Восстановить Баланс

      Вернувшись с орбиты на планету, Энакин моментально оказался у Канцлера в офисе. Домой его отпускать никто не собирался — алая гвардия с канонеркой ждала у места приземления шаттла. Молодой человек горестно вздохнул, что поспать ему сегодня не удастся, и мысленно передал Падме не дожидаться его. Он увидел в Силе, как девушка понимающе улыбнулась и поцеловала его. Сам же Энакин собрался с мыслями, закрыл свое сознание и приготовился встретиться с Владыкой. Ему казалось, что он уже знал как различать две ипостаси Палпатина. И он не ошибся в своих предположениях. Провожал его Канцлер, а встречал Владыка. Старческие глаза горели огнем, и в них виделся звериный отблеск желтого цвета.       - Владыка. — поклонился он, как только дверь за ним закрылась. — Вы хотели меня видеть.       - Да, мой мальчик. — тихо говорил он. — Сила раскрыла мне, что магистр Йода недавно виделся с тобой.       "Ну, я же говорил." — невесело усмехнулся про себя Энакин, стараясь не дать страху перед возможностями Палпатина хоть на мгновение проявить себя. Нельзя допустить и мысли у Канцлера, что он его может бояться. Только на равных.       - Залетал. — как можно пренебрежительнее произнес Энакин.       - О чем разговор ваш был?       - О философии. — пожал рыцарь плечами. — Магистр всегда все сводит к этому. — искренне закатил Энакин глаза, показывая степень своего раздражения.       - И что говорит философия магистра Йоды? — чуть улыбнулся одними губами Палпатин, но глаза зверя продолжали настороженно следить за своей жертвой.       - Ничего нового. — выгнул Энакин губы. — Ситхи, джедаи, Свет, Тьма. Я, честно говоря, вообще мало что понял из всего этого.       - Тогда зачем он прилетал? Убедиться, что ты еще джедай? — выплюнул Владыка последнее слово.       - Я позволил поддержать ему эту иллюзию. — чуть раскованно сказал Скайуокер. — И в ответ получил подарок от Совета.       - Какой же? — заинтересованно спросил ситх.       - Теперь я магистр Ордена джедаев. — бросил Энакин кость врагу. Тот должен был быть уверен, что Скайуокер на его стороне и не скрывает ничего.       - Отрадно слышать. — будто через силу выдавил из себя Канцлер, однако речь его продолжала литься ровным потоком.       - Да, Свет сделал свой ход. — согласился Энакин. — Какой будет ход Тьмы? — напрямую спросил он Владыку.       - Что ты имеешь ввиду, мой мальчик? — лебезил дядюшкой Палпатин.       - Когда будет объявлено о том, что я главнокомандующий армии?       - Тебе не терпится примерить на себя новый титул?       - Просто интересно, когда от разговора мы перейдем к делу. — парировал Энакин.       Он знал, что ходит по лезвию. Что он злит Владыку своим поведением, но ему надо было понять как далеко Палпатин собирается зайти и как быстро начнет убивать всех вокруг себя его руками.       - Когда ты будешь готов. — произнес Канцлер.       - К чему?       - Принять свой титул.       - Стать стихом? — начал злиться Энакин.       - Быть достойным звания. — поправил Канцлер. Если Энакину было так важно внутри себя верить, что он еще джедай, пусть пока потешится этой иллюзией. — Все эти годы ты прекрасно сражался на стороне Республики, принес ей много безоговорочных побед, но пока этого недостаточно.       - И как стать достойным титула? — не понял молодой человек.       - Джедаев не должно остаться в галактике. — выдал Канцлер свое требование.       - Их сотни в разных секторах, на разных планетах. Как я должен их перебить? — искренне удивился он, и вправду не задумываясь о моральной стороне вопроса. Больше теоретически его интересовала сама возможность. Сейчас он был военным, которому определили цель.       - Для этого есть клоны. За тобой останется лишь отдать им приказ.       - Те, кто сражались с джедаями бок о бок, защищали их ценой своей жизни, вдруг перенаправят бластеры? — уточнил Энакин, что он правильно понял слова Палпатина.       - Они военные, Энакин. И сделают то, что им приказано. Это же касается и тебя. — чуть помедлив, произнес Палпатин.       - А если я не хочу уничтожать джедаев? — уточнил Энакин.       - Ты все еще к ним привязан. — горестно вздохнул Палпатин, но Избранный видел, что это все напускное, и Владыка всего лишь сдерживает себя, чтобы не начать убивать прямо сейчас.       - Я недоволен порядками в Ордене, но они не сделали ничего такого, за что я бы хотел их уничтожить.       - Годы сдерживания твоей мощи, непризнание возможностей, принижение способностей...       Палпатин нажимал на больные места Энакина, и тот чувствовал, как защита прогибается, и негативные эмоции прорываются наружу. Дракон рычал, Тьма внутри него так и норовила подчиниться более сильному, но молодой человек через сопротивление заставлял себя смотреть на собеседника сквозь Силу и сосредотачиваться на том, что говорит пустота, а не живой человек. А тот продолжал сладко вещать, подпитывая ненависть.       - Они отложили твое рыцарство на несколько лет, сталкивали тебя с другим джедаем, которого всегда ставили в пример... Этого недостаточно?       - Ученичество не бывает легким. — сопротивлялся Энакин, стараясь показать как безразличны ему горькие слова правды. — Даже отвернись я от Ордена, становление ситхом не будет легким.       - Допустим. — кивнул Палпатин. — Однако принять это учение тебе будет намного легче, т.к. не придется сдерживать себя вообще. Вспомни, что сила ситха в эмоциях, страстях. Это тебе подходит куда больше. Разве ты этого не чувствуешь?       - Люди много чего чувствуют. — пожал татуинец плечами, держась из последних сил.       Он хотел спать...и чтобы все от него отстали. Почему он должен постоянно решать проблемы других? Хотя Энакин и так знал прекрасно ответ на этот вопрос. Он — Избранный, и этим все сказано. Его задача принести баланс в галактику, и только он с этим справится. А, стало быть, надо терпеть и вариться в этом безумном котле, где перемешено бесконечное количество разных составляющих. Сила, политика, желания...       - И поэтому миром должны править только люди. Никто кроме них не способен так тонко чувствовать и предвидеть ситуацию. Именно люди смогут вести этот мир дальше и победить в будущей войне.       - А другие расы? — неподдельно удивился Энакин и увидел, как ситх скривил губы. В Силе же Палпатин полыхнул ненавистью.       - Их права будут пересмотрены в соответствии с их поведением.       - Но ведь они разумные. — не понял Энакин. С детства еще он общался и дружил с самыми разными существами и не испытывал никакого предубеждения к другим.       - Некоторым свою разумность еще надо будет доказать. Аклай тоже умеет думать. Вопрос только о чем.       На это Энакину нечего было возразить. Пусть о проблеме принижения возможностей других думает Падме, у нее это получится намного лучше.       - Ну хорошо... — помедлил Энакин, раздумывая вслух. — Допустим, мы всех не-людей сгоним в отдельные резервации, другие планеты и поставим над ними надсмотрщиков-губернаторов. — Но кто будет воевать? Клоны не бесконечны. Они исчезают в сражениях, а брать новый материал не откуда.       - Наймем людей. — как само собой разумеющееся ответил Канцлер.       - И они пойдут? — не поверил Энакин.       - За героем Республики? — хмыкнул Палпатин. — Можешь не сомневаться. Побегут.       - Но ведь я числюсь как Лорд Вейдер. — напомнил Скайуокер.       - Этого им знать не обязательно. — как от несущественного ленивым движением отмахнулся Канцлер. — Поначалу это знание им лишнее, а потом уже будет неважно.       - Потом? — переспросил Энакин.       - Поверь мне, мальчик мой, грядут очень непростые времена. И к будущей войне надо быть подготовленным. Люди должны научиться сражаться и защищать себя.       - Согласен. — искренне кивнул Энакин, будучи того же мнения. Дипломатия хороша только с мечом и бластером наизготовку.       - Джедаи слишком полагаются на свои чувства. Но они их подводят.       "О, вот в этом я не сомневаюсь. — подумал Энакин. — Иначе не сидели бы Вы тут, многоуважаемый Канцлер со своими расистскими убеждениями."       - Они будут только мешать. — закончил тот свою мысль.       - Кому? — решил уточнить Энакин, чуть не ляпнув "Вам".       - Ведению войны, разумеется. — улыбнулся Палпатин.       - Но чувствительные к Силу все равно будут рождаться.       - И пусть. Это нам на руку. Будем воспитывать их в новом мире, учить другим ценностям.       - И для этого обязательно уничтожить всех?       - Только разрушив до основания старое, можно создать реально что-то новое. — не терпящим возражений тоном произнес Палпатин. — Новая система, новый порядок. Государство, где решения будут приниматься моментально, а не обсуждаться месяцами. И действия предприниматься соответственно тоже. Разве это не замечательно? Вспомни, как ты сам мне жаловался на медлительность системы Сената из-за их вечных дебатов и взяточничества. Ты и сам видишь, что система изжила себя.       - Пожалуй. — согласился молодой человек, пока не очень понимающий к чему ведет Палпатин.       - И Джедаи, служители Республики, подчиняются этой системе. Тем самым подпитывают ее. Нет, мой мальчик, только разрушив, можно действительно создать новое, идеально работающее.       - Да, Владыка. — склонил Энакин голову, показывая, что понял приказ господина. — И все-таки у меня большие сомнения относительно эффективности армии, состоящей только из людей.       - Клонов еще достаточно, и они будут по большей части защищать Корусант. Наемная армия будет сражаться в кольцах.       - Будет много недовольных. — подумав, высказался Энакин. — У многих планет нет ни средств, ни желаний создавать свои регулярные армии. И они будут откалываться.       - Некуда будет откалываться. — недобро ухмыльнулся Палпатин. — Это Республика позволяет такие свободы. В нашей же с тобой новой системе такая воля просто не будет предоставлена.       - Рабство? — выплюнул Скайуокер, ненавидящий свое прошлое и продолжающий желать его искоренения.       - Подчинение. — поправил Палпатин, хотя пока для Энакина это звучало как одно и тоже.       - Будут восстания. — уверенно заключил он.       - Не волнуйся, Энакин, технический прогресс тоже никто не отменял. — чуть приоткрыл Палпатин завесу тайны.       - Можно поподробнее? — встрепенулся мальчик, обожающий любую технику.       - Для супер-сражений нужно супер-оружие, не так ли?       - Да. — кивнул воин.       - Представь, что существует некое оружие, способное одним выстрелом уничтожить...скажем, целую планету.       У Энакина зашевелились волосы от такой новости, а сердце пропустило удар. Он не поверил собственным ушам.       - Планету? Но зачем?       - Страх — лучший укротитель. Уничтожь разом непокорных — другие будут уже осмотрительнее. Абсолютное подчинение приведет к нужным результатам и победам.       Энакин молчал, пытаясь переварить информацию. Канцлер казался больным идеей собственного превосходства. А еще про него говорят, что он высокомерен. О, куда ему до масштабов Канцлера..!       - Молчишь? — хмыкнул повелитель галактики.       - Я скорее продумываю что это за оружие должно быть. — пытался вызнать Энакин как можно больше.       - Граф Дуку еще со времен Джеонозиса мне передал чертежи. — немного хвастливо произнес Палпатин, искренне гордясь своим детищем. — Сейчас же этим оружием занимается человек, хорошо зарекомендовавший себя в разных битвах. Вы скоро увидитесь.       Энакин понял, что ничего большего Канцлер ему не расскажет, а потому решил откланяться. Информации на сегодня было более чем достаточно, и ее следовало обдумать.       - Разрешите идти, Владыка? День был достаточно долгим.       Палпатин отпустил раба небрежным взмахом руки, и тот вышел в коридор. Не думая ни о чем, удерживая бег мыслей, Энакин сел в своего "Ангела" и улетел прочь. Ему было необходимо подумать. Отлетев за пределы привилегированного района города, он опустился на развалины какого-то здания, откуда всегда открывался потрясающий вид на рассвет Корусанта. Не раз он приводил сюда Падме, когда устраивал ей неожиданные визиты. Они летали по ночному городу, любуясь его огнями, а затем непременно прилетали сюда, где в рассветных лучах, постепенно озаряющих планету, он занимался с ней любовью, наблюдая игры лучей солнца в ее волосах, как свет озаряет ее ласковое лицо, как в брызгах искр выглядит ее улыбка, затмевая все вокруг. Вот и сейчас, прилетев на свое любимое место, он хотел, чтобы поднимающееся из-за горизонта солнце озарило его разум и подало идею что делать дальше. Так много проблем образовалось... Что за супер-оружие хочет создать Канцлер? Какую систему управления он выберет, разрушив Республику? Как выполнить приказ об устранении Ордена, не убивая при этом своих соратников?       Энакин вылез из кабины перехватчика и сел на покатую крышу "Ангела" лицом к поднимающемуся из-за горизонта солнца. Молодой человек закрыл глаза, заставляя себя расслабиться в согревающих лучах рассветного светила. Оно постепенно освещало лицо джедая, отвоевывая у Тьмы кусочек за кусочком, согревая собой. Энакин, всегда ненавидящий медитации из-за ничегонеделания в эти моменты, сосредотачивался на ощущениях тепла на теле. Он чувствовал как морозная с ночи в космосе кожа, покрывшаяся вязкой Тьмой Владыки, постепенно очищается, покрываясь мурашками, и кровь начинает бежать быстрее, отгоняя холод, растворяя Тьму в жаре солнца. Колючее изначально, теперь оно было ласковым и мягким, поглаживая оголенные участки кожи головы и рук. Энакин улыбнулся приятным ощущениям. Ему нравились они. Сосредотачиваясь на положительных эмоциях, он окунулся в Силу, ловя ее Нити, перебирая их словно струны. Он разговаривал с Великой на языке, понятном им обоим. Он хотел знать что ему делать. Ответы на какой вопрос искать прежде всего. Что важнее и первостепеннее? Оружие? Республика? Ситх? Джедаи?       Мысли хаотично скакали, взывая в памяти картинки образов, отдельные реплики диалога. Энакин заставлял себя сосредотачиваться на отдельных моментах, перебирая Нити, слушая их зов, звук их музыки. Только Сила могла подсказать правильный ответ. Оружие-республика-ситх-джедаи, оружие-республика-ситх-джедаи. Луч смерти, покорность сенаторов, безумие Тьмы или воины Света.       Энакин видел себя в лабиринте переплетенных Нитей Силы, как он просачивается между ними, задевает, отодвигает, вновь сталкиваясь с событиями прошлого, видя моменты разговоров, мимолетные встречи, считывая эмоции. Но все это было не тем. Сила вела его глубже в прошлое. События не сегодняшнего дня казались ей важными. А что-то еще. И Энакин следовал ее зову, уходя все глубже, где переплетения были крепки, а Нити срослись. Люди, события, сражения, смерти, клоны...       Энакин обогнул одно толстое переплетение и увидел событие, которое еще тогда заставило его удивиться. Смерть джедая от руки клона. Это событие слишком выделялось из общей массы, чтобы Энакин не обратил на него свое внимание. Странное и непонятное. Ведь клоны — живые люди. Они мыслят, думают, принимают решения. И знают, что служат Республике, подчиняются джедаям. Так почему же эти вдруг повели себя так неестественно? Как будто программа засбоила?       Энакин вновь прокрутил в голове воспоминания, прошелся внимательным взглядом по каждому слову, изучил каждую мимическую морщину. И чем больше смотрел, тем отчетливее понимал, что не просто так оно было. Клоны — люди с определенной программой в голове. Они генетически верны Республике, джедаям.       Но Сила упорно твердила, что важен сейчас именно этот момент. А потому джедай продолжал размышлять. Он хотел знать как клоны смогут пойти против тех, с кем сражались столько времени бок о бок, защищали ценой своей жизни. Словам Палпатина о том, что он всего лишь военные, а потому беспрекословно выполнят приказ, он не верил. Должно быть что-то еще.       Что-то еще...       Перед глазами Энакина вновь встал не так давно убитый клон. Хоть они и были на одно лицо, однако генерал различал каждого из них. Джедаю вспомнились свои подозрения в поведении того, кто застрелил джедая. Перед глазами появилось лицо донора для клонов, но теперь оно было совсем иным. Маска, искаженная злобой и ненавистью. Именно в таком состоянии легко убить и застать врасплох джедая. Фанатик, который пожертвует собой, но выполнит приказ...       Приказ...       Энакин нахмурился. Перед лицом снова появился наемник-донор, но уже в образе верного ему клона, который что-то пытался сказать, но не смог. Воспоминания о том дне вновь дали о себе знать. Разговоры с каминомианцами, джедаями, клонами, Палпатином... Калейдоскоп событий. Но если тогда в суматохе происходившего Энакин не мог уделить происходящему должное внимание, то теперь в Силе у него было время все рассмотреть и подумать, проанализировать произошедшее тогда.       Скайуокер в Силе просматривал заново, по новой, все те события, вновь ощущая те же эмоции. Он тогда не верил в сбой, тем более не поверит и сейчас. Клоны — не бездушные машины, как многие думают. Если уж у дроидов есть характер и мнение, то у живых людей, пусть и запрограммированных на определенную линию поведения, тем более. Каждый из тех клонов был искренен. И пусть Канцлер тогда убедил Энакина, то Владыка сейчас лишь подпитывает сомнения.       Ситхи — мастера лжи и обмана. Он обманывал Сенат на протяжении многих лет. Обманывал свою королеву, когда Амидала была у власти, продолжил обманывать ее и потом. То же касалось и Ордена. Магистр Йода, магистр Винду — каждому он говорил то, что те хотели слышать, явно или подспудно. Уж не говоря о нем самом. Сколько лжи было ему скормлено под видом правды? Палпатин с одинаковым выражением лица говорит и от себя, и от Владыки. Где правда, а где ложь?       Сила дрожала и звенела, сообщая, что с этим происшествием не так все просто. Что-то сокрыто за всеми тайнами и паутинами обмана. Энакин постепенно распутывал клубок лжи, в котором они все были повязаны. По рукам и ногам облеплены липкой Тьмой, за которой Света не видно вовсе. Лицо за лицом, клон за клоном, джедай за джедаем — Скайуокер возвращался в прошлое, отматывая события противоходом. До тех пор, пока перед его взором не оказалась планета Камино и существа, что ее населяли. Сила звонко тренькнула, больно щелкнув по сознанию рыцаря. Энакин открыл глаза и прикоснулся ко лбу. Именно туда, как ему показалось, пришелся удар Нитей. В сознании четко отразилась цель — ему надо на Камино.