Глава 7
26 апреля 2021 г., 10:35
Время шло быстро. Зелень сменилась пожухлой листвой и инеем по утрам. Становилось всё холоднее, наступала зима. Начались соревнования по квиддитчу, о котором, с большим удовольствием, можно было поговорить с Роном. С Гермионой же, не разделявшей их интерес к квиддитчу, Гарри часто обсуждал уроки, делал домашние задания и посещал библиотеку, чего от Рона невозможно было добиться почти никогда. Она много привнесла в их дружбу, в ответ Гарри и Рон старались показать ей, что в жизни есть не только учёба.
О чём не забывали и профессора. Профессор Снейп, например, явно ходил к церберу и был им укушен за ногу, что Гарри выяснил совершенно случайно. МакГонагалл яро болела за команду по квиддитчу Гриффиндора, о чём мог узнать каждый желающий. А профессор Флитвик вёл школьный хор. У всех находились занятия помимо учёбы.
Квиддитч, как и всё в жизни Гарри, не мог пройти обычно. Сначала кто-то заколдовал его метлу, и она вышла из-под контроля Гарри. Она долго пыталась сбросить его с себя и ей это удалось. У Гарри получилось только ухватиться за рукоятку метлы одной рукой и так и болтаться в воздухе, пока метла не успокоилась.
Нужно сказать, что метла успокоилась не сама по себе. Гермиона заподозрившая что-то не ладное одной из первых, вычислила, как ей казалось, виновника этого происшествия – профессора Снейпа. Гарри в последствии много раз переспрашивал её, уверена ли она, что это профессор Снейп заговаривал метлу. Ведь одно дело ненавидеть мальчишку-ученика, сына своего неприятеля, а другое пытаться его убить. Так что через некоторое время Гермиона и сама начала сомневаться, но увиденное своими глазами пересказала – Снейп смотрел на Гарри и что-то шептал. Но во время матча ей особо некогда было думать и она, незаметно, подожгла мантию профессора Снейпа, что отвлекло внимание не только его, но и всей трибуны профессоров.
Метла перестала брыкаться и у Гарри получилось вновь вскарабкаться на неё. Но всё не могло так закончится и Гарри, даже не придя в себя, ринулся на метле куда-то вниз. Он увидел снитч и поймал его весьма оригинальным способом – ртом, чуть не проглотив. Вышло это не нарочно, но позабавило многих.
После этого Хагрид, в своей хижине, долго отпаивал чаем Гарри и его друзей. Они вчетвером обсуждали матч и возможное участие Снейпа в заговаривании метлы. Хагрид не верил в это. Рон же не сомневался, зельевар – зло. Договорились до того, что Хагрид проговорился, что цербер — это его собачка и она охраняет что-то для Дамблдора и Николаса Фламеля. После чего расстроенный из-за того, что проговорился, Хагрид отправил детей в замок.
***
На рождественские каникулы всем хотелось разъехаться по домам, зима выдалась холодной и коридоры в замке сильно продувало. Но дети Уизли оставались на праздники в Хогвартсе – родители отправились в Румынию к Чарли. Рон, Гарри и Гермиона уже выяснили, что Фламель знаменитый алхимик в возрасте более шестисот лет, но что они с Дамблдором могли прятать в школе, было им не понятно и не известно. Хагрид на вопросы не отвечал. Дети, устав от мозгового штурма по этому вопросу, решили отложить его до конца каникул, на которые Гермиона отправилась домой. Каникулы проходили весело – за играми, поеданием сладкого и ожиданием Рождества. Оно не заставило себя долго ждать и принесло много подарков. Гарри помимо подарков от семьи Уизли и Хагрида, получил подарок от Гермионы и неизвестного. В нём оказалась мантия-невидимка и записка с объяснениями и пожеланиями счастливого Рождества. Эта вещь принадлежала его отцу, только это уже делало её бесценной, а то, что это была дорогая и, возможно, уникальная вещь, было для Гарри второстепенным, поэтому он спрятал её и попросил Рона, никому о ней не рассказывать. До рождественского пира близнецы развлекали Гарри и Рона шутками и подколками над Перси, он бы слишком серьёзен, чтобы близнецы могли оставить его в покое. Сам пир превзошёл все трапезы, на которых когда-либо бывал Гарри. Всё было великолепно – и еда, и весёлые профессора, кроме разве что профессора Снейпа, тот, как всегда, был невозмутим. Замечательное Рождество! Следующий день прошёл в играх и забавах. Рон за день так устал, что заснул, едва дойдя до кровати. Гарри не спалось. Он всё думал о мантии-невидимке, поэтому не удивительно, что он захотел испытать её. Гарри гулял в мантии-невидимке по ночному, спящему Хогвартсу, забрёл в библиотеку и решил заглянуть в особую секцию, куда первокурсникам ходу не было. Из которой ему пришлось поспешно бежать, так как открыв одну из стоящих там книг, услышал оттуда жуткий, громкий вой. От испуга он забыл фонарь в особой секции, чуть не столкнулся с Филчем, долго петлял по коридорам Хогвартса и забрёл в незнакомую комнату. В ней он обнаружил красивое, большое зеркало. Еиналеж. Он увидел в нём своих родителей и сразу узнал их, они были совсем как на фотографиях из его альбома. Он не знал, как они оказались там и сколько он простоял той ночью у этого зеркала, но уходя пообещал, им и себе, вернуться. На утро он рассказал всё Рону и ночью они уже вдвоём под мантией-невидимкой отправились туда. Но Рон не видел в зеркале родителей Гарри. Он увидел своё самое заветное желание. Ему пришлось уводить Гарри из комнаты потому, что он никак не хотел уходить. У Гарри была семья Уизли, он был любим, но это же его родные папа и мама, как он мог перестать смотреть на них, искать в их жестах, поведении – свои. Рон пытался отговорить Гарри ходить к зеркалу каждую ночь, но ему не удалось. Зато, как-то оказавшемуся там Дамблдору, пришлось открыть Гарри секрет этого зеркала. После чего Гарри обещал, что не будет нарочно искать его. И хоть их разговор был не долог и довольно труден для Гарри, он всё же запомнил кое-что. И на следующий год, на Рождество, Дамблдор получил много тёплых шерстяных носков. Пусть Дамблдор не сказал ему правды. Но ведь у человека не может быть слишком много тёплых носков, не так ли?***
По ночам Гарри опять стали сниться кошмары. Его родители пропадали после зелёной вспышки, сопровождавшейся холодным, пронзительным смехом. После каникул, рассказав Гермионе об о всём случившемся, Гарри услышал от неё: — Вот и правильно, такие вещи как это зеркало, стоит держать подальше от учеников. Ты несколько ночей гулял по школе, как только Филч тебя не поймал! Они продолжили строить догадки, что же может быть спрятано в Хогвартсе, в запретном коридоре. Решили изучить труды Фламеля, но найти их в огромной библиотеке школы, так чтобы не узнала библиотекарь мадам Пинс, было почти невозможно. Много времени уходило на учёбу, домашние задания и возобновившиеся тренировки Гарри по квиддитчу. Изматывающие тренировки Вуда помогали легче засыпать и не видеть кошмаров, поэтому Гарри не роптал. А узнав, что ближайший матч будет судить профессор Снейп, стал тренироваться ещё тщательнее, чтобы на игре не дать профессору ни единого шанса придраться к нему. Пока Гарри тренировался, в гостиной Гриффиндора, Рон и Гермиона играли в шахматы, Рон умудрялся обыгрывать Гермиону, поэтому им было весьма интересно играть друг против друга. Однажды вернувшись с тренировки, Гарри обнаружил, что Рон опять обыграл Гермиону и предложил сыграть партию с ним. Гермиона села за внеклассное чтение, которое она называла лёгким чтивом. В гостиную ввалился Невилл, заколдованный склеивающим ноги заклятьем, каким-то слизеринцем. Он был расстроен и Гарри угостил его, оставшимися от рождественских подарков, сладостями. Невиллу явно не хватало смелости и веры в себя. Гарри ободрил его и сказал, чтобы тот, в следующий раз, не задумываясь отвечал нападавшему тем же, ведь он ничем не хуже других и даже лучше многих слизеринцев. Успокоившись, Невилл ушёл, но едва Гарри с Роном вернулись к игре, как Гермиона радостно воскликнула: — Я нашла! – и продолжила читать книгу, но уже вслух, — Николас Фламель единственный создатель философского камня. Так вот, что охраняет Пушок на третьем этаже! — Тише, Гермиона, - оглядевшись произнёс Гарри, — не привлекай внимание. — Извини, - тихо произнесла она и все трое крепко задумались. На следующий день состоялась игра, продлившаяся меньше пяти минут. Гарри в рекордные сроки поймал снитч и Гриффиндор победил. Дамблдор лично поздравил Гарри и порадовался за него, что тот может продолжать радоваться жизни, после той истории с зеркалом. Гриффиндор ликовал. После игры, Гарри выходя из раздевалки, заметил подозрительную тёмную фигуру, шедшую к запретному лесу. Он узнал по хромающей походке, профессора Снейпа и проследил за ним. Уж больно подозрительными были действия профессора. В лесу Снейп встретился с Квиреллом, они говорили о философском камне и Гарри показалось, что Снейп толи запугивает учителя по защите от тёмных искусств, толи договаривается с ним, а ещё он о чём-то намекал, непонятном для Гарри. Слышно было плохо и не всё, так как Гарри приходилось прятаться, чтобы не быть замеченным. Последняя фраза, которую он услышал, до того, как ушёл профессор Снейп, была: — Мы встретимся снова, Квирелл, когда вы, наконец, решите на чьей вы стороне. Дождавшись, когда Квирелл тоже уйдёт, Гарри отправился в замок. Добравшись до гостиной, он рассказал всё, дожидавшимся его, Рону и Гермионе. После долгих обсуждений они утвердились во мнении, что Пушок охраняет философский камень, а профессора Снейп и Квирелл хотят его украсть.
