Мне важны твои чувства

      Снова кашель... Только его последствия были ещё ужаснее. Уже несколько цветов с листьями. Это было очень больно...       Кто-то постучал в дверь.       — Почему ты ушёл, с тобой все хорошо? — Раздался голос Фёдора по ту сторону двери.       Николай засуетился: он не знал куда ему деть цветы льна.       — Со мной всё отлично... — Дрожащим голосом произнес Гоголь.       — Не правда, что с тобой? — Строго крикнул Фёдор. — Открой мне дверь.       — Нет, со мной правда все хорошо, это просто кашель... — Парень посмотрел на цветы, ему в голову не приходило мысли, куда их спрятать.       «Идея!» — Коля неохотно посмотрел на цветы и поднес их ко рту. Вздрогнув, он начал их проглатывать.       Немного подождал и захотел открыть дверь, но его опередил Фёдор и быстро зайдя, он не заметил порожек и споткнулся об него и мгновенно упал в объятия Гоголю. Он вздрогнул и резко встал.       — Извини... С тобой точно всё в порядке? — Быстро проговорил Федя.       — Да все прекрасно, обычный кашель, — юноша старался сдержаться от слез, боль до сих пор кричала внутри, не давая дышать полной грудью, стискивая движения. — Пошли, постелю тебе, — сказал он и ушел в комнату. Войдя, он плотно закрыл дверь и снова раскашлялся.       Заляпаные кровью лепестки падали один за другим на пол, оставляя неприятный кислый вкус во рту.       Николай медленно присел. Слезы было уж хлынули, но парень старательно сдерживался. Он понимал, что в любой момент мог войти Фёдор, поэтому быстро встал и собрал все лепестки в ладонь. Коля подошел к окну и взохнул. Аккуратно опустив руку, он перевернул ее и медленно обронил несколько кровавых лепестков, большая часть их затанцевала в воздухе, оставляя длинный след нежно-бежевой пыльцы. Развеваясь по ветру, они плавно приземлились на землю, украшая её.       Послышался скрип, Николай обернулся. В дверном проеме стоял Федя. Он пробежался глазами по комнате и остановил свой взгляд на Николае. На его одежде были пятна бурой засохшей крови.       На улице был ветер, который проникал в комнату и вздымал в воздух не попавшие в окно лепестки. Один из них вхметнулся и опустился у ног Фёдора. Он нагнулся и подобрал его.       — Что это такое? — Его голос дрогнул.       — С улицы цветки залетели, — парень попытался улыбнуться, но вместо этого грустно и нелепо ухмыльнулся.       — С кровью? — Федя перевёл взгляд на лепесток, что был у него в руках и пристально посмотрел на следы крови на нём.       Повисла тишина. Коля застыл с открытым ртом.       — Повторюсь. Что это? — Тихо спросил Фёдор, его лицо было пустым, словно на нём отсутствовали эмоции.       — Думаю, ты уже понял, что это за лепестки...       — Ханахаки, — уверенно кивнул Фёдор, он давно обо всём догадывался: поведение Гоголя говорило само за себя.       — Почему ты всё это время молчал? — Взволнованно спросил юноша.       — Я... — прошептал он. — Федя, я просто люблю тебя! — Перебил Гоголь. Он так громко сказал это, что создалось впечатление, будто это слышал весь район.       Фёдор замер. Сердце билось с дикой скоростью .       — Я... Тоже... Люблю... Люблю тебя, — прошептал он.       Все страхи и тревога Николая сразу упали с груди. На душе, словно запели птицы. Сердце стало биться чаще. Появилось странное желание, парень решил пойти на зов сердца. Он подтянул к себе Достоевского и примкнул к его губам.       В начале было страшно, необычные и новые ощущения проникли в него. Николай попытался сделать поцелуй глубже и ярче, но выходило нелепо. Фёдор захотел взять инициативу на себя, но Коля взял его за запястья и, подтянув Доста к стене, поставил меж его ног колено. Поцелуй был страсным и был наполнен всем, что они не могли сказать.       Гоголю было мало губ, он хотел большего. Содержимое его штанов адски пульсировало, отдавая в колено Феде.       Фёдор прервал поцелуй. Лицо Николая сразу вытянулось, ожидая продолжения. Парень был на пике возбуждения.       — Я тоже очень сильно люблю тебя!— Воскликнул Федя.