Серый Страж Довакин

- Итак, Виндхельм пал, - заключила Эленвен, Первый эмиссар Альдмерского Доминиона в Скайриме, закончив читать донесение разведки. - Полагаю, Тармирил, вы понимаете, что это означает?       Старший юстициар Тармирил, глава действующего на территории Скайрима корпуса юстициаров, разумеется, понимал. Но ничего не ответил. Он достаточно давно служил под началом Эленвен чтобы знать, когда ее вопросы требуют ответа, а когда нет. Сейчас был как раз второй случай.       Эмиссар аккуратно положила донесение в ящик стола, поднялась, отошла к окну, некоторое время безмолвно созерцала, как солнце медленно скрывается за хребтом Друадахских гор. Тармирил ждал. - Виндхельм пал, - повторила она через пару минут, продолжая любоваться закатом. - Ульфрик Буревестник казнен, армия Братьев Бури разгромлена. Имперские войска контролируют все крупные города. Часть уцелевших, конечно же, продолжит борьбу, но война так или иначе окончена. Спустя два года... - Вы считаете, нам все же следовало поддержать Ульфрика? - прямо спросил Тармирил.       Эленвен, отвернувшись от окна, покачала головой. - Мы оба знаем, что это ни к чему бы не привело. Даже соблюдай мы всю возможную секретность, Ульфрик ни за что бы не принял помощь, если бы хоть на секунду подумал, что она может исходить от нас. И даже если бы не подумал, скорее всего, вообще бы не стал принимать ее ни у кого. Он ведь типичный норд, для такого принять чужую помощь - значит показать свою слабость, - добавила она со слабой гримасой. Юстициар тоже позволил себе презрительную усмешку. - К тому же, - продолжала эмиссар, посерьезнев, - не думаю, что здесь можно было добиться большего. Два года - срок ничтожный, однако то, что Ульфрик вообще продержался столько времени, нельзя назвать иначе чем чудом. В Алиноре были уверены, что более чем на шесть месяцев здесь в принципе не придется рассчитывать.       Тармирил задумчиво разгладил усы. - Однако достигнутого все равно недостаточно. - Именно так, - подтвердила Эленвен. - Впрочем, способы повлиять на ситуацию остаются, и мы непременно ими воспользуемся. В нашем положении не следует пренебрегать ничем. А пока, - она вернулась к столу, - раз появилась возможность, следует заняться не менее важным вопросом.       Тармирил выпрямился. Он читал донесение прежде чем доставить его эмиссару, знал, о каком вопросе и о какой возможности идет речь, и был готов. - Двадцать моих лучших бойцов уже в седле и готовы выступать. Я прошу разрешения лично их возглавить. Если по дороге не будет происшествий, мы сможем добраться до Ривервуда одновременно с Драконорожденным, или даже раньше. С его стороны было крайне опрометчивым решением покидать расположение Легиона. - Позволяю. И ценю вашу предусмотрительность, старший юстициар, - улыбнулась Эленвен. - Однако хочу еще раз напомнить вам об осторожности. Этого человека нельзя недооценивать, а тратить попусту жизни достойных меров и особенно такого командира как вы мне бы очень не хотелось.       Юстициар ударил кулаком в грудь: - Не беспокойтесь об этом, эмиссар, мои воины прекрасно подготовлены и знают, что стоит на кону. Более того, в нашем распоряжении есть средство, способное гарантированно нейтрализовать нашего друга. Если повезет, нам вовсе даже не придется вступать с ним в бой.       Во взгляде Эленвен сквозил скепсис, однако она лишь снова обворожительно улыбнулась: - Ну что ж, Тармирил, полагаю, вы знаете, что делаете. В таком случае отправляйтесь, с милостью Ауриэля. - Да присмотрит он за нами, - ответил юстициар и, поклонившись, покинул посольство.

***

      В последний раз Торвальд посещал Ривервуд довольно давно, около полутора лет назад, и то сугубо по делу. После этого возвращаться сюда у него не было ни поводов, ни желания. Не потому, что Ривервуд был плох - наоборот, маленький тихий городок в верховьях Белой реки в паре часов пешего пути от Вайтрана был, без сомнения, прекрасным местом для спокойной и размеренной жизни в скайримской глубинке. Но именно в этой тишине и покое и скрывался даэдра - в городке не происходило практически ничего интересного с точки зрения типичного искателя приключений, и, следовательно, такому человеку как Торвальд заняться здесь было решительно нечем. В принципе, если бы не Хадвар, его ближайший друг в Легионе, он бы и не подумал сюда заезжать. Однако молодой центурион был крайне настойчив, и Довакин сам не заметил, как согласился поехать вместе с ним и погостить денек-другой в доме его дяди, кузнеца Алвора. - Слушай, а как вообще так вышло, что ты живешь с дядей и тетей? - решил поинтересоваться он, пока они проезжали городские ворота. - Не сочти за дерзость, просто не могу вспомнить, чтобы ты хоть раз родителей упоминал. - Мои родители умерли, - спокойно ответил легионер. - Отец служил в Легионе, полег в какой-то стычке, мне еще пяти зим не было. Мама была раздавлена, когда получила похоронку, не прожила потом и пары месяцев, угасла как свечка. Ну а дядя Алвор взял меня к себе и вырастил как родного. Вот и вся история. - Ох, извини...       Хадвар лишь усмехнулся: - Не извиняйся, ты имеешь право знать. Сколько раз бок о бок бились, в конце-то концов. Да к тому же это давно было, так что... Ай, зараза! - комок грязи - или чего-то похожего - просвистел в воздухе и врезался прямо в лоб легионеру, да так, что от неожиданности он едва не свалился с лошади. - За Ульфрика! Получайте, имперские ублюдки! - крикнул белобрысый мальчишка лет двенадцати на вид, швыряя еще один снаряд - на сей раз в Торвальда. Тот, однако, был наготове и успел поднять руку, так что комок лишь бессильно размазался о наруч. Малец, осознав, что эффект внезапности исчерпан, немедленно дал стрекача. Торвальд поначалу хотел пуститься за ним в погоню, но тут же передумал: необходимости в этом не было ровным счетом никакой, и даже моральное удовлетворение от надранных мальчишечьих ушей не стоило бы затраченных усилий. - Ульфрик умер, но дело его живет. Особенно в сердцах молодежи, - проворчал он, глядя вслед мальчишке. - На месте его папаши порол бы его почаще, чтоб вся дурь поскорее вышла. А то еще случится чего... - Да уж, надо бы, - согласился Хадвар, отряхивая грязь с лица. - Кажется, я знаю этого мальца. Это Фроднар, сынишка Хода и Гердур. - Гердур? - в памяти Торвальда всплыл убитый им предводитель Братьев Бури с двумя топорами, перед смертью просивший передать что-то сестре. - Значит, выходит, это его дядю я в Виндхельме повстречал... Нда, неудобно получилось...       Хадвар выпрямился в седле. - Ты встретил Ралофа? - Я не спрашивал его имени, - пожал плечами Довакин. - А что, ты его знаешь? - Мы росли вместе, - легионер опустил голову. - Лучшими друзьями были. Потом я ушел в Легион, а Ралоф... Когда мы устроили ту засаду на Ульфрика, он уже был одним из его доверенных людей. Вы с ним, кстати, ехали в Хелген в одной повозке, ты разве не помнишь?       Пошевелив как следует извилинами, Торвальд вспомнил светловолосого и говорливого Брата Бури, который в тот памятный день был четвертым пассажиром их телеги наравне с ним самим, Ульфриком и тем несчастным конокрадом, имя которого он тоже не запомнил. Вспомнил и то, что, когда налетел Алдуин и обрушил на Хелген огонь с небес, именно тот Брат Бури, рискуя жизнью, оттащил его с площади в укрытие к своим товарищам. И вот так-то он, получается, отплатил ему за спасение своей шкуры! - Признаться, я даже немного рад, что именно ты с ним столкнулся, - продолжал Хадвар. - Потому что если бы мы встретились в бою... не знаю, смог бы я вообще поднять на него руку. Просто не знаю. - Всегда пожалуйста, дружище, - хмыкнул Торвальд.        Они помолчали. - Наверное, все-таки следует рассказать этой Гердур, что случилось с ее братом, - неуверенно предположил Торвальд, чувствуя, что с учетом открывшегося просто обязан был теперь это сделать, хоть бы и ради очистки совести. С другой стороны, быть тем, кто принесет дурную весть, ему совершенно не хотелось.       Хадвар кивнул: - Определенно следует. Это, конечно, не лучшие новости, но пусть уж лучше узнает наверняка, чем будет терзаться догадками. Не уверен, правда, как она это воспримет из уст легионера... Ладно, думаю, не стоит с этим торопиться, ты ведь пробудешь здесь какое-то время, успеешь еще ей рассказать. - Я тоже так думаю, - согласился Торвальд. - Ладно, хватит тут стоять, поехали.       Дом родных Хадвара располагался практически в центре поселения, напротив лавки; за минувшее время он практически не изменился, разве что над дверями блистала свежей краской новенькая вывеска с изображением молота и наковальни. Из кузни доносились ритмичные удары молота и пение: Алвор настолько отдавал себя работе, что не замечал никого и ничего вокруг. Его дочь и ученица, Дорти, если Торвальд правильно помнил, сидела тут же, на крыльце, лениво поглаживая здоровенного черного котяру и насвистывая в такт отцовскому пению. Она первая заметила гостей. - Хадвар! - сорвавшись с места, она с радостным визгом подбежала к брату и бросилась ему на шею, едва тот успел слезть с лошади. - Отец, они приехали! Иди сюда скорее! - Я скучал по тебе, малышка, - Хадвар с улыбкой погладил девочку по голове. - Во имя Талоса, как же ты выросла! - И вовсе я не малышка! - Дорти надула губки. - Мне тринадцать лет вообще-то! - Да, действительно, уже не малышка, а взрослая, самостоятельная девушка, хоть сейчас замуж выдавай, - усмехнулся в бороду подошедший Алвор, крепко обнимая племянника. - Рад тебя видеть, парень. И тебя тоже рад видеть, Довакин, - он отпустил Хадвара и повернулся к закончившему привязывать лошадей к изгороди Торвальду. - Не уверен, правда, как надо приветствовать столь важную особу.       Торвальд рассмеялся. - Как друга своего племянника, надо полагать.       Алвор широко улыбнулся. - Вот как? Ну, тогда... - он сжал Довакина в объятиях, и тот мигом пожалел о своих словах, ибо силой кузнец не уступал медведю. - Доводилось слышать о твоих деяниях. Подумать только, победить самого Алдуина! Никогда бы не поверил, что смертному такое под силу. - Самому, признаться, не до конца верится, - ухмыльнулся Торвальд. - А у вас дела, смотрю, тоже неплохо идут. Вывеску новую повесили, котейку завели. Красота! - Котейку?! - Алвор резко обернулся к коту, который по-прежнему сидел на крыльце, таращась на новоприбывших огромными зелеными глазищами. - Опять приперся, тварь блохастая? А ну, брысь отсюдова!       Котяра зевнул, потянулся, спрыгнул с крыльца, задрал пушистый хвост и гордо удалился, на прощание одарив кузнеца полным презрения взглядом. Тот гневно чертыхнулся ему вслед. - Приблудился откуда ни возьмись пару дней назад, фалмерское отродье, и уходить не желает, будто ему тут медом намазано! Богами клянусь, еще раз увижу, точно живодерам продам, помяните мое слово! - Папа, но это же просто кот, что в нем такого плохого? - спросила Дорти со слезами в голосе. - В самом деле, дядя, только не говори, что веришь в эти суеверия, - поддакнул Хадвар. - Ну да, черный, но что в этом такого? Мне черные кошки не раз дорогу перебегали, и ничего, живой вроде. - Да если бы дело только в этом! - с жаром воскликнул кузнец, затем понизил голос: - Просто подозрительный этот кошак какой-то. Холеный весь, породистый, шерстка блестит, в наших краях отродясь таких не бывало. Да и взгляд у него какой-то странный, осмысленный, что ли. Как будто что-то соображает, как будто это не просто животина. - Осмысленный взгляд, говоришь? - Торвальду довелось как-то раз столкнуться с подобным случаем. Тогда это, правда, был пес, но однозначно разумный. И говорящий вдобавок. И, строго говоря, вообще не пес - ибо назвать собакой Барбаса, компаньона и часть личности Клавикуса Вайла, даэдрического князя сделок, значило сильно преуменьшить действительность. - А этот кот только смотрит странно, или еще что-то подозрительное делает?       Алвор поскреб затылок. - Да нет, вроде, - неуверенно сказал он. - Но по правде, я и не присматривался особо, некогда мне, работы по горло. Дорти, ты же с этим котярой возишься, не замечала ничего странного?       Девочка задумалась. - Ну, не знаю... Он любит молоко и рыбу, мяукает, дает себя гладить, как любой другой кот... Вроде ничего необычного. Хотя нет, подождите! - вдруг воскликнула она. - Вчера на него напал Пенек, пес Фроднара. Зубы скалил, рычал, почти уже бросился. Я хотела его отогнать, но Пенек вдруг ни с того, ни с сего заскулил и убежал, только я его и видела! Я сначала удивилась, но потом как-то забыла. Честно-пречестно, именно так все и было!       Алвор в сердцах выругался. - Так и знал, что с этой зверюгой что-то нечисто! Довакин, тебе это говорит о чем-нибудь? - Трудно сказать. Есть у меня пара догадок, но я их лучше пока придержу при себе. Слишком мало фактов, чтобы делать выводы, - откликнулся Торвальд. - Но то, что дело здесь нечистое, полностью согласен. На всякий случай держитесь лучше подальше от кошака, а я попробую приглядеться к нему, может, узнаю, с чем мы имеем дело. И еще, называй меня, пожалуйста, по имени, Торвальд, без всяких довакинов. Или просто Валь, если угодно. - Конечно, Дова... Валь, - кузнец вымученно улыбнулся. - И заранее спасибо за помощь. Дорти, слышала? Не вздумай даже близко подходить к отродью! - Я... Конечно, папа, - Дорти шмыгнула носом. - Вот и хорошо. Ну, довольно языками трепать, вы наверняка устали с дороги да проголодались, так что пойдемте-ка в дом поскорее. Сигрид столько всего наготовила к вашему приезду! - он гостеприимно распахнул дверь, и Торвальд с Хадваром, действительно успевшие изрядно оголодать за проведенный в седле день, не замедлили воспользоваться приглашением.

***

- Так что, ты действительно собираешься заняться этим делом? - спросил Хадвар, когда они, отужинав и набеседовавшись вдоволь с гостеприимными хозяевами на актуальные темы, спустились на цокольный этаж и разложили спальные мешки, готовясь ко сну. - Думаешь, этот кот опасен?       Торвальд пожал плечами. - Может, и нет, но проверить все равно стоит, - ответил он, забираясь в спальник. - Если он так запросто разъяренного пса шуганул, кто знает, что он еще может выкинуть. - Аргумент, - согласился Хадвар, укладываясь рядом. - А что это вообще может быть, как ты думаешь? - Понятия не имею. Может, обычный кот, а случившееся - просто совпадение. Может, какая-нибудь магическая зверушка, или маг под личиной кота. А может, даэдра. - Даэдра? - Хадвар непроизвольно содрогнулся. - Этого только не хватало! - Да успокойся ты, - устало отмахнулся Торвальд. - Даже если даэдра, то что с того? Справимся, не впервой. - Ну, для тебя-то и впрямь, наверно, не проблема. И все-таки не хотел бы я связываться с даэдра. Не так я себе свой отпуск представлял, если говорить по чести... - Да не случится ничего с твоим отпуском, не переживай ты так. И вообще, если боишься, то необязательно мне помогать, я и сам справлюсь. Говорю же, не впервой. - Я не боюсь! - запротестовал Хадвар. - И без помощи тебя не оставлю, ты не думай. Вдруг эта зверюга тебе одному не по зубам окажется?       Торвальд усмехнулся. - Не думаю, что все настолько уж плохо, но все равно спасибо. Давай уже спать, завтра видно будет.       Он потушил свечу и закрыл глаза, практически сразу начав проваливаться в царство Вермины, однако Хадвар был все еще слишком взбудоражен для сна. - Эй, Валь, - позвал он, поворочавшись пару минут. - А как вообще надо сражаться с даэдра? Я так, на всякий случай спрашиваю, просто никогда их раньше не встречал... - Мечом рубить, пока шевелятся, - отрезал Торвальд. - И что, все? - В твоем случае - да. Все, доброй ночи, - он перевернулся на бок и, не обращая больше внимания на товарища, захрапел.

***

      Если бы кто-нибудь из жителей Ривервуда вздумал этой ночью выглянуть на улицу, то, возможно, увидел бы, как черный кот, последние пару дней крутившийся вокруг алворовой кузницы, с наступлением темноты выскользнул из города и устремился в лес на западе. Близ опушки из земли торчал под наклоном большой камень, похожий на палец; кот двинулся в направлении, в котором тот указывал. Он заходил все дальше и дальше в чащу, не обращая внимания на уханье сов и вой волков; один раз на его пути оказалась целая волчья стая, однако серые разбойники не обратили на кота ни малейшего внимания, словно вовсе его не заметили. Наконец, впереди замаячил свет. Кот прибавил прыти и вскоре выбрался на большую поляну с горящим в центре костром. Вокруг костра располагались шатры и сидели воины в золоченых доспехах, украшенных изображениями хищной птицы. Кот направился к самому большому шатру. Стражник у входа, завидев его, кивнул в знак приветствия и приподнял полог, пропуская его: - Ты как раз вовремя. Командир вот-вот готовился отойти ко сну. - Тогда Дар'харзун очень рад, что успел, - промурлыкал кот и вошел в шатер. - Старший юстициар, Дар'харзун прибыл с докладом. - Докладывай, - склонившийся в углу над тазиком для умывания Тармирил отложил мыло и встал с колен. - Объект прибыл в город несколько часов назад в сопровождении центуриона Имперского Легиона по имени Хадвар. Они остановились в доме кузнеца. - Отлично. Были какие-либо трудности? - Глупые норды не могут отличить каджита-альфика от простой кошки, - осклабился Дар'харзун. - Однако кузнец что-то подозревает. Каджит считает, что кузнец может поделиться с Довакином своими подозрениями, и тогда Дар'харзун рискует стать целью преследования. - Вот как? - юстициар задумался, почесывая гладко выбритый подбородок. - Пожалуй, мы можем воспользоваться этим, - сказал он через минуту раздумья. - Однако предупреждаю, если ты согласишься, твоя миссия станет гораздо опаснее. Ты готов к этому? - Каджит не боится опасностей! - гордо заявил альфик. - Хорошо, если так, - кивнул Тармирил. - На тракте к западу отсюда есть площадка с тремя древними менгирами, тропинка спускается от нее вдоль скалы к реке и небольшому рыбацкому лагерю. Твоей задачей станет заманить туда Драконорожденного. Как только он окажется там, появимся мы и захлопнем западню. - Дар'харзун знает, где это. Он сделает все, что от него требуется. - Прекрасно. Твоя преданность Альдмерскому Доминиону заслуживает уважения, агент Дар'харзун, - Тармирил одобрительно улыбнулся. - Переночуй в лагере, а завтра возвращайся в город и приступай к операции. Ориентируйся на полдень, к этому времени мы успеем подготовить засаду. Свободен!       Альфик поклонился и, взмахнув хвостом, покинул шатер. Тармирил проводил его взглядом, затем отошел к лежащему в углу шатра вещмешку и извлек из его недр бутылку вина. Опустился на наскоро сколоченный табурет, наполнил походный кожаный кубок, пригубил, наслаждаясь насыщенным вкусом с отчетливой кислинкой. Вино Алто 187 года, конечно, не шло ни в какое сравнение с творениями алинорских виноделов, но среди континентальных вин по праву считалось лучшим из лучших. А уж за удачу в таком дело, как поимка попортившего Талмору немало крови и нервов Довакина определенно стоило выпить. Конечно, не более одного кубка: для столь важного и непростого предприятия требовалась ясная голова. И все же старший юстициар почему-то был абсолютно уверен в завтрашнем успехе...