Тайный Санта по-Сероволчьи

Олег думает, что его начальник т о г о. То есть, он уже давно так думает, а вот сейчас довелось убедиться в этом окончательно. Вот уже несколько часов Сергей носится по палаццо, источая, как он сам выразился, «новогоднее настроение», и останавливаться судя по всему не намерен. Впрочем – Олег уверен – совсем скоро ему надоест, и это недалеко от правды: Сергей устает, ловит в коридоре нерасторопного подчиненного, вручает ему коробку с китайской мишурой и провозглашает его «ответственным за всю эту хуйню». Не то чтобы Олег был удивлен. Дешевая мишура и дождик, отдаленно пахнущие пластиком, на лохматых завитушках эпохи барокко смотрятся как мешок из-под картошки на супермодели, как наклейка «My life, my rules» на капоте Ламборджини, как… У Олега, на самом деле, уже заканчиваются сравнения. - А еще можно Сикрет-Санту забацать, - говорит вдруг Разумовский, молчавший последние дцать минут. Олег только бровь выгибает, даже не обернувшись на него – оружие любит внимание, а любимую Беретту он может начищать сколь угодно долго. - И как ты себе это представляешь? – спросил он, когда никаких уточнений от начальства не последовало. Сергей поболтал ногами в воздухе, развернувшись поперек очередного вычурного кресла, фыркнул на упавшую прямо в глаза рыжую челку и задумчиво потряс перед носом большой снежный шар – в нем пушистая белая метель разом укутала Собор Василия Блаженного. - Не корчи из себя тупого, Волков, тебе это не идет, - скривился Разумовский, тряся несчастный шарик. – Все будет так, как я придумал; то есть, идеально. Олег, в общем-то, и не удивлен – когда это у них было по-другому? - Раскидаю в Рандоме, кто и кому подарки дарит, - продолжал Сергей. – Ты своим головорезам передашь, хоть какую-то иллюзию праздника создадим. Скука смертная в этой дыре. - И что они дарить друг другу будут? – внезапно развеселился Олег, что, однако, почти никак не отразилось на его лице. – Кукол и воздушные шары? Разумовский только фыркнул. - Пусть дарят друг-другу все, что вздумается, - отмахнулся он, подбросив шарик и поймав его в воздухе. – Главное, что т е б е подарок буду выбирать я. А вот теперь Олег, пожалуй, удивлен. - Какой это тогда секрет? – спросил он, все же отложив пистолет на расстеленное полотенце, и развернулся на стуле лицом к Сергею. – Это же нечестно. - Дожили! Меня учит благородству наемник, - вновь скривился Разумовский, поднимаясь на ноги. – Я все продумал и распорядился – тебе, как и всегда, нужно только исполнить. Волков проводил начальника взглядом, тихо вздохнул и вернулся к своей Беретте. Подарок как подарок – криво перевязанная красной ленточкой коробка патронов; в конце-концов, это вообще не входило в его обязанности. Волков был даже почти доволен своей оригинальностью. Ровно до тех пор, пока не вошел в большой зал, и не увидел там толпу своих подчиненных с точно такими же коробочками в руках. Разве что кое-где (если они были) мелькали ленточки других цветов. Олег сжал зубы и молча вручил подарок своей «цели», получив в ответ насмешливый взгляд. Сам виновник этой нелепости наблюдал за всем сверху, с лестницы, потягивая из тяжелого стакана колу – никакой алкоголь не был для выросшего в детдоме Сергея таким символом праздника, как эта химическая бурда. Олег поднялся к нему, оглядываясь на наемников, и облокотился на перила. - Доволен? - Вполне, - ответил Сергей, отпивая из своего стакана и чуть морщась когда пузырьки ударили в нос. Олегу было немного любопытно узнать, причитается ли и ему коробка патронов – не самая последняя вещь в хозяйстве, все же – но Разумовский и здесь его опередил: - Твой подарок.., - Волков вскинул брови, посмотрев на него, и шумно выдохнул. Сергей стоял, слегка приподняв подол объемной футболки с очередной фривольной надписью (что-то там про «защищенные» соединения, Олег не вчитывался). Между одеждой белела тонкая полоска голой кожи, на которой контрастно выделялось что-то красное – Волков даже заволновался, не кровь ли это, но потом вгляделся. Живот Разумовского обхватывала красная атласная лента. - Это..? – только и смог выдохнуть Олег, не сводя взгляд с этого украшения. - Твой подарок, - повторил Сергей, опуская футболку и отступая в коридор с лукавой полуулыбкой.