Найди меня в этом мире

      — Уваа! Ува! — кричали дети в пелёнках, потому что на большее не были способны. Матерь держала их обоих в своих любящих руках, пытаясь успокоить.       На самом деле эти младенцы — бывшие сорокалетние мужчины, которые были участниками рок-группы. Только кричали они не от слишком резкого света: они кричали, потому что безуспешно пытались сказать хоть слово. Тот, который был Честером, пытался произнести имя Майка, а Майк — Честера. Бедняжки…       Они слышали и воспринимали всё, что происходило в этой палате какого-то подобия роддома. Он был больше похож на крестьянские хаты, которые им показывали в школе — соломенная крыша сверху, вокруг поленья, а внизу что-то мягкое — наверное, это была овечья шерсть или какое-то её неземное подобие.       Вдруг какое-то синее существо, похожее на Салли из корпорации монстров в женском варианте, что-то пропело, то, что в человеческом мире напоминало бы просто рандомный набор букв.       — Сыта овиш балвеики, — была эта первая речь, которую сорокалетние малыши услышали. Вдруг Честер, точнее, малыш, косвенно напоминавший его, прокричал:       — Мааайк!       Младенец, бывший Майком, пытался ответить, но немного не получалось. Вскоре кое-как бывший репер, раньше читавший с невероятной скоростью, а сейчас не могший сказать хоть одно слово, пробормотал:       — Ч-Чес-стер…       И потянулся к другому малышу.       Мать этих детишек не могла понять, что происходит и почему младенцы уже сейчас сказали что-то на их языке. На самом деле Майк на языке этих существ значило «Камень», а Честер — «Чеддер». Конечно, мужчины не знали, как сильно они прокололись, но когда заметили, что женская версия Салли улыбнулась, недоуменно переглянулись и подумали, что наверняка это просто из-за того, что они уже родились и сказали имена друг друга — самые важные звуки в их загробной жизни.       Конечно, эти два бывших человека видели друг друга обычными человеческими младенцами, но на самом деле они чем-то напоминали то же самое чудовище, что и принявшая роды медсестра. Нет-нет, я не пытаюсь оскорбить медсестру за то, что она не такая, как мы, но если бы кто-то из людей её увидел, он бы опознал это, как чудовище из какой-нибудь ужасной сказки. А ещё мальчики уже могли говорить некоторые слова с человеческого языка.       — Майк, ты тут? — спросил Беннингтон.       — Да! — ответил Шинода. А мама слышала: «Камень да утка?» — «Бан!». Малыши уцепились за ручки, не имея никакого желания их разжимать. А потом они слезли с маминых рук, и «Чеддер» прокричал:       — Где Талинда?!       — Она не с нами, — сказал «Камень», всё ещё удерживая руку брата, или друга, или любимого, или кем там ему ещё Честер был? Да без разницы. В общем, они немного прошли, но потом у них не осталось сил, и они шлёпнулись на пол, а потом их подобрала их «мама». Чёрт, в этой главе слишком много кавычек. От существа, родившего их, раздались какие-то звуки.       — Дыбсро ижи онди бразледаюйца, — вот что произвело то существо. Я так и не рассказала, как выглядело создание, породившее реинкарнации Честера и Майка.       Это существо имело рост под два метра, тонкую шерсть синего цвета, которая обволакивала всё тело, кроме мертвенно-белого лица, на котором красовались два огромных зелёных глаза, нос картошкой и губы, как у коня. Сама женщина выглядела достаточно полной по меркам человеческого мира, хотя на этом свете вряд ли есть классификация по мужчинам и женщинам и их ширине и длине, на пузе, напоминавшем округлый треугольник, была шерсть посветлее, ноги (или лапы) были короткими. Такого, как женская грудь человеческого мира, у неё не было. Чуть позже Майка и Честера запеленали, а потом дали им имя — такое, какое они произнесли сами.       Ещё позже двух малюток отвезли домой — здесь они проживут, пока не отправятся за Талиндой, а затем к мудрецам, что помогут им разработать свои навыки, а потом они победят или не победят того, кто им всё пояснил, а эта персона, кстати, окажется их другом, блин, нахрен я впихнула спойлер-то… Но сейчас они просто едут с родителями, которые сделали их реинкарнации, в новый дом.       Пара месяцев заботы и ласки, и инопланетные мальчики научились ходить по-человечески со своими телами. Кстати, да, друг друга они видели такими, какими они были в человеческом мире, а остальных — такими, какими они должны быть в этом мире. Росли они в условиях того же самого неонового леса с травой сине-зеленого цвета и чёрными ёлками. В три месяца они уже свободно говорили по-человечески, а в четыре — и по-инопланетному. Когда мальчикам исполнился год, у них снова проявилась магия — Честер случайно запалил немного травы (что, естественно, до Талинды не дошло, потому что она была очень далеко), а Майк мочил пол. Мама думала, что это из-за того, что Майк не умеет ходить в туалет, но это была обычная вода, настолько обычная, насколько она могла быть обычной в этом всём необычном мире. В два года мальчики уже пытались завести друзей — будущую команду, с которой пойдут побеждать то, что встретило их на поляне, но получалось у них не очень, поэтому пока что они тренировали силы сами.       В пять лет у них уже нормально заводились друзья с разной магией, в том числе и с магией земли. Им было интересно, как этот человек справляется с болью от боли растений, поэтому они сами его спросили. Конечно, человек сначала не понял, как они узнали, что он перенимает боль от растений, а когда мальчики рассказали часть своего существования до этой жизни своим друзьям, он пояснил, что пока что не научился, но для этого надо просто настроить контроль разума.       В 7 лет эта вся компания пошла в школу — Честер, Майк, Силий, Бостон, Крамберг и Сью. Может, теперь отклониться от сюжета и рассказать о друзьях? Да, о друзьях надо рассказать, но так как у нас фанфик не про друзей, а про самих Честера и Майка, расскажу я о друзьях не очень много. Силий — ещё один маг воды, он чуть старше наших главных героев — всего на пару месяцев. Самого себя он видел как мальчишку с синими волосами, голубыми глазами в серой худи и с чёрными джинсами. Бостон — маг воздуха, младше Честера и Майка на 1 неделю. Да, не повезло ему немного. Сам себя он видел как невысокого мальчика в белой худи и клетчатых брюках. Сью — девочка, которая как раз была магом земли. Она-то и рассказала мальчикам, как противостоять боли от растений. Сама девочка себя видела как невысокую, но стройную, в белой блузке и синей юбке до колен. А что насчёт Крамберга, которого все называли Крам? Он владел особой магией, которой не владел никто — магией света. Он мог изменять световую волну, как ему самому вздумается — удлинять, сокращать, изменять порядок фотонов… Также он мог регулировать, кому конкретно эту световую волну будет менять — конкретно одному человеку, нескольким или всем вокруг. Среди всех он был самым старшим и крупным, поэтому и носил мешковатую одежду на 5 размеров больше, чем его собственный.       Итак, о друзьях рассказали, поэтому теперь можно вернуться к повествованию. В первый день школы детей распределили по классам, и нашей компании повезло попасть в один класс. Позже, после распределения, у них было три урока: родной язык, математика и какой-то язык Междумирья. Услышав о Междумирье, Честер и Майк вздрогнули: это было как раз тем местом, откуда они попали сюда!..       — Почему вы себя так странно ведёте? — спросила Сью, когда заметила, что мальчики вздрогнули. Она единственная поинтересовалась, потому что была рядом с ними — остальные просто не увидели. — Почему вы вздрогнули, только услышав о Междумирье?       — Ты понимаешь человеческий английский? — спросил Честер.       — Ну…основы знаю… — пробубнила маг растений. — Но я больше по японскому.       — Так вот. Мы же говорили, что мы уже однажды умерли? — по-человечески спросил Майк. — По-моему, говорили. Так вот, мы из человеческого мира попали в белый свет, а потом — в то, что называется Междумирьем. Там был пенек с тремя половинками инь-янь, которые соответствовали разной магии, а вокруг этого пенька- множество растений, похожих на фонарики. А потом мы услышали голос. Он сказал нам, что мы с Майком и другой девушкой, Талиндой, должны найти друг друга, а потом найти и победить его.       — Ого… — вздохнула Сью, а после к ним подошёл Крамберг.       — ПчелЫ, так вы тоже попадали в это Междумирье? То есть, вы тоже из человеческого мира? Как же мне повезло! — закричал он и распрыгался. Кстати, я пишу слова персонажей человеческой речью, потому что я с первых строк задолбалась искажать слова в какое-то непонятное уродство. — Слушайте, а когда вы умерли?       — Эм… Я не думаю, что на такие вопросы принято отвечать, — сказал с подозрением бывший Шинода. — Чес, ты против, если я отвечу?       — Я? Да нет, пусть обо мне все всё знают из потустороннего мира, я только за, — с явным сарказмом, которого Майк не сумел расслышать, сказал Честер. Ох, как же он разозлился, когда Майк разгласил их даты смерти…       — Двадцатое и двадцать первое июля две тысячи семнадцатого года, — тихо прошептал Шинода. Крам это понял, так как они говорили на одном человеческом английском языке.       — То есть ты… Быть того не может! — прокричал Крамберг. — Этот Честер — это мой лучший друг, Честер Беннингтон?! Боже, Честер, если это реально ты, то я так счастлив тебя встретить!!!       — Стой…а кто ты из человеческого мира? — недоуменно поинтересовался бывший Беннингтон. — У меня был только один друг, но я не уверен, что это можешь быть ты…       — Ты сам догадаешься, или мне всё-таки стоит сказать?       — Нет, нет, дай подумать… У вас двух характеры не схожи, да и внешка не такая, ты даже за мохнатой шкурой не похож на него… Но голос, голос, он мне с самого начала показался таким знакомым… Этого просто не может быть, вы почти ни капли не похожи…       — Так мне озвучивать? — нетерпеливо спросил Крамберг. Щас он, естественно, окажется Крисом Корнеллом, но Честер в это не верит, по крайней мере пока что, поэтому пока что Крамберг остаётся Крамбергом. — И вообще, ты за мохнатой шкурой тоже не похож на Честера Чарльза Беннингтона!       — Да в смысле?! У меня же нет шкуры, мы с Майком одни такие в этом мире! И вообще, я даже родился без шкуры… Я просто человеческий подросток!       — Честер, мы все, даже если люди, не знаем, что мы люди, пока не раскроем себя как сущности, — сказал Бостон. — И да, я бы сказал, кто он из людей, но мне нельзя.       — Ладно, — смирился Честер и задумался, а Майк неловко загляделся на его задумчивое лицо. Жалко, что его красоту он стал понимать только после смерти человеческого тела… — Твоя манера речи тоже сходна с его манерой… Теперь я больше верю. Ты… Ты — Крис?       — Скажи это. Скажи это громко, — попросил Крам-Крис. — Скажи так, чтобы я и остальные могли это услышать.       — Ты… Ты, Крамберг, в человеческом мире был Крисом Корнеллом! — чётко сказал бывший Беннингтон, не понимая, что говорит. На самом деле, он оказался прав, и все уже узнали. От ознания этого Честера запекло в своей бренной меховой оболочке. — Это ведь правда, да? Ты точно тот, кто был мне второй, нет, даже первой поддержкой?       — Да, — ответил Крис и раскрыл своё лицо. Всем людям, а точнее бывшим людям, в классе предстало невероятное сияющее перевоплощение в семилетнего мальчонку. Честер в глазах Криса тоже преобразился в человечка. А потом и Силий вместе с Сью раскрыли личности, и только Бостон остался нераскрытым для всех.       Вернёмся от рекламы к повествованию. Проходили годы, мальчикам было всё сложнее совмещать учёбу и магию, но помимо этого они ещё записались на плавание, курсы спорта, проходили всякие олимпиады, поступали на всякие конкурсы, особенно пения, в общем, старались быть идеальными сыновьями.       Выходило у них отлично, пока это все их конкретно не заебало. Простите за мат. Их заебали старания в школе, их заебало каждый день тренироваться, постоянно идти на какие-то конкурсы и не занимать никаких мест, готовиться к разным олимпиадам… Поэтому они бросили всё, кроме магии. А когда мама стала пытаться выяснить, что это за дела происходят всего лишь в 4 классе, она получила заслуженный ответ о том, что магия была предназначением мальчиков. Папа пытался заставить их передумать о своём предназначении, но мальчишки-то уже знали, что вернутся в свой мир с помощью магии…       На 11 год потусторонней жизни мальчики узнали о том, что магии можно объединять, и тогда получится особая магия, которой они смогут управлять вместе, и поэтому они бросили уклон на особую магию объединения. В 12 лет они уже освоили половину навыка: они научились делать просто одновременно магию и управлять ей с помощью своего функционала, но самого главного они пока не изучили — как объединяться, чтобы сделать мощное заклинание. Когда мальчикам исполнилось 13, они наконец-таки поняли, как надо объединяться и что это связано с половинкамм инь-янь, которых у них не было при родах — они были внутри, и поэтому, чтобы объединить магию, нужно было объединить души. Когда бывшие люди это узнали, им взбрело на ум сразу же опробовать это.       — Я слышал, что дилетанты могут улетать в обморок, — предупредил Майк перед первой попыткой. — Если я улечу, ты меня разбудишь?       — Обязательно, Майки, — нежно сказал бывший Беннингтон, хватая бывшего Шиноду за руку. — А я слышал, что мы должны почувствовать друг друга, а это будет очень сложно. Удачи нам? — усмехнулся былой солист, который и теперь мог разорвать сцену диким воплем, своему солнышку, которое сопровождало его всю потустороннюю жизнь.       — Надеюсь, наши души легко найдут общий язык. Честно говоря, я уже не знаю, как жил бы без тебя, — прошептал то самое солнышко, концентрируя свою душу на попытке поймать душу Честера и настроить с ней контакт. Честер сделал то же самое, но их души так и не могли настроиться на контакт друг с другом. В попытках проходили дни, недели, месяцы, и только спустя полгода Честер и Майк научились объединять души. Результат их поразил — они почувствовали безграничную энергию, а магия так и рвалась наружу. Теперь оставалось только научиться контролировать эту магию… Это у парней вышло всего за два месяца, и в 14 бывшие земляне в полусовершенстве владели техникой объединения магий. Для совершенства им не хватало только практики, и поэтому вместо одиночных тренировок им пришлось вновь собрать всю магическую команду — Силий, Бостон, Крамберг и Сью. Последние были очень рады, и несмотря на то, что были заняты, друзьям не отказали.       Когда началось распределение, кто с кем будет объединять магию, Крам и Сью попали в одну пару, а Бостон и Силий — в другую. У Крама и Сью всё получилось быстро, но травматично для души последней. Бостон и Силий же немного помучались, и с первой тренировки им не удалось достичь того объединения, которого добились остальные. Майк и Сью поддерживали Бостона и Силия, ведь у них будет наверняка самая мощная совместная атака.       На следующих тренировках Майк и Крам объединили силы и сражались против Честера и Сью. С Честером Сью контакт установила довольно легко, а Майку и Краму пришлось немного попотеть, хоть и не в прямом смысле, но у них всё равно отлично получилось. В итоге у Честера с Сью вышли Горящие лозы, опутывающие последние клетки сознания, а у Майка с Крамом — Светящийся водопад, убивающий чистой иллюзией. Бостон и Силий уже потихоньку шли на контакт. В итоге этим двум удалось достичь самой мощной объединённой атаки всего за два месяца — Ледяные искры, прошивающие ветром. Испытывая эту магию друг на друге, друзья потихоньку достигли своего совершенства, но так и не заметили, что приближались к шестнадцатилетию.       Этот возраст обозначал, что они уже скоро выпускались из школы, в которой проторчали большую часть второй жизни, и могли уходить в свободное плаванье.       Честер и Майк знали, чем займутся в будущем, и до самого выпуска пытались заставить остальных из банды помочь в этом, но никто не хотел, чтобы уже подростки уходили из этого мира… Особенно этому сопротивлялась Сью — девочка с магией земли и растений, которой мальчики в первую очередь рассказали о своей истории в Междумирьи. Она поначалу просто думала, что они отличные друзья, но потом ей хотелось проводить в этой компании больше времени, а в итоге она поняла, что хотела проводить время именно с Честером и Майком, и ей казалось, что без этих двух компания была уже не та. Большего Сью пока не могла осознать, но это уже было небольшой влюблённостью. Кстати, да, это и есть тот самый спойлер про Сью, про который я говорила раньше.       Ох, извините, снова прерываюсь. Ну так вот, Сью хотела проводить больше времени именно с бывшими Беннингтоном и Шинодой, поэтому не могла позволить себе присоединиться к приключению, которое эти двое замышляли. Пару месяцев спустя, кстати, она согласилась им помогать. Крам, а точнее Крис, сразу изъявил желание принимать в этой авантюре участие. Бостон вообще уговаривал парней отказаться от этой затеи. Кстати, мы о Бостоне кое-что знаем, но это больше, чем его одежда. Мы его уже встречали, но ещё до детства Честера и Майка… Именно поэтому Бостон отказался участвовать — он боялся, что им придётся сообщить ужасную, хотя она и не была такой уж и ужасной, правду. Силий почувствовал себя бесполезным, так как Майк уже был необходимым звеном команды с водной магией, поэтому сразу отсеялся. В итоге из всей компании осталось только четверо, которые оставались на сражение и на поиски Талинды.       Сразу после выпуска все четверо обустроились на одну и ту же работу, на которой получали неплохую зарплату за счёт своей магии, и так они подкопили достаточно много денег, чтобы путешествовать пару-тройку лет с редкими перерывами на ночлег в хостелах с большим запасом собственно приготовленной еды. Не лучшие, конечно, условия, но кого это колыхало, если это был единственный путь к спасению?       Наработали они денег, и вот всем исполнилось по 18. В человеческом мире это был возраст согласия, легального 18+, алкоголя, сигарет и прочих таких взрослых привилегий, и поэтому два бывших участника Linkin Park решили устроить торжество с алкоголем и громкой земной музыкой. Конечно, это отняло значительную часть денег, но зато все бывшие люди красиво вошли в взрослую некрасивую жизнь красивого мира. Первый глоток здешнего алкоголя заставил Честера, Майка и Криса вспомнить, как они точно так же в своём мире первый раз пили алкоголь и с кем это произошло, при каких обстоятельствах и что из этого вышло, какое тогда было время суток, в общем, все подробности, и они схватили чёртову ностальгию от этого, только у Честера с этим были плохие воспоминания, поэтому у него одного в тот день было плохое настроение. Майк это почувствовал через ментальную связь, придвинулся к Честеру и прошептал прямо на ушко:       — Отойдём куда-нибудь подальше отсюда?       — Д-да, спасибо… — пробормотал бывший солист LP, который как раз желал уйти отсюда как можно дальше, особенно, чтобы оставить Крама и Сью наедине — мало ли, вдруг у них там роман происходит? Но Сью тоже всё услышала и сказала:       — Если кому-то из вас сейчас очень плохо, то я всегда могу помочь!       Из-за этого крика Крис тоже обратил внимание на Честера. Он понимал, почему последнему сейчас плохо, и мог бы даже предложить свою помощь, но Сью его опередила, и он услышал ответ:       — Это не из того, что ты или Крам знают. Здесь мне может помочь только Майк.       А после этой фразы Честер и Майк ушли с этажа. Теперь Сью грустила, а Крам пытался её подбодрить, ведь в конце концов, разве Честер — такой важный повод грустить, если есть вещи гораздо более важные, чем просто друг? Но для мага земли этот Честер был даже дороже, чем абстрагироваться от боли растений, поэтому она позволила этим чувствам войти в неё. С непривычки её сначала скрючило, но потом ей стало более-менее стабильно больно, поэтому она просто сидела с плохим настроением, готовая зарыдать.       — С тобой-то всё нормально? — поинтересовался Крамберг. — Ты ушла в депрессию от того, что бессильна?       — Да, но это общая половина факта. Главное в самом этом факте то, что я такая грустная только из-за того, что не смогла помочь…Честеру. Может быть, если бы я не могла помочь Майку или тебе, мне не было бы так плохо, потому что Честер, как солнышко, указал бы, что надо сделать, чтобы вам стало лучше, а теперь самому солнышку стало плохо, и спасти его может только один человек, но ведь этот же человек может и погубить его, чёрт возьми, я же вижу это!..       — Успокойся. Эти двое знают друг друга с 20 лет, а сейчас им, по моим примерным подсчётам…57-58. Они знают друг друга около 38 лет, поэтому Майк точно не сломает Честера. Единственное, что Майк и Честер могут сломать друг другу, это задняя дырочка.       — Боже… — залилась румянцем Сью. — Да ты чертов извращенец!!!       — Ладно, ладно, это была просто гипотеза, а ещё я не боже, — с усмешкой отмазался Крис. Сейчас ему было более-менее весело, и он пытался рассмешить Сью. Она, кстати, всё-таки развеселилась.       А давайте узнаем, как дела у Честера и Майка? В конце концов, фанфик про них ведь… Да. Наши мальчики, которым, кстати, 58 лет, ушли на третий этаж своего дома. Для справки, Сью и Крис тусуют на первом. Ну короче, мальчики там уселись на кровати и обнялись. Очень крепко.       — Честер… — прошептал бывший Шинода точно так же на ухо, как тогда, когда отвёл бывшего Беннингтона с «вечеринки». — Честер, как я могу помочь?.. Тебя надо рассмешить или разделить с тобой грусть?..       — Майк, просто давай поваляемся в такую же крепкую обнимку, — попросил бывший солист, и «Шинода» охотно исполнил его просьбу, заваливаясь набок и утягивая за собой верного товарища. Старички сами не знали, сколько так провалялись, но они действительно долго обнимали друг друга. Никто не промолвил за этот период даже одного словечка — они оба понимали и без слов, как Честеру хреново всё это вспоминать. Воспоминания сами накатывались, их нельзя было остановить. Вскоре, хотя не так уж и быстро, Честеру стало лучше, и он смог сказать: — Слушай… Я, походу, люблю тебя.       — Ты… — тихо выдавил Майк, не в силах сделать что-то большее. Сейчас между ними была как раз доверительная атмосфера, бывшая отличным проводником для острейших чувств. — Может, это просто привязанность за те 38 лет, что мы знаем друг друга?..       — Нет. Для привязанности это слишком сильно, привязанность не имеет такого чувства, как тоска, даже если человек прямо рядом с тобой. Не привязанность — то чувство, которое заставляет тебя пойти на всё ради того, к кому ты его испытываешь. Это не из-за привязанности ты за мной направился на этот свет…       — То есть…ты точно меня любишь не в смысле хорошего друга?       — Да. И очень, очень сильно. Просто прими это и думай, что это братское или дружеское, пока я не спасу твою задницу своей смертью…       Несколько минут в комнате стояло молчание, а потом Честер встал с кровати, дошёл до двери и открыл её. Майк немедленно среагировал на это и схватил его за руку, попутно закрывая дверь. Он не хотел пропустить единственный шанс рассказать то, что он чувствовал, а чтобы бывший Беннингтон не сбежал, он закрыл эту дверь на «замок», ну вы наверное поняли, что я говорю о той штуке, которая обычно находится под ручкой двери.       — Эм-м… Майк?.. — недоумевающе спросил Чес. — Всё хорошо?       — Послушай меня, пожалуйста, и вернись на кровать, — попросил бывший репер. Беннингтон зачем-то послушался, а потом его ждало приятное потрясение. — Спасибо. Так вот. Последние двадцать лет я испытываю что-то подобное — я никак не хотел с тобой расставаться, всё время хотел быть с тобой… И когда ты…тебя убили, — осёкся Майк, — именно эти чувства сподвигли меня пойти за тобой на…этот свет. Я не знаю, любовь ли это… Если ты скажешь сравнить чувства к Анне и к себе, то они будут очень сильно отличаться, хотя я всегда считал, что люблю Анну… А ещё, смерть сделала тебя очень красивым. Я иногда прям глаз не могу оторвать и желаю сидеть так хоть вечность, главное, с красавчиком Чесом. Странное в целом признание, не правда ли? — спросил Майк, а потом прикоснулся к пламенной ладони Честера. — И руку отпускать не хочется… Похоже, это всё-таки что-то типа любви, — усмехнулся «Шинода», ожидая реакции собеседника и смотря ему прямо в глаза, пытаясь распознать чувства, а их у Честера сейчас было много, хоть радость и преобладала.       — Майк, ты… Ты сейчас серьёзно рассказал о своих чувствах?.. То есть, ты всё-таки.? — прошептал Чес, приближаясь к Майку. У последнего прямо сейчас буря в голове, чувства смешаны, но даже вперемешку слишком сильны, чтобы воспринимать их здорОво, и чтобы не произошла перегрузка, он закрыл глаза и приоткрыл рот. Он сделал это для того, чтобы вдыхать больше воздуха, но бывший Беннингтон воспринял это за вызов и накрыл приоткрытые губы своими. Осознание того, что старики делают, пришло им обоим не сразу, но как только пришло, они оттолкнулись. Поначалу поцелуй Честера успокоил ноющую душу Майка, но потом бывший японец испугался этого. — Майк, всё хорошо? Я же не навредил тебе, да? — обеспокоенно спросил бывший солист.       — Нет… Нет, нет, всё… Да, кажется, всё в порядке, просто сейчас у меня переизбыток чувств и души, и…я испугался, но ты действительно помог мне, — тихо сказал Майк, а потом сам потянулся за поцелуем. После этого в комнату пришло безмолвие, нарушаемое тихими звуками, которые могли слышать только двое в том самом помещении. Сама судьба сыграла им на руку… Они сидели так очень долго, пока, наконец, им не пришло световое сообщение, написанное Крамом с помощью фотонов: «Мальчики, спускайтесь, у Сью депрессия.» В итоге двум живущим мертвецам пришлось спуститься, чтобы успокоить мага растений.       — Сью, ты чего раскисла? — с лестницы спросил «Беннингтон», увидевший её состояние. — Цветочный селфхарм, да? И почему такая быстрая перемена настроения?       Девушка увидела того, кто был ей дорог, и попыталась вернуть контроль над болью растений и перестать плакать. Конечно, нельзя раскисать, когда это может увидеть тот, кто слишком дорог или слабо знаком, и Сью это знала, но она всё-таки не смогла удержаться.       — Да это из-за тебя, — сказала она. — Ты мне дорог, я не хочу тебя терять или чтобы ты грустил и пытаюсь помогать всем, кто грустит. Но когда у тебя упало настроение, у меня оно тоже почему-то упало.       — Понятно. Ну не плачь, всё уже лучше, — улыбнулся Честер и обнял Сью одной рукой.       — Ну чё, как там дела? Смотрю, Майк весь аж «светится», — рассмеялся Крамберг, изменяя фотоны вокруг Майка так, чтобы он сиял. Все увидели это и рассмеялись.       Крис как при жизни, так и по смерти имел прекрасное чувство юмора. «Шинода» же почувствовал себя ужасно ущемлённым, а почему? Потому что Крам ему либо не доверял, либо не расценивал, как важного. Ему был важен среди всех только Честер. Вот всех этих нелюдей объединял один Честер, он был центром компании, а что Майк? Просто любил популярного мужчину, с которым возводил группу на земле. Но вообще, Краму был нужен не только Честер — за всё время, которое они все вшестером друг друга знают, он успел влюбиться в Сью, именно поэтому у них всё прошло гладко при первом слиянии, но для её души это было травматичным признанием — она не чувствовала ничего к Краму, но не хотела ему делать больно, поэтому попыталась взять боль на себя. К сожалению, у неё это получилось в полной мере.       А теперь давайте возвратимся к текущему моменту, где все смеются с магии Криса. Он, конечно, не понимал, что Майк не смеялся, потому что чувствовал себя ущемлённым, но как только понял, сразу перестроил фотоны обратно.       — Майк, всё хорошо? — спросил Крис. — Ты что, обиделся? Это же всего лишь шутка! — подбадривающе выпалил он. — Я не хотел никого обидеть или унизить, тем более, все тут тебя знают, и мнение о тебе ни у кого не испортится! Чего же ты грустишь?       — А ведь серьёзно… Чего ты грустишь? — спросила Сью. — Тебе не идёт грусть. Надеюсь, у тебя поднимется настроение, если я сделаю тебе твой любимый цветок. Какой цветок ты любишь? А хотя нет, — суетливо пробормотала Сью, — лучше сделать живого кактуса, который будет иметь свой разум и сможет кидаться колючками, когда этого потребую я или когда он сам захочет! И прикольно, и полезно! — рассмеялась маг растений. — Кто за то, чтобы нашим спутником был живой кактус?       Все подняли руки. Затея была просто прекрасная, ведь этот кактус мог охранять их, а в бою — помочь. Только вот наверняка его надо маскировать под обычный, неживой кактус, потому что…ну мало ли, что? Во всяком случае, об этом они задумаются, когда пойдут в путешествие, а сейчас Сью создала кактус и вдохнула в него жизнь, а с ней — и разум. Это существо или растение осмотрелось, но не могло сказать ничего. Оно только думало, и то, что оно думало, понимала только маг растений. А что, собственно, кактус думал? Сейчас мы и узнаем.       «Где я? Кто я? Так, судя по тому, что я могу думать, я человек, но у меня нет рта… Зелёные руки в колючках?! Я что, кактус?! Почему все молчат?! Или они что-то говорят, но не на моём наречии?! Боже, помогите уже, кто-нибудь!.. Так, у меня есть зелёные руки, и я их ощущаю. И ноги есть, и я их тоже ощущаю. Нос… Есть ли у меня нос? — После этой мысли кактус полез руками к лицу. — Так, носа, кажется, нет, и если я действительно кактус, то я дышу всей кожей и добываю пищу для себя из соли и воды, а так как у меня ноги, а не корни…то у меня должен быть и рот! только вот я не нащупал рот, когда полез искать нос… Кто-нибудь, сделайте мне рот, пожалуйста!.. Я не могу держать все свои мысли при себе! Кстати, кто все эти существа вокруг меня? Хмм, кажется, это какие-то пушистые существа… Наверняка монстры. А почему я их считаю монстрами?»       А после этого Сью сделала кактусу рот и дала понятие их языка.       — Фу-ух, наконец-то я могу говорить! Кто вы и кто я? Я вообще кто или что?       — Ну, ты одушевлён, значит, ты кто, — сказал Честер, поворачивая кактус к себе. но он этого не услышал. Поневоле последний заострил свои колючки, делая Честеру очень больно, чуть ли не протыкая кожу бывшего человека до крови. — Ау, больно же! Полегче, я не враг! — прокричал бывший Беннингтон и убрал руки с кактуса, а Сью приделала ему слух и уши. — Но ты кактус, а мы все — бывшие люди, возродившиеся в каком-то непонятном мире. Сегодня нашим новым телам 18 лет, а душам… — тараторил воскресший, но кактус перебил его и спросил:       — То есть я — кактус?       — А, так ты ничего не слышал? Опять всё по новой… Да, ты — кактус, а ещё ты кто, раз уж можешь говорить. Теперь вернусь к тому, что я говорил. Нашим новым телам 18 лет, а душам…58? Капец, нам же 58! А Крису тогда сколько?.. Кстати, да, знакомься, я — Честер Беннингтон, который владеет магией огня, но всё ещё ни разу на практике её не использовал. Можно схватить тебя и повернуть? — Получив какой-то знак согласия, но точно не кивок головой, Честер взял кактуса и повернул его глазами к Майку. — Этот вот человек, или не человек, не суть важно — Майк Шинода. Раньше мы были в одной музыкальной группе, и он умер в тот же самый день в том же самом мире, в котором умер я. У него магия воды, и он уже на раз-два может делать льдышки или делать пар, а ещё он очень любит конденсировать воду на какой-то поверхности. Чтобы он мог пользоваться магией воды, ему приходится извлекать воду из окружающих его тел.       — Так, уточню, это существо — бывший Майк Шинода?       — Да. Кстати, раз уж ты среди нас…то может, надо придумать тебе имя? Так, ты кактус, а значит, у тебя есть колючки. Колючки — это spikes. Может быть, ты будешь Спайк?       — Спайк?.. А не слишком ли грубо для…кактуса? Хотя в принципе… Ладно, не суть. Водички бы солёной… — попросил кактус, который так и не получил имя. Майк наколдовал водички, а Крис посолил её. в итоге кактус напился как следует, и теперь он почувствовал себя хорошо.       — Не за что. итак, так что насчёт Спайка? Кто за, кто против?       Все подняли руки, кроме самого «Спайка».       — Но мне не нравится Спайк! Может, хотя бы Трилл? Имя ни от чего не образовано, не переводится, как колючка, между прочим, я не хочу причинять вреда, пока в этом нет необходимости. Так что насчёт имени Трилл? Это самое нормальное из того, что я смог придумать.       — Ну ладно, — согласился Честер. Остальные ничего другого не смогли придумать, поэтому теперь кактуса зовут Трилл. — Продолжим же наше знакомство? Это — Сью, твоя создательница, — сказал бывший Беннингтон, поворачивая Трилла лицом к магу земли. — У неё магия растений, и она чувствует всю боль растений, так что будь поосторожнее и старайся не причинять себе боль, а то… Блин, и подпалить тебя не вариант, ведь Сью будет больно…       — То есть…тебе не наплевать на мою боль?.. — пролепетала Сью с надеждой в глазах, а кактус Трилл проанализировал чувства в её глазах. «Надежда, и этот тон… Кажется, она в него влюблена. А он в неё… Насколько я вижу, нет. Бедная моя создательница.» — Кстати, да, надеюсь, Триллу будет с нами удобно, — улыбнулась создательница и пожала кактусу руку. Ей удалось не уколоться, так как она на некоторое время убрала колючки. — Ты — моё творение, и я попрошу тебя слушаться меня, Майка, Честера и Криса, если это касается чего-то важного. О своих потребностях можешь открыто заявлять, но только если мы не особо на людях. Когда мы на людях и сражаемся с кем-то, притворяйся обычным кактусом, потому что мало ли, что — в этом мире не такие растения, как в человеческом. Во время сражения я дам тебе колючки, и ты сможешь ими разбрасываться. Как этим пользоваться — решаешь ты сам. Думаю, это всё? Ах, да, ты можешь ходить везде, но если идёшь к кому-то в комнату или номер, то стучись. Всё понятно, со всем согласен?       — Да, — серьёзно ответил Трилл.       — А теперь тебе пора познакомиться с Крисом, — сказала Сью и повернула кактус так, что он смотрел на мага света.       — О себе я смогу рассказать сам. Я — Крис Корнелл, лучший друг Честера. У меня особая магия, которой не владеет никто из этой компании — я управляю потоком фотонов, так что моя способность — изменять поток света и то, что человек видит. Я могу направить это для кого-то одного или для всех сразу. Мне кажется, у меня самая мощная и слабая магия среди всех, а ещё я люблю подшучивать и стараюсь делать это не в обиду. В общем, это всё, о чём тебе стоит знать. Приятно познакомиться!       — Надеюсь, взаимно, — улыбнулся Трилл и пожал руку.       — Когда выходим в путь? — спросил бывший Шинода. — Время не ждёт, и чем меньше мы остаёмся здесь, тем моложе мы выйдем из могил в настоящем мире!       — Ну точно не сегодня ночью, потому что трезвая сегодня только Сью, — ответил Крам. — Ну…может быть, грядущим днём в полдень? — предложил он.       — Хорошо, — согласились братья Честер и Майк.       — Я тоже согласна, заодно научу Трилла кое-чему, — поддержала Сью.       — Хорошо. А где встречаемся? — задал вопрос Трилл. — И с кем я остаюсь жить?       — Очевидно, что Трилл остаётся со мной, — сказала Сью, — а встречаемся… Может, на главной площади?       — Давайте у старой школы? — предложил Майк. — Там как раз сейчас никого не должно быть.       — Старая школа… Ну ладно, протянул Крам. — А теперь — по домам, наверное?.. Нам же надо как следует подготовиться к этому путешествию.       — Хорошо, я не против… — выдохнула Сью, хотя ей было немного неприятно. Она не хотела расставаться с Честером, но она успокаивала себя тем, что они встретятся снова завтра, поэтому ей не было так больно. — До завтра, — сказала она, взяла Трилла на руки и понесла на себе до выхода. — Пока, мальчики! — улыбнулась она напоследок и удалилась во тьму.       — Она невероятна, — протянул Крис, влюблённо глядя на него.       — Она любит тебя, — усмехнулся Майк, обращаясь к Честеру.       — И я это знаю, — сокрушился Крам. — Но она всё равно прекрасна.

*Следующим днём в полдень*

      — Ну что, пошли, — сказал Честер, и четыре человека отправились на поиски Талинды Беннингтон — потерянного мага земли, необходимого для возвращения в мир прежний.