Большой маленький секрет

Уроки шли своим чередом. Уже две недели они занимались почти одними только Оберегами, перемежая практические занятия с чтением теории, а так же с историей магии. Нельзя было не признать, что прогресс был, даже у Онмунда, который по первости не мог удержать щит дольше одной секунды. Иллия, уяснив, что обучение приносит свои плоды, налегла на тренировки, временно отложив упражнения с заклинаниями своей стихии. Даже в свободное время она, заставляя Банри раз за разом атаковать ее простецкими заклинаниями огня и холода, отлаживала свои Обереги и добилась заметных улучшений в технике. От огня, впрочем, быстро пришлось отказаться, они живо поняли, почему Толфдир использует Обморожение, когда щит лопнул в самый неподходящий момент, и туника Иллии занялась пламенем. Лучше всех пока что получалось только у Брелины, если не брать в расчет Банри, конечно. Было немного обидно, особенно если учесть, что Брелина не сильно старалась, а ее таланты были сосредоточены в основном в Колдовстве. – Не завидуй, – посоветовал Толфдир, когда Иллия, не выдержав, пожаловалась на ситуацию вслух. – У некоторых от природы склонность к некоторым школам. У тебя – к Разрушению, у твоей подруги – к Восстановлению и, судя по некоторым признакам, к Изменению, а у Брелины, возможно, ко всем. Но она происходит из семьи, которая занимается магией любой разновидности на протяжении многих столетий, у нее это в крови. Да, это несправедливо, но в твоих силах немного исправить ситуацию, достигнув вершин хотя бы в двух Школах. Это вполне реально, поверь. – Да мне на это жизни не хватит! Толфдир усмехнулся. – Как знать… Некоторые – на самом деле очень многие – маги живут… дольше простых людей. К концу второй недели они домучили учебник по истории магии в Скайриме – довольно тонкий, надо сказать, и Толфдир устроил-таки опрос, который так долго откладывал. Удовлетворившись ответами, он повелел начать изучение другого учебника – на сей раз по всеобщей истории магии. – Это, случайно, не тот, в котором сорок томов? – спросила Банри напряженным голосом. Онмунд звучно икнул. – Сорок три на данный момент, – поправил Толфдир. – Да, это он. Возьмите пока первый том по Четвертой эпохе. Он оглядел вытянувшиеся лица студентов и быстро сказал: – Ох, прекратите. Я ведь не прошу вас выучить все разом. Просто начните чтение. В идеале, конечно, хорошо бы, чтобы вы ознакомились со всеми исследованиями, это будет полезно и познавательно. Но правда в том, что даже не все наши преподаватели освоили полный курс по сей день. Толфдир закончил урок, сообщив, что у него появились кое-какие неотложные дела и предложил ученикам остаток дня потратить на самообразование. – Тренируйтесь, – с нажимом сказал он, спускаясь в сопровождении младших в Зал Стихий. – Есть вероятность, что меня не будет еще пару дней, так не бейте баклуши в мое отсутствие. И я жду, что вы начнете читать первый том Четвертой эпохи уже сегодня. – Странно все-таки, что «История магии в Скайриме» занимает всего пару сотен страниц, – заметил Дж'зарго. – А тут – сорок три тома, и все время переиздаются, как Дж'зарго понял. – Ох, дитя мое, – вздохнул Толфдир, – первая книжечка – чисто ознакомительная, в ней и сотой доли всех вех настоящей истории магии в Скайриме не упомянуто. А эти тома – свод настоящих научных изысканий. Словом, небо и земля. Вы поймете разницу, когда приступите к их изучению. Они вышли во двор Коллегии. Толфдир, встав под каменным Шалидором, распрощался со студентами и, поплотнее закутавшись в толстый меховой плащ с капюшоном, устремился к воротам. Онмунд, проводив его взглядом, повернулся к остальным: – Вы как хотите, а с меня хватит этих Оберегов. На сегодня я себя от тренировок освобождаю. Он потопал к башне общежития, а Брелина, дождавшись, пока он отойдет подальше, негромко сказала: – Насколько я поняла, Онмунд несколько разочарован тем, что Толфдир не выделяет его среди остальных. – А почему это старик должен его выделять? – фыркнул Дж'зарго. – Потому что они оба норды, – медленно проговорила Банри. – Вот наш мальчик и думал, что раз учитель – его соплеменник, его ждет особое отношение. Но здесь, в Коллегии, похоже, происхождение никакой роли не играет… Дж'зарго шевельнул кончиком хвоста и сложил руки на груди: – Толфдир нас временно покинул, и Дж'зарго думает, что неплохо бы последовать его наказу и приступить к упражнениям. А раз и Онмунд самоустранился, то нас как раз осталось четверо – можно разбиться на пары. – И правда, – согласилась Брелина. – Кто с кем? – Дж'зарго хотел бы поработать с Банри. Он все никак не освоится с техникой, а она могла бы на своем примере показать, как удерживать плетение. С приснопамятного ужина это был первый раз, когда он обратился к Банри напрямую, и Илиия сначала удивилась и даже немного обрадовалась, решив, что лед треснул, но тут до нее дошло, чего добивается Дж'зарго, и она тут же разозлилась. – Ах ты!.. Но Банри подняла ладонь, разглядывая Дж'зарго с непонятным выражением лица. – Все в порядке. Что же, Дж'зарго, я охотно побуду твоей мишенью, коль скоро тебе захотелось… потренироваться. Отойдем только подальше, а то… как бы чего не вышло. – Слушай, – пробормотала Брелина, наблюдая, как они оба отходят к галерее, – может, нам позвать кого-нибудь из старших? Мне не нравится, как он на нее смотрит. – Мне тоже, но Банри сама способна о себе позаботиться, поверь. – Что за кошка между ними пробежала? О… проклятье. Иллия не удержалась от смешка. – Почти каламбур, даже двойной. Если вкратце – Дж'зарго не понравилась кличка саблезуба Банри. Кошки и там, и там. – А, да, Кисина. Что не так? Это ведь каджитское имя, ей подходит. – Ну, наш приятель так не считает. Вроде для него сей факт оскорбителен. Хотя другим каджитам, с которыми дружит Банри, на имя Кисины покласть. Брелина вздохнула: – Все-таки это небезопасно. Я пару раз видела, как Дж'зарго тренируется в Зале Стихий со своими молниями и огнем, должна сказать – весьма впечатляюще. Если он и впрямь решил устроить «несчастный случай»… – …То у него ничего не выйдет. Как бы он ни был хорош, защита Банри драконий огонь выдерживает. Брелина в изумлении разинула рот, но, к радости Иллии, от дальнейших расспросов воздержалась. Дж'зарго, тем временем, не терял времени даром, осыпая Банри, вернее, ее Обереги разнообразными заклятьями. Иллия вынуждена была признать, что если этот кот и уступает ей в мастерстве, то ненамного. И резерв его магической энергии оказался весьма вместительным – миновало уже около получаса, а заклинания срывались с его пальцев почти непрерывно. Банри, впрочем, отбивалась все так же успешно, ни разу не шагнув в сторону и лишь поворачиваясь лицом у противнику. Дж'зарго оступился, прекратив атаковать, но тут же встряхнулся и обрушил на Банри мощный разряд электричества. Он, кажется, рассердился – хвост его опять плетью хлестал холодный воздух, взметая ввысь стаи снежинок. Банри что-то сказала (Иллия не разобрала, что – треск молний почти оглушил ее) и медленно двинулась навстречу Дж'зарго. Тот, свирепо оскалившись, усилил нажим, да так, что запах грозы учуяли и Иллия с Брелиной на другой стороне двора, но вдруг обмяк и рухнул на колени. Банри еще немного подержала Обереги, а потом развеяла их и склонилась над противником. – Это небезопасно… – шепнула Брелина, и Иллия мысленно согласилась, но Дж'зарго, кажется, выдохся, причем во всех смыслах. Он принял протянутую руку Банри и встал с ее помощью, отряхивая тунику от налипшего снега. Иллия даже со своего наблюдательного пункта видела, как у него кисти трясутся от перенапряжения. – Неужто стоило того? – тихо сказала она, обращаясь скорее к самой себе, но Брелина ответила: – Судя по его виноватой физиономии – вряд ли. Иллия не разбиралась в выражениях каджитских морд, и потому просто решила принять на веру чужие наблюдения. Дж'зарго вдобавок сразу же заковылял в Зал Достижений, особо не глядя по сторонам, а Брелина, глядя на приближающуюся Банри, заключила: – Кажется, сегодняшний день у нас обойдется без тренировок, у меня что-то настроения нет. А ты как? Иллия согласно кивнула и обратилась к подошедшей Банри: – Все в порядке? – В полном. Устала немного, но это скоро пройдет. – А Дж'зарго? – Он готов. Пыл тоже слегка поугас. – Что ты ему сказала? – Ну, никаких волшебных Слов. – Банри многозначительно приподняла бровь. – Только самые обычные. Посмотрим, сработает ли. Брелина кашлянула. – Мы с Иллией тут решили, что не будем тренироваться, ты с нами? – Само собой. – Банри оглянулась на место их с Дж'зарго стычки. – Хватит с меня этих «тренировок» на сегодня.

***

Ужинать они сели поначалу только дамской компанией, но через пару минут пришел Онмунд. Немного позже к ним присоединился молчаливый Дж'зарго и уселся рядом с нордом – тот немного подвинулся, чтобы каджиту хватило места. Когда едоки расправились с большей частью блюд, Дж'зарго проговорил: – Дж'зарго интересно послушать про ту, первую Кисину, которой владела Банри. Банри поперхнулась. – Ты что-то путаешь, Дж'зарго. Я никогда ею не владела, скорее уж она владела мной. Я и этой-то саблезубой дурочкой не уверена что владею… Иллия закатила глаза: – Может, хватит об этом? Я не понимаю, в чем проблема, но думаю, что лучше избегать болезненных тем, раз уж невозможно изжить конфликт в корне. – Дж'зарго просто интересно, с каких пор в имперских монастырях котов называют каджитскими именами. – Если монастырь располагается недалеко от границы с Эльсвейром, почему бы и нет, – пожала плечами Брелина. Банри отложила ложку. – Приорат Готтлсфонт далековато от Эльсвейра-то находится. Он стоит на границе между графствами Коррол и Скинград, в Великом лесу… – Она задумалась. – Мы весьма уединенно жили, так что, пожалуй, да, странно. Дж'зарго, если тебя волнует благополучие Кисины Старшей, то позволь заверить, что она всегда пользовалась в монастыре уважением, по-моему, не меньшим, чем наша настоятельница. Она ела за одним столом с монахинями, буквально – у нее был специальный высокий стульчик и отдельная мисочка. Когда она совсем состарилась и не могла запрыгивать на него с пола, ей поставили еще одну табуретку, а то и носили завтракать-обедать-ужинать прямо на руках. Я и сама ее носила. Дж'зарго молча ее рассматривал. Иллия перехватила его взгляд и отметила, что ледка в нем поубавилось. – Дж'зарго понял, что эту кошку ты забрала с собой, когда ушла из монастыря. – Пришлось. Когда пришло время мне отправиться во взрослую жизнь, она сама залезла в одну из моих сумок с вещами. И я ведь несколько раз ее высаживала, но старушка опять туда забиралась. Приоресса сказала, что так, выходит, надо, и я ушла вместе с Кисиной. – Что с ней стало? Банри уставилась в тарелку. – Она умерла. Прожила со мной еще почти десять лет, и скончалась. Наверное, у нее сердце отказало, симптомы были похожи. – Она вздохнула. – Кисина ведь очень старая была. В приорате она жила с тех пор, как я себя помню, а когда преставилась, мне было двадцать шесть. Онмунд присвистнул. – Двадцатишестилетняя кошка! Ты, небось, ее зельем долголетия поила. – Если бы я знала рецепт, с удовольствием бы так делала, – криво улыбнулась Банри. – Но, к сожалению… Она провела ладонью по лицу, и посмотрела на Дж'зарго: – Ты удовлетворен? – В достаточной мере, – важно кивнул тот. – Дж'зарго благодарит тебя за рассказ и хотел бы… принести извинения за неурядицы. – Принято.

***

Перед сном Иллия спустилась вниз – навестить Банри в ее каморке. Та как раз готовилась ко сну, и в момент, когда Иллия просунула голову за занавесь, она изо всех сил спихивала Кисину Младшую с кровати на пол. Кисина упиралась, цепляясь за одеяло, а когда Банри, наконец, одержала победу, сползла вниз вместе со всей постелью. Банри выругалась и принялась вызволять спальные принадлежности из лап питомца. – Похоже, каждая из вас все-таки добилась своего, – заметила Иллия, переместившись в комнату целиком. – Вместо того, чтоб зубоскалить, помогла бы лучше. Когда кровать Банри приобрела надлежащий вид, она быстренько возлегла на ней, опередив вновь нацелившуюся Кисину, и жестом предложила Иллии присесть в кресло. – Похоже, у вас с Дж'зарго теперь все путем, – сказала последняя, разместившись с удобством. – Надеюсь. Я не люблю, когда портятся отношения, да еще и по непонятной причине. До сих пор, кстати, не ясно, отчего он так обеспокоился о своих дальних родичах. Всем встреченным мной ранее каджитам было плевать на любых других кошек. – Может, это потому что он недавно из Эльсвейра? – предположила Иллия. – Ну, сравнительно. Память о родине, все дела… – Возможно, хотя все равно странно. Ладно, надеюсь, теперь все будет хорошо. Ты, кстати, взяла для меня учебник у Урага? Иллия без лишних слов выложила на небольшой столик рядом со своим креслом увесистый том. – Пятьсот четыре страницы. И это только о первом десятилетии Четвертой эпохи. Кошмар. Банри потянулась за книгой. – Ну что же делать… Зато не надо учить. Пока, по крайней мере.

***

Толфдир не появлялся уже пару дней, и его группа сильно не утруждалась. Первую половину дня они все же тратили на упражнения с Оберегами, а после обеда начинали лениться. Иллия иногда почитывала книжку по истории, но та была написана тягомотным сухим языком, куда скучнее предыдущего труда об истории скайримской магии, и дело продвигалось медленно. Пока что она освоила всего четыре главы, и то не до конца. Утром третьего дня они вновь собрались потренироваться, и Иллии по жребию в пару досталась Брелина. Испытав Обереги друг друга на прочность, обе пришли к выводу, что щиты держатся вполне сносно, и отошли на галерею, чтоб не мешать Дж'зарго и Онмунду отбиваться от атак Банри, которая сегодня выступала вместо Толфдира. Лениво наблюдая за одногруппниками, Иллия поправила капюшон и потерла зудящие пальцы. – Слушай, Брелина… – начала она. – Я понимаю, что это совсем не мое дело, и пойму, если ты не захочешь говорить, но Толфдир как-то упомянул, что ты из очень… э… одаренного семейства происходишь… Брелина закатила глаза и решительно оборвала ее лепет: – Прежде чем ты начнешь меня расспрашивать с пристрастием – да, мои предки не мыслили жизни без магии, и нет, я не хочу об этом говорить. И, продолжая тему – да, я знаю, что в Винтерхолде когда-то проживало множество моих сородичей, и нет, меня не смущает, что теперь они все уехали. Еще вопросы есть? – Ну… Нет, наверное. Знаешь, я тут поняла, что мы все так толком и не представились друг другу. Кроме Банри я знаю кое-что только о Дж'зарго, и все. – Хм. Верно. А нам ведь тут не один год бок о бок жить. Хотя, говорят, большинство новичков отсеивается еще до первых экзаменов. – Почему? Брелина пожала плечами. – Как я поняла, не все выдерживают режим Коллегии. Тут есть правила, которым надо следовать, а далеко не все маги дисциплинированны от природы. Вот многие и уходят, даже не начав толком учиться. – Понятно… – протянула Иллия. – Впрочем, я-то планирую тут подзадержаться. – Я тоже, – улыбнулась Брелина. – И раз уж мы решили познакомиться заново, позволь представиться: меня зовут Брелина Марион, и я из Дома Телванни. Первая из рода, кто покинул Морроувинд с весьма давних времен. – Дом Телванни? Извини, я плохо знакома с историей Великих Домов Морроувинда, но это не тот Дом, где все волшебники? – Ага, он самый. И там и вправду все волшебники, как все Редоран – воины, Хлаалу – торговцы, Индорил – священники, а Дрес… э… плантаторы? Никак не вспомню, на чем они специализировались помимо земледелия. – Брелина захихикала. – На самом деле это все стереотипы, и довольно глупые. Во всех Домах хватает и магов, и вояк, и торгашей, и даже святоши с фермерами везде имеются, пусть и в довольно небольших количествах. – Дом Дрес вроде погиб… – Неа, хотя довольно долго так многие думали. – Брелина вытащила из сумки бумажный кулек с пряниками, предложила Иллии, а потом угостилась сама. – После войны с Чернотопьем от них и впрямь мало что осталось, но они довольно быстро восстановили поголовье, напринимав в Дом каких-то безродных фермерских семейств, и породнившись с ними браками. Иллия проглотила последний кусочек выпечки и стрельнула глазами в сторону мешочка, но быстро взяла себя в руки. – Ты, значит, из Телванни, но почему-то учиться решила аж в Коллегии Винтерхолда. – А где еще? Эти, сиродильские, вообще ни на что не годны, в Морроувинде подобных организаций нет. В Хай Роке еще вроде что-то имеется, но там уж слишком далеко. – А в самом Доме ты разве не нашла наставников? Брелина тяжело вздохнула, понурив голову. – Наставников там найти можно, но все они… как бы это сказать… косные. И методы обучения у них… Я пробовала учиться у одного приятеля моей бабки в ранге волшебника… В общем, я сбежала через неделю. Сразу после того, как он одну за другой обломал об меня две метлы. И это только за то, что я не слишком расторопно выполняла его поручения из разряда «принеси-подай». Так что теперь я изучаю Колдовство здесь, в Коллегии. Это для меня сейчас самое главное. – И как, нравится тут? – Пока да. Уже потому что тут никто не говорит мне, какой великой я обязана быть, чтоб не посрамить великих предков. Я просто хочу учиться, а не думать об бабкиных и родительских ожиданиях. Ну и… не дерется никто. Иллия кивнула. Погрузившись в размышления, она не сразу поняла, что Брелина легонько пихает ее локтем в бок и покашливает. – Что?.. – Мы же, вроде, знакомимся. Я рассказала о себе, а ты чего-то молчишь. Жду твою историю. Иллия моргнула. – Моя история… Боги… Ладно, меня зовут Иллия, фамилии у меня нет, вернее, она скорее всего есть, но я ее не знаю. Моя мать никогда ее не упоминала, может, отказалась от нее, когда я была совсем маленькой, или даже раньше. Я… – Она собралась с духом и выпалила: – Я выросла в ковене. Ну, таком, где верховодят врановые ведьмы и где поклоняются старым безымянным богам. Она ожидала, что Брелина либо изобразит непонимание, либо отшатнется с отвращением, но та округлила глаза и восторженно выдохнула: – Ого! Здорово! – Иллия опешила, а Брелина затараторила: – Это ты у них так лихо научилась ледышками кидаться? Это какая-то особая техника? А что это за боги у них такие? И почему им такие кровавые жертвы приносят? Иллия замахала руками: – Погоди, погоди… Не все сразу. Но, во-первых – и это самое главное – я не прошла инициацию, и никогда даже не начинала готовиться к Восхождению, оттого совершенно не в курсе, что там за культ. И, понятное дело, совершенно не владею этой их магией. Я знакома с Разрушением, особенно хорошо удаются заклинания холода, но старухи используют другие заклинания, хоть и с похожим эффектом. А мои знания – последствия того, что у меня с детства был доступ к старым книгам, обучающим этой Школе. А еще за мной никто толком не присматривал, и я могла пробовать любые заклятья… – Разве это плохо? – Наверное да. Сейчас я рада, что в свое время решила, что кидаться здоровенными сосульками круче, чем огненными шарами. Думаю, избери я пламя, то погибла бы тогда… Иллия рассеянно накручивала прядь волос на палец. Брелина звучно прочистила горло, и она спохватилась: – В общем, однажды, когда мне было двенадцать, я умудрилась себя заморозить. Пробовала заклинание Морозного Плаща, но что-то пошло не так, и вместо морозного плаща я получила ледяной панцирь, которым меня сковало по рукам и ногам, и я никак не могла освободиться. Я думала, что умру. Я и умерла бы, если бы мать обо мне не вспомнила – через много часов после – не нашла меня, и не разбила этот проклятый лед. Потом я долго болела. – Да, история, – покачала головой Брелина. – Но, говорят, самые могущественные маги становятся таковыми в том числе потому, что не боятся смелых экспериментов. – Ага, те, кто не помер во время этих экспериментов, наверняка становятся. Брелина, пожалуйста, не рассказывай никому о моем прошлом. – Я не думаю, что тебе стоит чего-то опасаться. – Разве только тучи вопросов вроде тех, что ты только что задавала. А мне и сказать-то нечего. – И ты правда ничего не знаешь об этих ворожеях? – Кроме того, что они мерзкие, вонючие, злобные и очень могущественные? Пожалуй, нет. Хотя признаю, это кажется довольно странным, ведь я, можно сказать, выросла среди этих тварей. – И впрямь странно, – прищурилась Брелина. Иллия вздохнула. – Я не вру. Старые вороны не пользуются письменностью, свои знания они передают ученицам устным способом и в строжайшей тайне. Только самым доверенным посвященным. Преданность нужно доказать, и продолжать доказывать в течение всего обучения. Я вправду ничего не знаю, кроме того, что подготовка занимает долгие годы, самое меньшее – лет пятнадцать, а моя мать и вовсе трудилась больше двадцати. Еще знаю, что для непосредственно инициации требуется человеческая жертва. Насколько я поняла – весьма… кровавая. Брелина шевельнулась. – И твоя матушка решилась на такое? – Еще как. Только я ей помешала. – Иллия уставилась на свои сапоги. – Убила ее, по правде говоря. Разговор угас. Вдалеке троица одногруппников продолжала тренироваться с Оберегами. Банри теперь использовала заклинание Огненной Стрелы, (наверняка Онмунд и Дж'зарго настояли), и теперь раскидывала сгустки магического пламени в разные стороны. Дж'зарго закрывался щитами, но они прикрывали в основном только голову, корпус и слегка ноги, а вот кончик хвоста, который дергался из стороны в сторону, остался беззащитен, и его-то и поразило заклятье. Дж'зарго с воем разрушил собственные Обереги, заскакал по двору, сжимая дымящий хвост в руках и наконец додумался засунуть его в ближайший сугроб. Банри, без конца извиняясь, предложила полечить пострадавший отросток, каджит же, одарив ее свирепым взглядом, затряс головой. – Ты небось и лечишь так же, как и Огненные Стрелы мечешь! Дж'зарго тогда совсем без хвоста останется! Помирающий со смеху Онмунд подошел к ним. – Ну ты даешь, лохматый. Ты ж сам ей велел на огненные заклинания перейти, а ведь Банри тебя предупреждала… – Ой, заткнись! – Дай мне посмотреть, – вновь попросила Банри. – Я все же лучше лечу, чем калечу. Дж'зарго пофыркал, но позволил осмотреть ожог, а потом наблюдал, как она ликвидирует повреждение при помощи магии. – А шерсть-то где? – осведомился он, оглядев лысый кончик хвоста. – Нигде! – взвизгнул Онмунд и вновь зашелся хохотом. – Ходи теперь плешивый! – Сейчас кое-кто другой будет ходить плешивый, если не уймется! Банри смущенно переступила с ноги на ногу. – Отращивать волосы я пока не умею, ногти тоже. Но кожу я восстановила, так что сами отрастут. Немного позже. – Халтурщица, – запыхтел Дж'зарго, выпустив хвост из рук. Он на пробу махнул им раз, другой и смилостивился: – Ладно, сойдет. Наверное, и впрямь не стоит огненные заклинания использовать. Банри развела руками: – Я ведь предупреждала. Иллия, за всем этим почти забывшая, чем закончился разговор с Брелиной, услышала нечленораздельные звуки и покосилась вбок: Брелина тщетно пыталась не засмеяться. – Знаю, это нехорошо, – прыснула она, заметив взгляд, – но ничего не могу с собой поделать. Иллия тоже тихонько захихикала, некоторое время обе веселились, а потом она проговорила: – Погоди-ка, я, кажется, что-то упустила, когда мы только начали. В Винтерхолде раньше были темные эльфы? – Да, и много. Ты разве не знаешь? – Откуда?.. – Ясно. До Кризиса Обливиона многие эльфы, не только темные, называли Винтерхолд своим домом. А каждый год в Коллегию из Морроувинда приезжали все новые данмеры. Но после Кризиса недоверие к магии осложнило жизнь очень многим, некоторые предпочли уехать, чтоб не терпеть ненависть местных. – Брелина помолчала. – Ну а потом… потом случился Красный год, когда извержение Красной горы вызвало огромные разрушения. Те, кто не покинул город после Кризиса, вернулись домой после Великого обвала, когда совсем тут житья не стало… Что стало с тех пор с Винтерхолдом – сама видишь. Полное запустение. То, что осталось – лишь пустая оболочка, по сути. Только название уцелело, да еще – Коллегия. – Местных от этого корежит, – заметила Иллия. – Впрочем, не уверена, что могу их за это винить. Не знаю, как бы я вела себя на их месте. – Да, я тоже, в общем-то, понимаю. Но все равно обидно выслушивать оскорбления и угрозы, да еще и несправедливые. – Как и мне, – кисло отозвалась Иллия. – Мы с Банри по очереди ходим на конюшни при «Замерзшем очаге» – там содержатся наши кони – так я в прошлый раз такого наслушалась… Самыми мягкими ругательствами от одной бабы были «вонючая шлюха» и «эльфийская подстилка». Не очень понимаю, как мои предполагаемые «шлюховатость» и «подстилочность» связаны с Коллегией. Брелина хмыкнула: – Фантазии у них совсем нет. Меня примерно так же обзывают, когда я в городе появляюсь. Обидно, конечно, но с другой стороны вроде и смешно. Только когда смеяться начинаешь, они камнями кидаются. Иллия возмущенно фыркнула: – И ведь правилами Коллегии нам запрещено давать отпор! Типа – нельзя поддаваться на провокации! – Если бы на каждое оскорбление силой отвечать, здесь давно начались бы военные действия. Смотри-ка, эти трое, кажется, устали. Наконец-то. А то я замерзла и проголодалась. Пора пообедать – одними пряниками сыт не будешь.