Давай оставим в тайне?

      Яркое солнце пробивалось сквозь шторы. Рассветные лучи виднелись на стене спальни двух девушек, которые сладко спали после утомительной вечерней тренировки. Даже не поужинав прошлым вечером, они легли в теплую постель. Загитова уткнулась в обнаженное плечо Медведевой, а та обняла за талию, нежно поглаживая по мягким и каштановым волосам Алины. В такт касаний подушечек пальцев девушки уснули, наслаждаясь объятиями.       Тренировки требовали много сил и труда, поэтому девушки были погружены в тренировочный процесс — выполняли различные каскады, состоящие из тройных прыжков. Элементы ультра-си девушки тоже выполняли. Загитова тренировала аксель в три с половиной оборота, а Медведева — четверной тулуп с риппоном. Но попытки иногда были безуспешными. Но не расстраиваясь, они продолжали работать. Ведь уже скоро будет долгожданный чемпионат Мира, который мог быть и отменен.       Настал их единственный выходной после столь тяжелой и упорной недели. Уже послезавтра они улетают в Стокгольм*. Повернувшись на бок, Алина увидела перед собой спящую Женю, укутавшуюся в мягкое и теплое одеяло. Девушка поцеловала ее в горячую макушку и встала с постели, накинув кружевной халат молочного цвета. Осмотрев светлую спальню, она все же покинула комнату и направилась в сторону кухни. ***       — Понимаешь, Алина, я догадываюсь о ваших взаимоотношениях, — говорила мама Жени, чуть ранее позвонив, все это с особенным спокойствием, будто она доверяла выбору своей девочки, — я вижу, как она тебя любит. Особенно любит. Когда она была в Канаде, все время думала лишь о тебе. Она всегда смотрела с восхищением программы с твоим участием и замирала от такой изящной красоты, — услышав это, Алина сама замерла, пытаясь сдерживать слезы, — я бы хотела спросить, несомненно, я ее мать… Любишь ли ты ее?       — О…Жанна, безусловно. Я очень люблю Женю. Я рада, что она вернулась ко мне. Вернулась ко мне. И я очень счастлива, находясь рядом с ней, — воодушевленно произнесла Алина, не догадываясь, что ее Женя все слышала.       Она искренне улыбнулась, вспоминая вишневый привкус на губах Алины. ***       Заметив Женю, Алина прошла чуть вперед, заключила в объятия свою девушку, уткнувшись в обнаженное плечо. Женя поглаживала нежными касаниями пальцев по спине, а затем поцеловала ее в макушку. Она чувствовала, как участилось сердцебиение.       — Что случилось, малявка? — произнесла девушка, слегка отстранившись, смотрела на нее пристальным взглядом. Но не ответив на вопрос, Алина подалась вперед и трепетно коснулась столь желанных губ. Ее ноги дрожали от такой трепетности, а дыхание участилось.       Женя чуть не лишилась рассудка, изгибаясь от удовольствия. Отвечая на ласку и нежный поцелуй, девушка медленно провела ладонями по ключице, поцеловала, прижимаясь горячими и пухлыми губами.       Алина откинула белый кружевной халат на холодный пол и направилась в сторону спальни, непрерывно и беспорядочно целуя свою Женю. ***       На улице уже вечерело. На небе виднелся завораживающий закат. Солнце подсвечивало облака снизу, раскрашивая их в разноцветные краски: от ярко-желтых до алых. Это достаточно романтическое время суток.       — Так, что же произошло утром, Алина? — произнесла Медведева, лежа на обнаженных бедрах своей девушки, вглядывалась в угол комнаты, пробуя сконцентрировать свой взгляд на чем-то определенном.       — Звонила твоя мама… Мы душевно поговорили с ней, — хрипло и сонно произнесла олимпийская чемпионка, закусив нижнюю губу, она почувствовала горький вишневый вкус, который так нравился Жене.       В комнате повисла абсолютная тишина, слышно было даже тиканье антикварных часов и некое постукивание, издававшееся с сумеречных улиц города.       — Она… — казалось, эта пауза была длиною во всю жизнь, — теперь все знает?       — А ты хотела от нее скрывать? Наши отношения? — с горечью в голосе сказала Загитова, провожая ее бледную руку скептическим взглядом. Трепетными, в тоже время, нежными касаниями подушечек пальцев ее медвежонок провел по горящей щеке.       — Нет, что ты? Я просто спросила, — чуть дрожащим голосом она произнесла эти слова, — я рада, что ты у меня есть. Алина лишь улыбнулась, стеснительно уткнувшись в каштановые волосы своей девушки.       — Жень?       — Да, малявка? — бессильным голосом она спросила, делая акцент на своем любимом слове, которым называла свою любимую. Ту, которую любила безгранично, выбрав ее из 7.8 млрд человек, проживающих на одной планете.       — Я не хочу, чтобы на чемпионате Мира чья-то из нас золотая медаль разрушила все, что сейчас нас связывает. Не хочу, чтобы повторилась та же история, как на Олимпиаде… — невинно и покорно произнесла Загитова, заставив Медведеву чуть подвинуться, чтобы взглянуть на нее проницающим взглядом.       — Я обещаю, малявка… что никакая медаль больше между нами не встанет, — она чуть приподнялась и оставила мягкий, но в тоже время, дурманящий поцелуй на разгоряченной щеке Загитовой. ***       Женя уже спала безмятежным сном, в то время Алина сидела на подоконнике кухни, укутавшись в теплый плед. А в ее холодных и бледных руках была золотая олимпийская медаль.       

«Никакая медаль больше между нами не встанет», — будто эхом пронесло.

      

Она до сих пор чувствовала на своей щеке тот самый томный и нетерпеливый поцелуй Жени…