Финиш

      Я так уверенно заявляю о том, что я не в депрессии, так стремительно иду ко дну и наблюдаю за тем, как пальцы запутываются в морской тине, что сам у себя вызываю смех. Я тону. Тону и отрицаю свою боль, отказываюсь мириться с тем, что происходит внутри. А внутри меня… темная глубина, недоступная никому другому, даже мне самому. Я боюсь погружаться в нее, предпочитаю игнорировать зияющие дыры, ловлю кайф от временных утешений, пока морская вода так явно тянет меня вниз.       Без рук отталкиваю любовь, презираю друзей, пришедших ко мне на порог. Борюсь с ними, раз за разом нанося удары самому себе. Я будто бы сражаюсь со своим нечетким отражением на водяной глади. Капля – и рябь стирает границы, размывает образ и заставляет сомневаться в происходящем еще больше. Это не я… как я здесь оказался? Вы не сможете спасти меня, как бы ни пытались. Только сделаете хуже. Если такое вообще возможно…       Я пью и пью, игнорируя горечь и то, что опьянение наступает с каждым разом позднее. На бокал… на два, на час или несколько. Плевать мне хотелось на ущерб, урон и разруху. Я сам сломлен. Нет. Я разбит, а осколки, валяющиеся рядом, больно царапают оболочку – кожу. Еще одна стопка, еще одна ложь и вероятно я поверю в то, что меня еще можно спасти. Тогда ваша ложь не будет для меня смертельной, я временно заткну ею одну из ран, что изрезали грудь. Я наклею пластырь на разбитые осколки, разбросанные на полу, и натяну на губы улыбку. Такую же фальшивую, как ваши слова. Слова о том, что это лишь глава.       Иногда это целая книга.       Протекающая, черная и потрепанная. Никому не нужная, покинутая и бессмысленная. Ваши глупые повести и рядом не стояли, ведь когда-то я был поэзией, просто все строки смыло водой. Осталась лишь пустота – желтые страницы.       Восхитительное умение строить из себя того, кем я не являюсь. Обманывать снова и снова, ловить кайф от веры, которую я вселяю в других, а они берут ее, подставляют ненасытные рты, чревоугодничают, грешат, но жрут, пока тошно не станет. Я лгу. Лгу искусно и профессионально, как писатели, нихрена не знающие о жизни, но возомнившие о себе что-то такое непостижимое, неуловимое, недоступное и грандиозное. Они используют неокрепшие умы и зарабатывают на них, а я использую вас, чтобы сделать лучше себе.       Не помогает… я погибаю.       Тина такая тугая и требовательная, будто я ей что-то должен, она манит неизвестностью, а потом отравляет своим ядом, как большие города, как ваш престиж и власть, за которые каждый готов перерезать другому горло, так, чтобы темно-алая кровь обрызгала новенький дорогой костюм. Плевал я на ваши деньги. Я тону, мать вашу. Тону и не вижу света… настолько глубоко погряз.       Помните, вы сказали мне, что я выберусь? Вновь увижу свет, обрету надежду и все такое. Зачем вы солгали… Было это местью, холодной и, кажется, беспощадно-красивой или попыткой утешить собственные разумы. Вы все разом сговорились переиграть меня. Пообещали быть рядом, но, о, вздор, я оттолкнул вас. Я сам кинулся в воду, хотел взбодриться, найти то, чего искал многие годы, но обманулся. Вода оказалась сильнее – она поглотила меня без остатка. Обхватила руки и ноги, медленно сжалась на глотке и заполнила прокуренные легкие.       Я задыхаюсь. Но это не новость. Я никогда не дышал полной грудью. Стоило ли оно того? Я имею в виду, существование… да черт его знает.       Свет меркнет, последняя капля в дорогой бутылке из под виски капает мне на язык, горький вкус обжигает и вот оно мгновение, когда я чувствую хоть что-то! Но его не хватает. Я не возвращаюсь к жизни, лишь делаю последний глоток перед тем, как попрощаться с ней. Я теряюсь. Ищу свет, но мрак прижимает меня к каменистому дну.       Я больше не часть игры – я выбыл. Не прошел испытание, проиграл, или… достиг финиша, это как посмотреть.       Улыбаюсь самому себе, и на сей раз, прощаюсь и с темнотой. Встречаю бесконечность, в которой моя депрессия не будет иметь никакого смысла, как и тот факт, что я все еще отрицаю ее.