Тянь Цзы Сяо
7 апреля 2021 г., 16:08
Примечания:
Тянь Цзы Сяо – Улыбка Императора
Полученное вечером письмо смято по краям. Почерк неаккуратный, чернила смазаны. Бумагу поспешно разворачивают и расправляют на столе в Цзинши.
Мой дорогой Лань Чжань,
Лань Чжань Лань Чжань Лань Чжань Лань Чжань. Лань Чжань! Никакое имя не текло с моей кисти так плавно. Знаешь, в одном городе я слышал рассказы об оборотне, который появится в твоей комнате, если произнести его имя трижды. Конечно, это ерунда, я тогда ночевал под открытым небом и выяснил, что это лишь проказы местных детишек. Зато половину следующей ночи я думал о том, как это могло бы быть. Представлял, что можно призвать человека, трижды назвав его имя! Может, если я трижды напишу твое, ты появишься в этой гостиничной комнате?
Лань Чжань
Лань Чжань
Лань Чжань
Последние слова размыты до неузнаваемости.
Ой, прости за эту грязь! Я пролил на бумагу Улыбку Императора. Хотя какая разница, ты все равно не появился, ха-ха. О! Точно! Могу поспорить, что ты удивлен, Лань Чжань! Ты все правильно прочитал – я достаточно близко к Гусу, чтобы пить сейчас Улыбку Императора. Думаю, дорога до Цайи займет еще пару дней, а это письмо доберется до тебя уже к вечеру. Я побывал в стольких городах и деревнях, но нигде за весь год не пил вина лучше, чем Улыбка Императора.
Только знаешь, Лань Чжань, сегодня вино не кажется мне таким восхитительным, как когда-то. Я думаю, это потому, что тебя нет рядом.
Ха-ха, я помню, как ты меня тогда баловал! Безупречный Второй Нефрит клана Гусу Лань тайком приносил в Облачные Глубины алкоголь, прятал его под половицами, как какой-нибудь озорной мальчишка, и даже сам наливал его мне за столом! Неудивительно, что я был в восторге.
Ох. Комната кружится перед глазами, в голове как-то странно. Молодой господин Лань, Лань-гэгэ, я открою тебе секрет, только никому не говори. Никому!
Пустой участок бумаги испещрен мелкими каплями чернил, будто кисточку долго держали, не решаясь писать.
Я очень скучаю по тебе.
Вот я и сказал это! И если бы я был хорошим человеком, я бы оставил все как есть. Но вот же… Лань Чжань, ты не представляешь, как приятно наконец это сказать – я ужасно по тебе скучаю. Меня переполняет тоска по тебе. Наверно, если меня выпотрошить, то окажется, что я состою из ваты, вина и огромного сердца, которому очень не хватает тебя.
Но я не жалею, что отправился путешествовать. Все же люди добры, даже сейчас. Несмотря ни на что. Несмотря на несправедливость и боль – их доброта никуда не делась. Я видел лучшее, что есть на этой земле: бедные семьи, которые бесплатно давали мне пищу и кров; старых бабушек, вытаскивавших для меня острые кости из тушеной рыбы, детей, отдающих мне последние конфеты своими маленькими липкими ручками.
Лань Чжань, я знаю, что болтаю ерунду, но мне все равно. Я сказал тебе однажды, что не хочу больше иметь ничего общего с этим жалким миром. «В бездну все это», – сказал я. Что ж, после года в дороге, после года, проведенного под чужими крышами, поедая чужую пищу, гоняясь за чужими призраками, я могу сказать с уверенностью: я понял, что в этом мире есть добро, которое стоит защищать.
А еще я понял, что хочу защищать его вместе с тобой.
Наверное, я слишком самонадеян, да? Вино в желудке делает меня смелым, так что я скажу еще кое-что. Помнишь, в гостинице, где мы останавливались, были старые потрескавшиеся чашки? А в Цзинши есть чашки очень тонкого фарфора самого Ханьгуан-цзюня. Так вот я хотел бы разбить их все! Бить их об пол, пока не останется только одна, потому что тогда нам пришлось бы пить из нее вдвоем. На ободке остался бы след от прикосновения твоих губ, и я тронул бы его своими губами. Травяную настойку, лимонный сок, даже самое горькое лекарство – я выпил бы все.
Лань Чжань, мне кажется, что даже самый горький чай Гусу Лань был бы сладким, если бы я пил его из твоей чашки.
Ох, что я такое говорю? Во всем виновато путешествие в одиночку – я тебе слишком навязываюсь. Ты никогда не увидишь это письмо, уж об этом я позабочусь!
Бумага надорвана с краю, будто ее хотели разорвать, но передумали.
Хотя, с другой стороны, хуже ведь уже не будет, правда?
На бумаге можно дать волю желаниям.
Я мог бы наведаться в Облачные Глубины! Представляю твое лицо, когда ты увидишь меня у ворот – грязного, шумного и воняющего ослом. Конечно, придется несколько взбаламутить размеренную жизнь твоего клана, наверняка несчастные адепты за год без меня забыли, что такое веселье!
Я бы время от времени вытаскивал тебя в Цайи (тебе это было бы полезно!) поесть нормальной еды. И нет, Лань Чжань, мы бы ели вовсе не вареные грибы с капустой, которые готовят в Облачных Глубинах! Мы бы обедали как в прежние времена. И в этот раз я смог бы заплатить!
Я посмотрел бы на маленьких кроликов, о которых ты мне постоянно рассказываешь, на их маленькие ушки и носики. Ты взял бы меня с собой, чтобы покормить их, и мы сидели бы вместе на зеленой траве, и, может быть, я положил бы голову тебе на колени...
И, возможно, если я приеду достаточно внезапно и достаточно поздно, у тебя не будет времени приготовить мне гостевые комнаты, и я смогу остаться с тобой в Цзинши и увидеть тебя с распущенными волосами, и лечь в твою постель, как раньше…
Шучу.
Правда, шучу. Сейчас я пьян и позабыл о твоем титуле и твоих обязанностях, я знаю, что у тебя больше нет времени иметь со мной дело. Прости, Лань Чжань, я оставлю тебя в покое. Я просто притворялся.
У меня ужасный почерк, я даже в таком состоянии вижу. Вот что теперь со мной делают четыре кувшина Улыбки Императора! Какой позор! Пожалуй, пора заканчивать, потому что я с трудом держу кисть ровно. Не письмо, а сплошной бардак, к тому же ужасная трата бумаги. Утром разорву в клочья!
И еще раз, только потому, что я могу... Я скучаю по тебе. Я скучаю по тебе. Я скучаю по тебе.
Всегда, в любой жизни,
твой Вэй Ин
В полной тишине догорает палочка благовоний, ярко тлеющий кончик задыхается в сером пепле.
Еще долго после того, как дымный аромат рассеивается, человек в белом одеянии сидит за столом. Затем он берет письмо и аккуратно кладет его в богато украшенную шкатулку поверх стопки других мятых, выгоревших на солнце бумаг, потом встает, совершает необходимые приготовления ко сну и ложится в кровать.
Размеренное сонное дыхание слышится только спустя долгое время после хай ши (1).
* * *
На следующий день рано утром, когда трава еще покрыта сияющей росой, а густой туман не рассеялся, Лань Ванцзи покидает Облачные Глубины и направляется вниз с горы в Цайи.
Примечания:
Понятия не имею, где сейчас находится Вэй Усянь ))
1. Хай ши – время с 21:00 до 23:00.
