Глава 7
28 апреля 2021 г., 11:16
Примечания:
Автор в этой главе немножечко шалит🙈 Приятного прочтения!)
Драко проснулся почти ночью. За окном уже было темно, и в палате горел приглушённый свет.
Он перевернулся на бок и заметил, что каждое движение уже не отдавалось болью.
Потянувшись всем телом, слизеринец встал и подошёл к окну. Сколько ему ещё здесь находиться? Он был здоров, это было совершенно ясно. Блондин надеялся, что завтра уже выпишут, и он сможет наконец заняться своими делами.
Драко развернулся и хотел было выйти в коридор, но услышал стук за окном. Он обернулся и увидел белоснежную сову. Малфой нахмурился, у его знакомых таких не было. Опасно ли принимать письма от неизвестных?
Отмахнувшись от тревожных мыслей, он пошёл и раскрыл створку окна. Птица отдала ему конверт и больно клюнула, когда увидела, что он без вкусняшек. Недовольно ухнув, сова развернулась и скрылась в темноте ночи.
Драко внимательно осмотрел письмо: оно не вызывало подозрений. Он осторожно подцепил край и открыл его.
Внутри лежал небольшой пергамент с инициалами "П. Д."
Драко задумался и понял, что это инициалы последнего заказчика — мистера Палмера.
Развернув письмо, он стал вчитываться.
«Мистер Малфой, мне стало известно о несчастном случае. Желаю вам скорейшего выздоровления и сожалею, что вы попали в такую ситуацию.
Хочу выразить свою благодарность за выполненный заказ. Ваш партнёр мистер Нотт уже забрал остальную часть суммы.
С уважением, П. Д.»
Малфой нахмурился. Нотт забрал остальную часть галлеонов? Почему не связался с ним? И почему за столько времени ещё сам не навестил его? Вопросы, которые останутся без ответа, пока Драко сам ему не напишет.
Блондин решил прям сейчас написать письмо. Он вышел в коридор и подошёл на дежурный пост, там никого не было. Драко зашёл за стойку и открыл первый ящик стола. Там обнаружилось несколько чистых пергаментов. Взяв один лист и перо, которое лежало там же рядом, направился обратно в палату.
Малфой сел на стул, который стоял рядом с кроватью и пытался сформулировать мысль. Он откинул голову назад и закрыл глаза, собираясь с мыслями.
Вся эта история ему безумно не нравилась. Был ли он теперь в постоянной опасности? Вдруг нападавший решит закончить начатое? В голове вспыхнул вихрь каштановых волос. Серьёзно?
Он с раздражением встал со стула и подошёл к окну, вглядываясь в ночную темноту. Заучка не давала ему спать нормально всю ночь. Он даже во сне прокручивал события военных лет. А во время сна днём ему почему-то приснилось, как он ее целует!
Драко издал стон разочарования. Ну вот что за мысли? Откуда они взялись?
Он не мог отрицать, что гриффиндорка похорошела. Вместо вечно лохматой копны волос — аккуратные пучки, собранные на затылке.
Сознание подсунуло сцену с её истерикой, и раздражение сменилось сожалением. Слизеринцу действительно жаль, что девушка пережила такое. Но исправить это он никак не мог. Но Драко мог извиниться. Возможно, это могло бы помочь уменьшить число ненавидевших его людей. Сколько их было? Из-за не совсем хорошей репутации семейства Малфой — практически вся магическая часть Лондона. С самого детства его ненавидели все гриффиндорцы. Равенкло относились нейтрально, так же как и Хаффлпаф. Он задирал многих, но львята не могли смириться с этим и поэтому задирали в ответ, хоть и безуспешно.
Малфой помнил, как первый раз увидел Грейнджер. Так же помнил, как первый раз обозвал её грязнокровкой. Он сейчас пытался докопаться до основы всего этого. Но каждый раз перед глазами стоял образ Люциуса, который втолковывал малышу Драко, что грязнокровок нужно ненавидеть. Ими нельзя восхищаться, даже когда они умные и лучше всех на курсе. Драко просто хотел угодить отцу, а сейчас же, спустя много лет, он хотел угодить только самому себе.
Хотя, кого он обманывает? Малфой лукавил, он до сих пор следовал указаниям Люциуса, пусть это и было для защиты матери. Драко согласился на брак с Асторией, когда мог просто послать нахер с его условиями. Он должен отвлечься от мыслей об отце, ибо ничем хорошим это не закончится.
Малфой вспомнил, как обнимал Грейнджер. Как хрупкое тело прижималось к нему в поиске утешения. Помнил её слёзы на его больничной пижаме и то, какие мягкие были её волосы. Сон заставил его желать воплощения увиденного наяву. Разве желать что-то запретное противозаконно? Нет. Он ощущал странное удовлетворение от того, что установки Люциуса полетели к чёрту. Он не имел над ним власти, и Драко это докажет!
Слизеринец опять сел на стул. Нужно написать письмо, а не представлять в своей голове, какие мягкие на ощупь волосы Грейнджер!
Он на секунду задумался. Почему Нотт пропал так резко? Может, на него тоже напали? Наверное, стоило написать сперва Забини, чтобы тот разузнал всё.
С этими мыслями он устроил пергамент у себя на коленке и стал выводить письмо Блейзу, стараясь не проткнуть пером бумагу.
Через пару минут письмо было готово. Вот только как его теперь отправить?
Драко вышел в коридор и прошёл к двери с надписью «Дежурный Целитель», он аккуратно постучал. За дверью стояла тишина.
Он аккуратно постучал ещё раз, послышалась возня и шаги. Дверь резко распахнулась.
— Ну кому там не спится?!
Малфой остался стоять как вкопанный. Сейчас было около двух ночи. И перед ним стояла растрёпанная Грейнджер. В целительском халате. На голое тело. Он абсолютно точно видел очертания её сосков, сквозь полупрозрачную ткань.
— Малфой, какого чёрта?
Он так и не мог оторвать свой взгляд от её груди. Подсознание подкинуло недавний сон: как он целовал её, как сминал под своими руками её талию, и как потрясно она стонала от его манипуляций.
— Я со стенкой разговариваю? Чего ты так вытаращился на меня? — Гермиона начинала терять терпение.
Драко поднял взгляд на неё.
— Мне нужно отправить письмо.
— Посреди ночи?! — Грейнджер явно была недовольна, что потревожили её сон.
— А почему ты вообще здесь? Я думал, у тебя выходной, — Драко вопросительно на неё посмотрел.
— Не твоего ума дело. Письмо отправишь с утра. Сейчас все спят, чего и тебе желаю!— она уже хотела закрыть дверь, но Малфой остановил её, уперев ладонь в дверь.
— Я хотел поговорить.
— Прям сейчас? — Гермиона начинала терять терпение.
— Да. Я буду ждать тебя в палате, — сказав это, Драко развернулся и ушёл.
***
После отдыха в компании друзей, Гермиона хотела отправиться домой. Но потом она вспомнила, что больше не будет работать в Мунго и решила попрощаться с местом, в котором провела так много времени. Она аппарировала к зданию госпиталя, хоть и еле стояла на ногах. Грейнджер прошлась по коридорам и ощутила ностальгию, она вспомнила, как впервые пришла на работу. Каждый, кто работал в Мунго, старался ухватить её внимание. Всем хотелось узнать, как победили Тёмного Лорда, из уст одного из участников Золотого Трио. Когда она дошла до своего кабинета, то глаза уже слипались. Гермиона знала, что дежурный Целитель спала в пустующей одноместной палате, потому что там была комфортабельная кровать. Девушка прошла в комнату дежурного Целителя и заняла старый скрипучий диван. Она провалилась в сон буквально за пятнадцать минут, её разбудил стук в дверь. Проклиная всё на свете, она надеялась, что если после первого раза не открыть, то посетитель уйдёт. Но ей не повезло, и тогда пришлось выйти и посмотреть на наглого пациента. Вздохнув девушка захлопнула дверь, после заявления Малфоя. Она твёрдо решила не идти к нему. Поэтому легла на диван и собиралась дальше спать. Но сон не шёл, пять минут она пялилась в потолок, борясь с любопытством. Алкоголь ещё не выветрился из организма, и разум подначивал её пойти в логово слизеринца, выведать, что ему нужно от неё. Гермиона зло отбросила одеяло и встала. — Какого, собственно, чёрта? Чего я боюсь?— девушка размышляла вслух. Грейнджер подошла к зеркалу и ужаснулась. Это так она вышла к нему? На голове после сна было воронье гнездо, но, опустив взгляд, вниз она увидела причину столь пристального внимания Малфоя. Обычно они носили под целительской формой обычную одежду. Когда она пришла в дежурную комнату, то не придумала ничего лучше, чем просто натянуть её на голое тело. Спать в платье было неудобно, оно перекручивалось и создавало дискомфорт. Только вот она не ожидала ночных гостей. И теперь, оказывается, она предстала перед Малфоем практически голой. Гермиона стала искать, что можно накинуть сверху. Открыв шкаф, в котором обычно хранили верхнюю одежду, девушка увидела вязаный кардиган серого цвета. — Отлично, подойдёт,— пробормотала она.***
Драко зашёл в палату и прислонился к двери. «Блять! Какого хера она была в таком виде?» — пронеслось в голове слизеринца. Мысли носились в его голове со скоростью света. Мерлин, почему это произошло тогда, когда он буквально десять минут назад думал о ней? Драко подошёл к окну и опёрся на подоконник. В тишине коридора стали слышны цокающие шаги. Это была она. Последовал тихий стук, и дверь открылась. Грейнджер заглянула в палату и, увидев его возле окна, направилась в сторону парня. — О чём ты хотел поговорить?— Грейнджер сложила руки на груди и требовательно посмотрела на Малфоя. «Она успела одеться», — усмехнулся про себя Драко. — Я, в общем-то, хотел извиниться, — он оттолкнулся от подоконника и подошёл к девушке. — И-извиниться? — Гермиона смотрела на него широко открытыми глазами. — Да, Грейнджер, извиниться. Ты сейчас в порядке? Не будет больше истерик? — Я в полном порядке! — Грейнджер хотела сделать шаг вперёд, но запуталась в ногах и чуть не рухнула на пол. Драко успел схватить её за локоть и поставить на место. Убедившись, что она стоит, он отдернул руку. — Грейнджер, ты что пьяна? — Малфой сузил серые глаза, и тут проскочило понимание в его взгляде. — Вау, гриффиндорская заучка умеет пить! — Ты сейчас серьёзно хочешь обсудить то, что я умею и могу выпить?— Гермиона зло зашипела на него. — Ну что ты, — Драко поднял руки в примирительном жесте. — А вот насчёт умения пить я бы поспорил. Ты еле стоишь на ногах и ещё додумалась напялить каблуки, хочешь расшибить себе лоб? — О, Малфой, это что? Забота?— протянула издевательски Гермиона и улыбнулась. — Ещё чего. Предлагаю сменить тему и выслушать то, что я хочу тебе сказать. Давай присядем, — Драко махнул рукой на стул, приглашая её присесть, а сам сел на постель. — Грейнджер, я... — ему было тяжело говорить, чёртов вид на её грудь перемолол все мысли в одну кашу. — Я хочу извиниться за то, что произошло в Мэноре... Он хотел продолжить, но увидел, как вздрогнула девушка от упоминания его родового поместья. — Ты в порядке? Я могу не продолжать, если тебе плохо, — Малфой обеспокоено посмотрел на Грейнджер. — Драко, — Гермиона подняла взгляд на него и посмотрела прямо в глаза. — Я очень хотела похоронить воспоминания о том дне. Но обрывки фраз и некоторые люди всегда будут напоминать о тех событиях. Ты ничего не мог сделать, даже если и хотел. Они бы убили и тебя, и твою семью. А мы все прекрасно знаем, что ты стал Пожирателем не по своей воле, — девушка тяжело сглотнула. Малфой сидел и просто наблюдал, как Грейнджер кусала губу, стараясь справиться с волнением, и пока его решимость была непоколебима, всё-таки продолжил. — Я просто хотел извиниться за то, что не помог, когда вы в этом нуждались... Тот день до сих пор приходит ко мне в кошмарах, — на эмоциях он сказал больше, чем стоило, но отступать уже было некуда. На словах о кошмарах Гермиона испуганно расширила глаза и смотрела на него практически не мигая. — Да, злому и страшному Пожирателю тоже снятся кошмары, не только вам приходилось жить в страхе. Красноглазый ублюдок жил месяцами в моём доме! Малфой не мог унять дрожь в руках и порывисто встал с кровати и подошёл к окну, встав спиной к девушке. — Драко... — начала говорить Гермиона. Мысли путались из-за алкоголя, поэтому она не знала, что можно сейчас сказать и не ляпнуть глупость. Малфой так и стоял, повернувшись к окну лицом. Вдруг он почувствовал холодные ладони на своём предплечье. — Драко, спасибо, что извинился, — Гермиона стояла и не знала, что ей делать. Малфой повернулся к девушке и посмотрел на неё с высоты своего роста. Как эта хрупкая гриффиндорка была такой сильной? Она могла дать фору любому, могла пойти против всего мира, чтобы защитить близких. Он завидовал её друзьям. У него не было такого тыла. — Грейнджер, почему ты такая? — Драко до сих пор чувствовал ледяную маленькую ладошку на своей руке. — Какая? — Ты пытаешься помочь всем вокруг, но забываешь о себе. Ты вечно вызволяла из полной задницы своих кретинов друзей. Кто-то из них отблагодарил тебя? Гермиона вздохнула и отошла. — Малфой, не всё в этой жизни строится только лишь на выгоде. Они единственное, что осталось из самого ценного в моей жизни. Я ради них готова рисковать собой. Оглядываясь назад, я ни о чём не сожалею, если бы понадобилось, то пережила бы ещё раз Круциатус Беллатрисы, — Грейнджер взволнованно теребила пуговицу на кардигане. — Поэтому я вас никогда не пойму. Я всего лишь хотел выжить: не видеть Реддла в своём доме, не видеть, как он убивал Чарити Бербидж, не видеть измученную мать и наконец не принимать эту чёртову метку! Грейнджер стояла как вкопанная, она не ожидала такого откровения от слизеринца. Сейчас девушка увидела, каково ему было на самом деле. Жить по соседству с монстром? Это подкосило бы любого. А Драко ещё и выполнял его приказы. — Ты не одинок. У тебя есть твоя семья хотя бы... — глаза Гермионы наполнились слезами. Она так скучала по родителям. — Грейнджер, какая семья? Я ненавижу своего отца! Мать всё время мотается к нему на свиданки, как верная супруга. Я хотел лучшей жизни для неё. Хотел, чтобы она жила дальше и забыла отца с его тупыми чистокровными идеалами! — Драко зло выплюнул последние слова. — Любовь заставляет людей делать страшные вещи. Иногда делает людей слепыми. Не легко отказаться от любимого. Вот ты бы смог? Если бы весь мир был против девушки, в которую ты влюблён?— Гермиона пристально смотрела на Малфоя. Несколько секунд он колебался, обдумывая её слова. Смог бы он? Он никогда по-настоящему не любил. Были интрижки, теперь есть Астория — просто выгодная партия, навязанная ему отцом, но любви он не испытывал. Можно было сравнить с любовью к матери, он бы отказался от неё? Нет, никогда. Нарцисса была единственным лучом света в самые тёмные времена. Малфой лишь обречённо выдохнул. — Нет, я бы не отказался. Но любовь его не оправдывает! — Для твоей матери этого, видимо, достаточно,— Гермиона нечаянно оторвала пуговицу, которую нервно крутила пару минут. Пуговица отскочила от пола и остановилась у ног Малфоя. Он проследил за ней и наклонился, чтобы поднять. Драко протянул пуговицу Гермионе. Девушка несколько секунд колебалась, а потом протянула свою ладошку. Сейчас Гермиона думала практически трезво, только небольшое головокружение служило напоминанием, что она выпила целую бутылку вина одна. Девушка видела, как тяжело Малфою говорить о тех временах и решила разрядить обстановку. — Я сегодня приходила попрощаться с местом работы. Малфой поднял глаза на девушку, та была печальной. — Тебя уволили? — Нет, я слишком ценный сотрудник,— Гермиона усмехнулась. — Настолько ценный, что уже не первый год сижу на одной и той же должности! — девушка выделила первое слово, от неё прям-таки и веяло сарказмом. — Сама уходишь? — Гарри предложил место в Аврорате. Я обещала подумать, а потом надралась и согласилась, — Гермиона рассмеялась. Смех приятно ласкал его уши. Драко невольно засмотрелся на гриффиндорку. Он всегда видел её нахмуренной, часто читающей и даже иногда, наверное, видел, как шевелятся её мозговые извилины, когда она пыталась что-то в очередной раз разгадать. Теперь она сидела рядом с ним и смеялась. Он видел уже все её эмоции: страх, испуг, веселье, паника, слёзы.. И ни единого раза они не вызвали отвращение, прививаемое ему отцом. Ни разу язык не повернулся оскорбить её. Да, он менялся. Грейнджер была приятным собеседником. Минуту назад он извинялся и не мог нормально мыслить, а теперь она ловко вывернула нить разговора в другую сторону и будто подарила ему свежий глоток воздуха. Грейнджер сейчас просто сидела рядом и общалась с ним, словно со старым другом, просто рассказывая об изменениях в её жизни. В Хогвартсе он никогда бы не заговорил с ней, но находясь сейчас здесь, он хотел и дальше говорить и говорить с ней, не оглядываясь на прошлые предрассудки. — Грейнджер, если ты сейчас не перестанешь смеяться, то я начну показывать тебе палец, и ты умрёшь от смеха, — Драко улыбнулся Гермионе. — Ой, — Грейнджер испуганно прикрыла рот ладошкой, потом отняв руку сказала. — Я не хотела, просто на пьяную голову так легко принимать решения: согласилась на новую работу, пошла к тебе в палату... Поняв, что сболтнула лишнего, Грейнджер испуганно замолчала. — Ты собиралась с духом, чтобы зайти ко мне в палату? — Драко хохотнул. — Серьёзно? Могла бы не стесняться, я уже всё, что мог, увидел, — Малфой хищно улыбнулся. Гермиона открыла рот от возмущения. — Я не знала, что там ты! — Ты ждала кого-то другого? Не думал, что ты занимаешься сексом на работе. — Да с чего ты это взял?! — девушка возмущённо смотрела на слизеринца. — Ну полупрозрачная форма намекала на это, — Малфой многозначительно обвёл взглядом фигуру девушки. — Прекрати на меня пялиться! — А то что? — Превращу тебя в хорька! — Ну, Грейнджер, как низко и неоригинально. В хорька меня превращал уже лже-Грюм, придумай что-нибудь новое, — Драко прошёл мимо неё и вальяжно уселся на кровать. Грейнджер возмущённо запыхтела и подыскивала колкие варианты ответа. Внезапно Драко зашипел, как-будто от боли. Гермиона испуганно на него посмотрела. — Что с тобой? — Всё нормально. Голова разболелась, — Малфой закинул ноги на постель и оказался в полусидящем положении. — Сиди здесь, я сейчас приду,— Грейнджер пулей выскочила из палаты. Ну не совсем пулей, а настолько быстро, насколько позволяли каблуки. Оставшись один, Драко мысленно улыбнулся. Ему так не хватало обычных повседневных разговоров с кем-то, кто не старался лебезить перед ним. Все его школьные приятели всегда старались ухватить кусочек внимания, потому что Драко был родом из древней чистокровной семьи. Тогда он имел влияние. Сейчас у него остался Блейз, который стал настоящим другом. Ему не нужны были деньги Малфоя, он просто был рядом и всегда приходил на помощь. Нотт не относился к этой категории, они были партнерами по бизнесу и иногда могли выпить. Хлопнула дверь, и Грейнджер быстрым шагом подошла к его постели. Кардиган был расстёгнут, и если раньше она придерживала его руками, и он скрывал всё, что было под ним, то теперь открывался весьма интересный вид. Девушка поставила несколько флакончиков на прикроватную тумбочку и спросила: — Тебя не тошнило? Не темнело резко в глазах? — Нет, я полностью здоров и надеюсь, что меня завтра выпишут, — Драко закатил глаза. — Ладно, вот, выпей это зелье, и я обработаю твои ссадины, к завтрашнему дню они пройдут, — Гермиона взяла пузырёк с лечебной мазью и терпеливо ждала, пока Малфой выпьет обезболивающее. — Ты решила меня усыпить за то, что я теперь много знаю? — Замолчи и пей, — сказала она, зачерпывая пальцем мазь. Малфой выпил зелье. Голова стала словно ватной, вместо привычных мыслей был туман, словно кто-то разом решил его проблемы. Боль отступила, и стало необычайно легко. Гермиона поднесла одну руку к его лицу, а второй смахнула прядь платиновых волос, что закрывали ссадину. Драко внимательно за ней наблюдал. В полумраке её глаза были как два чёрных омута. Он был не в силах оторвать взгляд от её лица. Малфой рассматривал каждую деталь: вот россыпь веснушек, которые никак не портили внешность, вот красноватые припухлые губы, которые она постоянно кусала, когда нервничала, вот идеальной формы брови, которые Грейнджер часто сдвигала вместе, когда хмурилась. Скользнув взглядом чуть ниже, он увидел красивую тонкую шею, выпирающие ключицы и зону декольте, на которой идеально смотрелись бы самые дорогие бриллианты мира. Грейнджер старалась не замечать, как рассматривает её Малфой, пока она обрабатывает ссадины мазью. Но взгляд остро ощущался на её лице и, когда она немного скосила взгляд, то увидела, что блондин смотрел уже не на её лицо, а чуть ниже шеи. Такое внимание её смущало, и она поспешила убрать свою руку от лица Малфоя. Девушка развернулась к слизеринцу в профиль и закрыла плотнее кардиган. — Всё будет в порядке, — Грейнджер неуверенно продолжила. — Скорее всего, к обеду тебя уже выпишут. — Скорее всего? — Драко приподнял бровь. — Всё будет зависеть от Целителя, который тебя наблюдает. — Разве не ты мой Целитель? — Малфой приподнялся на локтях. — Нет, и ты это знаешь. Твой Целитель — Строуд. Будь вежлив с ней, меня утром уже здесь не будет, — Грейнджер скосила взгляд в его сторону. — Грейнджер, — Драко сел на кровати и оказался очень близко к девушке. От неё исходил аромат корицы и чего-то цитрусового. Гель для душа? Может, парфюм? Невольно он коснулся её кожи там, где скулы скрывала непослушная прядка, которая выбилась во время сна. Гермиона дёрнулась как-будто её ударили током. Его рука была невероятно холодной. — Что... что ты делаешь? — повернувшись к нему лицом, спросила девушка севшим голосом. Если бы он сам знал ответ на этот вопрос. Что-то щёлкнуло в его подсознании, когда эта хрупкая девушка рыдала на его плече. С тех пор она не покидает его мысли. А теперь этот разговор между ними заставил хотеть её общества ещё больше. Что он творит? Драко сам не знал, но пусть он лучше сделает и пожалеет, чем потом будет всю жизнь корить себя за бездействие. Гермиона смотрела на Малфоя и на то, как он смотрел на её губы. Его зрачки были расширены, рука на скуле легонько водила круги. Девушка сидела, боясь пошевелиться, какого чёрта происходит? Сперва разговор по душам, теперь эта ситуация. Нужно меньше пить, однозначно. — Грейнджер, закрой глаза, — Драко заглянул в её карие глаза, и она увидела целую бурю эмоций, которые плескались в серой радужке. Решив испытать судьбу, Гермиона просто прикрыла веки. Она почувствовала, как Малфой приподнял пальцами её подбородок, и в следующую секунду ощутила прикосновение его губ к своим. Это было обычное прикосновение, но через секунду оно переросло в напористый и жадный поцелуй. Гермиона растерялась и не сразу ответила, взвешивая в голове все за и против. Но, решив поддаться, она развернулась к нему всем корпусом и за затылок притянула парня ещё ближе к себе. Драко чувствовал, как бешено колотится его сердце, как сжимает его волосы на затылке гриффиндорка, и ощущал чувство какой-то эйфории. Малфой очертил языком нижнюю губу девушки и легонько оттянул. Ответом ему послужил тихий стон прямо в его приоткрытые губы. Это будоражило всё внутри, это заставляло хотеть ещё большего. Он подхватил Грейнджер за талию и усадил на колени, не разрывая поцелуй. Она так и осталась повёрнута полубоком, так, что её ноги свисали с кровати. Одна рука осталась на талии, а вторая расстёгивала верхние застёжки на форме. Гермиона ощутила, что поцелуй перерастает во что-то большее. Он сносил ей крышу, ноги сводило от возбуждения. Она жаждала продолжения. Но это было неправильно! Вся ситуация в принципе была неправильной! Какого хрена она сидит пьяная на коленях Драко Малфоя и целуется? В ней сейчас боролись две личности: одна кричала и требовала продолжения, другая истерично вопила всё прекратить сейчас же. Драко опустил руку на бёдра и провёл по ним, подбираясь всё ближе к заветной цели. Не собираясь торопиться, он вернул руку наверх и невзначай задел торчащий сквозь форму сосок. Гриффиндорка ещё сильнее схватила его волосы и оттянула, сделав больно. Он не остался в долгу, вторую руку опустил ниже талии и сильно сжал ягодицу, вероятно, там останется синяк. Раз она хочет пожёстче, Драко будет действовать по-другому. Он вернул руку на бедро и резко, не церемонясь, просунул её между сжатых ног. Драко ощутил невероятный жар, который исходил от промежности девушки. Она буквально горела. Он поблагодарил Мерлина, что ткань на форме была тонкой. Парень провёл двумя пальцами по клитору, и Грейнджер простонала прямо ему в губы. Так блядски прекрасно, так же, как и в его сне. Мысли Гермионы путались. Правильная сторона уже вопила во всю и рвала на себе волосы. Тут в её голову пришёл образ друзей с осуждающим видом. Она остановилась и резко сбросила руки Малфоя с себя. Гермиона смотрела на него широко раскрытыми глазами, полными ужаса. — Нет, нет, нет!
