Добыча

Этим пациентом Леорио попросили заняться, потому что свободных рук в больнице, как всегда, катастрофически не хватало. Хоть Леорио и был стажёром, какой-никакой опыт у него всё же имелся - пожалуй, этого опыта у него было побольше, чем у некоторых молодых врачей. Но увидев своего подопечного, он всё же не смог удержаться от вопроса: - Что с ним случилось? Врач пожал плечами, но всё же ответил: - По документам это какой-то грабитель, а возможно и убийца - это пока не установлено. Так или иначе, из койки он сразу отправится в камеру предварительного заключения. Но вот где ему могло так достаться - не знаю, может, не повезло попасть на какие-нибудь разборки. Удивительно, как он вообще жив остался... - врач помолчал и добавил: - Говорят, он сам в руки полиции сдался, умолял, чтобы его упрятали куда подальше. А потом просто отключился - с его-то ранами непонятно, почему этого раньше не произошло. Видно, настолько цеплялся за свою жизнь. Умозаключения коллеги дали столько же ответов, сколько и новых вопросов. Конечно, этого человека Леорио видел впервые, и вполне возможно, что его пациент был попросту трусоват, но всё же он не мог отделаться от мысли, что за этим стояло нечто большее. Леорио ещё мог бы поверить в его трусость, будь он вором, но это был грабитель, предположительно даже убийца - и чтобы человек с такими тяжкими преступлениями просил помощи у властей? - Завтра к палате охрану приставят - преступник, всё же. Хотя не знаю, куда он может деться, если он даже с койки не встанет без посторонней помощи. Но как ни крути, раз ты Охотник, то руководству будет спокойнее, если ты побудешь здесь, хорошо? Леорио не возражал. Слегка кольнуло осознание, что его нахождение здесь - чистая формальность, не несущая особой пользы, с другой стороны, состояние пациента было тяжёлым, да и то, что Леорио был не только врачом, но и Охотником, действительно было крайне удобно. К тому же, хотя этого Леорио признавать уже не очень хотел, неделя выдалась загруженной, и в глубине души он даже обрадовался неожиданно свалившейся возможности немного отдохнуть. За остаток дня ничего особенного не произошло - пациент в сознание не приходил, а коллегам было даже некогда заскочить и переброситься парой слов. И конечно, оставшись наедине со своими мыслями, Леорио всё не мог перестать думать об этой истории. Вроде, ничего сверхъестественного в ней не было, и всё же Леорио было интересно узнать, в какую же передрягу угодил этот человек, кто его так потрепал и что вынудило его поступить именно так. Однако ближе к ночи, прокрутив в своей голове с десяток сюжетов, один невероятнее другого, Леорио вдруг решил для себя, что спокойно проживёт и без этого знания. В конце концов, он учился на врача, а не следователя. Леорио и подумать не мог, что ответы совсем скоро настигнут его сами. Хотя с момента разговора с врачом прошло всего несколько часов, было уже за полночь, и усталость давала о себе знать. Леорио сидел у койки в полудрёме - он слышал всё происходящее вокруг, находясь на границе сна и бодрствования. Сонливость сняло как рукой, когда ощущение чужого враждебного присутствия подбросило его на стуле, словно кошмар, в котором погоня увенчалась успехом со стороны невидимого преследователя. Он вскочил, инстинктивно повернувшись не к двери, ведущей в больничный коридор, а окну. Оно было открыто нараспашку, а в лунном свете, очерченный серебристым контуром, кто-то стоял. Вернее... - Хисока? - приглушённо выдохнул Леорио. - Привет, маленький доктор. Леорио почувствовал, как волосы у основания его шеи встали дыбом. Аура Хисоки заполнила собой всю палату, словно вязкая, удушающая масса. Аура, насквозь пропитанная жаждой убивать. - Ах, не дразни меня своим страхом, малыш. Я ведь пришёл вовсе не за тобой. За... ним, - Хисока медленно поднял руку и указал на пациента, лежащего на койке. - Не очень-то интересно добивать лежачих, но... Хисока не закончил фразу, но Леорио уже всё было ясно и так. Видно, его нынешнему пациенту каким-то чудом удалось сбежать от вышедшего на охоту Хисоки, как - вопрос оставался открытым. Может, Хисока так увлёкся игрой в кошки-мышки, что перепуганный до полусмерти, измученный грызун улизнул, когда ему представился шанс. Вот почему он обратился в полицию, вот почему просил, чтобы его упекли за решётку - надеялся, что там его Хисока не достанет. "Наивно", - неожиданно спокойно подумал Леорио. Потому что Хисоку, которого он сейчас перед собой видел, это бы не остановило. Хисока не смог закончить фразу потому, что его голос срывался от возбуждения при виде добычи, которая ускользнула у него из-под носа, раздразнив до изнеможения. Он уже не стоял на месте - шёл, еле переставляя ноги, чуть подавшись вперёд, словно запах крови манил его к себе. С каждой секундой, что Леорио медлил, взгляд Хисоки тускнел всё больше, место разума занимали инстинкты, которые требовали лишь одного - настигнуть и разорвать на части. Леорио сделал шаг, встав между Хисокой и его добычей. - Я не позволю, - тихо сказал он. - Нельзя. Пусть лучше я. Слышишь? Меня! В горле стоял такой ком, что слова вылетали изо рта по одному, лишь отдалённо напоминая членораздельную речь. Да и какая разница. Если до Хисоки и доходил их смысл, Леорио не верил, что он прислушается. Но он не мог позволить убить своего пациента. Неважно, кем он был до этого, неважно даже то, что сам Леорио почти не приложил руку к его лечению. Он был в ответе за его жизнь. Вот и всё. Ожидаемо, Хисока никак не отреагировал на его слова. Вернее, так Леорио думал, пока тот всё же не остановился в полушаге от него. Он даже не успел ничего понять, когда бледная рука сжала его горло, а длинные ногти впились в шею. Запоздало дёрнувшись, Леорио с ужасом понял, что уже ничего не сделает. Даже если бы ему было, что противопоставить чудовищной силе Хисоки, липкий страх сковал его так, что он не мог выдавить ни слова, не то что пошевелиться. "Какой же... я дурак", - подумал Леорио, с полным осознанием, что это, вероятно, будет последним, что он сделает в своей жизни. А последним, что он увидит - будет застывший взгляд холодных золотистых глаз. Леорио хотел бы зажмуриться, но даже этого сделать не мог. Однако Хисока медлил, продолжая сжимать пальцы на горле Леорио. Каждая секунда тянулась долго, будто капающая с ветки смола, но Леорио не ощущал их как отсрочку неизбежного. Лишь росло напряжение в ожидании момента, когда Хисока сделает свой ход. И Хисока его сделал, но не так, как ожидал Леорио. Той же рукой, которой он сжимал его горло, Хисока задрал голову Леорио к потолку и провёл языком - нет, скорее, оскаленными, влажными зубами - по напряжённой шее, остановившись лишь у самого основания. Несколько поверхностных, хрипловатых вздохов коснулось покрытой мурашками кожи, прежде чем зубы яростно сомкнулись на плече, тут же войдя глубоко в плоть. Леорио лишь слабо дёрнулся, так и не издав ни звука - кровь тоненькими струйками побежала вниз, по ключицам, лопаткам, пропитывая белую ткань рубашки. Прошла секунда, две; Хисока продолжал сжимать зубы, громко выдыхая воздух через нос, и неожиданно для себя Леорио понял, что его дыхание становится ровнее. Хисока... успокаивался. Только сейчас Леорио заметил, что свободной рукой Хисока с силой вцепился в его спину, не давая шанса уйти, однако было в этом жесте что-то ещё, чего Леорио пока не мог понять. Осторожно, боясь спугнуть, Леорио коснулся кончиками пальцев чуть подрагивающей спины и, не встретив ощутимого протеста, положил ладонь на гладкую ткань. Он не знал, сколько они так стояли, тесно прижавшись в этом странном объятии. Но с каждой секундой Леорио осознавал всё отчётливее: опасность миновала. Он жив. Тот человек, который, вероятно, и не стоил того, чтобы кто-то жертвовал ради него жизнью, тоже теперь был в безопасности. Верилось в это с трудом, но по мере того, как слабела хватка Хисоки, крепла уверенность Леорио. Когда Хисока всё же разжал зубы, он не отпрянул сразу - сначала приложился к месту укуса губами, то ли, что маловероятно, пытаясь загладить вину, то ли просто потому, что хотел ощутить вкус крови напоследок. - Я тебе это припомню, - всё ещё глуховато, но уже куда более похоже на себя, сказал Хисока. - Ты будешь мне должен, Леорио. - Угу, - кивнул Леорио. Он не помнил, чтобы Хисока хоть раз до этого называл его по имени. И он понимал, какого усилия воли Хисоке стоило сдержаться и оставить добычу, которую он считал своей по праву. И ведь ради чего?.. Леорио отмёл этот вопрос. Не сейчас. Он взял в свои руки ладонь Хисоки, которая уже не сжимала, а просто лежала на его горле. Хисока позволил убрать её и наконец поднял голову. Его взгляд всё ещё был мутноватым, но кроме подавленного желания в нём читалась сосредоточенность и вполне справедливое раздражение. Хисока облизнул красные от крови губы и улыбнулся. С небольшим усилием, но ни капли не фальшиво. - Ты уже не "маленький доктор", Леорио... Нет, теперь уже не "маленький"... Леорио ошарашенно моргнул. Он затруднялся сказать, смутила ли его такая резкая перемена настроения Хисоки в целом, или его комплимент в частности. - Я, э... Ну... Спасибо?.. - промямлил он. - Перед лицом смерти ты себя вёл более уверенно, - Хисока издал пару тихих смешков, прикрыв рот ладонью. - Не буду отвлекать тебя от работы, доктор. Надеюсь, наша следующая встреча будет более приятной для нас обоих... Хисока выскользнул из его рук, в ту же секунду оказавшись у открытого окна. "Пока", - попрощался беззвучно, одними губами, и исчез, будто его и не было. Только ноющая боль на месте укуса служила напоминанием о том, что развернулось тут несколько минут назад. Леорио подошёл к окну, плотно закрыл створки и вернулся на своё место. К утру он обработает рану, наденет свежую рубашку. И, наверное, никогда, никому не расскажет о произошедшем.