взведенный курок

– я не позволю тебе продолжать. – да? в прошлый раз всё закончилось невызванной полицией. что будешь делать сейчас? будь у разумовского воля, он бы вызвал толпу охраны, связал олега и отправил его на лечение, в изоляцию, в заточение, лишь бы на улицах прекратился ад, а друг был таким как прежде. но у сергея нет воли, нет толпы – есть один только прирученный пёс, что перед ним сейчас скалит клыки. – вариантов нет, серёж? давай предложу свой. у олега лицо будто покрыто дымкой и все подрагивает, смазывается – вот звериная ярость и жажда мести, вот мягкая полуулыбка, а вот нечто совсем незнакомое, от чего сергей жмурится, закрывает глаза. его практически трясет, когда в тишине щелкает передернутый затвор пистолета. – ч-что ты делаешь? – в очередной раз решаю твои проблемы. разумовский вздрагивает, но олег лишь бережно вкладывает оружие в его ладонь, сжимает одеревеневшие пальцы на курке. рукам сергея непривычна эта тяжесть, но он покорно её принимает, как и всё от волкова. тот же поддерживает, направляет дуло прямиком на собственное солнечное сплетение. – ну же. сделай это. сергей с ужасом смотрит на пистолет, на цель, на грудь волкова. сколько раз он на ней прятался от окружающего мира, сколько раз прижимался губами? сейчас и не сосчитаешь, а олег всё призывно шепчет: – стреляй. это совсем просто, поверь мне. разумовский верит, но не хочет проверять. у него в голове сейчас ад и выжженная пустыня, у него внутри щелкает за единственное мгновение, как только олег отпускает его запястье. серёжа прижимает оружие к собственной шее. дуло противно давит на кадык, но он уже решил, ему проще так. шалый взгляд олега останавливается, слишком сосредоточенно смотрит в точку упора. – я остановлю тебя хотя бы так, ты же не будешь... разумовский давит на курок, но вместо оглушающего выстрела слышно лишь щелкание пустой обоймы, а следом – гулкое падение пистолета на пол. руки сергея болят от отдачи, от резкого удара по ним волкова, но тот уже прижимает костяшки его пальцев к собственным губам, тянет податливое, уставшее тело разумовского в свои объятия. – даже не думай. я всё это делаю для тебя.