Мой дорогой брат

Шэнь Юань всегда знал, что у его старшего брата-близнеца был немного дурной характер. Хотя нет, даже не немного. Шэнь Цзю никогда прежде не заботило, что о нем думают окружающие. Его брат постоянно плевался на всех ядом, оскорблял, а с шиди Лю и вовсе любил подраться. Все конечно знали, что Лю Цинге был сильнее Шэнь Цзю, даже он сам, но все равно вступал с ним в битву. Но не смотря на то, что с остальными его брат был настоящей злюкой, с ним он вел себя очень даже прилично и спокойно. И иногда жаловался на скудоумие Лю Цинге и их учеников, на то, как лидер секты с виноватым видом таскается за ним хвостиком. Шэнь Юаню нравилось его слушать. В те моменты на лице брата проступали различные эмоции, что-то еще, кроме хладнокровия и презрения. А когда они решали немного расслабиться в пьянстве, Шэнь Цзю мгновенно перевоплощался из колючего ежика в ласкового кота, который тянется за поглаживаниями. Шэнь Юань тогда особенно любил его. Ах, он знает как краснеет его гэгэ, когда ему рассказывают, что гордый лорд Пика вытворял. И потом все отрицает и клянется, что больше никакой выпивки. И спустя месяц-два все вновь повторяется. Шэнь Юань еще помнит, тот день, как будто это было вчера, когда они оба стали лордами одного Пика. Такое случилось впервые и это даже записали в историю их школы. Правда, Шэнь Юань отказался становиться шизуном, шифу или даже шишу. Он просил остальных называть его просто старший Шэнь. Учить кого-то было огромной ответственностью, к которой он не был готов. Да и не хотел. Если брат хотел где-то укрепиться, стать кем-то важным, получить власть, то Шэнь Юань всегда мечтал путешествовать. Странствовать по различным местам, записывать все, что видел, встречать разных людей и монстров. Узнавать что-то новое. Он хотел свободы. Но нет, не такой свободы, чтобы обрубить все связи и стать новым человеком. Нет, он знал точно кто он такой. От себя было невозможно убежать. Когда он стал лордом Пика, он наконец-то смог путешествовать. Вначале, это было от нескольких дней до месяцев, а затем это уже были года и даже десятилетия. Шэнь Юаню всегда было приятно после долгого отсутствия возвращаться в родную секту, которую может с уверенностью назвать домом, и к любимому брату. Шэнь Цзю всегда или сажал его рядом, выслушивая, что Шэнь Юань повидал, или тут же тащил его к Му Цинфану, попутно ругая за беспечность и слабые умственные способности. Ну, во втором случае он всегда был ранен. Его одежды были в крови и грязи, а сам он улыбался от уха до уха. О своих странствиях он рассказывал не только брату, но и другим боевым братьям и сестрам, а также ученикам Пика Цин Цзин. Эти милые булочки всегда садились полукругом возле него и вовсю внимали его речам и задавали вопросы. Шэнь Юаню очень нравилось видеть блеск любопытства и восхищения в их сверкающих глазах. Они так мило пугались на особо страшных моментах его истории и, держась за живот от смеха, катались по земле, когда он говорил как его легко одурачивали женщины или дети. Из своих рассказов для учеников он всегда извлекал уроки, как поступать не стоит. Это было единственное, чему он мог и хотел их научить. А однажды, он встретил милую маленькую овечку. Шэнь Юань вернулся на их Пик только вчера вечером, поэтому никто, кроме Цзю-гэ, не знал, что он вернулся. Солнце стояло высоко в небе, когда он решил прогуляться по знакомым местам, как вдруг он услышал шум из леса. Шэнь Юань нахмурился, раскрыл свой веер и решил проверить, что происходит. На небольшой поляне три ученика окружили четвертого и с силой избивали его, в то время как ученица — Нин Инъин? Она так выросла! Настоящая красавица! — пыталась их остановить, что правда, было бесполезно. Мальчишки ее явно не слушали. Шэнь Юань не знал, что такое может происходить под носом его брата. Хотя, зная его скверный характер… Шэнь Юань грациозно им показался, захлопнул веер и с раздражением спросил: — Что здесь происходит? Ученики замерли и даже побледнели от страха, особенно тот, который валялся на земле. Дети выпрямились и поклонились ему. Избитый мальчишка тоже пытался подняться, но Шэнь Юань жестом сказал ему прекратить. Какого черта ты побледнел еще сильнее?! Мне тебя к Му Цинфану отвезти?! Он присмотрелся к одному из учеников и узнал в нем Мин Фаня. Как долго его не было? Уже и Нин Инъин и Мин Фань так сильно выросли, а он их помнил еще совсем детьми. Мин Фань очнулся первым, и даже с какой-то полуулыбкой посмотрел на него. — Шизун, этот ученик извиняется, что нарушил ваш покой, — сказал он. О как. Тебя волнует совсем не то, мальчик. Шэнь Юань чувствует, что у него с гэгэ будет очень серьезный разговор. — Не угадал, — серьезно сказал Шэнь Юань. Все уставились на него ничего не понимая, пока у Нин Инъин не загорелись глаза в узнавании, а губы украсила прекрасная улыбка. — Старший Шэнь! — воскликнула она и подскочила к нему, — вы вернулись! Теперь уже и другие, кроме ученика на земле, узнали его. Их лица так забавно вытянулись, что Шэнь Юань не удержался от фырканья. — Старший Шэнь! Старший Шэнь! — запричитала Нин Инъин и ухватилась за его рукав, легонько дергая, он взглянул на нее. — Мин Фань и остальные задирали А-Ло! Я просила их прекратить, но они не слушали! Ах, дети стали еще бледнее. — Вот оно как, — задумчиво он протянул. Шэнь Юань постучал по подбородку складным веером, смотря вверх. На ветвях одного дерева он заметил какой-то кулон с красной ниткой. Он вернул свое внимание ученице и погладил ее по голове, — Инъин, в таком случае, проследи за тем, чтобы твои старшие пробежали пятнадцать кругов вокруг Пика, хорошо? — Да, старший Шэнь! — ученица поклонилась ему и с самодовольным видом повернулась к другим. — Если не поторопитесь, то количество кругов увеличу в два раза, — небрежно сказал он, видя их ступор. Поляна опустела в мгновенье ока, остались только Шэнь Юань и незнакомый ученик, который смог встать и уже хотел поклониться, но Шэнь Юань перехватил его руку, проверяя меридианы. Мальчик вздрогнул и как-то боязно посмотрел на него. Шэнь Юань пока не обратил внимание на это, он был озабочен состоянием здоровья мальчугана. Его меридианы были… и совершенствование… Какого черта?! Они были в явном ужасе! Сколько ему было? Четырнадцать? В этом возрасте не должно быть так! Мальчик и глупым не выглядел, так в чем дело? Ладно, это потом. Шэнь Юань отпустил ученика и осмотрел его. Ему это не понравилось. — Как называть мне этого ученика? — спросил он и раскрыл веер, обмахиваясь им. — Отвечая старшему: этого ученика зовут Ло Бинхэ, — мальчишка поклонился. Ло Бинхэ с подозрением смотрел на человека с лицом шизуна. Хотя это было и не удивительно. Пока они не познакомились вдвоем сразу, даже Лю Цингэ как-то думал, что они один человек. — Чтобы сразу внести ясность, — начал Шэнь Юань, — этот младший брат-близнец твоего шизуна, Шэнь Юань. Все зовут меня старший Шэнь. Лицо Ло Бинхэ озарила такая яркая улыбка, Шэнь Юань думал, что сейчас глаз лишится. Он просто излучал облегчение и радость. Но затем по его лицу пробежала тень, ученик стал озираться, выискивая что-то в земле, но не двигаясь. — Ты что-то потерял? — спросил Шэнь Юань. — Да… этот ученик потерял кулон, который ему подарила матушка… — в его голосе, да и глазах стояли слезы, когда он посмотрел в лицо старшего. От его несчастного вида у Шэнь Юаня защемило сердце. У него всегда была слабость к детским слезам. И если он сам пытался успокоить плачущего, что у него всегда получалось, то на его месте Цзю-гэ бы просто наорал или ушел. Шэнь Юань подошел к дереву, подпрыгнул и достал нефритовый кулон, протягивая его удивленному ученику. Тот бережно взял его и с еще большей благодарностью посмотрел на старшего. Однако, слезы все продолжали течь из его глаз. Шэнь Юань усмехнулся, наклонился и краешком рукава стал вытирать чужие слезы. Мальчик так забавно хмурился и позволял это делать. Он был словно щенком, что тянулся за любой лаской. Шэнь Юань посмеялся над сравнением. Как только он закончил, то серьезно посмотрел на ученика. — Покажи этому старшему по чему ты обучаешься. * В тот день Шэнь Юань впервые в жизни серьезно поругался с Цзю-гэ. И ссора была из-за ученика. Шэнь Юань был просто в гневе! Мало того, что над ребенком издевались и тот спал в сарае, да и еще учился по какой-то дрянной книжке, которая может легко и просто довести до искажения ци! Их крики слышал весь Пик. И не только крики. Даже посуда летела в разные стороны и еще что-то, он не разбирался. Шэнь Юань не хотел видеть Цзю-гэ, поэтому когда ссора немного утихла, взмахнул рукавами и направился в пещеры, чтобы немного успокоиться, а потом вернуться в путешествие. Шэнь Цзю кричал ему в след, что через три года будет Конференция Бессмертных и ему надо там присутствовать. Шэнь Юань послал его. Ему было глубоко плевать на эту Конференцию, он не собирался там находиться. В пещерах он спас Лю Цингэ. Тот подумал, что он был Шэнь Цинцю. Шэнь Юань не стал его переубеждать, развернулся и отправился в новый путь.

***

Шэнь Юань вернулся через восемь лет. Ему сообщили, что Ло Бинхэ погиб на той Конференции, а затем вернулся. Он потребовал привлечь к суду Шэнь Цинцю. Его старшего брата. Цзю-гэ по секрету ему сказал, что Ло Бинхэ полудемон. Шэнь Юань понял, что Ло Бинхэ хочет отомстить. Это было заметно по его глазам, которые горели чистой ненавистью. Ло Бинхэ не знал, что Шэнь Юань вернулся, поэтому можно было сыграть на этом. Ученики дворца Хуан Хуа* во главе с Ло Бинхэ и замаскированными под людей демонами держали секту Цан Цюн в осаде. Юэ Цинъюань и Лю Цингэ не желали отдавать Шэнь Цинцю, хотя тот рвался, лишь бы не было кровопролития. Лорды Пиков сидели в зале заседаний, пытаясь решить, что делать. Все до единого понимали, что Шэнь Цинцю живым не вернется. Шэнь Юань вошел в зал заседаний, одетый точь в точь как Шэнь Цзю. Их повседневные одежды различались лишь цветом. Если Шэнь Юань предпочитал в основном белый цвет, то Шэнь Цзю всегда облачался в зеленый с серебряной вышивкой. Все замерли на середине своей ругани, во все глаза смотря на него. Ах, его дорогой Цзю-гэ посмотрел на него с таким шоком в перемешку с ужасом. Его брат всегда был умен и понимал, что это значит. — Я пойду, — только сказал он и упрямо смотрел только на одного человека в этой комнате. Тот мигом подскочил и схватил его за руку, сжимая до боли. — Ты с ума сошел?! — взревел он. — Тебя там убьют! — Я знаю, поэтому и иду. Шэнь Цзю уставился на него. Шэнь Юань грустно улыбнулся. Он взял в свои руки ладони брата, поглаживая их пальцами. Он на мгновенье взглянул на других лордов, а затем потянул Шэнь Цзю в другую комнату. Этот разговор будет не для чужих ушей. Уже в другой комнате, его Цзю-гэ пришел в себя, вырвался из его рук, отступил на два шага и злобно смотрел на него. — Не говори чуши! Меня будут судить, а не тебя! Я во всем виноват, мне и расплачиваться! — Это не твоя вина. Шэнь Юань держал свой голос ровным и он был горд, что он голос ни разу не дрогнул. В детстве он всегда притворялся, этот навык он полностью усовершенствовал не только в путешествиях, но и в поддразнивании своего брата. — Что за бред?! Я… Шэнь Юань не дал ему договорить. Он сжал его запястья и накрыл ладонью чужой рот. Он спокойно смотрел, не отрываясь, в зеленые глаза напротив. После того, как Шэнь Юань стал путешествовать, они редко говорили по душам, оставляя недосказанность летать в воздухе и не обращая на это внимание. Сейчас, он все скажет в первый и последний раз. Все то, что давно хотел. — Если ты считаешь, что во всем виноват ты, то обвиняй и меня тоже. Твой младший брат виноват не меньше, ведь он часто оставлял тебя, потакая эгоистичным желаниям. Хотя, ты просил его задержаться, побыть с тобой чуть дольше, он не слушал. Я сожалею, что не оставался. Шэнь Юань вздохнул. Он никогда в своей жизни не видел, чтобы его грозный Цзю-гэ плакал, он даже на секунду потерял дар речи. — Цзю-гэ всегда защищал меня, слабого и жалкого младшего брата, что в поместье Цю, что во времена ученичества здесь. Я желал когда-нибудь отблагодарить тебя. Дарил тебе безделушки или еще что-нибудь. Цзю-гэ вроде это нравилось. Его брат кивнул и закрыл глаза. Шэнь Юань отпустил его рот, положил теперь свободную руку тому на затылок, притягивая его и соприкасаясь с ним лбами. Он тоже прикрыл глаза и улыбнулся. — В этой ситуации виноваты мы оба, но только один заплатит за это. Судьбу нельзя изменить, но можно попытаться ее обмануть. — Нет… — Даже если весь мир будет против тебя, твой младший брат всегда будет на твоей стороне. Если тебя все вокруг считают мерзким, отвратительным развратником, которого прокляли боги, то в моих жилах течет такая же проклятая кровь. — Прекрати… Шэнь Юань чуть отодвинулся, смотря в покрасневшие от слез глаза брата. Положив свои руки на его лицо, он стал вытирать дорожки влаги на чужих щеках. Спокойная улыбка не сходила с губ Шэнь Юаня. — Этот А-Юань хочет, чтобы его старший брат был счастлив. Пожалуйста, живи… — он тяжело вздохнул и прошептал, будто боясь, что именно эти слова услышат недостойные: — Если бы мы смогли родиться опять, то я бы хотел вновь стать твоим младшим братом. После этих слов Шэнь Юань ударил ребром ладони Цзю-гэ в шею, не давая тому и слова сказать, лишая его чувств. Он положил его на стол, забрал меч и веер, и вернулся в зал заседаний. Все нервно на него смотрели. — С этого момента я Шэнь Цинцю, рожденный под именем Шэнь Цзю. В соседней комнате без сознания лежит мой младший брат. Этот мастер просит лидера секты позаботиться о нем. Он сказал это ровным голосом, смотря на всех лордов по очереди, затем поклонился, развернулся и направился прогулочным шагом к Ло Бинхэ. Во дворе он в последний раз смотрел на родные просторы, которые пострадали от многочисленных атак демонов. Ло Бинхэ еще был любезен. Он мог просто все разрушить здесь и без суда отомстить. Шэнь Цинцю не беспокоился о своем лице. Их было невозможно различить, поэтому в детстве он пытался больше улыбаться, чтобы их не путали. Шэнь Цинцю остановился напротив Ло Бинхэ. Тот просто пожирал глазами своего ненавистного учителя, наверное, он даже хотел, чтобы он прямо на месте умер. — Шизун все-таки решил отправиться на суд, — голос Ло Бинхэ так и сочился ядом, а его губы изогнулись в жадной ухмылке. Шэнь Цинцю раскрыл веер, спрятав нижнюю часть лица, но его глаза выражали высокомерие. — Разве ты можешь называть этого мастера своим шизуном? Глаз Ло Бинхэ дернулся. — Раз уж этот мастер отправится на суд по собственной воле, он может надеяться, что независимо от его результата, секта Цан Цюн будет в порядке? Это единственное, что его волновало. Он хотел, чтобы его дом и любимый брат были в безопасности. — Шизуну не стоит переживать, вашему младшему брату ведь надо куда-то вернуться. Зачем ему Шэнь Юань? — Хочешь и его судить? — предположил он и сильнее сжал веер. — Этому ученику это не нужно, только шизун понесет наказание. От его улыбки у Шэнь Цинцю пробежала дрожь по спине, но он не показал страха. Это ради Шэнь Цзю. Он полностью отдался в руки Ло Бинхэ. * Его признали виновным во всем. Он даже не пытался себя оправдать. А смысл? Хотя некоторые и говорили, что надо бы привести на суд Шэнь Юаня, Юэ Цинъюань возразил, сказав, что его младшего брата было невозможно найти, если тот сам этого не захочет. Шэнь Юань даже мог уйти в уединение и неизвестно когда вообще вернется. Поэтому судили только его. Шэнь Цинцю заперли в водяной тюрьме, на радость Ло Бинхэ. Тот сразу напоил его демонической кровью и стал вначале пытать его так. Потом был хлыст. Потом хлыст вперемешку с кровяными паразитами. Избиения. А потом Ло Бинхэ стал отрывать его конечности, начиная с ног. Было ужасно больно, но он сдерживал свои крики, вместо этого посыпая своего мучителя оскорблениями и проклятиями. Иногда он действительно думал, что на самом деле является Шэнь Цинцю. Почему-то ему от этой мысли было даже легче. Были случаи, когда Ло Бинхэ выставлял его на обозрение в своем дворце. Каждый мог подойти к Шэнь Цинцю и плюнуть ему в лицо или потянуть за волосы, но ничего более. Над этими выходками Шэнь Цинцю в открытую смеялся. Как-то Ло Бинхэ надоело слушать как его оскорбляют, поэтому вырвал ему язык и заставил его проглотить. Это было вдвойне забавнее. Даже без языка он мог смеяться. Возможно, он сошел с ума. Ло Бинхэ лишил его глаза и тоже заставил его проглотить. Моментами своего безумия, Шэнь Цинцю забывал, что такого он сделал, чтобы оказаться здесь. Лежать, словно червяк, пытаясь хоть как-то облегчить боль. Но как и забывал, так и вспоминал, но только смутно. Он хотел кого-то защитить от этого. Кого-то важного. Ах, если Шэнь Цинцю так сильно любил этого человека, то значит, все это не зря. Однажды, он забыл свое имя. Забыл лицо своего мучителя. Он все забыл и отчего-то был одновременно рад и в ужасе, когда к нему пришла полнейшая тьма.

***

Шэнь Цзю стоял на коленях возле кургана из камней, за своим бамбуковым домом. Под ним покоился меч его младшего брата, который заплатил за его грехи. В своих руках он согревал небольшой камень, который потом положит на самый вверх. Его слезы давно высохли. Он не мог простить никому из секты Цан Цюн, что те отпустили его младшего брата на верную смерть. Он не мог простить и себе то, что тоже его отпустил. Если бы Шэнь Цзю не был таким ужасным человеком, возможно, их жизнь была бы лучше. Может, они бы даже вместе путешествовали или вдвоем учили детей. Что бы ни говорил Юэ Цинъюань, Лю Цингэ или даже сам его младший брат, это была его вина. Но даже так… А-Юань все равно хотел и в другой жизни быть его братом. Шэнь Цзю услышал шаги. Он не спеша обернулся и заметил черные одежды, подняв взгляд он увидел Ло Бинхэ, который смотрел прямо на него. В его глазах была какая-то радость. — Старший Шэнь, я вас нашел, — сказал он и подошел ближе, смотря на него сверху вниз. Шэнь Цзю было глубоко плевать. Он отвернулся, смотря на камень в руках. Хотелось бросить его в голову этого ублюдка, но это не вернет его брата и сделает его жертву напрасной. Хотя, он был бы не против умереть. — Этот Лорд сожалеет о вашей утрате и хотел бы принести свои извинения, но навряд ли они помогут. Шэнь Цзю положил камень на верхушку, встал и отряхнулся, но он не повернулся к Повелителю трех Царств. — Этот Лорд должен сказать, что ваш брат был мерзавцем и он получил по заслугам. Искупив все свои грехи. Старший Шэнь не должен горевать по такому ничтожеству. Шэнь Цзю издал смешок. Он сцепил руки за спиной и посмотрел на голубое небо. В голове все повторялись слова его А-Юаня. «Если бы мы смогли родиться опять, то я бы хотел вновь стать твоим младшим братом». Шэнь Цзю до смерти надоело играть эту шараду. — Лорд Ло не угадал, — сказал он. Ха, так весело. Эти «не угадал» они часто говорили тем, кто их путал. Шэнь Цзю повернулся и увидел вытянутое лицо Повелителя Демонов. — Не угадал, что..? — голос задрожал. Будто не хотел слышать продолжение, не хотел верить в то, что ошибся. — Нас люди никогда не могли различить, как бы ни пытались, — он горестно выдохнул, чувствуя комок в горле и сжимая руки в кулаки. — Лорд Ло умен и должен уже понять, кто стоит перед ним. Ло Бинхэ побледнел и отступил на несколько шагов. А Шэнь Цзю продолжал. Он злорадствовал, наблюдая, как этот зверь наконец понял, кого он пытал. — В тот день этот мастер хотел сдасться, но А-Юань забрал мои одежды, меч и веер, лишил чувств и пошел прямо к вам. Я хотел его остановить, но тот был очень упрям. Ло Бинхэ в ужасе смотрел на него. Давно он не видел такое выражение лица у этой зверюги. — А-Юань пожертвовал собой, чтобы спасти такого гнилого человека как я. Шэнь Цзю усмехнулся и пошел прочь. Он не оборачивался, не хотел видеть ни это чудовище, ни то, что тот чувствует. Да, до смерти запытал человека, который был добр к нему. Так ужасно и забавно одновременно. Интересно, что чувствует эта дворняга? Хотя нет, он не хочет знать. Шэнь Цзю будет рад, если тот сдохнет от искажения ци или от рук одной из своих жен. * Со смерти А-Юаня прошло более пятидесяти лет. В одну ночь Шэнь Цзю немного переборщил с успокоительными и снотворными. Возможно, он это сделал специально, а возможно и нет. Он не хотел знать, но все же он заснул. В его голове слова, словно высеченные в камне, его брата, которые постоянно повторялись. Если бы мы смогли родиться опять, то я бы хотел вновь стать твоим младшим братом Просыпался он ужасно, особенно, когда его дергали за руку и что-то кричали в ухо. Он нахмурился и попытался отпихнуть этого назойливого человека. Со временем, Шэнь Цзю стал разбирать слова. — Цзю-гэ! Цзю-гэ, проснись! Он сразу распахнул глаза и рывком сел, ударяясь макушкой о чей-то подбородок. Послышался болезненный стон. Шэнь Цзю потер больное место и посмотрел в сторону. На него смотрело детское обиженное личико, а из зеленых глаз текли слезы. — Цзю-гэ, ты злюка! Шэнь Цзю не мог поверить своим глазам. — А-Юань? — тихо спросил он и поддался вперед, хватая того за плечи. — Конечно! — кивнул А-Юань. Он больше не обижался, а обеспокоенно смотрел на своего старшего брата. — Цзю-гэ в порядке? Почему Цзю-гэ плачет? Шэнь Цзю не смог и слова сказать. Он резко притянул А-Юаня к себе, обнимая со всей своей детской силой. — Прости, прости меня, А-Юань, — зашептал он в чужую грудь. Шэнь Юань одной рукой обнял брата, а вторую положил на волосы, поглаживая. — Цзю-гэ не надо извиняться, А-Юань будет брату все прощать, — сказал он, притягивая брата ближе. Тот покачал головой, но больше не говорил. Каким-то образом он смог переродиться. Или вернуться в прошлое. Что-то из этого. Его А-Юань с ним, жив и относительно здоров. Ему дали второй шанс. И теперь он сделает все правильно. Он не позволит своему младшему брату страдать.