Механическая авто-любовь Валеры и его машины

На следующий день вся дружная семья Азовых спала чуть ли не до обеда. Были солнечные выходные, поэтому Валеру не надо было куда-то везти за тридевять земель. Но Креста смог рано разбудить своего механического папу, говоря ему о том, что его грязные подгузники пора бы уже сменить, да и позавтракать было бы тоже неплохо. Марк, только что проснувшийся, взял кроху на руки и понёс его к небольшому столику, на котором он сменил сыну грязное белье. Но кормить ребенка Марку сейчас не хотелось, поэтому он разбудил Валеру и заставил уже его кормить Кресту. Отец этого малыша сильно хотел спать, поэтому серебристый автоморф был послан в пешее эротическое. Не ожидав такого от близкого ему человека, Морковка очень расстроился и с горькой обидой в душе ушёл на нижний этаж, спать на том диване. Предварительно положив малыша рядом с Валерой, думая, что так студент быстрее вспомнит про свои обязанности отца. Марк 2 не понимал, почему его возлюбленный так охладел к нему в последнее время, неужели всё дело в Тойота Кресте? Да ну, бред какой-то, автоморф мотнул головой, отгоняя ненужные мысли, но они всё равно продолжали лезть к нему, как назойливые мухи. Серебристый очень любил сына, но почему он должен делать всё сам, разве не Валера вчера ласкал сына и обнимал Марка? Внезапно в механическую голову омеги прилетела просто отвратительная мысль: у Валерия наверняка мог быть кто-то ещё. Другой автоморф, более податливый и милый, вечно хотящий секса. С какой-то стороны эта мысль была глупа и не обоснована, ну где он мог найти ещё одного омегу, но автоморф отчётливо представлял себе картину их свидания, как они целуются, смеются и ходят за руки, пока Морковка дома сидит с малышом. На фарах снова горькие слезы, а что, если уйти, просто так, взять, собрать все свои вещи, оставить им ребенка и найти хорошего альфу, который сможет сделать для Марка куда больше, чем сделал Валера. Эта идея понравилась омеге, он улыбнулся, представляя, как студент будет ползать на коленях и просить у него прощения, когда всё узнает. Всё было решено, он вечером собирает свои манатки и уходит по-английски, оставляя Кресту на студента, пусть хоть вспомнит, кто он для ребенка. Марк 2 улыбнулся и растянулся на диване, снова засыпая. Может быть, сегодня он даже займётся сексом с Валерой в последний раз. Откуда-то сверху послышался плач крохи, но омега успешно проигнорировал его. А потом Валерий начал кричать на беспомощного малютку и даже ударил его, потому как автоморф услышал звук сильного шлепка. Но такого он стерпеть не мог над своим ребёнком, Марк кидается на верх и с ноги чуть ли не выбивает дверь. Картина повергла его в шок: Валера держит переруганного кроху за шею и пытается придушить его. Морковка не может больше сдерживать своего демона внутри, поэтому в резко наступившей тишине комнаты было слышно, как взревел двигатель автоморфа и он с кулаками кидается на студента, выбивая задыхающегося Кресту из его рук. На шум прибегают родители студента, они в ужасе наблюдают за происходящим. Марк сидит в углу комнаты и прижимает малыша к себе, а потом, осознав, что Креста не может самостоятельно дышать, бросается к Алевтине Юрьевне: -Алевтина Юрьевна, помогите, мой кроха умирает, Валера пытался убить его! -Сейчас я вызову скорую, Толя, помоги Марку сделать малышу искусственное дыхание. А со своим сыном я поговорю чуть позже. -Пожалуйста, Креста очень важен для меня, — Марк всхлипывает и начинает слушать объяснения от Анатолия Степановича о том, как правильно помочь крохе снова задышать. А дальше всё происходит, как в тумане, приезжают врачи и о чем-то обеспокоенно говорят с родителями студента, Кресту забирают, говоря автоморфу, что он в тяжёлом состоянии и ему нужна врачебная помощь. Не помня себя от злости, омега снова бросается с кулаками на некогда горячо любимого Валеру, но быстро остывает, когда получает от него нехилую пощёчину. Морковкин округлил фары и отошёл от студента: -Ты монстр, самый настоящий. -Просто кому-то не нужно меня злить. -Где я тебя злил? Ты не можешь даже с родным ребёнком посидеть. -Это не моя обязанность, поэтому будь добр наконец перестать себя так вести. -А не боишься, что я к другому альфе уйти могу? -Не сможешь, ты слишком слабый для такого отчаянного шага. -А вот и смогу, сегодня вечером можешь забыть про меня, я ухожу, — Марк круто развернулся и вышел из комнаты. Еле сдерживая себя, чтобы не закричать от нахлынувшей на него волны дикой ярости, автоморф пошёл завтракать, царапая стены своими ногтями по пути. На небольшой кухоньке за столом сидел Анатолий Степанович и спокойно читал утреннюю газету. Заметив пришедшего к нему Морковкина, он обеспокоенно посмотрел на него, а затем тихо произнёс: -Почему вы с Валерой в последнее время ведёте себя, как бешеные псы? Нельзя разве как-то договориться друг с другом? -Он не хочет помогать мне с ребенком, говорит, что это сугубо мои обязанности, — омега сел на стул рядом, наливая себе чаю в кружку. -Ладно, я поговорю с этим балбесом, ты главное не волнуйся. -Стараюсь. А что там с моим крохой, всё настолько плохо? -Не совсем. Кресте нужно будет пролежать в больнице где-то ещё пару недель, как минимум. -Как долго, — Марк отпил горячий напиток из большой керамической посудины и положил в рот одно печенье. О своём уходе Марк 2 не особо хотел говорить, но знал, что если не предупредил их, то потом проблем наберётся на всю жизнь вперёд. -Анатолий Степанович, мне нужно вам кое-что сказать… -Ну так говори, чо тянуть-то? -В общем, я решил, что отправлюсь обратно, к своему племени автоморфов, раз для Валеры я ничего не значу. -Это мой сын тебе сказал? Ну погоди, сейчас я ему уши откручу. -Нет, я сам догадался об этом, поэтому не волнуйтесь, сегодня вечером меня в вашем доме уже не будет. -Марк, ты с ума сошёл? Как же мы без тебя жить-то будем, ты ведь уже успел стать полноценным членом нашей семьи вместе с сыном. -Самому дорогому для меня человеку я не нужен, а это значит, что пора искать того, кто будет любить меня вечно. -Марк, не надо, пожалуйста, я даже не представляю, как Аля отреагирует на это, -Анатолий Степанович с грустью взглянул на притихшего омегу. Морковкин сам прекрасно понимал, что его позорный уход причинит боль людям, которым не плевать на него. Собравшись с мыслями, омега сказал, что подумает насчёт этого. Они сильно заболтались по душам и не заметили, как за дверью их разговор подслушивает студент. Валера хотел последовать за автоморфом и хорошенько научить его не пререкаться с Валерием Азовым, но услышав их разговор и то, как потом Морковка расплакался, уткнувшись носом в плечо бати студента. В тот момент у студента проснулась совесть, поэтому он пересилил себя и зашёл на кухню. Его встретил тяжёлый взгляд отца и насупившегося Марка, автоморф не хотел даже смотреть на появившегося в проёме дверей Валеру. Внезапно автоморф поднялся со стула и вышел из кухни, поблагодарив Анатолия Степановича за вкусный завтрак. Отец и сын долго смотрели друг на друга в ожидании начала очень серьёзного разговора. Взять инициативу на себя решил Анатолий Степанович, он встал из-за стола, подошёл к Валере и прямо спросил: -Когда перед Марком извиняться собираешься? -То есть, этот омега выводит меня из себя, а я перед ним извиняться должен? -Ты чуть не убил вашего с ним ребенка, а перед этим, ещё тогда, когда Марк носил Кресту под своим двигателем ты успел сильно задеть его, когда ни с того ни с сего наорал на беднягу. -Пап, послушай, я… — начал уже было Валера, но отец перебил его. -Иди и извинись. Если ты этого не сделаешь, то автоморф уйдёт от нас навсегда. -Никуда он не уйдёт, — Валерий понял, что батя слишком уж сильно заступается за Морковкина. Но делать студенту нечего, надо пойти и попросить прощения. Азов младший сделал глубокий вдох и поплелся к покоцанному бамперу. Марк 2 сидел в ванной и продолжал тихо плакать, проклиная свою судьбу. На этом моменте Валера задумался, а не пытается ли омега перерезать себе свои провода, поэтому осторожно постучался в дверь душевой, а затем вошёл внутрь. Автоморф не резал себя, а просто сидел на полу и вытирал слёзы кулаком. Поняв, что в его маленькое царство слёз пробрался тот, кто когда-то украл его генератор, Морковкин недовольно нахмурился и сильнее вжал голову в шею, показывая, что не рад его видеть. Валера сам не особо хотел находиться здесь, но потом почувствовал странное тепло, разлившееся внутри, когда в нос Валеры ударил столь родной запах Морковки. Омега приятно пах бензином, поэтому студент не стал себя сдерживать и накинулся на того с объятиями и зарылся носом в серебристых волосах Марк 2. Автоморф рассердился такому поведению парня и попытался вырваться, но внезапно студент впился своими губами к его. Такого омега не ожидал, поэтому очень удивился такому внезапному приливу эмоций у бывшего Очкарика. Валерий с трудом оторвался от Марка и прошептал ему на ухо: «Прости меня».