всё, как надо

***

–А-Чэн, – Лань Хуань улыбнулся и посмотрел Цзян Чэну прямо в глаза, – Если что-то случится, пока меня не будет, обязательно сообщи мне, хорошо? Цзян Ваньинь фыркнул, но кивнул. Что может случиться за неделю? Лань Ванцзи явно достаточно взрослый для того, чтобы не вытворять всякую ересь, как только старший брат выскакивает за порог. Ему разве нужна нянька?

***

Нужна. Это был самый обычный день. Подняться ко второй паре, толкнуть Вэй Усяня, пока тот пытается первым пробраться к ванной, пригрозить сломанными ногами, приготовить завтрак и выкатиться на автобус. Всё успел, ничего не сгорело, Вэй Ин вышел из дома вовремя, на автобус они успели. Удивительно, но всё было нормально. Не как обычно, а именно нормально, как у всех нормальных людей с нормальными жизнями, возможно, в этом и был подвох. Когда твой (пусть и двоюродный) брат – Вэй Усянь, нормальная жизнь – это не к тебе. Потому что абсолютно во всё, во что влезает он, влезаешь и ты, вне зависимости от своего желания. Так что после буйного детства у них была ещё более буйная юность, и она, кажется, не собиралась заканчиваться. Точнее, Вэй Ин не собирался её заканчивать. Даже его мать, будучи кровной тёткой Усяню, каждый раз поражалась тому, как он умудряется находить неприятности, не делая при этом ничего. А после Юй Цзыюань хмыкала и отмахивалась, мол, весь в мать. Тётя Цансэ делала примерно также, когда насмешливо наблюдала за ворчаниями Цзян Чэна, но он в целом не возражал. Его тётя была потрясающей женщиной, и он отнюдь не видел в ней отголоски того шила в причинном месте, с которым родился её сын. Залезть на крышу высотки, чтобы проследить за свиданием сестры и попасть в ряды потенциальных суицидников в списках спецслужб? Проходили. Украсть кота у декана, чтобы тот одобрил трёхдневный поход? Пережили. Подкатить к мерзкому преподу в парике и юбке, чтоб скомпрометировать и заставить уволиться? Было. Так что быть братом печально известного клоуна-морального-разбойника было столько же весело, сколько опасно. Опасно для нервной системы, естественно. Каждый раз, когда день начинался без происшествий, Цзян Чэн терял бдительность и в итоге получал в лоб суровой реальностью, в которой Вэй Ин снова что-то натворил. И, возможно, стоило закрыть глаза на всё и притвориться, что у него на одного родственника меньше, чем на самом деле, но это же его брат. А значит, всё, во что вляпается Вэй Усянь, обязательно засосет и Цзян Ваньиня, а всё потому, что он мягкий, сердобольный, заботящийся, несчастный младший брат. Поэтому стоило ждать взрыва.

***

На паре всё было в порядке. Это смущало. Слово «нормально» словно потеряло значение, превращая Цзян Чэна в бегуна на низком старте, потому что ещё немного и точно рванёт. И кому оторвёт задницу – оставалось большим и очень важным вопросом, за свою Ваньинь ещё немного беспокоился. Перед выходом из аудитории их уже ждали Не Хуайсан и Вэнь Нин, которые Цзян Чэну нравились по одной причине: их появление сулило обед, а обед – самая приятная часть любого дня, следовательно, можно было вздохнуть с облегчением. Вэй Ин вывалился последним, наверняка, опять приставал к Ло Цинъян. Удивительно, что такие милые девушки вообще обращали внимание на Вэй Усяня, хотя потом выяснилось, что Мянь-Мянь – лесбиянка, а в брате чувствовала своего, поэтому и терпела. В общем-то, возможно, не зря, потому что именно этот «свой» свёл её с Вэнь Цин, так что теперь Цинъян была оплотом добродетели и выстаивала против любых клоунад. Их можно было назвать неплохими друзьями, даже сестра Вэнь Нина относилась к Усяню с толикой нежности, это наталкивало на мысль о том, что Мянь-Мянь была права. Признаться честно, причина полагать, что она права, у Цзян Чэна маячила перед глазами последние полтора года. Но ведь всегда можно решить проблему, сделав вид, что её нет.

***

В университетской столовой было не протолкнуться, но стол им уже заняли, и сидела за ним та самая причина тому, что стоило прислушаться к голосу разума в лице Ло Цинъян – Лань Ванцзи. Ванцзи был странной, но всё же неотъемлемой частью их компании. Его в своё время припёр Не Хуайсан – они были приятелями с детства, а в выпускном классе – что удивительно – даже стали считаться друзьями. И если бы это всё было в другой жизни, то Лань Чжань Цзян Чэну даже бы понравился. Мало разговаривает, не шумный, тактичный, плевать хотел на твои дела, ещё и умный. Прекрасный человек, только вот Вэй Ин… А Вэй Ин буквально расцвёл, как только увидел Ванцзи. Не то чтобы он впервые проявлял к кому-то знаки внимания, но в очень неприличной форме пялиться на человека двадцать минут без перерыва… Нет, до такого его брат ещё не наглел, но кое-кто что-то в нём разрушил. Поначалу Ваньинь даже верил в отмазки о том, что это всего лишь эстетический оргазм, а Вэй Ин, как ценитель истинной красоты, не может оторвать взгляд от такого произведения искусства, как Лань Чжань. Только вот спустя полтора года он так и не нагляделся, и замечаний он, что было очень странно, никогда не получал. Вэй Ин, заметив объект своих эстетических восхищений остервенело понёсся вперед, Не Хуайсан на это лишь лукаво улыбнулся, Вэнь Нин тихо хихикнул, а Цзян Чэн закатил глаза. Ну ведь можно быть хоть немного менее очевидным, можно же? То, что Лань Ванцзи его брату симпатичен принялось как-то легко, но вот осознать было гораздо труднее. Ему за всю жизнь особо никто не нравился, а вести себя как придурок входило в критерии его личности, поэтому заметить, что отношение к Лань Чжаню критически отличалось от отношения ко всему окружающему миру, было сложно. Может быть обычным младшего брата Лань назвать было трудно, но ничего примечательного для Вэй Усяня в нём не было, и быть не могло. Дядина гордость, первый в группе по успеваемости, вежливый, тихий – ничего особенного, по мнению Цзян Чэна. Он мог представить на месте первой любви брата кого-нибудь вроде Вэнь Цин или того же Сюэ Яна, потому что тоже был отбитым, но точно не Лань Ванцзи. Так что это определённо было очень странно. Вэй Ин буквально влетел на стул рядом с Лань Чжанем, но тот даже не шелохнулся, посмотрел на него красноречивым взглядом и продолжил есть. Брат же в очередной раз решил сравниться с рождественской ёлкой в своем сиянии и заискрился улыбкой. –Лань Чжань, – протянул он, подлезая почти под руку к Ванцзи, – ты что, не рад меня видеть? Лань Ванцзи продолжал молча есть, но Усяня не отпихивал, тот вертелся ужом около чужого предплечья, ещё бы как кот обтёрся, чтобы территорию пометить, стыдобище. –Лань Чжа-ань, почему ты игнорируешь меня? – заныл Вэй Ин, когда копошение не дало результатов. –Ешь. Вэй Усянь нахмурился и выпятил нижнюю губу, изображая вселенскую обиду, но Лань Ванцзи был непреклонен. Он, очевидно, просто хотел поесть, не отвлекаясь и не обращая внимания на Вэй Ина. Так казалось самому Вэй Ину, потому что Цзян Чэн замечал каждый крохотный взгляд, метавшийся в сторону его брата, но тот уже сконцентрировался на болтовне с Не Хуайсаном. Цзян Ваньинь решил последовать примеру самого рационального за столом и тоже принялся за еду. –Ох, Вэй-сюн, я вчера такого красавчика встретил, – мечтательно вздохнул Не Хуайсан, – слышал про Сяо Синчэня? Восхитительный. Вэй Ин глумливо сощурился и наклонил голову к левому плечу. –Такой ли уж восхитительный, Не-сюн? –Абсолютно! Самый красивый мужчина, которого ты мог бы встретить, – Хуайсан снова вздохнул, а Цзян Чэн закатил глаза. Сейчас начнётся. –Но я уже встретил самого красивого мужчину, – парировал Вэй Усянь, – мне его вполне достаточно, – он стрельнул взглядом в сторону Ванцзи, но тот даже глазом не моргнул. –Ты не знаешь о чём говоришь, Вэй-сюн. –Я знаю, о чём говорю, Не-сюн, – с нажимом выдохнул Вэй Ин, он закатил глаза, словно светская беседа о мужиках его утомила – как бы не так. –Ты не.., – начал Не Хуайсан. –Я да, – перебил Вэй Усянь, – самый красивый человек, которого я когда-либо видел, сидит рядом со мной. Хуайсан фыркнул. –Ну не знаю, Вэй-сюн, конечно, твоё рвение понятно, но Лань Ванцзи не то чтобы… Вэй Ин резко перегнулся через стол и закрыл рот Не Хуайсана ладонью. –А ну затухни, не пытайся даже, Не-сюн. Хуайсан, кажется, лизнул закрывающую рот ладонь, потому что Усянь молниеносно одёрнул руку и скривился, разглядывая пострадавшую. –Надеюсь, твоя слюна не настолько ядовита как то, что слетает с твоего языка, – промямлил Вэй Ин, разглядывая ладонь так, словно её разъедало щёлочью. –Ты просто не хочешь принимать то, что кто-то не считает Лань Ванцзи центром мира, – миролюбиво откликнулся Хуайсан, его словно никакими словами не пробивало – как кидал свои сальные улыбочки Вэй Усяню до, так и продолжал делать это после. –Ха! Просто чьи-то глаза не способны разглядеть идеал! –Не то чтобы идеал, – пробормотал Цзян Чэн, надеясь, что его никто не услышит. Вэнь Нин притворился мёртвым, чтобы не попасть под обстрел возмущения Вэй Ина. Была бы воля Ваньиня, он бы сам быстро ретировался из столовой, дабы избежать баталий, но гордость не позволила тактически отступить. –Да любой бы был счастлив, встречаясь с таким восхитительным Лань Чжанем, я уже молчу про то, что у человека, который станет его супругом, и вовсе сердце разорвётся. Ничего вы не понимаете, – фыркнул Вэй Ин и насупился, Вэнь Нин спрятал лицо в ладонях и засмеялся. Не Хуайсан сделал вид, будто до глубины души уязвлен критикой своего вкуса на мужчин (хренов актер), и грозно нахмурил брови, враз становясь копией своего брата. –Ну вот и выйди замуж за своего Лань Чжаня, в чём проблема? Вэй Усянь хмыкнул и очень опасно улыбнулся. Улыбка не сулила ничего хорошего. –А вот и выйду, – нагло вскинув брови ответил он. Тут Лань Ванцзи, который все время сидел рядом, начал подавать признаки жизни. –Не говори о том, чего не сделаешь. Теперь до глубины души был уязвлен сам Усянь. Очень опрометчиво со стороны Ванцзи было не верить в его азарт, особенно когда азарт напрямую касался его самого. Да если бы Вэй Усяню сказали, что если он разденется, то Лань Чжань его обнимет – он уже без штанов стоял бы. Такой умный человек, а таких очевидных вещей не видит. Вэй Ин всегда был своего рода спичкой, когда дело затрагивало авантюры, но если что-то было связано с Ванцзи, то можно было закрыть глаза и выйти из комнаты, только бы не свидетельствовать эти пляски с бубном ради привлечения внимания одного очень недогадливого. –Почему это не сделаю? Лань Ванцзи хмыкнул и посмотрел на Вэй Усяня, тот поначалу заулыбался, наконец добившись желанного внимания, но, видимо, вспомнил, что разговор серьезный, и моментально убрал идиотскую улыбку с лица. –Потому что ты только говоришь. –А если я прямо сейчас тебе предложение сделаю? – всполошился брат, подскакивая. –Не сделаешь, – равнодушно парировал Ванцзи. –Точно уверен? – весело хмыкнул Усянь. Ну всё, кажется, пиздец. –Уверен, – ответил Лань Чжань. Вэй Ин пнул пяткой стул, и тот своей спинкой влетел в бок какого-то третьекурсника. Ножки противно заскрипели по плитке, но Цзян Чэну на секунду показалось, что это было его сердце. Его брат криво ухмыльнулся, не обращая никакого внимания на возмущения пострадавшего студента, засунул руку в задний карман и быстро приземлился на левое колено. Перед собой он вытянул руку с кольцом. Откуда, мать его, у него чертово кольцо в заднем кармане? Утром – Ваньинь мог поклясться – на руках Вэй Усяня не было ни единого кольца, потому что после выхода тот пару раз лупанул его по плечу в отместку за сражение перед ванной. А кольца его обычно оставляли мерзкие синяки, которые болели по несколько дней. Значит, утром руки были чистые. Так какого чёрта происходит? Лань Ванцзи на выпад даже не изменился в лице. Только на секунду в его глазах промелькнуло веселье, но это наверняка были игрища пострадавшего воображения Цзян Чэна. Этот идиот же не собирался…? –Лань Чжань! – бодро заголосил Вэй Ин, попутно привлекая к себе внимание всех окружающих, – Ты самый потрясающий человек из всех, кого я знаю, стоп, нет, подожди, ты после моей сестры, но надеюсь, ты уступишь, – Ванцзи, казалось, цирк на плитке вообще не трогал, но он всё же смиренно кивнул, – так вот! Учитывая всю твою восхитительность, сиятельность и непревзойденность, я стал бы самым счастливым человеком, связав жизнь с тобой. Ты выйдешь за меня, Лань Чжань? – Интересно: это повод звонить Лань Хуаню или ещё нет? –Мгм, – кивнул Лань Чжань в ответ Вэй Усяню. Кажется, повод.

***

Вэй Усянь нервничал. Вэй Усянь до безумия нервничал. Это было определённо его самое безрассудное решение. Он не раз представлял себя мужем Лань Чжаня, но не думал, что это произойдёт только из-за врожденной азартности одного и природной упёртости второго. Нелепость. А если Ванцзи совсем ничего не чувствует? Может, он согласился только потому, что Вэй Ин совсем доконал, а тут представился такой прекрасный способ отомстить? Но отступать было определённо не в усяневском стиле. Значит, свадьбе быть, только если Лань Чжань не отступит, что маловероятно. То есть они действительно? Собираются? Пожениться? Ужасно. Отвратительно. Мерзко. Но хотелось так, что в сердце кололо. Не Хуайсан, падаль редкая, договорился обо всем со своим дружком Гуаньяо, который подсуетился, и в очереди их очень быстро продвинули. До регистрации оставалось три дня. Их особенно омрачало то, что из родственников никто не знал. Даже Цзян Чэну он не сказал, что они действительно попёрлись в ЗАГС, и уже в пятницу получат по штампу в паспорт. Тем не менее, Вэй Усянь старался заставить себя мыслить исключительно в положительном ключе. Это как минимум будет весело, верно же? Он, Лань Чжань, свадьба. Звучало скорее как повод хорошенько поплакать.

***

–Ну что, как настроение, Лань Чжань? – Вэй Ин подбежал к Ванцзи со спины, но тот даже не дрогнул, только медленно обернулся и также неторопливо окинул его взглядом. Оценивает что ли? –Ты.., – начал Лань Чжань, но запнулся, он всегда говорил мало, но тщательно продумывая то, что собирается сказать, поэтому он никогда не прерывался на полуслове. Очевидно, собравшись с мыслями, Ванцзи продолжил, – вырядился, – он знает это слово? Его речь обычно походила на смесь дедовского и прошловекового языков, поэтому «вырядился»?! Звучало, как оскорбление. –Сегодня наш праздник, разве нет? –Праздник? Ха! Сам Лань Ванцзи выглядел безупречно, не то чтобы он когда-либо вообще выглядел плохо, это было не в его компетенции. Но сегодня рубашка, выглядывающая из-под кашемирового свитера, выглядела кипенно-белой, а из-за зауженных брюк цвета хаки создавалось ощущение, что Лань Чжань как минимум собирался на свидание. –Торжественный день, Лань Чжань! Мы собираемся пожениться, между прочим, или ты оделся как бог, чтобы сказать, что передумал? Ванцзи мягко вскинул левую бровь. –Как бог? Усянь нервно рассмеялся. Обязательно к словам цепляться? –Будто ты не видел себя в зеркало, – пробормотал он себе под нос, – Так что, всё же передумал? Лань Чжань упрямо поджал нижнюю губу. Не сдаёшься, значит? Сам виноват. –Нет. –Ну тогда готовься к тому, что я буду называть тебя своим мужем каждый день, дорогой, – на последнем слове Вэй Ин сделал особый упор, дабы дать Ванцзи прочувствовать серьёзность своих намерений. Он уж точно не оступится. –Не боишься? Вэй Усянь снова нервно рассмеялся. –Чего мне бояться, Лань Чжань? Или по ночам ты промышляешь домашним насилием? –Называть себя моим мужем. Не страшно? –Да будь ты хоть Шреком, Лань Чжань, не вижу повода для беспокойства. Вэй Ин отмахнулся и зашагал ко входу в здание. Будь, что будет.

***

Регистрация прошла быстро, Усянь даже не понял, когда всё началось и закончилось. Единственное, что прочно врезалось в память – Лань Чжань, достающий из кармана брюк кольца. Они не договаривались о них, а этот сноб даже и словом не обмолвился, что купил что-то для свадьбы. И как только размер узнал? Сам Лань Ванцзи во время недоцеремонии был сам на себя не похож. Впервые в жизни Усянь видел, как тот нервничал. Для посторонних, возможно, в Ванцзи ничего и не изменилось, но подрагивающие уголки губ и периодически сводящиеся к переносице брови можно было назвать разгаром истерики. Только в самом конце, когда они уже надели друг другу кольца и расписались в свидетельстве о браке, Лань Чжань внезапно мягко улыбнулся, заставив сердце Вэй Ина треснуть. Это было самое прекрасное, что он когда-либо видел в своей жизни. Яркие эмоции не были с стиле Лань Ванцзи, поэтому за всё время их знакомства Вэй Ин ловил каждое мимолётное изменение в Лань Чжане. Особенно, когда старался вызвать их намеренно. И это всегда того стоило. Но улыбки. Ванцзи никогда не улыбался. Сегодня Усянь понял, почему. Одна его улыбка, и мир разрушится к чёртовой матери, не выдержав. Она была слишком красива, хотелось поместить её себе на подкорку, и видеть эту крошечную очаровательную улыбку до конца своих дней. Возможно, этим Вэй Ин и займётся, когда Лань Чжаню надоест кичиться упрямством, и он подпишет свидетельство о разводе. Но сейчас, пусть даже временно, они были мужьями. И это было самым лучшим, что когда-либо могло случиться с Вэй Усянем.

***

–Что они делают? – спросил подошедший Лань Хуань. –Ругаются из-за выбора обоев, – хмыкнул в ответ Цзян Чэн. Эти идиоты… Эти идиоты действительно поженились из-за стычки в столовой. Кто бы мог подумать. Два влюблённых придурка, не способные признаться в своих чувствах, с лёгкостью собрались и заключили брак, даже не попытавшись для приличия встречаться. Ваньинь, если быть честным, радовался. Во-первых, теперь Вэй Усянь не был его головной болью – при любом удобном случае он взывал к Лань Ванцзи и тот моментально материализовывался рядом. Во-вторых, брат был счастлив, он чуть из штанов не выпрыгивал последние пару дней, даже глаза блестели. В-третьих, Цзян Чэн ждал расправы. Как только их семья узнает, что натворили эти двое, будет скандал. Даже сестра не знала, так что можно считать, билеты на шоу в первом ряду ему обеспечены. Ещё больше он ждал возвращения Лань Сичэня, чтобы увидеть его лицо, когда тот узнает, чем занимался Ванцзи в его отсутствие. Семейка педантов тоже определенно не была готова к новому члену семьи в лице Вэй Усяня. –Обоев? Зачем им обои? Лань Сичэнь отупело хлопал глазами. –Твой брат купил квартиру. Отупелость плавно перетекла и во взгляд Сичэня. –Но.., – он нахмурился, – откуда у него деньги? –Из фонда семьи. –Из фонда.., – Лань Хуань словно задачку по тригонометрии решал, Цзян Чэну даже на долю секунды стало его жалко, но это быстро прошло, – но это же… это же ему… на свадьбу? Зачем он взял их сейчас? Как же было приятно видеть теряющегося члена семьи Лань. У них небось вся жизнь по плану, и это точно в него не входило. –Так он и вышел замуж, – отмахнулся Цзян Ваньинь, упиваясь воплями и угрозами Вэй Усяня в сторону Ванцзи. Кажется, его брат обещал своему мужу порку тапком за излишний аскетизм. Занимательное зрелище. –Вышел замуж? – потерянно пробормотал рядом с ним Лань Сичэнь. До чего же прекрасная погода была на улице: солнце светит, птицы поют, у Сичэня экзистенциальный кризис личности. Прекрасно. –Именно. –За кого? –А ты угадай, – хмыкнул Цзян Чэн, косясь в сторону потерянного. –Нет… Как же обречённо это звучало. –Ага! –Нет, ты лжёшь мне, они не… Ваньинь рассмеялся. –Они да, красавчик. Как тебе новый родственник? Сичэнь нахмурился и с особой яростью вдарил ему по плечу. А вот это было неожиданно. –Не понял? –Я просил тебя позвонить мне в экстренной ситуации, Цзян Ваньинь! Он что, всемогущий? Кто бы мог остановить этих идиотов? –На церемонии меня не было, нехрен ручки распускать, уважаемый. Сичэнь покраснел и снова посмотрел на ругающихся. Ванцзи сдавил пальцами переносицу и напряженно слушал пламенные речи Вэй Усяня об отвратительном вкусе семьи Лань. –Я.., – Лань Сичэнь запнулся и глубоко вдохнул, – Хорошо. –Хорошо? Тот лишь вымученно улыбнулся и покачал головой. –Как там говорит Вэй Усянь в таких ситуациях? «Сделай через жопу, и получится как надо?» Они уже сделали, пусть сами разбираются. Ваньинь возмутился. Даже он настучал брату по башке за такое, а этот… –Вот так просто? –Почему проблемы создают они, а сложности должны быть у меня? Как старший брат я сделал всё, что мог. Вовремя уехал. Цзян Чэн рассмеялся и дико пожалел, что сам был свидетелем начала оперы. –Будем спорить, когда они разведутся? Лань Хуань удивленно посмотрел на него и, дабы уточнить, ткнул пальцем в сторону ругающихся. Вэй Ин колотил Лань Ванцзи по предплечью, доказывая свою правоту, тот лишь мирно выслушивал. Цзян Ваньинь вместо ответа кивнул. –А зачем им разводиться? Разве твоему брату не нравится мой? Он пожал плечами и улыбнулся. Цзян Чэн же нахмурился, он всё же немного переживал, пусть и был уверен во взаимности между этими двумя. –А твоему мой точно нравится? Лань Сичэнь впервые за день искренне рассмеялся. –Ох, он по уши влюблён. Лань Чжань, словно подтверждая слова брата, перехватил руку Вэй Ина за запястье и сказал, что сделает всё, как тот захочет. Брат покраснел, пихнул мужа в плечо и зашагал в неизвестном направлении. Цзян Чэн в очередной раз хмыкнул. –И правда: сделай через жопу, и всё будет как надо. Напишу это на торте, когда буду поздравлять их с годовщиной.