Влажные фантазии

Пристально наблюдая за двумя уходящими плечом к плечу заклинателями, Сюэ Ян сжимает зубы едва не до скрежета. — Грёбаные, мать их, заклинатели. Фальшивые святоши, всегда считающие себя правыми. Меня выворачивает. Да кто они вообще такие?! Рассказ Цзинь Гуанъяо про двух даочжанов на пике славы распалил интерес. Совсем молодые, едва старше него самого, но поучающие так, словно их благодарить на коленях должны за это. Это злит. В Башне Кои Сюэ Ян интересуется у А-Яо подробнее про Сяо Синчэня и Сун Ланя, собирает всю доступную информацию. Тот с удовольствием рассказывает, даже озвучивает сплетни. — Настолько впечатлён сегодняшней встречей? — Я вырву Сун Ланю глаза и растопчу его сердце. А после уничтожу раздавленного Сяо Синчэня. Мерзкие высокомерные святоши, — его глаза опасно блестят, но Цзинь Гуанъяо это уже не впечатляет. — Если тронешь их, то все на тебя ополчатся. Следовательно, стоит держаться подальше. Нам сегодня очень повезло быстро разрешить конфликт. — Я совсем их не боюсь! — Не боишься, — согласно кивает Яо, — а я боюсь. Лучше одной проблемой меньше, чем больше. Против даже слов не находится, Сюэ Ян только хмурится и уходит в свои покои. Идти на тренировочное поле мертвецов сегодня уже не хочется.

* * *

Полумрак выделенных комнат, лёгкий аромат пионов, которым полнится вся башня, и особая расслабленность тела и разума после горячей ванны настраивают на ленивые интимные размышления перед хорошим сном. Сюэ Ян давно не уделял времени себе, уходя в работу с головой. Времени не хватало в сутках даже на то, чтобы быстро расслабиться с помощью собственной руки, не говоря уже о партнёре. Он прикрывает глаза, гладит себя по груди, раскрывая лёгкие ночные одежды. Доставлять себе удовольствие приятно и важно, только к самому себе можно проявить ласку, вспомнить свою омерзительную слабость. Мысли всё ещё возвращаются к двум даочжанам. Если их ещё и унизить перед смертью, заставить упасть с выдуманной вершины в самую мерзкую яму. Втоптать светлые образы в грязь. Он думает о том, что взял бы их двоих по очереди, вынуждая смотреть друг на друга. Они были бы вынуждены быть с ним, не важно почему, подчиняться его приказам, ощущали бы безысходность своего положения в полной мере. Представить уязвленное надломленное выражение на живом красивом лице Сяо Синчэня несложно. Его щеки и уши полыхали бы алым от смущения и гнева, но всё, что он мог бы — бессильно сжимать кулаки и поджимать, как от боли, губы. А вот на холодное лицо Сун Ланя эта эмоция никак не хочет ложиться. В воображении он только взгляд отводит и держит своего друга за руку, пытается успокоить. Но и он сгорает от стыда, румянец покрыл бы его плечи, грудь, но не лицо. Сюэ Ян всё равно увидел бы все. Он приказал бы даочжанам раздевать друг друга, неспешно, чтоб сам мог рассмотреть внимательнее. Почти безобидные фантазии будоражат. Он чувствует как откликается на них тело, как руки непроизвольно всё чаще касаются ночных штанов. Ченмэй стягивает их быстро, гладит себя по бёдрам, но пока не касается члена, растягивая удовольствие. Слишком соблазнительная картина представляется. Ещё он бы заставил их распустить друг другу волосы, маленькая прихоть, чтоб сбросить лоск с прославленных заклинателей. Одна из крохотных частичек того, что разрушит фальшивое праведное сияние на мельчайшие крупинки. Самое сладкое началось бы уже после обнажения. Сюэ Ян приказал бы Сун Ланю и Сяо Синчэню отсосать ему. Вместе. Конечно, они бы воспротивились, но выбора нет. В силах воображения Ченмэя заставить их подчиняться, пусть даже нехотя. Даочжаны неопытны в этом, но удивительно старательны. Сталкивались бы губами на его члене, встречались взглядами и тут же стыдливо отводили их. Было бы определенно занимательно и приятно наблюдать за этим. Синчэнь жался бы плечом к плечу к Цзычэню, а тот мягко обхватывал его ладонь. Интимно и близко, особенно для человека, который не терпит чужих прикосновений. Но не настолько интимно, как сейчас вместе они ласкают Сюэ Яна, обильно пачкая его член слюной. Такие высокомерные и гордые — сейчас они стоят покорно на коленях. Сюэ Ян поощрительно похлопает по щеке Синчэня и вцепится пальцами в роскошные волосы, заставляя взять полностью. Красивые глаза упоительно распахнутся и ему придется принимать в горло член. Но не долго. Глотку Сун Ланя тоже хочется попробовать, узнать кто же лучше удовлетворяет ртом. Впрочем, у Ченмэя ещё достаточно времени, чтоб разобраться в чужих умениях. А потом заставит их лечь грудью на стол, отставив задницы. Оба действительно хороши. Сун Цзычэнь выглядит больше своего друга, рельеф мышц более выражен и они завораживающе перекатываются под кожей, ягодицы подтянутые и крепкие. По ним хочется с силой шлёпнуть, оставив слабый краснеющий след. Сюэ Ян не станет отказывать себе в желании. Сяо Синчэнь же обманчиво хрупкий и чуть округлый. Физически он точно не уступает товарищу и превосходит Сюэ Яна. Но сейчас покорно выгибается и вздыхает, опуская голову. Его скорее хочется тискать, сжимать, оставлять синеватые следы пальцев, которые быстро заживут. Но начнет он все равно с Цзычэня. Горделивого, отстранённого, избегающего прикосновений. Сбить с его лица холодное высокомерное выражение. Синчэнь встрепенётся тут же, потянется убрать чужие руки от друга. Образец благодетели даже сейчас. Тошно. Но упрямец Сун Лань не потерпит, чтоб его спасали. Успокаивающе погладит тонкую сильную ладонь. Это смешит. Пусть думают что хотят. В его целях получить для себя удовольствие, разделить ночь с двумя чертовыми даочжанами и унизить их на глазах друг друга. Ченмэй резко вынудит развести ноги шире, сплюнет между ягодиц, тут же приставит головку к сжатому анусу и войдёт плавно, почти щадя. Тягучее медленное движение до соприкосновения кожи с кожей. Тело Сун Ланя примет его с поразительной лёгкостью, почти без сопротивления и с неожиданным стоном, сорвавшимся с тонких губ. — Сун Цзычэнь такой развратный. А я ведь только вставил тебе, — Сюэ Ян усмехнется ядовито, но погладит по сильной спине. Синчэнь тоже прильнет ближе, почти влезая между ними. — Ну-ну, даочжан Сяо, не будь так нетерпелив. Я и тебе уделю внимание. Он постепенно начнет наращивать темп, более глубоко и резко входя в тугое, но послушно и приятно принимающее его нутро. Горячий внутри, выгибающийся навстречу, стонущий на грани выдоха. Сун Лань действительно будет получать удовольствие от такой небрежности по отношению к себе и от того, какой же он на самом деле похотливый. — Поцелуй его, — четыре тонких сильных пальца вцепятся в мягкие волосы Синчэня, подталкивая ближе к губам Цзычэня. Оба замрут на мгновение, по-глупому уставившись друг на друга, но одновременно двинутся вперёд, нежно соприкасаясь губами. Красиво. Невинно. Возбуждающе. Румянец расплывётся по широким плечам и груди Сун Ланя, он плотнее и жарче примет в себя член. А сильное тело легко задрожит. Сюэ Ян войдёт во вкус быстро, с удовольствием будет бить раскрытой ладонью по подтянутым крепким ягодицам, оставляя красноватые следы. Цзычэнь, пытающийся сдержаться, но все равно принимающий с желанием, неожиданным для самого себя, порочно красивый. На его строгом лице странное выражение возбуждения, замешательства и вынужденной покорности. Завораживающий водоворот. Но и Сяо Синчэню нужно уделить внимание, он так заинтересованно будет смотреть на входящий в тело своего друга член, что едва не истечет слюной. Тяжело выбрать кого-то одного, но Сюэ Ян с удовольствием совместит. Он выйдет из Сун Ланя, погладив круглую крепкую ягодицу. Тот застонет почти разочарованно, но тут же крепко сожмет губы и бросит жалящий взгляд из-за плеча. — Тише. Твой друг тоже очень хочет быть оттраханным, — Ченмэй усмехнется, наслаждаясь чужой жаждой, — Перевернись на спину и обними меня ногами, — повернется к Синчэню, ближе подойдёт и подгонит звонким шлепком по упругому бедру. Его кожа нежная и мягкая, как дорогая ткань. Они так похожи с Цзычэнем, но при этом разные совершенно. Как два брата, которые воспитывались в разных семьях. Наверное, их духовная энергия тоже схожа. Может они даже обменивались ею, совершенствуясь в паре. Сюэ Ян не сможет проверить этого. Синчэнь откинется на спину, отведет взгляд в сторону, словно пытаясь спрятать смущённый взгляд. Но его член даже сейчас начнет подтекать, пачкая подтянутый живот. Фальшивый лотос, как можно верить такому человеку и равняться на него. — Жадная сучка, даочжан Сяо. Так любишь ебаться? — Сюэ Ян прошепчет отчётливо, давая услышать каждое слово, притянет за ноги ближе к себе и резко войдет. Слишком грубо и жёстко, намного сильнее, чем брал Сун Ланя. Внутри Синчэнь будет слишком мягким, расслабленным и влажным. Он порочен от кончиков волос до пальцев ног, развратен, словно девицы из весенних домов. И точно привычен «совместно самосовершенствоваться» со своим Цзычэнем. Сюэ Ян вложит усилие в собственные движения, будет хватать до синеватых следов на коже, оставлять кровоточащие следы от острых ногтей, чтобы как можно больше причинить боли, разбить безупречное нежное выражение лица, заставить кричать и плакать. Унизить. Чтоб чертов даочжан понял, где его истинное место и не смел больше снисходительно относиться к нему. — Приласкай его немного, — сзади опустятся сильные крепкие руки, Сун Лань огладит плечи, склонится к лицу. — Синчэнь очень отзывчивый и он сделает тебе невероятно хорошо, если дашь ему шанс. Если закрыть ему рот и лишить холодного высокомерного взгляда, то Цзычэнь кажется притягательным мужчиной, мужчиной, который должен принадлежать Сюэ Яну. Они столкнутся губами порывисто, ударившись зубами, но тут же позабыв про это. Поцелуй выйдет грубым, но приятным. Даос точно знает как сделать приятно губами. Будет влажно, глубоко, страстно, со стекающей по подбородку слюной и взаимными царапающими укусами. Сяо Синчэнь вцепится взглядом в их губы, жадно облизнувшись, пытаясь обнять и Сун Ляня ногой. Даже от болезненного проникновения и жестоких неприятных толчков его член будет стоять. А он сам постарается подстроиться под Сюэ Яна, чтоб получить удовольствие. Сюэ Ян замедлит немного свои движения, станет действительно ласковее, поглаживая ладонями по внутренней стороне бедра. Сяо Синчэнь очень красивый паршивец, вровень со своей вычурной показной правильностью и святостью. — А-Чэнь, тебе нравится, как А-Ян берет тебя? Это приятно? Он хорош, я вижу как твое сознание ускользает, оставляя только похотливый туман, — Сун Лань обойдет стол и мягко обнимет голову друга ладонями, убирая спутанные волосы с его лба. — А-Ян так молод и уже очень талантлив в этой стезе, — взгляд ясных сияющих глаз Сяо Синчэня будет расфокусирован от удушающей страсти, он будет беззаветно очарован и сведен с ума. — Так невероятно, — потянется ближе к Цзычэню, осыпая его губы лёгкими дрожащими поцелуями. А ногами он крепче прижмёт к себе Ченмэя, не давая даже наполовину выйти из своего тела. Такого жаждущего даочжана брать намного приятнее, он сам будет желать его всем своим существом, умело подмахивать бедрами навстречу. Сун Лань будет ласкать своего друга, поглаживать его соски, крупные и яркие, вбирать их в рот, влажно играясь с ними языком. А сам Синчэнь нежно приласкает губами головку его члена, плотно обхватывая губами и посасывая. — О Небеса, А-Ян, Цзычэнь! — Красивые сияющие глаза блаженно закатятся, эта воображаемая картинка особенно хороша. Синчэнь подтолкнет узкой ступней в спину, вынуждая склониться к себе и жадно вцепится поцелуем, тихонько подвывая в губы. Такой страстный, сразу проникнет языком в рот и начнет так влажно вылизывать, что слюны в мгновение станет слишком много. Но Сюэ Ян не даст ему вести, жёстко обхватит тонкую изящную шею и перекрывая доступ к воздуху. Конечно, вычурно-правильный заклинатель сдастся спустя несколько мгновений, покорно подставляясь под жёсткие ласки чужих острых зубов и языка. — Возьмём его надвое, Цзычэнь? — А-Чэнь, сможешь принять нас вместе? Тебе придется постараться и раскрыться как следует, — чужой голос зазвучит бережно, но с различимым срывающимся рычанием. Цзычэнь будет возбужден, жаден до своего развратного красивого дружка. — Тогда мы изменим позу, в этой нам будет неудобно втроем. И нужно масло, слюны будет мало. Вы слишком большие для меня, — Синчэнь улыбнется показательно невинно, но тут же его глаза блеснут порочно, он уже точно представил как примет в себя сразу два члена. Сюэ Ян сам растянет его, жёстко проталкивая вместе со своим членом пальцы. А ртом заставит потрудиться над членом Сун Ланя, жадно принимая в горло полностью. Даочжан так хорош в этом, так старательно будет удовлетворять своего друга и совершенно без сопротивления принимать все больше и больше. Он хорошо владеет свои телом и даже рефлекторные сопротивления подавит сам. — А-Ян, я уже не могу, — его сладкий голос станет надрывист от длительной работы горлом. — Я хочу вас, пожалуйста. Умоляю, — Синчэнь резко повернет голову назад и сам поддастся на четыре растягивающих пальца и член. — Хватит его мучать, Ченмэй. — Ещё немного, его скулеж так возбуждает. Тебя ведь тоже, Цзычэнь. Даже не думай врать, — свободная рука со звонким шлепком опустится на ягодицу, заставив восторженно взвизгнуть. Синчэню понравится получать звонкие шлепки по своей упругой заднице. Сюэ Ян покинет жаркое влажное тело, даст забраться на Сун Ланя лицом к себе, прильнуть к мощной горячей груди спиной. Жаркое расслабленное тело с удовольствием примет крупный член внутрь, а Сяо Синчэнь застонет от удовольствия, разводя ноги как можно шире. Сюэ Ян войдёт резко, не щадя даочжана, но все же замрёт, погрузившись полностью. Неожиданно туго, несмотря на старательную растяжку, чужой член тоже будет ощущаться непривычно, невероятно жарко, влажно. Сяо Синчэнь застонет сладко, произнося что-то быстро и тихо, почти взмолившись. А Сун Лань выдохнет сквозь зубы, сдерживая стон, но всё же не сдержится, рефлекторно толкаясь бёдрами и низко протяжно застонав. От этого Синчэнь снова вскрикнет, вцепившись пальцами в плечи Ченмэя. — Вы так хорошо заполняете меня… ах! — Даочжан будет шептать сбивчиво и ещё сильнее расслабится. Так будет намного приятнее. Все ещё тесно, но не до боли. — Можно двигаться, — он разрешит почти сразу, прекрасно осознавая, что партнёры не смогут долго ждать. С Цзычэнем они будут двигаться вразнобой, даже не стараясь подстроиться друг под друга. Жажда чужого тела и тяжёлая похоть заменят разум. Высокие надрывистые стоны Синчэня станут сладкой музыкой, он обнимет за плечи, будет целовать то его, то Сун Ланя, разрываясь меж двух огней. Ему будет так хорошо, что он даже слов связать не сможет, только тихо-тихо шептать их имена как молитву. Конечно, чёртовы заклинатели кончат первыми, возможно, даже одновременно. Такие красивые, сладкие, застонавшие его имя на пике наслаждения. Сюэ Ян жёстко ещё несколько раз войдёт в тесное очень влажно нутро Синчэня и тоже кончит. Оргазм будет ярким, невероятно головокружительным, словно перед глазами взорвались миллионы фейерверков.

* * *

В себя Сюэ Ян приходит уже в реальности. Пальцы перепачканы в сперме, а отголоски оргазма ещё отдаются блаженными искрами в теле, но он превозмогает над собой, поднимаясь с кушетки, мгновенно ставшей неудобной. Нужно вымыть руки и одеться. После таких жарких фантазий совершенно не хочется оставаться одному в холодной кровати. Да и спать не хочется. Мерзко оставаться одиноким в пустых покоях после того, как утопал в любви двух чертовых воображаемых заклинателей. Но Сюэ Ян сам себе не простит, если не присвоит, не привяжет к себе Сун Ланя и Сяо Синчэня.