Солнце и луна

— Опять? — Опять. — Коротко ответила девушка, поправляя длинные волосы. Они, как горький шоколад, лежали на округлом плече. Карие, словно какао с молоком, глаза испуганно бегали по одеялу. Тонкие руки судорожно сжимали подушку, что покоилась на коленях девушки. Бледная кожа блестела в тусклом лунном свете, серебряные блики скакали по стенам комнаты. Футболка и шорты свободно болтались на худом теле, пора бы заканчивать голодать. Устало вздохнув, девушка вновь перевела взгляд на младшую. — И, что тебе приснилось? — Неважно… Выкинь из головы… — Школьница недовольно хмыкнула, садясь на край кровати. Длинные, словно молочный шоколад, волосы были аккуратно подобраны в хвост. Серо-зелёные глаза смотрели с толикой нежности, да лёгким беспокойством. Водолазка и шорты, вот и весь образ. Прикрыв глаза, брюнетка подогнула ноги под себя, утыкаясь лицом в подушку. — Кать, ты мне можешь рассказать. Ты же знаешь, я тебя всегда выслушаю. — Нет, я не могу… — Глухо ответила старшая, оторвав лицо от подушки. Шатенка лишь покачала головой, разведя руки в сторону. Чуть наклонив голову набок, кареглазая вновь вздохнула. И почему именно сейчас? Почему кошмар приснился именно тогда, когда она этого не хотела. Что ж, вопросов много, а ответов ничтожно мало. Сколько она мучается от них? Месяц или два? Точного ответа дать нельзя, разве что, только предположить. Откинув подушку в сторону, девушка придвинулась к младшей, аккуратно обвив руками её талию. — Вот так. А теперь, рассказывай. — А что рассказывать? Ты же знаешь, что мне постоянно снится… — На последних словах, брюнетка чуть вздрогнула, утыкаясь в шею подруги. Та мягко погладила кареглазую по волосам, спускаясь к спине. Можно сказать, что Алисе жалко подругу. А можно сказать, что она испытывает к ней некую привязанность. Этот хриплый голос, это почти детское, нежное поведение. Да что там, глаза, которые приковывают к себе внимание. Казалось, что тут такого? Ну да, познакомились давно, дружат хорошо. И всё же, а что между ними на самом деле? Глубоко вздохнув, брюнетка подтянула подругу к себе. Хотелось бы, чтобы её догадки или мечты, хотя бы немного, но оказались реальностью. Шатенка тихо засмеялась, что удивило старшую. Отстранившись, брюнетка непонимающе поглядела школьнице в глаза. Та мягко улыбнулась в ответ, заправив непослушную тёмную прядку волос за ухо старшей. — Знаю, но всё же. Давай, я же не кусаюсь. — Зато я, ещё как кусаюсь! — Если ты меня укусишь, я обижусь на тебя! — Наигранно обиженно ответила шатенка, глядя на подругу. Кареглазая шутливо приблизилась к руке младшей, чуть приоткрыв рот. Горячее дыхание обожгло кожу, приятно согрело. У обеих сердца забились в один такт, а глаза блеснули разными бликами в лунном свете. Посмотрев на старшую, Алиса аккуратно оттолкнула ту, быстро укутываясь в одеяло подруги. — Ну, а если я кое что скажу, можно будет укусить? — Нет, даже при таком раскладе, Кать, нельзя так делать! — Брюнетка легла на колени младшей, довольно урча. Низкий басовый «мр-р», удивил шатенку, школьница высунула руку из-под одеяла. Положив ладонь на волосы, Алиса медленно погладила Катю по голове. — Ладно, но скажу одно: если что, пеняй на себя! — Говори. — Я люблю тебя, солнце моё. — Шатенка чуть не свалилась с кровати, если бы не тёплые объятия в области талии. Снова издав басовый «мр-р», брюнетка привстала на локти. Поглядев подруге в глаза, Катя мягко поцеловала ту в щеку. Одна — солнце, другая — луна. Одна — тёплая и нежная, другая — холодная и серьёзная. Хотя, внутренний мир последней ярок, да полон красок. И под панцирем жестокости скрывается мягкая и чувственная натура. — А я знала, что с тобой что-то не так. — Нежно произнесла Алиса, улыбаясь подруге. Катя вновь поцеловала ту в щеку, улыбаясь в ответ. — Я тебе говорила, а ты приняла это как факт. Эх, люблю тебя… — И я тебя…