифера.       — Здравствуй, Люцифер. Не ожидал тебя здесь увидеть. Как подопечная?       — Геральд, ты что-нибудь узнал? — сразу перешёл к делу демон, забывая о необходимости соблюдать этикет. Хотя кому он, собственно, нужен?       — Если ты по поводу своей подопечной, то вынужден тебя огорчить. Ни в одном источнике я не обнаружил какой-либо информации. Ее попросту нет. Ты уверен, что тебе не показалось?       — Тогда боль, которую я ощутил, когда это чудовище вырывало мне перья, тоже показалась?       Глаза старого демона широко расширились, а губы растянулись в чеширской улыбке. Смотря в ярко-алые огоньки, Геральд закашлял, пытаясь скрыть подступающий смех.       — Она… Что? — ещё раз кашлянул в кулак преподаватель и вновь перевел взгляд на Люцифера. — Она действительно это сделала? Ты хоть удосужился сообщить ей, как тебя зовут? Думаю, твое имя смертным будет знакомо очень хорошо.       — Это я сообщил.       — А она?       — Ей не понравилось мое имя, потому что, видите ли, оно слишком длинное и, как она выразилась, «ужасное», — передразнил Люцифер девочку, глядя на Геральда. Тот в свою очередь не выдержал и громко засмеялся, от чего, казалось, белые колонны начали содрогаться.       — Походу мы очень давно спускались на землю, раз теперь дети смертных оскорбляют высших существ. Ты здорово повеселил меня, Люцифер. Давно я так не смеялся.       — Надеюсь, сказанное мной, останется сугубо между нами, Геральд? — спросил демон, изгибая правую бровь.       — Конечно. Наш разговор не сможет покинуть пределы этих стен.       Люцифер кивнул, а после приподнял руку, приготовившись сделать щелчок, как вдруг остановился, вспомнив ещё один вопрос.       — Геральд, что тебе известно о Соулмейтах?       Вопрос слегка удивил преподавателя. Он свёл брови к переносице и устремил свой взгляд вбок, задумываясь над вопросом.       — Несмотря на то, что смертных создавали по нашим обличьям и качествам, они сумели преуспеть лишь в том, что каким-то образом первые обнаружили родственные души. Соулмейты, как мы называем. У каждого смертного и бессмертного есть своя родственная душа. Если же создание Шепфы считает, что он не имеет Соулмейта, то глубоко заблуждается: либо он не встретил свою родственную душу, либо же она просто ещё не пришла в этот мир.       — Что ещё?        Старый демон проследовал к своему столу и, удачно приземлившись в кресло, сцепил руки в замок.       — Соулмейты друг друга обнаруживают по следующим признакам: сначала они без какой-либо причины начинают испытывать чувство влюбленности. Ну, там учащенное сердцебиение, нехватка дыхания и прочая ересь.       Люцифер молча кивнул, не решаясь прерывать преподавателя.       — Затем, когда две родственные души впервые встретились взглядом, им может показаться, что в глазах партнёра есть нечто особенное и притягательное. Это как становление какой-то неосязаемой связи, только более сложнее, да и процесс куда углубленнее. Чем-то напоминает любовь, понимаешь?       — Не понимаю, ведь любви не существует. Возможно, она есть в этом сгнившем мире, но я в нее не верю, — равнодушно бросил Люцифер, пожав плечами.       — Ладно. Хорошо. В общем, эти чувства можно сравнить с любовью, но это заблуждение. Любовь может прийти так же неожиданно, как и уйти. Партнёра сменить можно легко и быстро. А от родственной души тебе никак не удастся избавиться. Будешь ты ее любить или же ненавидеть, зависет только от тебя. Когда Соулмейты встречаются друг с другом взглядом в первый раз, происходит, как я говорил раньше, довольно сложный процесс, где души переплетаются между собой. Они связаны.       — Что это значит?       — А то, что всю ту боль, радость, стыд и так далее ты будешь ощущать так же сильно, как и твой Соулмейт. И наоборот. И это уже не будет зависеть от твоего желания.       Люцифер нахмурился. Сложив руки на груди, он взглянул себе под ноги, раздумывая о словах преподавателя.       — Это, своего рода, плен, — констатировал демон, вновь встречаясь взглядом с Геральдом. Тот лишь кивнул.       — Именно. Наказание Шепфа. Вот как прозвали этот процесс советники Цитадели.        Люцифер устало вздохнул и, закрыв глаза, потёр переносицу. За последние пару дней на его голову свалилось столько событий, а его мозг не успевает справиться с огромным количеством новой информации. Ещё чуть-чуть и котелок расплавится.       — Последний вопрос, Геральд, и я покину этот кабинет на долгое время.       — Спрашивай.       — Возможно ли такое, чтобы смертный был родственной душой бессмертного или же наоборот.       Тот ответил практически незамедлительно:       — Нет. Только после того, как смертный окончит свой жизненный путь и станет бессмертным, процесс возможен. Но никак иначе.

***

      Прошло немало времени с последнего визита Люцифера к Геральду. Вики понемногу начала привыкать к своему новому соседу, что без спроса поселился на мягком розовом диванчике. Он часто задирал девочку, всячески пытался подколоть, от чего она громко кричала, грозя тем, что любимая плюшевая фея Мэри заколдует его. Демон ухмылялся и все равно продолжал подначивать ребенка. Это скорее выглядело как безобидные шутки со стороны, чем издевательства. Своими действиями, Люцифер, сам того не осознавая, помогал ребенку справиться с проблемой, с которой не мог разобраться даже ее отец. Девочка все меньше плакала и не так сильно тосковала по матери. Слезы, льющиеся по ночам, прекратились, оставив после себя лишь плохие воспоминания. Она стала чаще смеяться и улыбаться, особенно когда демон начинал изучать необычные предметы в доме. К примеру, совсем недавно он с любопытством наблюдал за странной техникой, созданной руками смертных, под названием « кофемашина», который готовил горячий и ароматный кофе.       Девочка часто любила выбегать на улицу и садиться на крыльцо дома после теплого летнего дождя. Вики с упоением наблюдала за белыми пушистыми облаками, которые скрывали теплое солнце. Они плыли не торопясь, словно приветствуя всех жителей маленького городишка. Порой золотистые лучи солнца преодолевали плотную завесу облаков и падали ей на лицо, заставляя мерцать россыпи веснушек. Люцифер молча наблюдал за лицом ребенка, чья мимика молниеносно менялась в зависимости от погодных условий. Когда солнце исчезало за облаками, она хмурилась и могла начать капризничать. А когда золотистые лучи грели своим теплом, на лице расцветала блаженная улыбка.       В один из таких моментов, девочка решила нарушить тишину и негромко спросила:       — Кто ты такой?       — Я тот, кто присматривает за тобой, — ответил демон, расправляя свои крылья.       — Ты мой ангел-хранитель? — удивлённо спросил ребенок, намереваясь потрогать своими маленькими ручками алые перья.       — Неужели ты видишь нимб над моей головой? — спросил Люцифер, отходя подальше от цепких рук девочки.       — Тогда кто ты?       — А как ты думаешь?       — Не знаю, — сказала она, хмуря лоб. — Ты не похож на чёртика.       « Чёртика?» — пронеслось в голове у демона, когда ребенок усердно подбирал возможные варианты. Это переходит уже все границы. Где это видано, чтобы наследника Ада называли чертиком?       « Хотя, она меня даже им не считает».       — Почему же? — с любопытством спросил он.       — У тебя же нет рогов.       Такое нелепое утверждение поразило демона. Громко рассмеявшись, Люцифер видел как недоуменно смотрит на него Вики, пытаясь выяснить причину такой бурной реакции.       «Так вот что на самом деле рассказывают смертные своим детям? В Аду водятся черти с рогами и копытами, которые готовят для каждого личный котел?» Но спустя пару секунд добавил:       «Хотя, отцу понравился бы замысел».       — Какие глупые стереотипы, — проговорил демон и покачал головой, пытаясь скрыть вновь подступающую улыбку.       — Что такое стереотипы?       — С тобой так сложно. Долго мне придётся отучать тебя от всей этой ерунды, что внушили взрослые.       — Это не ерунда, — запротестовала девочка, сильно качая головой.       — Поверь, инфузория, мне со стороны виднее.       — Люся…       — Я что тебе повторял уже сто пятьдесят раз про Люсю? Никакого Люси!       — Вообще-то сто сорок восемь.       — Что?       — Сто сорок восемь раз ты мне повторял.       — Ах ты! — воскликнул демон, намереваясь схватить ее, но она успела отскочить от его рук и, заливаясь громким смехом, забежала в дом, захлопнув за собой двери.

***

      Это уже было второе лето, которое встречали вместе Люцифер и Вики. Июнь в этом году выдался жарким, от чего прилавки магазинов уже были завалены щедрым урожаем сладкой клубники.       После работы мистер Уокер решил порадовать свою маленькую дочку и купил ей огромный ящик красной ягоды. Встреча отца с работы сопровождалось громкими воскликами и смехом, который, казалось, слышали все жители улицы «Паркен-стрит».       Однажды утром, когда отец ушел в магазин, Вики наслаждалась вкусом клубники, сидя на скрипучем диване. Демон с любопытством наблюдал за необычной ягодой, которую ему никогда не доводилось видеть.       — Попробуй, она очень вкусная, — проговорила девочка, ловко забрасывая в рот ягоду.       Люцифер подхватил клубнику и принялся рассматривать со всех сторон.       « Вроде нормальная и пахнет вкусно». Но он все равно не спешил съедать лакомство, ожидая какого-то подвоха       — Ну же, Люся, смелее, — улыбнулась девочке, наблюдая как демон вертит ягоду в разные стороны. — Ты сейчас ее… Раздавишь.       На месте ягоды осталась красная каша, сок которой медленно стекал по рукам. Отбросив ее в сторону, Люцифер взял другую.       — Ты как маленький, — проговорила Вики, приближаясь к демону. — Отдай, — чуть не силой забрала она клубнику. — А теперь открой рот.       Брови Люцифера взметнулись вверх, а после он свёл их к переносице.       — Не буду я этого делать, — запротестовал демон, но девочка упорно настаивала на своем.       — Давай, — а после забросила ягоду в рот, когда тот собирался что-то ответить. Демон чуть не подавился, но выплёвывать ягоду не стал, смирно пережёвывая ее зубами.       — Ну как?       — Неплохо, — равнодушно бросил Люцифер, хотя знал, что только что солгал девочке. На удивление, клубника ему очень понравилась. Сладкая ягода таяла на языке, оставляя после себя приятное послевкусие, которое требовало продолжения банкета.       Люцифер уже сам потянулся к корзине и принялся ловко забрасывать ягоды по несколько штук. Спустя некоторое время Вики, громко смеясь, пыталась оттащить демона от ящика, который так крепко вцепился в него.

***

      — Люся, — прошептала девочка, мгновенно отыскав ярко-алые огоньки, что сияли в темноте.       — Что, инфузория? — устало произнес демон, приближаясь к кровати девочки.       — Я не могу заснуть. Расскажи мне сказку.       — Я не знаю сказок, — сказал Люцифер, расположившись рядом с ней.       — Как? — удивленно спросила девочка, оперевшись на локоть. — Тебе никогда не рассказывали сказки?       — Нет.       — И тебе никогда не было страшно? Ты не просил маму, чтобы она рассказала тебе сказку?       — Нет.       — Хочешь, я тебе расскажу сказку? Мне всегда рассказывала ее мама.       — Нет.       — Я все равно расскажу.       Демон тяжело вздохнул и, покачав головой, опёрся спиной о стену. Если бы не темнота в комнате, девочка бы заметила как дрогнули его губы, пытаясь скрыть улыбку. Он и так знал, что Вики не требуется его разрешение для реализации своего замысла. Она все равно поступит по-своему.       — Жила-была в всеми забытой деревушке фея Мэри и однажды…

***

      —… и жили они долго и счастливо. Конец. Люся?       Но демон не ответил. Тогда девочка вновь позвала его, но ответа так и не последовало. Она осторожно выбралась из кровати и, тихо проследовав к дальней стене, зажгла свет. Ее взору предстала совсем необычная картина. Демон, перед которым трепетали все бессмертные, сладко спал, опустив голову на плечо. Во сне он выглядел таким невинным, что, если бы не темная палитра цветов на его одежде и волосах, можно было бы подумать, что это настоящий ангел.       Боясь его разбудить, Вики аккуратно прикрыла его одеялом, а после, выключив свет, расположилась рядом.       — Ты такой хороший, Люцифер, — прошептала девочка, чувствуя как опускаются веки. — Ты мой самый лучший друг, — после чего закрыла глаза и погрузилась в царство Морфея, в котором для нее приготовили радужные, наполненные счастьем сны.