Меж двух «огней»

             — Ты с утра сидишь за этими бумажками. Может, отвлечёшься? — мурча котом, Дориан нагло уселся на колени сидящего за столом Каараса, — хотя бы немного.       — Если я отвлекусь, мой посол мне рога пообломает, — невесело рассмеялся Каарас, приобнимая любовника за талию. С последней их ночи прошла неделя. Жозефина гоняла Лорда Инквизитора как могла. Приём такой, приём сякой. Прочитать кучу писем, написать кучу в два раза больше в ответ. У Каараса откровенно голова шла кругом. Но раз скопил, теперь приходилось пахать круглые сутки. Конечно, он бы лучше в очередной раз извёл Дориана в постели, но пока не закончит с делами, увы и ах, о жарких ночах приходилось только мечтать.       — Да хоть на часик оторвись. На тебя уже смотреть жалко.       — На часок? — переспросил Каарас и принялся громко хохотать.       — Действительно, о чём это я, — крякнул Дориан: если уж добирались друг до друга, то это на всю ночь. Ну, или половину дня. Но днём сложнее, ибо все отвлекают, — ладно, запрусь в библиотеке и буду хныкать, что Лорд Инквизитор не уделяет мне внимания! — он театрально закатил глаза и охнул, когда упомянутый Лорд впился в него страстным поцелуем.       — Если в жопе зудит, сходи к Быку. Он точно не откажет, — глаза Каараса хитро сверкнули. Он бы предпочёл развлечься с ними, но… стоило увидеть заваленный бумагами стол, как становилось тоскливо.       — Не делай такой вид! Давай, просто сожжём их все?       — Иди к Быку! — хохотнул Каарас, стаскивая парня с колен и от души хлопая по заднице, — клянусь своими рогами, когда я закончу с этой хренью, я с вами обоими развлекусь!       — Мне даже интересно теперь, — Дориан причмокнул губами, представляя себя зажатым между двух «огней». По телу от мысли, что его дырочка растянется сразу на два огромных хера, прошла крупная волна. Заметивший, что Дориан подзавис, Каарас растянул губы в улыбке, догадываясь, о чём этот развратный прелестник, еле оторвавшись от того места где стоял, думает.       Проводив любовника долгим мечтательным взглядом, Каарас захныкал от вида пачек писем…       Не то чтобы Дориану не хотелось идти к Быку — в свете последних событий он то с одним косситом, то с другим — но были какие-то сомнения. Опять нажрётся странной выпивкой и проснётся где-то под столом. Обычно если у него не получалось утянуть Быка в постель, всё этим и заканчивалось.       Пройдя по каменной тропинке в сторону таверны, где Бык обосновался со всем своим отрядом наёмников, Дориан всё размышлял над словами Каараса. Несмотря на одновременное нахождение в Скайхолде, втроём они так больше и не развлекались. Тот раз, когда Дориан застрял в стене, оставался единственным. Даже интересно, как два этих рогатых мужика поведут себя в комнате.       — Чародейчик! — весело расхохотался Бык, салютуя любовнику полной чего-то кружкой.       — И сколько мне ещё раз просить, чтобы ты перестал меня так называть? — без особой надежды на адекватный ответ спросил Дориан, присаживаясь за стол, напротив командира наёмников.       — Ты же меня знаешь, — Бык снова отсалютовал и, отпив, хлопнул на место рядом с собой, куда Дориан без лишних слов пересел.       — Мне-то нальёте? Или так сидеть прикажете? — полюбопытствовал Дориан.       — А потом ты опять будешь жаловаться, что мы поим тебя помоями! — пьяно заржал Бык, однако всё же наполнил ему кружку.       На жидкость в стакане Дориан посмотрел с подозрением. Вздохнув, он уверенно взялся за деревянную ручку и осторожно отпил, поморщившись от горьковатого вкуса. Чем бы это пойло не было, но в голову дало сразу. Дориан отпил ещё, а потом ещё и ещё, пока кружка не опустела.       Бык на парня смотрел с нотками восхищения и нескрываемым желанием отодрать прямо тут же, на столе, при всех. Вот народ бы удивился. А на следующий день или сразу же, закидали бы Лорда Инквизитора письмами с жалобами. Каарас бы оценил… Еблю при народе, то есть. С другой стороны стола наверняка бы встал.       Посмеиваясь на свои мысли, Бык покосился на быстро поплывшего Дориана. Не иначе ничего не ел перед этим. Выглядел он при этом каким-то растерянным, таращась на стол перед ними, где выпивали свободные от службы стражники Скайхолда. И, конечно же, какая попойка обходится без драки? Да никакая. Что ни вечер, а в тавернах, обычно сначала все напиваются, а потом идут морды бить. Немного смешно, когда улёгшийся на стол Дориан, попытался прикрыться от летевшей в их сторону кружки — пролетела она, на уровне головы Быка немного задев его рог.       — Ничего не меняется, — заржал Бык, смотря как повскакивавшие мужики, начинают друг друга мутузить, — чародейчик, будем ставки делать?       — Какие ещё ставки? — не сразу понял Дориан, выглядывая из-под своих рук, которыми накрыл голову, — ты опять надо мной издеваешься?       — Почему сразу издеваюсь? — пришёл черёд Быку недоумевать, — к слову, чем занят наш пылкий Инквизитор?       — В бумажках ковыряется, — обиженно запыхтел Дориан, чем повеселил капитана наёмников.       — А ты бы предпочёл, чтобы он в твоей жопе поковырялся? — раскатисто расхохотался Бык, каким-то чудом уклоняясь от очередного нечаянно брошенного в них предмета.       — Незачем в ней ковыряться! — твёрдо заявил Дориан и напрягся, чувствуя, как мозолистая ладонь нагло просовывается в его штаны и сжимает ягодицу, — ты куда свои шаловливые ручишки тянешь? — Дориан с подозрением покосился на хмыкнувшего коссита.       — Обычно ты ко мне приходишь, когда Каарас завален работой, — Бык пожал плечами, нисколько на это не обижаясь.       — А, может, мне у него рога больше нравятся, — проворчал Дориан, складывая руки и упираясь в них подбородком.       От такого заявления Бык даже подзавис. Если так посмотреть, то его рога больше, толще, мощнее, чем у Каараса — у него они вообще напоминали бараньи, когда как у Быка… Бычьи. Коссит с подозрением уставился на Дориана, пытаясь понять, серьёзно ли тот говорит. Неужели за скрученные недоспиралью держаться удобнее? Стало ещё больше любопытно, чего же эти двое вытворяют, оставаясь наедине.       — Становится скучно, — тяжко вздохнул Дориан, нагло подтягивая к себе чью-то кружку с недопитым пивом. Отхлебнув, он почмокал губами и, пожав плечами, присосался до тех пор, пока та не опустела. Его нисколько не забавляла пьяная драка перед ним. Мысли улетучились в спальню Инквизитора. Появилась навязчивая мысль пойти и отвлечь его. Заставить уделить ему внимание. А если откажет, то Дориан приморозит его к креслу и сделает всё сам. Уверенный в своём безумном плане Дориан поднялся, покачнулся и брякнулся, точно в подставленные Быком руки.       — И куда это ты собрался? — рассмеялся Бык.       Тяжко вздохнув, Дориан решил остаться, где упал. Продолжая веселиться, Бык поднялся, держа вяло покачивающего ногой любовника на руках. Дориан понадеялся, что его отнесут к Инквизитору, и они втроём продолжат сходить с ума от разврата, но не тут-то было — у Быка свой план. Да и с чего он должен прислушиваться к чужому? Именно по этой причине он отнёс Дориана к себе в комнату и скинул на кровать.       — Насильник, — пьяно хихикнул Дориан и первый начал раздеваться.       — Как-то ты торопишься, — Бык облизнулся от соблазнительного облика любовника.       — Иди ты к дракону на член, — фыркнул Дориан, скидывая накидку и рубашку на пол, медленно садясь, — мне надоело, что ты рвёшь на мне одежду!       Хмыкнув на такое «жалостливое» обвинение Бык приподнял брови, присвистнув, насколько сексуально у парня получилось стянуть штаны и обувь, сидя полубоком. Всё-таки, Дориан в этом подкован не меньше, чем Бык. А вот Каарасу опыта ещё не хватало.       Чувствуя, как нарастает давление в паху, Бык не спешил накидываться на любовника, давая ему покрасоваться — ведь есть чем. На это грех не посмотреть: Дориан, отодвинув ногой одежду на полу, сел ровно и широко развёл ноги, медленно завалившись на спину. Свет пары факелов на стенах заиграли на его загорелой коже. Дориан согнул и поднял колени, пальцами пробегая по внутренней стороне бёдер. Бык облизнулся: нетерпение разрасталось, но он упрямо созерцал, ожидая, что любовник придумает в этот раз — он полностью принимал то, что Дориан в сексе поизобретательней будет, каких только историй он не рассказывал! Попробовать бы каждую из них на деле…       Прогнувшись в груди, Дориан облизнулся. В глазах с плавающим взглядом вспыхнули хитрые искорки. Он сполз с кровати, на четвереньках подполз к косситу — ему с такой высоты стало хорошо видно формы крепкой задницы — присев на колени. Вцепившись в застёжку на штанах Быка, Дориан ловко её отцепил, откидывая перекинутый через плечо ремень назад. Проделывал он это не впервые, поэтому хитрый замочек легко поддался. Лишившись держателя, мешковатые штаны опали на пол, а Дориан прижался лицом к животу, вдыхая запах пота.       — От тебя опять воняет, — фыркнул он, высунув язык и лизнув ямку между кубиками пресса.       — И как видно, это определённо тебе по нраву, — хмыкнул Бык. Поведение парня ему нравилось. Это распаляло ещё больше.       Вновь фыркнув, чем напомнил кота, Дориан спустился ниже, водя кончиком языка по коже, пока не опустился возле самого паха. Голодно облизнувшись, он сжал твердеющий хер и лизнул его от самого кончика к узлу, чуть поморщившись от вкуса слизи. Но этот странный кисловатый привкус больше возбуждал. Дориан, будто голодный, набросился на хер, вбирая его в себя, насколько позволяла толщина. Пара сантиметров проскальзывали в глотку, но вот дальше уже сложнее.       Быку даже стало немного больно. Выпивши, Дориан всегда раскрывался немного с другой стороны: он был неконтролируем и вытворял такое, на что в трезвом состоянии не пойдёт. Ну, или же его придётся долго уговаривать. В прошлый раз Быку даже понравилось, как любовник его член по своему личику катал, играясь язычком, а теперь такой голод.       Но Быку хотелось большего. Схватив Дориана за волосы, и за предплечье, он настойчиво потянул на себя, заставляя его заглатывать член глубже. Дориан протестующие замычал, но сопротивлялся не особо, только пара слезинок скатились из глаз. В горле стало саднить и тут Дориан засопротивлялся. А Бык любовался, как широко он раскрыл ротик, чтобы принять его в себя.       — Что, уделить внимание другой твоей части тела? — спросил Бык, видя, как парень ласкает свою дырочку свободной рукой.       Причмокнув губами, Дориан медленно отстранился, делая языком волну за волной, облизывая твёрдый ствол. Развернувшись спиной, он лёг торсом на кровать и повёл бёдрами, раздвинув колени. Из-за разницы в размерах, Быку пришлось его ноги свести обратно и расставить их самому, чтобы быть на уровне его сладкой дырочки. Сморщенное колечко заметно подёргивалось. Наклонившись, Бык горячо поцеловал анус, проникая внутрь языком и заставляя Дориана слышно застонать, сжимая пальцами одеяло.       Пока ещё достаточно тугой анус сжимался на языке, как будто смущался действий коссита. А Бык вылизывал его с удовольствием, утыкаясь носом в копчик и сжимая ягодицы любовника. От каждой сильной хватки Дориана сотрясало всё сильнее.       — Бык, скорее! — с мольбой выдохнул Дориан, цепляясь за его рог и утягивая на себя.       — Как скажешь, Чародейчик!       Дориан хотел возмутиться по поводу прозвища, которое к нему прицепилось, но он подавился начатой репликой из-за мощного толчка. Хер коссита вошёл сразу наполовину, растягивая анус. Дориан подавился воздухом, пытаясь прийти в себя и не разреветься от пронзившей задницы боли. Да ещё и Бык так от души хлопнул по ягодице, что она онемела.       Несмотря на то, что Дориан по меркам людей далеко не хрупким мужчиной, в лапах коссита он казался именно таким. Бык навалился сверху, массируя его соски и лапая груди, отвлекая от творящегося в его шикарной заднице хаоса. Скольких бы Бык не трахал, но больше всего эмоций и впечатлений он получал от Дориана. Ещё бы — добраться до задницы Инквизитора, чтобы понять, каков и он с этой стороны.       Бык навалился сильнее, ясно чувствуя, как анус напрягается и сопротивляется такому настойчивому давлению. Но самым забавным было то, что, несмотря на боль и болезненные стоны, Дориан выпячивал задницу, сжимая зубами простыню.       Сделав плавное движение, от которого Дориан закричал громче, ткнувшись лицом в постель, Бык сам не сдержал стона от той силы, как его сжал анус и сомкнулись внутренние стенки. Дориан от ощущения, будто его разрывают, пустил больше слёз, ещё и кончил, обессилено обмякнув.       — Ты невозможен, Чародейчик, — хмыкнул Бык,— не даром Адаар о тебе так отзывается, — перевернув Дориана на спину, он завалился на него полностью, придавливая к постели. Узел с великим трудом протиснулся внутрь и Дориан издал протяжный визг, содрогаясь всем телом и так сжимаясь, что Быку даже больно стало.       Вынимать хер Бык даже не пытался — его и так всё устраивало, задница Дориана зажала его слишком сильно. Можно попробовать вынуть, но зачем? Бык и так справлялся с теснотой. Двигаясь с силой, он вбивался в стонущего Дориана, тихо рыча сквозь зубы, пах глухо шлёпался о ягодицы, выбивая из любовника стоны и вскрики, Бык держался за его талию, нет-нет да ударит по бёдрам или дёрнет за соски, когда подловит момент. Изредка, Дориан прогибался в спине, а по ушам Быка бил его громкий стон.       Узел с хлюпаньем выскользнул из жаркого плена и тут же вскользнул обратно. В нём появилось щекочущее ощущение. Бык даже не подумал вынимать хер, когда кончал. А от чувства, как сперма коссита его переполняет, во второй раз кончил и Дориан.       — Надеюсь, мы как-нибудь повторим это втроём, — протянул Бык, наваливаясь на хрипящего Дориана.       — А я надеюсь, что от такого колени у меня болеть не будут, — еле разборчиво и с заминками пробормотал Дориан.