Беспокойные раздумия

... Юный обладатель русых волос, Хаджиме Хината, сидел на незастеленной кровати своего коттеджа. Сквозь закрытые белые жалюзи просвечивалось немного янтарно-жёлтого света, из-за чего освещение в комнате приобрело медовый оттенок. В воздухе, помимо клубов пыли и застрявших в них тонких лучей солнца, повисло тепло. Даже нет, не тепло, а самая настоящая духота... Хоть топор вешай, как Хината тут сидит? Вероятно, его держат долгие раздумия касаемые одного из его одноклассников... Хотя нет, не вероятно, а так и есть. Нагито Комаэда. Тот самый тип, увидя которого в первый раз вы либо подумаете, что он, возможно, очень приятный человек с которым вам наверняка будут комфортны следующие как минимум пять лет дружбы, либо что он вас уже бесит своей, будто навязчивой, доброжелательностью. И в случае Хаджиме, эти оба случая прошли друг за другом по очереди. Самое забавное то, что он уже как несколько дней их загадочного нахождения на этом странном острове, думает лишь о нём. Особенно после случая на вечеринке, когда тот вдруг ни с того ни с сего начал нести бред про надежду и про то, как же прекрасно сплочение Абсолютных. О его поведении, привычках, повадках и о их причинах возникновения... О нём, просто о нём, даже о его внешности! Он просто никак не хотел выходить из русой головы, заполняя собой все стенки и затворки до краёв, и это вводило её обладателя в сильнейший ступор! Юноша плюхнулся на кровать, массируя виски указательным и средними пальцами и так же тяжело вздыхая. Эта духота плохо на него влияет, надо выйти из своего мира и подышать свежим воздухом, ощутить себя человеком, в конце-концов... Распахнув дверь коттеджа, русопряд потянулся, втягивая носом свежий воздух и улавливая запах морской воды, в смеси с чем-то тропическим. Он не знал сколько он точно просидел в домике, но скорее всего сейчас все находятся в столовой и обедают. Комаэда наверняка не с ними, в прошлый раз он отказался от приёма пищи со всеми... Наверное, тоже в домике сидит? Сейчас проверять это у шатена не было совершенно никакого желания, так что он, сверившись по карте с местонахождением пункта назначения, пошёл в сторону пляжной зоны. Вот прошло около десяти минут, и русоволосый стоял на побережье. Приятный морской бриз слегка колыхал колючие прядки на макушке парня, а солнце слепило охристые глаза и грело медного оттенка кожу. Постояв так немного, Хината решил что неплохой идеей будет посидеть в воде немного? Разувшись, сняв носки и закатав штанины брюк по колено, он направился к воде. Горячий песок обволакивал и щекотал стопы, но скоро их омыла солёная, лазурно голубая вода. По ногам и до спины Хинаты пробежали табуны мурашек, вызванные резкой сменой температуры. Лицо и оголённые участки кожи приятно прогревало солнце, прохладный ветерок обдувал лико шатена, а его дыхание стало ровным и все лишние мысли покинули разум. Расслабившись, Хината присел на сухой бережок, вытянув впереди себя ноги и уперевшись кистями о почву. Безмятежность и свобода - единственное чувство, которое ощущал Хината следующие пол часа. Решив немного сменить позу, Хината уже теперь сидел по щиколотки в воде согнув ноги в коленях и сложив на них локти. Волны не спеша отбивали ритм о берег, нежно омывая его и снова укатываясь, что бы совершить следующий толчок. Над головой гоготали бумажные чайки, а позади шумела легко колышащаяся, свежая и сочная листва пальм. Массивные, но тонкие листы изредка ударялись друг о друга, так же чуть ниже шелестели яркие травинки. Удивительно, как эта зелень не иссохла на солнце за всё время сколько она тут находится... Волшебные звуки природы постепенно убаюкивали парня, и его начинало клонить в сон. Пригнувшись и положив голову на сложенные перед собой руки, Хината погрузился в мирный, спокойный сон... ...Вот уже вскоре начинало вечереть, солнце постепенно угасало и пряталось за горизонтом, оставляя за собой малиново-янтарным переливы на небе. Выглядит и в правду волшебно. На воде раскатились яркие цветные отблески, преимущественно медовых оттенков, которые ежесекундно мелькали огоньками перед взором. Вдруг в далеке послышались шаги. Трава шуршала под ногами неизвестного гостя, пока он приближался. Тяжко разлепив глаза, Хаджиме понял что он уснул где-то на полтора часа. Ноги уже успели затечь, а вода совсем остыла, привнося только сырой холод и ничего более. После этого снова послышались шаги позади, Хината не хотел оборачиваться. Если он это сделает, то наверняка ведь придётся с общаться с пришедшим человеком хотя бы из вежливости, да? Хината мысленно сжал кулаки, желая, что бы неизвестная персона поменяла свои планы, и шаги начинали бы удаляться. Но когда, чёрт возьми, удача сжаливалась над шатеном? Верно, никогда, и этот случай не стал исключением, ведь удача явно предпочла улыбнуться в лицо пришедшиму и вставшему позади человеку, нежели Хинате. Даже не оборачиваясь, Хаджиме понял, кто это. Лёгкий шорох ткани куртки, слегка развивающейся на ветру, звуки ударов железной застёжки молнии о цепь, висящую на петлях для ремня брюк... Да, это точно он. Тот, кого Хината меньше всех на свете хотел сейчас повидать. — Привет, Комаэда — Достаточно громко, что бы человек позади хорошо расслышал, произнёс Хината. Он даже не удосужился повернуть головы в его сторону, хотя, видимо, это было и не нужным жестом... — Добрый вечер, Хината-кун... Почему тебя не было на завтраке и на обеде? Скоро же ведь ужин... — Раздался хрипловатый, но тем не менее бархатистый, голос. Действительно, Хаджиме угадал... Такой дедукции позавидовал бы каждый(наверное), но сейчас её обладатель предпочёл бы ошибиться. — Я волновался, в коттедже тебя тоже не было, я обошёл половину всей местности, но ты будно испарился! Но вот я пришёл на пляж, и встретил тебя. Это такая удача, что я встретил тебя по чистой случайности, Хината-кун! — Не дожидаясь ответа, произнёс Комаэда, лучезарно улыбнувшись и расставив руки в стороны. Пускай Хаджиме этого и не видел, но он готов был поклясться, что это так и было. Тем не менее, ответа от русопрядого не последовало. Беловолосый, немного постояв, подумал, что замечательной идеей будет немного приблизиться к собеседнику, поэтому, спустя пару мгновений, беловолосое чудо уже сидело бок о бок с Хаджиме, поджав колени к груди и обняв их. Краем глаза шатен мог видеть, как красиво на его бледном лике выглядят светящие из последних сил лучики, мягко ложащиеся на кожу янтарным оттенком. Да и вообще сам Комаэда был таким... Чудесным. Белые и пушистые, словно вата, волосы слегка покачивались на ветру, тонкие и длинные пальцы левой руки заинтересованно, стучали по запястью правой, а взгляда серых глаз тот не отводил, в ожидании ответа на свой вопрос. — Я... был занят. — Холодно отрезал парень, сглатывая ком в горле. Комаэда был так близко, что едва шелохнёшься - и заденешь его локтём. Слишком близко... Тот заглядывал в охристые очи русопряда, но взгляд его уже не был таким по детски невинным. Он смотрел на него с долькой волнения, но так же было в нём что-то серьёзное, будто сейчас он его спросит, хочет ли тот умереть? — Да? Ох... — С наигранной печалью произнёс беловолосый, в миг переменившись и грустно отведя взгляд, так же следом склонив голову набок. Конечно же он знал, что это ложь, но виду не подал. — Тогда не хочешь немного прогуляться до коттеджей? А то простудишься, Хината-кун, вода ведь холодная. Только сейчас Хаджиме будто осознал то, что он уже больше часа провёл в холодной воде, и издав неловкий смешок произнёс: "Ах, да, точно...", после чего поспешил встать и отойти на пару шагов назад, ступая ногами на песок. Тот тут-же прилип к сырым ногам, но к счастью, остров на котором они очутились, не был каким-нибудь типичным общественным местом с кучей осколков в почве и прочего мусора, да и вообщем было весьма чисто, так что ничего плохого в том что бы прогуляться босым не было. За время, пока Хаджиме спал, краски на улице приобрели совершенно иной вид. Единственным источником освещения была сырная луна, плавно качующая на небо с горизонта и заливая все поверхности белым светом с лёгким нежно-голубым оттенком. Ветра не было, воздух был спокоен и сонлив, прямо таки намекая на то, что всем уже пора в постель. Да и наверняка оповещение о ночном времени от Мономи уже прозвучало на экранах в домиках, но двух юношей, гуляющих под лунным взором, это вовсе не беспокоило. Один, с парой обуви в руках и закатанными до колен брюками, и второй, с руками в карманах болотно-зелёной парки. Они шли в покойной тишине, лишь изредка перекидываясь фразами о том, какая погода сегодня прекрасная. Каждый думал о своём. В голову Хаджиме снова закрадывались разные раздумия, но уже не такие беспокойные, как днём. С Комаэдой, по крайней мере сейчас, ему было немного комфортнее чем с многими другими из его одноклассников. Ему так хорошо от его улыбки, искренней улыбки, как сегодня когда они общались. Она очень сильно отличалась о той, что красовалась на его лике после той вечеринки... От той безумой, лишённой здравого смысла, улыбки. Скорее даже оскала... Неужели компания Хаджиме меняет Нагито в столь противоположную сторону? А может, не спроста его компания столь приятна русоволосому? Настолько, что последние пол часа тот борется с желанием взять его за руку и никогда больше не отпускать? Или, может, заключить в нежные обьятия и проплакаться ему в плечо, высказать обо всём что приходит на ум, рассказать о раздумиях, терзающих его уже несколько дней... Тишину и одинокое шварканье кожанных ботинок, вместе с шлёпанием босых ног по дороге, решил прервать Хаджиме. — Нагито... — Тихо, почти не слышно проговорил тот, накрывая одной рукой локоть второй. — М? Что то случилось? — Обернулся к Хинате лицом Нагито, вопросительно подняв белые брови. — ... — Хината-кун, тебя что-то беспокоит? — Я думаю... Ты мне нравишься, наверное... . .. ... В ответ тишина. "Чёрт... Чёрт чёрт чёрт чёрт чёрт!... Зря, зря зря зря, как же зря!... " пронеслось в мыслях шатена, пока тот пытался сохранить на лице нейтральное выражение, а на висках выступила пара капелек пота. Где-то в далеке зашуршала листва и можно было услышать колыбель волнующегося моря. Когда они остановились у ворот к тропинке между их домами, тела двух парней обдул тёплый ветер, теребя галстук русопряда и куртку беловолосого, чьё лицо застыло в гримассе удивления. В полуночном свету был еле виден розовый румянец, что вспыхнул на бледных скулах. В голову шатена вдруг начали закрадываться уймы сожалений о сказанном. — Аэхахэх, эм... Извини, я сказал лишнего, я пожалуй пойду, да, так будет лучше, спокойной ночи...— Как вдруг его прервал Комаэда, резко притянув парня к себе за галстук и примкнувши свои губы к его. От неожиданности, шатен резко распахнул глаза, смотря вперёд и в шоке затаив дыхание. Комаэда-же повернул голову чуть вбок для удобства и блаженно прикрывая глаза, отдавался ощущению сухих и обветренных губ на своих. Однако, на удивление Нагито, его губы более ухоженны нежели у Хинаты, который находился в оцепенении. Ещё бы, тот же ведь пользовался гигиеничкой... Так давно он этого вожделал, и такая удача ему подвернулась... Пребывая в пылком удивлении, Хината вцепился пальцами в плечи напротив, случайно ощупывая кость ключиц и зажмуривая глаза. Он как будто не верил в реальнось всего происходящего и хотел проверить, действительно ли это всё не сон? Блондин-же, в свою очередь, решил не медлить, и углубить их невероятное сплетение, проникая в ротовую полость одноклассника и исследуя её языком. Тот провёл кончиком по верхнему ряду зубов, следом очерчивая нёбо, затем начал переплетаться с языком русопряда, разжигая пламя в их сердцах ещё пуще. От такого накала страстей даже ветер утих, будто в бегу остановился поглядеть на сие, захватывающее дух, зрелище. Худощавые руки оглаживали крепкие плечи, плавно перемещаясь с них на лопатки, а затем и вовсе приобнимая парнишу за, на удивление, не плохую талию и прижимая к себе. Язык Комаэды продолжал скользить во рту юноши, всё исследуя, и исследуя территорию. Они стукались зубами, Хаджиме старался неумело отвечать на действия одноклассника, подражая ему, и это всё под симфонию тишины и спокойствия, в сопровождении с шуршанием ткани рубашки Хаджиме.Только они, нежащиеся в свете ночи, их спящие коллеги позади них, и луна-надзорник, которая уж точно сохранит их секрет в тайне ото всех. К сожалению, всему когда то приходит конец, вот и юноши вспомнили о своей потребности в кислороде. Хината отстранился, отворачивая лико и чуть отталкивая Комаэду от себя за плечи, намекая на перерыв. Тот-же сразу всё понял, и отпрянул туловищем назад, даря свободу что-бы надышаться и сплетя их руки вместе. — Нагито... — Тихо, еле слышно окликнул своего... любимого? Хаджиме, приближаясь к нему и приобнимая за талию. — Да, Хаджиме? — С такой спокойной, умиротворённой улыбкой спросил сероглазый, смотря прямо в охристые очи напротив. — Пошли спать, я устал за этот день... Ответа не потребовалось, так как бледная рука тут же накрыла чужую и её обладатель повёл Хинату к воротам, открывая их и провожая до самой двери коттеджа. Под двумя телами легонько скрипят деревянные доски из коих построен мостик, пока юноши прощаются. — Спокойной ночи, Хината-кун! — Одарив на последок русопряда одной из своих самых милых улыбок, пожелал белокудрий, после чего развернулся и кокетливо поглядывая вслед, скрылся за дверью в свой коттедж. — И тебе... спокойной... — Смотря вслед уходящей фигуре некогда нетерпимого человека, проронил Хаджиме, после чего и сам развернулся к двери. Войдя в помещение, шатен мысленно подметил. Теперь в комнате не так уж и душно как было ранее, жалюзи раскрыты, как и окно над его кроватью, впуская свежий воздух. Не имея сил, что бы тратить их на эту мелочь, Хината обессиленно плюхнулся на кровать, уставясь в высокий потолок. Через открытую форточку окна в комнату просачивалось немного лунного света, из-за чего освещение приобретало немного лавандовый оттенок. Никакие мысли его больше не тревожат, и юный обладатель русых волос, Хаджиме Хината, наконец-то может крепко, и сладко, уснуть... ...