Заболел?

Каникулы - лучшее время года. Все подростки и дети только их и ждут, чтобы вырваться из лап повседневной рутины, да отдохнуть в компании семьи и близких. В UA уже два дня как идут недельные каникулы. Учеников разогнали с заданиями на выходные, учителя тоже более-менее отдыхают от шумных и неугомонных подростков... Мидория собирался прогуляться - за окном весело улыбается солнце, шуршат зеленой листвой деревья, кое-где виднеется молодая травка.  Ну что за прекрасный день? Просто грех не пойти гулять, особенно летом! На столе - записка для мамы, которая уже несколько часов как на работе. "Вернусь к вечеру, Изуку." - Инко обязательно заметит яркий листочек с милым кроликом в правом нижнем уголке. Дверь закрыта, свет выключен, мусор вынесен, порядок в доме наведен. На улице свежо и легко дышится - "Может, стоит прогуляться к реке?". "А почему бы и нет?". Дорога лежала мимо дома Бакуго, около которого веснушчатый мальчик почему-то затормозил. В голове парня неожиданно зародилась мысль, что он просто обязан постучать в дверь. Эту мысль веснушка сразу отбросил. Отбросил, потому что уже стоял и стучал в дверь, сам не понимая зачем. "Мама говорила, что Тетя Мицуки и Дядь Масару уехали к какой-то родственнице... Каччан наверняка остался дома... и он очень разозлится, увидев меня... но если он откроет дверь, и не увидит того, кто стучал, то Каччан разозлится намного сильнее..." - думал Изуку, в то время как его рука словно сама по себе дернула дверную ручку... И та отпала. А дверь открылась. - Ой... - изумрудноглазый поддался любопытству - "Почему Каччан не пошел открывать дверь? И чего это она так легко сломалась?", поднял поломанную ручку и вошел внутрь дома, в котором не был с самого детства. "Тут будто ничего и не изменилось..." - думал, парень, проходя из одной комнаты в другую. - "Но где Каччан? Или он не дома?". Но кроссовки (да и другая обувь) говорили о том, что блондин точно дома. Тогда где же он? - Каччан? - закричал Изуку, поднимаясь на второй этаж. Там, вроде бы, комната Каца... - Каччан, ты здесь? "Нет, он босиком бродит по округе. Что за глупые вопросы я задаю?" - Мидория подошел к знакомой двери. Ненадолго, парень задумался - может, не стоит? Вдруг Каччана просто дома нет? Может, он в какой-то другой обуви? Откуда Изуку вообще знает, что носит Кац? Если Бакуго вернется, и застанет Мидорию у себя в комнате, то Деку будет ой как не хорошо... - Да... - проговорил себе под нос веснушчатый, разворачиваясь прочь от комнаты друга детства. - Наверное, я просто пойду... И ведь пошел. Спустился вниз, натянул кроссовки. Пусть предчувствие и кричало, чтобы он всё же открыл дверь и проверил, парень решил прислушаться к логичным мыслям. Но сверху послышался глухой удар, а потом громкий кашель. То ли из-за рефлексов, то ли из-за ожидания какого-то небесного пинка, Изуку за пару секунд вновь оказался перед дверью друга, которую незамедлительно открыл. - Каччан,  прости что ворвался, я правда не хотел, не бей пожалуйс... та? Глаза веснушчатого расширились - значит, предчувствие всё-таки не обманывало... На полу, возле не заправленной кровати, сидел Кацуки, укутанный в одеяло. Красный, словно спелый помидор, он смотрел в пустоту. На лбу - какая-то полоска, напоминающая охлождающий пластырь. Около блондина россыпью валялись пачки самых разных цветов таблеток от температуры, спреев от кашля, и даже термометр. - Каччан? - Мидория подошел вплотную к другу, который даже не обратил на веснушку внимание. - Каччан? Ладонь аккуратно сняла пластырь со лба алоглазого. Пластырь. Охлаждающий. Был на ощупь, как будто его искупали в кипятке. Ни минуты не подумав, Мидория вставил другу под мышку градусник. Он, конечно, и так понял, что у Кацуки большая температура, но знать какая она точно - это другое дело. - Каччан, - алоглазого аккуратно потрясли за плечи. Голова Бакуго слегка повернулась в сторону. - Качча-ан! Термометр запищал. Надо же, Изуку про него уже и забыть успел... веснушчатый достал градусник, перевернул его, присмотрелся... - Каччан! - закричал он, выронив аппаратик для измерения температуры. - Кач... Блондин слегка вздрогнул, а после головой упал на присевшего рядом Мидорию. Вопрос: "Что делать?" легко и просто разрешился. В средней школе, Изу часто болел, поэтому знает что делать. Распутав будто приросшего к одеялу Кацуки, зеленовласка перетащил блондина на его кровать. Веснушчатый снова ненадолго растерялся - по телу Кацуки шла крупная дрожь, из-за которой взрывной стучал зубами, стягивая с постели простыню, чтобы укрыться ей. "39.9°... надо сбить температуру, или придется позже вызывать скорую..." - изумрудноглазка поднял с пола пустые коробки от жаропонижающих. Ну, не совсем пустые - нашлась парочка таблеток. - "Надо попробовать привести его в чувства... но сначала сбить температуру!". Подумав еще немножко, парень метнулся на кухню - налил в кастрюлю прохладной воды, добавил туда уксуса (который так удачно стоял на столе), схватил какую-то тряпку, и вернулся в комнату друга. Кацуки лежал, накрывшись простыней и скрипя зубами. Мидория почувствовал, что по его спине разбежались предательские мурашки - он же не доктор... вдруг ничего не получится? Но он же будущий герой! У него обязано получиться. - П-прости, Каччан... - сказал покрасневший Изуку, стягивая с больного насквозь мокрую толстовку. Бакуго, и так тяжело дышавший, начал прерывисто и тихо что-то говорить, стараясь свернуться калачиком или чем-то накрыться. Изуку же старался уложить парня, чтобы его было удобно обтирать. - Каччан, снова прости... - мальчик коснулся руки парня "ледяной" тряпкой. Блондин вздрогнул - резко и ощутимо, будто его ударили током, делая разряд. Зубы застучали с новой силой, а кулаки алоглазого сжались. - Х... холодно! - проговорил Кац, стараясь закрыться об обтирающего его тряпкой парня. - Свали... - Терпи, Каччан - иначе не сработает! Спустя несколько минут обтираний, Мидория вспомнил, что еще надо было дать жаропонижающие. С этой мыслью, парень накрыл алоглазого тонкой-тонкой простыней, найденной в шкафу ванны, и полетел за стаканом воды и аспирином, пачка от которого валялась у кровати Каца. - Так, аккуратно... Каччан, пей... - мальчик приподнял голову друга, кладя ему в рот две таблетки, и поднося стакан с водой. - Ну же, пей... Но Бакуго лишь продолжал говорить что-то себе под нос, не запивая таблетки. Без воды аспирин плохо усвоится, и жар пройдет медленнее... "Был бы русским - перекрестился... да простит меня Каччан..." - с этими мыслями, веснушчатый набрал в рот воды, начиная насильно поить Кацуки. Второй даже не сопротивлялся, глотая каждую прохладную каплю, которую ему давал покрасневший ярче помидора Изуку. Вода кончилась, как и смелость Мидории: юный герой отскочил от больного, словно от огня. Хотя, от Бакуго и правда шёл жар, но всё же... Услышав, что зубы больного начинают тихо постукивать, зеленовласка перестал смущаться - температура ещё не сбита, лекарство еще не действует. Не время валять дурака. Прошло полчаса. Аспирин начал действовать. Температура опустилась до 38 и 3 градусов, продолжая понемногу подать. Хоть что-то. Блондин перестал бредить, и теперь спокойно лежал на своей кровати. А уставший Мидория решил накрыть своего друга одеялом, чтобы он пропотел. Дело сделано. Каччан спит, а Изуку за ним наблюдает. Во всех смыслах - он готов был заменить блондину прохладный полотенчик, стоит тому лишь немного двинуться. Но также, подросток открыто рассматривал спящего юношу - длинные тонкие ресницы, покрасневшие от температуры щечки, тонкие губы и светлые пряди, аккуратно лежащие на лице парня... Ресницы вдруг дрогнули. Глаза приоткрылись, и лениво обвели комнату, после чего остановились на удивленном Мидории. "Каччан же только что спал - я его разбудил?... Он же не будет прямо сейчас ругаться?" - изумрудноглазка хлопал глазками с глупой улыбкой. Взгляд больного перешел на потолок. Посмотрев на него пару секунд, парень сел. Со лба спал холодный полотенец, заставив снова посмотреть на Изуку. - Т... - Каччан, прости что ворвался, и что вообще пришел, я правда не хотел, так просто вышло, я хотел позвать тебя прогуляться, а твоя дверь была сломана, и ты не отвечал, а у тебя оказалась температура, и я остался тебе помочь. Не ругайся и не бей меня, пож... - тараторил Изу, пока его рот кто-то не закрыл рукой. - Меньше информации, придурок. - Бакуго продолжал держать веснушчатого. - Всё плывет перед глазами, а тут ещё и ты нудишь... - Плывет? У тебя снова поднимается температура? - Мидория вырвался из хватки друга. - Вот, померь... Блондин вставил протянутый парнишкой термометр себе под одежду, продолжая хмуро смотреть на Изу. - Т... - Каччан, ты дурак! - неожиданно сказал Мидория, вводя друга в ступор. - Как ты довел себя до такого состояния?! А если бы я не пришел? А если бы я не зашел к тебе?! Ты бы... ты бы... я даже представлять не хочу, что было бы! Градусник пропикал, и Деку буквально вырвал аппаратик из рук Каца. -37.9, все нормально... я уж испугался. - То есть, это благодаря тебе мне сейчас полегчало? - Кацуки смотрел на Изуку, ни на секунду не отрываясь. - Ну... наверное, можно и так сказать... - Тогда спасибо. - А?... "СПАСИБО?КАЧЧАН МНЕ СКАЗАЛ СПАСИБО??? А градусник не врет? У него не бред? Нет, мы, конечно, чуть улучшили наши взаимоотношения, но не до уровня дружбы..." - пробубнил шепотом Деку, хлопая глазами - Эй, задрот, - Кац снова лег, укрываясь одеялом до самой макушки. - оставайся у меня. И это не просьба. - А... что?! - веснушчатый даже со стула вскочил. - П-погоди, это... - Я, - прервал парня Кац. - никогда в жизни не болел. Я не знаю, что делать, чтобы сбить температуру и не отравиться таблетками, или как нужно себя вести, чтобы выздороветь. - Не болел? Ни разу? Такое бывает? - Представь себе! А ведь и правда - Мидория не может вспомнить ни одного дня, когда Бакуго не пришел бы в школу из-за простуды или температуры. Но почему именно сейчас такой крепкий иммунитет дал сбой? - А твои родители? Ты разве не видел, как твои родители лечатся от простуд? А ты им звонил? Они ведь могут что-то посоветовать... - Я им звонил. Но они объясняют также хорошо, как и я пою. - Но ты ведь хорошо поёшь... - Да не в этом дело, чертов Деку! - красный Кацуки раскрылся, сверля Изу злым взглядом. - Ты поможешь мне выздороветь, или нет?! - парень закашлялся. - К-конечно я помогу! Только не кричи, а то еще сильнее будешь кашлять! До вечера, Мидория рассказывал Бакуго о простуде и ангине: какие ощущения испытывать нормально, а при каких надо пить лекарства или ложиться спать. Блондину же эти болезни не понравились от слова "совсем" - нужно много лежать, нельзя перенапрягаться, пить таблетки и сиропы по расписанию... кошмар для атомного парня. Но что уж поделать, если словил болезнь? На часах - семь вечера. Инко-сан наверняка уже дома. И Изуку тоже пора было идти домой... за хождениями парня из одной части комнаты в другую наблюдал Кацуки, которому становилась всё больше и больше нехорошо. - Сядь, придурок! - закричал Бакуго. - Харэ перед глазами мельтешить! - А... прости... просто, мне уже надо идти... А... - А? - А вдруг у тебя ночью начнется лихорадка?! Или, или ты сам не справишься?! - Дай свою мобилу, задрот. Мидория не понял зачем, но телефон дал. Блондин ввёл верный пин, открыл контакты, и набрал "Мама". Почти сразу же пошли гудки, и почти сразу же абонент ответил. - Мидория-сан? Мидория-сан, вас беспокоит Кацуки Бакуго. - Бакуго-кун? Что-то случилось? А где Изуку? - быстро, как и её сын совсем недавно, протараторила женщина. - Не волнуйтесь, Мидория-сан - с Де... с Изуку, - алоглазый поморщился от такого странного обращения, будто только что съел лимон целиком. - всё хорошо. Послушайте - я немного приболел, и ваш сын предложил остаться со мной и помогать, пока я не выздоровлю. Ничего, если пару дней Изуку, - и снова кислая мина. - будет ночевать у меня? - Приболел? Бакуго-кун, вам точно не нужна моя помощь? - Мо... - Нет, мам, я сам справлюсь! - веснушчатый мальчик вырвал свой телефон из рук Каца, поэтому тот больше не мог слышать Инко. - Конечно! Да, да... все хорошо, честно! Ага, завтра утром зайду, пока! Красная кнопочка "отключиться" была нажата чуть обиженной зеленоволоской. - Что это было? - спросил он, убирая телефон. - Это? Это называется телефонный звонок. Не знал? - ответил Кац, зарываясь в одеяло. - Ты ведь даже со мной не посоветовался! И откуда ты знаешь мой пин-код? - Ты так нерешительно мельтешил перед глазами, что я решил тебе помочь. - вторую часть вопроса алоглазый нарочно пропустил мимо ушей. - Но... - Кончай психовать, мямля! - Кацуки, укутавшись в одеяло, встал с кровати. - Ты ведь решил меня лечить - так делай это ответственно и до конца! - Куда ты идешь?! - Мидория попытался перегородить выход из комнаты, но его легко отодвинули в сторону. - Готовить. Ужин. - прошипел Кац, открывая дверь. - Или ты хочешь ходить голодным? - Н-нет, но... - Заткнись. Я иду готовить. - Тогда я с тобой! - Изуку положил руку на открытое плечо Каца, и тут же вцепился в него. - Постой... Последнее слово заставило Бакуго и правда остановиться - такое зловещее и пугающее... - Живо лег в кровать. И померил температуру. Сейчас же. И все сказано было Деку с милой улыбкой, от которой мурашки по коже побегут у любого. Даже у Кацуки. Поэтому он выполнил "приказ", недовольно что-то бурча. - Вопрос... - веснушчатый держал градусник, на котором уже горели три цифры. - И какого же черта ты молчишь, что тебе плохо? - Мне не плохо. - При 38 и пяти тебе немножечко, да должно быть плохо. - А мне вот нормально. - Кацуки снова решил встать, но его грубо толкнули на кровать. - Лежать я сказал! - Изуку грозно надул свои щечки, с угрозой посматривая на больного. - Если хочешь, чтобы я тебя лечил, тогда делай что говорят! - Я голоден! - Я сейчас приготовлю еды! А ты лежи, и только попробуй встать... С такими вот баталиями и угрозами, Мидория лечил Кацуки три дня. Три дня он гасил внезапные лихорадки блондина и помогал справляться с неожиданными приступами кашля. Три дня он учился "нормально" готовить под строгим надзором больного. Три дня он выяснял отношения с Бакуго. И вот, больной наконец-то выздоровел. По крайней мере, двоим мальчишкам так казалось. По самой крайней мере, они хотели, чтобы это было именно так. - Я до сих пор не понимаю, - говорил Изуку, пережевывая омлет. - как тебя угораздило простудиться летом. - А пёс его знает. - Бакуго мыл посуду. - И если ты не поторопишься, задрот, то свою тарелку будешь мыть самостоятельно. - Фа вы тафави! - Мидория разом прикончил остатки жареного яйца, отдавая блондину тарелку. - Фав вы февя вуфсвуеф? - Тебя не учили сначала глотать, а потом говорить? - алоглазый протер стол. - Нихрена не понял. - Фу и фавно. - мальчик обиженно надулся. - О. - Бакуго выключил воду. - Чего ты? - Я мог заболеть, упав в реку? - ...конечно. - Тогда все ясно. - ...ты. Падал. В реку?! Откуда? Как? - Какое тебе дело? - Ну... - Девочка. Забралась на перила моста, пришлось снимать. - Каччан, да ты крутой... - Как скажешь. На минуту, Изуку загрустил. И, собравшись со смелостью, мальчик все же решился заговорить. - Каччан... - начал он тихо, с ноткой грусти. - Чего тебе? - блондин вопросительно посмотрел на печального изумрудноглазку. - Знаешь... Мне нравилось ухаживать за Каччаном. Быть рядом, помогать, присматривать... Общаться, как самые обычные друзья, а не враги - без угроз, ссор, или драк... Просто общаться, просто проводить время вместе... Было довольно весело... - Изуку, сжал рукав своей кофты, которую принес из дома. - Но когда Каччан и я вернемся в UA, то все снова будет как до твоей болезни - Каччан не будет со мной разговаривать так, как все эти дни... - Слышь, чудик. - на голову зеленовласки опустилась горячая рука. - Не смей решать, что и как я буду делать. Твое дело - это быть со мной рядом, и пытаться догнать, не отступая и не жалуясь. И да. Было довольно весело. Блондин вышел из комнаты, оставив веснушку наедине с мыслями. - Каччан... - прошептал Изу, улыбаясь. - Ну ты... Ну ты мой личный больной Каччан. Вот ты кто. - Как скажешь. - донеслось из-за двери. ...Через три дня парни пошли в Академию, ведь каникулы подошли к концу. Бакуго был все так же агресивен по отношению к Изуку, частенько матеря его просто так. А Мидория все так же будет тянуться к Кацуки, плюя на всю его ругань. И никто так и не узнает, что на самом деле парни просто балуются, в то время как после занятий оба идут к алоглазому делать уроки и рубиться в приставку. А на выходных, парочка ребят устроит общую тренировку со спарингом, после которой пойдут и купят что-нибудь вкусное. И лишь когда кто-то из этой парочки начинает чихать или покашливать, все видят - что-то между ними произошло. Не с проста ведь Мидория сразу натягивает на Каца шарф, а Бакуго не отводит от Изуку взгляд, пока тот не наденет теплые вещи. "Может, они наконец-то стали друзьями?" - неожиданно проносится мысль у их одноклассников, стоит им посмотреть на беседу парней в столовой. "Да быть не может." - также неожиданно проносится в их головах, когда в Мидорию летит надкусанное Бакуго яблоко.