Асомния

Вова обессиленно упал на диван, взявшись руками за голову. Череп раскалывался от количества мыслей, сомнений, переживаний. Было слышно тихие всхлипы Алины из ванной. Вообще она редко плакала, но постоянные ссоры истощили их обоих. Тяжело вздохнув, Вова поднялся, закинул на плечо рюкзак, быстро накинул куртку и быстрым, резким шагом вышел из квартиры. Спускаясь по лестнице, парень снова громко выдохнул, затем достал из кармана зажигалку, полупустую пачку красных Мальборо, вынул сигарету и затянулся. Вова был разбит. Яркий свет ослепил глаза. Весна. Лужи грязи, вонь газов от машин. Он не знал, куда идти, но проветрить голову было необходимо. Стримы становились всë реже из-за Вовиного настроения - довольно сложно шутить и веселить аудиторию, когда на душе кошки скребут. Ссоры с Алиной происходили систематически, а синяки под глазами росли с каждым днëм. Бессонница. Очередной вдох. Дым неприятно щипет в горле. Выдох. По крайней мене, запах перебивает головную боль. Стример небрежно бросил окурок в урну и пошëл дальше, тупо глядя в землю.

***

Состояние Вовы всë ухудшалось. Он почти не спал уже две недели. Стримы почти сошли на нет. Очередное дерьмовое утро. На улице пасмурно. Хлопок двери, Вова кидает на стол бумажку с кривым текстом и таблетки. Снотворное, Донормил. Да, всë настолько плохо. Парень ест без особого интереса, а затем закидывает в себя таблетку и запивает водой. Он медленно тащит свою тушу к кровати и падает, надеясь наконец-то поспать. Но... не успевает пройти и нескольких минут, как по квартире раздаëтся скрежет ключей в замочной скважине. Алина? Нет, это была не Алина. - Вов? Привет! - необычайно жизнерадостный голос донëсся из прихожей. Незнакомый голос. Вова вскакивает с кровати, сон как рукой сняло. Что блять происходит? Внутри нарастает беспокойство. Так, без паники. У кого кроме Алины (и собственно, его самого) вообще есть ключи от его квартиры? Вова замер. Его будто парализовало. В прихожей стоял абсолютно незнакомый парень. На вид лет 20, с ярко-голубыми глазами и красиво уложенными волосами. Он улыбался. - Как дела? - Незнакомец прервал неловкое молчание. Он снял крутку и вопросительно посмотрел на Вову. - Чего стоишь? Посмотрите, рот открыл и молчит. Всë хорошо? Перед глазами всë поплыло. Вова хватается за голову - она начинает болеть просто невыносимо... Вова вскочил с постели в холодном поту. Что за хуйня это сейчас была? Ну нихера себе таблеточки? Он взял в руки коробку из-под Донормила - белую, с радужным кружком посередине. - Так побочные эффекты... - Стример хмурится - твою ж мать, ну спасибо! Такие сны Вове не нужны. Надо постараться забыть этот сон и этого странного парня у него дома. А снотворное Вова убрал на дальнюю полку в шкафчик с лекарствами. От греха подальше. Кажется, Алины дома всë это время не было. Неужели она до сих пор на него злится? На часах 16:02. Он спал всего два часа? Вова включил телефон и посмотрел дату. Он проспал двое суток.

***

И снова четыре бессонных ночи. Уже просто девать себя некуда. Алина наконец вернулась домой, сказала, что была у родителей. Вроде казалось, что всë наладилось, но нет. Опять ссоры, опять скандалы. Вове нужно поспать. Но как только он закрывает глаза, всë, что он может видеть - темнота. И нечëткие ярко-голубые глаза. Но сон не приходит. Так уж и быть. Уронив все баночки и коробочки, Вова добирается до Донормила. Тяжëлый вздох, пара глотков, и, наконец-то, долгожданный сон...