Beyond Evil

      Джувон смотрит на букет желтых цветов в своих руках и вспоминает слова флориста: «Лютики — противоречивые цветы, поэтому будьте осторожны, даря их близкому человеку».       Купил он их спонтанно, просто глядя на них, перед глазами встал образ одного конкретного человека. Человека-улыбки, человека-ребенка, сломаного человека, одинокого, желанного.       «Лютик означает жизнерадостность, что переходит в ребячество. Их дарят взрослым людям, что ведут себя как дети» — ну, прямо про Донсика, Хан Джувон аж прыснул со смеху, от схожести описания цветов и его бывшего напарника.       Желтый цвет — кричащий цвет, безумный, теплый, как солнечные лучи, как его улыбка.        На эту улыбку хотелось смотреть вечно и никогда больше не видеть слез в его глазах.       Его слезы, как дождь, что сейчас срывается с неба, когда он едет к нему, в Манян.       Хан Джувон оставляет машину на въезде в город и выходит под холодный, отрезвляющий дождь, ведь ему это нужно. .В его руках букет, а в сердце любовь.       Железные ворота издали скрипучий звук, который утонул в шуме ливня, когда Джувон открыл их. Вторгаться на терреторию Донсика уже давно вошло в привычку, совесть на этот счет упорно молчала.       Он стучит в дверь и ждет, когда к нему выйдет хозяин дома,хозяин его сердца но того все нет и нет. Джувон присаживается на порог, капли дождя стекают по лицу и за шиворот, он, со временем, перестает чувствать холод, а руки и ноги немеют и это приносит дискомфорт, но он все равно будет ждать столько, сколько потребуется. — Джувон? — раздается обеспокоенный голос, который выводит парня из транса. Он поднимает глаза и видет взволнованого Донсика с зонтом в руках, видимо тот только закончил обход территорий Маняна, хотя уже и не являлся полицейским. Хан Джувон не может сдержать улыбку, ведь он так давно не видел старшего.       Донсик подходит к нему, тянется руками, помогает встать, затекшие ноги не слушаются, сколько он тут сидел? — Хан Джувон, пойдем в дом, — Ли поддерживает его под локоть и тянет внутрь. Стоит входной двери закрыться за ними и Хан Джувон поднимает до этого опущеный вниз букет и прислоняет к груди Донсика, тот теряется, но принимает его. — Тебя…отвергли? — говорит он свое предположение. — Нет, — хрипит младший, ему кажется, что из легких как- будто выбили весь воздух, — пока нет. Все зависит от тебя. — Что? — удивленные, наивные, светло-карие глаза смотрят с непониманием. И это последняя капля. Джувон обхватывает тонкую талию мужчины и притягивает его к себе, чтобы в следущее мгновение нежно поцеловать.        Насквозь промокшая одежда Джувона касается сухой Донсика, оставляя на ней мокрые следы, одна рука ложится на затылок, а другая — на поясницу.       Он прижимает мужчину к входной двери и углубляет поцелуй, проникая языком в его рот. Букет выпадает из рук Ли.       Когда поцелуй разрывается, пухлые губы Хан Джувона переходят на шею Ли Донсика, покрывая ее мягкими поцелуями, из-за чего по телу мужчины бегут мурашки. — Джувон, притормози, — рвано выдыхает старший и пытается упереться руками в грудь парня — создать дистанцию. Тот неохотно, но отстраняется и смотрит прямо в лицо своей погибели, — давай мы пройдем в дом, ты переоденешься, согреешься и мы поговорим, окей? — Хорошо, — шепчет младший, чувствуя, что у него горят щеки.       Его всегда поражало умение Донсика убеждать, в нем всегда было что-то мягкое и нежное, у него была потребность заботиться о ком-то, которую он раньше удовлетворял на Мин Джон. Он был ей за любящую мать. Но сейчас…ее нет и Донсику некуда излить свою любовь. «Так может, — раньше думал Джувон, — он отхватит хоть ее кусочек, лучик, крошку?».Так он думал раньше, но теперь он хочет большего все.Если Донсик разорвет с ним связь — он не уверен, что сможет это пережить.       Когда они зашли в зал, Ли предложил ему присесть на диван, а сам пошел в спальню за сухой одеждой. Джувон рассматривал комнату как-будто был в ней в первый или в последний раз. — Вот одежда, надеюсь она подойдет тебе, — сказал Донсик вернувшись через пару минут, — она чистая и почти новая, переодеться можешь в ванной, — он протянул руку в которой держал черный спортивный костюм.       Джувон взял вещи, благодарно кивнул и направился в уборную. Оставшись один, он подошел к зеркалу и прислонился к охлаждающей поверхности лбом. Что делать дальше он не знал, как убедить мужчину дать ему шанс, как добиться взаимности или хотя бы сохранить то, что было до импульсивного поцелуя?       Быстро скинув с себя мокрую одежду, промокнувшись полотенцем, при этом игнорируя заглушенное чувство брезгливости, он натянул на себя маловатый спортивный костюм. Тот пах кондиционером для белья, тем, что пах Ли Донсик, то есть им. Хан вдохнул глубже этот запах, чтобы успокоиться, и вышел из ванной комнаты.       Когда он вернулся в зал, там его ждал мужчина с подносом в руках, на котором стояли две чашки и заварник. — Присаживайся, — кивнул Ли на диван, ставя свою ношу на рядом стоящий стул. Когда младший сел, мужчина накинул на его ноги плед и сев в кресло напротив, начал разливать чай, — пей пока горячий.       Когда Дживон сделал глоток, он понял, что это был ромашковый чай. В голову пришла мысль, что его пытались успокоить, смягчить удар? — Донсик, — обратился он неформально к мужчине и, не желая мучать себя догадками, он задал вопрос, — ответь честно: у меня есть шанс?       Ли Донсик тяжело вздохнул и, поставив свою чашку на место, сказал: — Что ты имеешь ввиду под этим «шансом»? Может ты путаешь чувство вины с…этим? Джувон смотрел в его глаза и, несмотря на то, что тот говорил, он видел в них страх. — Ты боишься, что это вина или все же, что это любовь? — вопросом на вопрос ответил Хан. Ли не смог сдержать нервный смешок. — Боже, так мы никогда не закончим этот смущающий разговор, — все еще улыбаясь ответил мужчина, — отбросим все ненужные вопросы, я задам главный: чего ты хочешь? — Тебя, — выпалил Хан Джувон. — Джувон…-начал было Ли Донсик, но Хан его перебил. — Я не договорил.Я хочу всего тебя.Хочу защищать тебя, заботиться, обнимать, целовать, касаться, любить.Я хочу видеть твою улыбку каждый день, хочу просыпаться и засыпать с тобой. Я отдам тебе самое дорогое, что у меня есть: мою душу, сердце, жизнь. Только, пожалуйста, дай мне шанс. — Джувон! — старший мужчина повысил голос, — чувства не постоянны, ты молод и у тебя все еще впереди. Я боюсь, что если дам тебе этот шанс, то не смогу оправиться от последствий. Если ты перегоришь ко мне, я не уверен, что справлюсь, — грустно, почти с отчаянием, проговорил он.        Хан Джувон лихорадочно пытался подобрать нужные слова, чтобы переубедить мужчину. Не придумав ничего лучшего, он поднялся с дивана, и встал на колени перед Ли Донсиком. — Пожалуйста, — не поднимая глаз прохрипел он, в горле стоял ком, его трясло. Донсик сначала опешил, но взяв себя в руки, попытался поднять парня с колен. — Джувон, перестань! — сказал он, когда его попытки не увенчались успехом, но тот никак не отреагировал, — Боже, ладно, да, хорошо!       Хан Джувон неверяще поднял свой взгляд на мужчину. Тот скрестил руки на груди и отвернул лицо в сторону, но на его щеках предательски выступил румянец, выдавая его смущение. Младший встал на ноги и подошел вплотную к мужчине, вызывая у того легкий дискомфорт. Он взял ладони Ли в свои и поднес их к  губам, нежные поцелуи начали покрывать костяшки рук.Обжигая их горячим дыханием он прошептал: — Спасибо.        Хан  потянул мужчину на диван. Повалив старшего, молодой полицейский навис сверху, расположившись между его ног. — Дж…- начал было Ли Донсик, но его прервали требовательным поцелуем. Руки Джувона забрались под одежду старшего, ощупывая его ребра, бока, лаская кончиками пальцев соски. От такого напора мужчина растерялся и замычал в поцелуй —  никто и никогда так его не касался. — Джувон-а, ты слишком спешишь, — нервно улыбаясь, шептал мужчина в губы любовника, когда тот на секунду отстранился. — Ошибаешься, я слишком долго ждал, — и прикусив нижнюю губу Ли, возобновил поцелуй.       Джувон времени зря не терял и быстро своими ловкими пальцами справился с пряжкой  ремня на мужчине.Стянув с него штаны с нижним бельем и бросив их на пол, он обхватил половой орган Донсика. Пару раз проведя по нему рукой, он обхватил головку и надавил на вход уретры пальцем. —  Ах, — вырвалось из приоткрытых губ Донсика, когда Джувон отстранился, чтобы припасть  снова  к нежной  шее, на этот раз терзая ее. Когда молодой человек отстранился, чтобы отдышаться, перед его глазами предстала прекрасная картина: Донсик смотрел расфокусированым взглядом, его губы распухли, черные локоны прилипли к лицу, а шею украшали засосы. Он выглядел так развратно, так желанно и в тоже время так уязвимо и невинно. — Прости, будет немного больно, — облизав свои пальцы, Хан приставил их ко входу мужчины. Длинный палец проник внутрь, Ли поморщился от неприятных ощущений. Немного подождав, Хан протолкнул второй и начал разрабатывать тугии стенки. — Боже, — прошептал Донсик, эти ощущения были ему незнакомы, голова шла кругом. Ли Донсику пришлось повернуть голову в сторону, чтобы дать больше доступа Джувону к шее, которую он терзал, оставляя на ней новые следы.       Разрабатывать мужчину было трудно из- за отсуствия смазки, а слюны было недостаточно, но Донсик терпел. Он понимал, что в младшем кипит страсть. Джувон смотрел как дырочка поглощает его пальцы, как член Донсика сочится смазкой, пока он ласкает его другой рукой. Хан возбужденным голосом прохрипел: — Прости, но я не могу больше сдерживаться, — он перестал надрачивать Ли, потянулся рукой к штанам  и  достал свой половой орган.       Толстый и длинный член уперся в анус Ли, несколько раз проведя им по дырочке, он начал вводить его. Донсик вздрогнул, когда головка начала проникать в него, растягивая  стенки, причиняя  боль. — Постой, — прошептал мужчина, уперевшись руками в грудь инспектора. Он попытался свести ноги вместе, между которыми расположился младший, но тот  рывком развел их в стороны и толкнулся вперед, — нет! Ты не можешь! Черт! Прижав старшего к дивану и навалившись всем телом  сверху, Джувон входил резкими толчками все глубже.Член растянул анус, и дырочка поглотила его полностью, стенки сильно сжимались, не давая быстро двигаться, но  полицейский продолжал толкаться внутрь. На глазах Донсика выступили слезы, он закрыл лицо руками, когда Джувон вошел полностью, все внизу пылало адской болью. — Нет! — вскликнул Ли, когда младший, начал облизывать его соски и тянуть Донсика за запястья на себя, заставляя его сесть сверху, оседлать его, сжаться внутри максимально сильно.       Донсик подавился воздухом, когда его усадили, он рефлекторно попытался встать, но Джувон удержал его. Из дырочки вытекала сперма , что пачкала член Хана и давала Донсику скользить на нем, проникая еще глубже. Соски Ли набухли из-за того, что Хан с ними играл.Джувон отстранился и подул на влажный от слюны сосок, Ли пробила дрожь и он  сдавлено застонал. Эти звуки возбудили Хана еще сильнее, он обхватил  его ягодицы и   развел их в стороны, потом он начал толкаться вперед. — Донсик, Донсик, — стонал молодой мужчина, — ты только мой!       Джувон зарычал и обильно кончил внутрь, по краям дырки выступила сперма. Член пульсировал внутри, извергая все больше спермы.Это было так приятно, что Ли излился на их с Ханом животы, так и  не коснувшись себя. —  Тебе так понравилось, что ты кончил без рук? — подразнил его Хан. — Не зазнавайся, маленький поганец, — прохрипел Ли, опустив голову на плечо Джувона. Тот прижал его к себе покрепче и повалился назад.Так они и уснули: на неудобном, маленьком диване, в объятиях друг друга.